Первая встреча
— Ты не представляешь, до чего же он красив.
В элитном бильярдном клубе Линчэна Чжоу Гуанцзи поднял телефон, с гордостью хвастаясь перед Сюй Сыи божественной красотой своего кумира.
— Я никогда в жизни не видел столь привлекательного человека.
На экране молодой мужчина был облачен в простые темные одежды, с точеной и стройной фигурой; его губы были алыми, кожа — белоснежной, а в темных, словно напоенных влагой глазах застыли готовые сорваться слезы. Он походил на нежный цветок, испивший горечи до самого дна, но гордо отказывающийся жаловаться.
Однако руки этого нежного цветка были сплошь в крови, и несколько алых капель брызнули прямо на его чистое лицо, придавая внешности некий порочный оттенок и превращая переполнявшую глаза обиду в нечто пугающе соблазнительное.
Это был Линь Хань — злодей второго плана из недавно вышедшего в эфир исторического сериала в жанре сянься под названием Полудемон.
— Безупречно белый цвет кожи, точеная талия и длинные ноги, ясные глаза и белые зубы, истинный небожитель, сошедший с небес. — Чжоу Гуанцзи сыпал восторженными эпитетами, не скупясь на похвалы, но, заметив, что Сюй Сыи никак на это не реагирует, недовольно спросил: — Ты почему молчишь? Не согласен, что ли?
Сюй Сыи бесстрастно ответил:
— Но он же запятнал себя.
Поговаривали, что роль досталась ему через постель, а популярность он завоевал, торгуя телом.
В интернете вовсю ходили слухи о том, что роль второго плана в Полудемоне Линь Хань заполучил нечестным путем.
Самодовольное лицо Чжоу Гуанцзи мгновенно скисло, однако он тут же принялся себя утешать:
— Ничего страшного, все это беспочвенные сплетни без каких-либо доказательств. У моего брата скромное происхождение и нет за спиной влиятельных покровителей, так что ему поневолей приходится тяжело.
— Но в съемочной группе он ведет себя высокомерно и швыряет пренебрежительные взгляды на ассистентов, и на это есть видеодоказательства. — Сюй Сыи бросил на него изумленный взгляд и подкинул еще дров в огонь.
— Вот именно, именно так, всё так и есть! — Рухнула последняя вера, которую Чжоу Гуанцзи кое-как удавалось поддерживать. Он больше не находил слов для оправданий и, без сил уткнувшись лицом в бильярдный стол, погрузился в пучину мрака.
Второй молодой господин корпорации Чжоу, фигура, способная заставить Линчэн содрогнуться от одного лишь топанья ногой, в год своего рождения по китайскому гороскопу столкнулся с величайшим испытанием в жизни:
Кумир, на которого он молился, пал.
Молодой господин лежал плашмя на бильярдном столе, на его волевом лице застыла скорбь, в пронзительных глазах пленилась тоска, и при росте почти в метр девяносто он выглядел столь же беззащитным, как прижимающая руку к груди прекрасная Си Ши.
— Ой-ой-ой, — Сюй Сыи, которому претила подобная картина, подтолкнул его кием. — Кончай уже хандрить, хорош изо дня в день притворяться умирающим. Раз так нравится, взял бы да потискал его где-нибудь в тихом месте для развлечения.
Чжоу Гуанцзи метнул в него яростный взгляд и с недовольством произнес:
— Ты оскорбляешь моего кумира.
— Ладно, ладно, не буду я его оскорблять. Тогда ответь, ты все еще собираешься следовать за ним? — Сюй Сыи согнулся над столом и ударил по шару.
Чжоу Гуанцзи тяжело вздохнул и снова уткнулся лбом в край стола, не зная, что ответить.
По идее, следовать за ним больше не стоило.
Но с сердечным трепетом поделать было ничего нельзя.
На следующий день после того, как в сети всплыл компромат на Линь Ханя, Чжоу Гуанцзи удалил все приложения для фанатов, заперся дома и провел так две недели, наглухо отгородившись от любых новостей о Линь Хане.
Спустя две недели просветленный и обретший дзен молодой господин Чжоу уверенно шагнул за порог и тут же уткнулся взглядом в огромный экран телевизора, где красовалось лицо Линь Ханя.
Его невозмутимость рассыпалась в прах, и росток, только-только пустивший корни, снова превратился в хрупкий побег бамбука.
Сюй Сыи совершенно ничего не понимал:
— Что именно тебе в нем нравится?
Чжоу Гуанцзи закрыл глаза и смирился со своей участью:
— Личико невинного цветочка и глубокий, полный страсти взгляд.
Ты даже не представляешь, глаза Линь Ханя — черные, чистые и сияющие, точь-в-точь капли воды на поверхности черного драгоценного камня. Когда он смотрит на тебя, в его глазах столько нежности, столько сосредоточенного внимания, будто на всем белом свете для него существуешь только ты один. — Чжоу Гуанцзи подпер щеку рукой, вновь переживая эти мгновения.
Сюй Сыи посмотрел на него с выражением человека, страдающего запором, долго колебался, но всё же не удержался и открыл ему глаза:
— Гуанцзи, существует особый тип глаз, который называют страстным взглядом.
С глазами такого притяжения они даже на бродячую собаку будут смотреть так, будто пылают страстью.
Чжоу Гуанцзи:……
Это еще что значит?
Молодой господин злобно швырнул кий на стол и заявил, что больше не играет.
Сюй Сыи принялся поспешно его успокаивать, возвращая кий в руки друга, и спросил:
— Пойдешь завтра на банкет?
Чжоу Гуанцзи даже не задумывался:
— Не пойду. Брат идет.
Сюй Сыи удивился, приподняв брови:
— Корпорация Хэ выступает организатором.
— Да мне плевать... — на середине фразы Чжоу Гуанцзи осекся. Его глаза вспыхнули, когда он перевел взгляд на Сюй Сыи, а тот в ответ молча кивнул.
Линь Хани, будучи артистом под крылом Корпорации Хэ, непременно появится на благотворительном вечере, устроенном этой компанией.
Это прекрасная возможность увидеть его вживую.
Однако загоревшиеся глаза Чжоу Гуанцзи тут же потускнели, уголки его губ дрогнули в горькой улыбке:
— Дай-ка подумать.
В конце концов, Чжоу Гуанцзи прекрасно знал свой нрав: стоило ему только увидеть Линь Ханя, как сердце вновь затрепетало бы, а каждый такой трепет наносил тяжелый удар по его моральным устоям.
Но он также понимал, сколько бы он ни раздумывал, исход останется прежним: он пойдет.
А вдруг при личной встрече кумир разонравится?
С этими мыслями на следующий день к вечеру Чжоу Гуанцзи вовремя прибыл на благотворительный банкет Корпорации Хэ.
Огромные хрустальные люстры сияли под самым сводом двухсветного потолка, нежно-розовые и белые розы пестрели в искусно составленных букетах, а изысканные столовые приборы были безупречно разложены на шелковых скатертях. Здесь собралась вся бизнес-элита и звезды шоу-бизнеса, повсюду звенели бокалы, создавая оживленную и шумную атмосферу.
Чжоу Гуанцзи вошел в зал следом за председателем Хэ: его губы были слегка сжаты, подбородок чуть приподнят, а на холодном лице читалось то самое властное величие, перед которым невольно трепетали окружающие.
В мгновение ока все взгляды в зале устремились на него.
Привыкший к такому вниманию Чжоу Гуанцзи едва заметно изогнул губы, напустив на себя отстраненную и холодную улыбку, и под руководством председателя Хэ занял место за главным столом.
Главы корпораций, сидевшие за тем же столом, переглянулись и, словно по команде, подняли бокалы, чтобы подойти и обменяться любезностями, заодно пытаясь выведать дальнейшие стратегические планы Корпорации Чжоу.
Будучи гигантом финансового мира, Корпорация Чжоу неизменно оставалась главным ориентиром для инвестиций. И уж тем более сейчас, когда у руля встал сам господин Чжоу — баловень судьбы и коммерческий гений. Каждое принятое им решение, будь то в сфере недвижимости, медицины или искусственного интеллекта, неизменно опережало свое время.
Хотя молодой господин Чжоу вернулся из-за границы совсем недавно, он обучался лично у господина Чжоу. Если удастся выведать у него хоть слово, это гарантированно позволит поймать волну нового тренда.
Чжоу Гуанцзи вмиг оказался погребен под потоком нескончаемых речей и чередой поднимаемых за его здоровье бокалов, напрочь лишившись возможности высматривать в толпе Линь Ханя.
Неудивительно, что старший брат не захотел сюда ехать — эти слепые топ-менеджеры только и делают, что загораживают ему вид на маленького кумира!
Мысленно изрыгая целые тирады недовольства, Чжоу Гуанцзи напустил на лицо вежливую полуулыбку и принялся держать ответ:
— Прошу прощения, я без водителя.
— По поводу этого проекта вам лучше проконсультироваться с господином Чжоу, я не столь глубоко вникаю в детали.
— Дядя Ли, давненько не виделись, как ваше здоровье в последнее время?
Дежурные фразы — всем, планы — перенаправлять на брата, а за рулем — исключительно потому, что приехал на машине.
Лишь когда директора наконец осознали, что выудить хоть что-то стоящее не удастся, и разошлись, Чжоу Гуанцзи смог наконец перевести дух.
Его глаза, точно пара лазерных лучей, тут же принялись шарить по залу в поисках Линь Ханя.
Сегодня Линь Хань был одет в строгий черный костюм, воротник его рубашки украшал черный шелковый бант, а на груди красовалась золотая брошь в виде карпа. Белоснежная кожа и темные брови в сиянии софитов делали его похожим на маленького принца, сошедшего со страниц сказки.
У Чжоу Гуанцзи глаза на лоб полезли: его взгляд, точно прилипчивая ириска, намертво присосался к Линь Ханю — жалкое зрелище, не стоявшее и ломаного гроша.
Сюй Сыи под прикрытием скатерти от души двинул его ногой под столом и, насупившись, прошипел:
— Совсем гордость потерял? А как же «увижу вживую — разонравится»?
Чжоу Гуанцзи тоже чувствовал себя оскорбленным:
— Откуда мне было знать, что в жизни он еще красивее, чем на экране?!
— Эта талия, эти ноги... Кажется, я пропал.
— Нет-нет, погоди пропадать. — Сюй Сыи приподнял подбородок, указывая взглядом на Линь Ханя. — Посмотри, кто рядом с ним.
http://bllate.org/book/30415/3708233
Готово:
