Он не выносил подобных зрелищ, чувствуя себя каким-то отъявленным злодеем.
Хотелось утешить, но в то же время хотелось и сбежать.
Му Цинь выбрал второе.
— Я… у меня есть кое-какие дела, мне нужно выйти.
Будто не замечая его робости, Сун Яо мягко улыбнулся:
— Хорошо. Вернёшься ли к ужину?
— Наверное, нет. — С этими словами Му Цинь уже собрался было бежать, но у самой двери его остановил Сун Яо. Под слегка напряжённым взглядом Му Циня тот сунул ему в руку две вещи: — Твой телефон и ключи от машины.
— Ха-ха-ха, спасибо, я пошёл!
Закрыв дверь и убедившись, что Сун Яо его больше не видит, Му Цинь лишь слегка перевёл дыхание.
Боже, да как ему быть, когда тот ведёт себя так мягко?
Он и не подозревал, что стоило ему уйти, как на лице мужчины, только что источавшего нежность, появилось совершенно другое выражение.
Сам того не зная, Сун Яо кому-то позвонил и, даже не обменявшись дежурными вежливостями, сразу перешёл к делу.
— Какие сегодня задания на вечер?
— Облава на бордели? Ты хочешь сказать, что поручать мне такое — это палить из пушки по воробьям?
— Ладно, я понял, подчиняюсь приказу организации.
В этот момент Му Цинь уже находился в машине, направляясь на поиски Гоуданя.
Гоудань был его другом детства, звали его Се Фэйян, а Гоудань — это детское прозвище. Поскольку в детстве он рос слабым и болезненным, родители дали ему такое презрительное прозвище: вроде как, чем хуже имя, тем крепче ребёнок держится за жизнь. Даже потеряв воспоминания за последние четыре года, Му Цинь не сомневался, что их отношения ни капли не изменились.
За четыре года смартфоны развивались стремительно, но, к счастью, тот Му Цинь, что был четыре года назад, уже вовсю пользовался разблокировкой по отпечатку пальца. Пусть он и чувствовал себя немного растерянным, повозившись немного, он всё же разблокировал собственный телефон. И тут Му Циня охватил ужас: почему на экране его телефона красуется совместная фотография с Сун Яо? Боже мой, неужели он настолько сильно его любит?
Посмотрев на экран пару мгновений, он решил сначала позвонить Се Фэйяну. Отыскав в адресной книге контакт с забавным именем Гоудань, он нажал вызов.
Звонок прошёл быстро, и разгильдяйский голос Се Фэйяна ничуть не отличался от того, что сохранился в его памяти, разве что на заднем плане было немного шумновато:
— Алло, соскучился? Тридцать тысяч…
Сквозь помехи отчетливо слышался стук костяшек маджонга — он по-прежнему любил играть в него, как и прежде.
У Му Циня не было времени болтать с ним о пустяках, и первой же фразой он выпалил:
— Я потерял память.
— Не шути со мной, ты потерял память, а я — девственность.
— Я серьёзно, никаких шуток.
— М? Ну-ка, выкладывай.
Словно высыпая горох из мешка, Му Цинь вывалил на него всё, что произошло сегодня. Се Фэйян на мгновение умолк, а затем резко вскочил:
— Чего?
Сидевшие с ним за одним столом игроки в маджонг испугались такого резкого движения, но Се Фэйян решительно бросил их и отправился искать тихое место для разговора.
Только теперь он переспросил Му Циня:
— Ты говоришь, что женился? Да ещё и на мужске?
— Угу. — Му Цинь почувствовал себя странно: неужели о его женитьбе не сообщили даже другу детства?
— Ты где сейчас? Я за тобой заеду. — Се Фэйян уже не хотел продолжать игру в маджонг; вернувшись, он подхватил брошенные на стол ключи от машины и собрался бежать.
Му Цинь всё ещё удивлялся, почему он даже о собственной свадьбе не сообщил другу детства, но, услышав, что тот собирается за ним ехать, поспешно остановил его:
— Не нужно, просто назови адрес, я сам к тебе приеду.
— Ты что, знаешь дорогу? Давай лучше я за тобой приеду.
— Я память потерял, а не рассудок. Тебе туда-обратно ездить — только время терять.
Се Фэйян не стал с ним спорить, назвал адрес и вернулся в отдельную кабинку, однако сидел как на иголках — продолжать игру в маджонг уже не было никаких сил.
А сидевший в машине Му Цинь уставился на полученный адрес, и на его лице вновь застыл огромный вопросительный знак. Клуб Цзяюй… За эти четыре года Гоудань сильно изменился, разве раньше он не боялся ходить в подобные места?
Из доверия к другу детства Му Цинь, хотя и не испытывал интереса к таким заведениям, всё же поехал по указанному адресу. Едва приехав и не успев даже припарковать машину, он заметил машущего ему человека.
Се Фэйян из воспоминаний Му Циня всё же немного отличался от нынешнего, но, несмотря на это, он узнал его с первого же взгляда.
— Иди сюда, рассказывай давай в подробностях, что вообще случилось? Как это ты женился? Женился — и даже не предупредил меня!
— А я откуда знаю? Я же потерял память, как я мог тебе рассказать?
Се Фэйян от такого ответа потерял дар речи.
Му Цинь был абсолютно прав: он потерял память, так что все причины и подробности этой женитьбы ему, конечно же, были неведомы.
— А как ты вообще память потерял? Где ты голову ушиб?
Этот вопрос тоже вызывал у Му Циня большие сомнения:
— Да тот парень говорит, я проснулся после сна — и вот так.
— Разве ты нигде не ударялся? В сериалах же всегда теряют память из-за травмы головы или вроде того?
— Вроде нет… На голове ни ран, ни боли.
И вот это действительно казалось крайне подозрительным, однако Сун Яо вёл себя настолько непринуждённо, что на лжеца был вовсе не похож.
Пока они беседовали, они уже вошли в отдельный кабинет. Се Фэйян арендовал его специально — здесь были только они вдвоём, что было очень удобно для разговора.
— Так вы с ним уже того, в постели? — Се Фэйян сделал двусмысленный жест.
Му Цинь, моментально всё поняв, залился краской и поспешно запротестовал:
— С ума сошёл? Губа не дура!
Во всяком случае, прошлой ночью ничего такого быть не должно было, так что он предпочёл считать, что ничего и не было.— Тогда почему ты покраснел? — Се Фэйян не верил ему, он был уверен, что что-то определенно произошло.
— Я покраснел от жары!
— Сейчас же октябрь... Ну ладно, сегодня действительно жарко.
В городе Ланьюй в октябре зима еще не до конца вступала в свои права. Из-за смены холода и тепла вчера было довольно холодно, а сегодня на улице повсюду носили короткие рукава.
Так Се Фэйян и позволил Му Циню отделаться отговоркой.
— Что ты теперь собираешься делать? Неужели кто-то хотел навредить тебе, раз ты потерял память?
— Кто мог хотеть мне навредить?
— Этого я точно сказать не могу. В конце концов, должно быть немало тех, кто зарится на твое место.
— На должность президента Группы Мусин?
— Это-то ты не забыл? В то время ты уже давным-давно был президентом.
— Я и сейчас президент? — Му Цинь смутно помнил, что в свое время ему эта должность президента досталась не так уж легко.
— Конечно. С тех пор, как ты занялся этим креслом, ты с него не слезал, и дела шли все лучше и лучше.
Му Цинь принял Группу Мусин в год окончания университета. В то время Группа Мусин переживала внутренние и внешние трудности, и хотя Му Цинь был совсем молодым, когда его вознесли на эту должность, он ни на день не расслаблялся.
Члены совета директоров лишь выказывали ему показное уважение, а за спиной постоянно ставили под сомнение его решения и даже вставляли палки в колеса и всячески вредили. Несмотря на это, Му Цинь сумел в тех условиях успешно разрешить все проблемы и даже вывести Группу Мусин на новый уровень.
Теперь, когда Группа Мусин занимала столь высокое положение, никто не смел отрицать заслуг Му Циня.
— Честно говоря, к такому тебе я сейчас еще не совсем привык. — Се Фэйян сделал глоток воды и похлопал его по плечу. — Оказывается, четыре года назад ты был таким милым, я уж почти забыл.
Лицо оставалось тем же самым, но температур и манера держаться изменились. Казалось, будто тот полный жизни и юношеского задора Му Цинь вернулся вновь.
— Разве нынешний я такой противный? — Му Цинь коснулся своего лица. — Я же такой красивый, неужели кто-то может меня ненавидеть?
— Да не то чтобы сильно противный, просто словно маску надел.
Будучи другом детства, Се Фэйян лучше всех понимал, как ему было трудно. Если бы в то время семья Му не нуждалась в нем, и его не заставили взойти на этот пост, до такого бы не дошло!
В то время как он сам еще продолжал резвиться, на плечи Му Циня легла ответственность за целый конгломерат. А еще — кучка родственников, которые пили кровь за его спиной, но при этом терпеть его не могли и вечно зарились на его статус президента Группы Мусин... С учетом всего этого было уже чудом, что подобного Му Циня не ослепил блеск этого пестрого мира.
При этих мыслях у Се Фэйяна возникла отличная идея:
— Раз уж ты потерял память, почему бы тебе, пользуясь тем, что воспоминания еще не вернулись, как следует не оторваться!
Однако первой реакцией Му Циня было:
— А как же компания?— Как же ты даже после потери памяти это не забываешь? Расслабься, сейчас Группа Мусин уже невероятно сильна, до того момента, чтобы развалиться без тебя за пару дней, еще далеко. Погулять пару дней — ничего страшного.
Пока они беседовали, из-за двери отдельного кабинета донесся стук:
— Молодой господин Се, это я.
— О, входи.
Мужчина с лицом, заплывшим жиром, подошел и почтительно обратился к Се Фэйяну:
— Молодой господин Се, всё, о чем я говорил с вами ранее, уже устроено.
— Что устроено? — у Му Циня в душе зародилось недоброе предчувствие. Честно говоря, если бы не присутствие Се Фэйяна и нежелание вести его к себе домой, он ни за что не пошел бы в подобное место!
В отличие от его неловкости, Се Фэйян держался совершенно непринужденно:
— Организовал танец красавиц, хочешь взглянуть?
Му Цинь не испытывал особого интереса к красавицам, а услышав это, первым делом скривил губы:
— Я не буду смотреть.
— Боишься смотреть на красавиц? Ты случайно и впрямь не мужчин любишь? — Се Фэйян с любопытством подался вперед, уже сгорая от нетерпения услышать, как Му Цинь поделится опытом отношений с мужчинами.
— С чего бы? Посмотрю, кто кого боится!
Генеральный директор, привыкший во всем быть первым, не мог устоять перед провокацией друга детства, особенно учитывая, что он никак не хотел мириться с мыслью о женитьбе на мужчине.
Успешно втянув Му Циня в это дело, Се Фэйян самодовольно приподнял брови, а затем бросил стоявшему рядом мужчине:
— Старик Ван, иди распорядись.
Толстяк по имени старик Ван вышел на мгновение, а вернувшись, щелкнул пальцами, и толпа девушек в откровенных нарядах потянулась вереницей внутрь. Несмотря на то, что кабинет был просторным, в этот момент в нем стало тесновато.
Зазвучала музыка, и девушки принялись извиваться, покачивая тонкими талиями. Независимо от того, делали они это по доброй воле или нет, в этот момент им приходилось натягивать улыбки.
Музыка была очень динамичной, Се Фэйян с восторгом заявил, что это называется танец женской группы, и увлеченно наблюдал за происходящим. Му Цинь же бросил один взгляд в самом начале, когда еще ничего не понимал, и с холодным лицом отвернулся.
Возможно, потому что нынешний он еще не превратился в безжалостного властного правителя и испытывал определенную жалость к этим девушкам, ему было невыносимо смотреть на подобное зрелище... Им не следовало появляться в таком месте.
Но с другой стороны, он не мог полностью их защитить: каковы были истинные причины всего происходящего, он толком не знал, лишь догадываясь, что большинство из них оказались здесь из-за тяжелых жизненных обстоятельств.
Нет, смотреть на это больше нельзя — с глаз долой, из сердца вон.
— Эй, ты куда? — заметив, что тот собирается уйти, Се Фэйян увязался следом и затянул: — Куда бежишь? Как же красиво!
http://bllate.org/book/30392/3705281
Готово:
