Собеседник словно неотлучно сидел в Сети Духовного Мира и мгновенно ответил на сообщение.
Дао Хэнькуай: «Значит, он всё равно ко мне относится иначе».
Точильщик Мечей: «…Ох».
Дао Хэнькуай: «Он действительно очень хороший».
Дао Хэнькуай: «Только вокруг него вьется много мешающих назойливых людишек, как же раздражает, так и хочется всех перебить».
Дао Хэнькуай: «Тогда он сможет смотреть только на меня».
Рао Чуньбай хотел было что-то сказать, но вовремя остановился.
Они всего лишь случайно встретились, незачем воспринимать всё так серьезно.
У каждого своя судьба.
Дао Хэнькуай наговорил целую кучу слов, и созданный им ранее образ язвительного человека полностью испарился.
Точильщик Мечей: «…У тебя что, друзей нет?» Зачем вываливать столько всего какому-то встречному.
Правда ранит больнее всего.
Дао Хэнькуай долго не отвечал.
Рао Чуньбай только почувствовал легкое укола совести, как перед глазами всплыла новая фраза.
Дао Хэнькуай: «Забудь, что может понимать какой-то практик Стадии Закладки Основания. Больше не буду с тобой разговаривать».
Рао Чуньбай так и норовил закатить глаза.
Кто вообще вечно цеплялся к нему и донимал в Сети Духовного Мира? Эта штука транслировалась прямо в Божественное чувство, от нее невозможно было даже отмахнуться, сделав вид, что не замечаешь.
Он глубоко вздохнул.
В нем даже проснулось некоторое предвкушение личной встречи: интересно, что из себя представляет этот Дао Хэнькуай.
В Сети Духовного Мира никто не знает, кто ты есть, из-за чего легко выплескивать затаенную злобу, обнажая истинную природу, которая идет вразрез с привычным поведением в реальной жизни.
Как ни крути, судя по этим высказываниям, тому, кому посчастливилось прийтись по душе Дао Хэнькуаю… э-э, мягко говоря, не очень повезло?
В то же время.
В другом уголке Горы Точащихся Мечей.
Здешняя Духовная энергия была невероятно плотной, она бурлила непрерывным потоком, почти сгустившись до состояния воды.
Какая-то фигура погрузилась в это озеро, обхватив колеи руками и погрузившись в сон. Тело окутал тонкий кокон, который жадно и без всякой меры впитывал окружающую Духовную энергию, не упуская ни единой нити.
В клубящемся тумасе смутно проступали очертания злобной змеиной тени.
Если присмотреться, на макушке этой тени пробивались рога. Словно бьющееся сердце, она приближалась к самому решающему моменту: вот-вот должны были показаться драконьи рога, но окружающая Духовная энергия резко, словно сорвавшись в пропасть, пошла на спад.
Низшая духовная жила исчерпала срок аренды.
Просрочка составляет пятнадцать минут.
Духовная жила подлежит изъятию, также взимается плата за просрочку в размере восьмидесяти духовных камней.
Линь Чжао резко открыл глаза и холодно бросил: «Что вы делаете?»
Он был в шаге от прорыва, и подобное прерывание вызвало бурю ярости в его сердце, из-за чего вокруг из ниоткуда вспыхнули черные языки пламени.
Практик, отвечавший за изъятие жилы, остался бесстрастен: «Препятствование возврату будет расцениваться как попытка насильственного завладения имуществом Цзиньюйтан, нарушитель подлежит уничтожению на месте без права на компенсацию».
Линь Чжао: «…»
Линь Чжао не мог позволить себе конфликт с Цзиньюйтан.
Не говоря уже о том, что этот с виду заурядный практик обладал как минимум Стадией Золотого Ядра.
Линь Чжао: «Разве мой старший соученик не внес арендную плату вовремя?»
Практик остался непреклонен: «Не знаю, не слышал».
Произнеся это, он продолжил свои действия.
По его знаку вся Духовная энергия была полностью втянута обратно, превратившись в нефритовый диск-родник, который опустился ему в ладонь.
Как только родник исчез, Духовная энергия на Горе Точащихся Мечей с видимой скоростью рассеялась, трава пожелтела и увяла, превратившись в бесплодную пустошь.
— Подождите… — поспешно окликнул Линь Чжао. — Быть может, старший соученик задержался из-за срочных дел и вот-вот придет внести плату за аренду.
Практик повидал немало таких красноречивых лжецов, поэтому даже не колеблясь ответил: «Плата за просрочку — восемьдесят».
Откуда у Линь Чжао взялись деньги.
Он не удержался от ругательства про себя.
Чем вообще занят старший соученик? Разве он не знает, что сейчас решающий момент? Стоит только перешагнуть этот рубеж, и кровь Расы демонов пробудится полностью.
Он затаил обиду на Рао Чуньбая за то, что тот не смог справиться даже с такой мелочью.
Теперь все его труды пошли прахом, и придется начинать всё сначала.
— Плата за просрочку, — вновь напомнил практик.
Линь Чжао: «Требуйте ее с моего старшего соученика, Рао Чуньбая, у него есть духовные камни».
Практик бросил на него взгляд: «Арендатором духовной жилы числишься ты».
Подразумевалось, что спрашивать он будет только с Линь Чжао.
Не имея выбора, Линь Чжао сорвал с себя внешний кокон, накинул верхнюю одежду и вышел наружу.
«Я пойду достану деньги».
Практик бросил: «У тебя есть четверть часа».
Линь Чжао поспешил на поиски, но, еще не успев увидеть Рао Чуньбая, сперва столкнулся с Гу Чжанжанем.
Завидев его, Гу Чжанжань тут же решил похвастаться своим мечом: «Третий младший соученик, взгляни на мой меч истинной судьбы».
Шаг Линь Чжао замер. Даже его глаз было достаточно, чтобы понять: этот летающий меч стоил целое состояние, на его покупку потребовалось бы не меньше десятка тысяч.
Он произнес с утонченной долей иронии в голосе: «Недешево, должно быть?»
Гу Чжанжань задрал подбородок: «Еще бы! Это же летающий меч высшего качества, он как нельзя лучше подходит моим Врожденным костям меча!»
Взгляд Линь Чжао помрачнел.
Подумаешь, Врожденные кости меча!
Чего тут расхвастался.
Все вокруг знали, что на Горе Точащихся Мечей лучшим талантом обладал только Гу Чжанжань.
Линь Чжао же был полудемоном, и в любом другом месте его бы просто использовали в качестве слуги.
Лишь благодаря доброте Учителя, подобравшего его на рынке рабов, он оказался здесь.
Его телосложение не располагало к культивации, а свирепая демоническая кровь не помещалась в человеческой оболочке, из-за чего он вырос тщедушным и низкорослым, а на душе у него скребли кошки.
Раньше Рао Чуньбай относился ко всем одинаково, каждый получал свое, и Линь Чжао ни о чем не задумывался.
Но теперь Гу Чжанжань щеголял баснословно дорогим летающим мечом, в то время как он сам потерпел неудачу при прорыве из-за нехватки духовной жилы.
Контраст между ними лишь сильнее разжигал в нем злобу и обиду.
Гу Чжанжань не заметил настроения Линь Чжао и самодовольно пообещал: «Как только я попаду в Список Скрытого Дракона, я обязательно помогу младшему соученику пробиться наверх!»
Линь Чжао не стал отвечать: «Я пойду найду старшего соученика».
Проводив взглядом удаляющегося Линь Чжао, Гу Чжанжань пренебрежительно буркнул: «Ничтожество».
Рао Чуньбай как раз сверял направление по компасу, когда без приглашения, даже не постучав, дверь распахнул незваный гость.
«…Старший соученик».
Стоило компасу качнуться, Рао Чуньбай перевел взгляд на вошедшего.
Им оказался не кто иной, как Линь Чжао.
Тело полудемона, будущий Король демонов.
Правда, пока что он оставался всего лишь болезненным ничтожеством, чья человеческая оболочка конфликтовала с демонической кровью.
Сколько же душевных сил Рао Чуньбай потратил на этого младшего соученика. Чтобы уравновесить две крови, он придумал способ: регулярно выпускать часть первородной крови демона, перерабатывать ее с помощью различных целебных трав в пилюли, а затем принимать их для очищения крови.
Он отдал этому делу все силы, потратил несметное количество человеческих и материальных ресурсов, но в итоге не услышал в свой адрес ни единого доброго слова. Напротив, заслужил лишь дурную славу — мол, старший соученик презирает его демоническую кровь, целыми днями изводит его, сдирая кожу и пуская кровь, и лишь младший соученик жалеет его.
Доходило даже до наговоров, будто всё, что он делает, — это лишь жажда заполучить редчайшую первородную кровь Короля демонов, чтобы варить из нее пилюли и продавать ради наживы.
Линь Чжао с порога обрушился с упреком: «Старший соученик, как ты мог забыть внести плату за аренду моей духовной жилы!»
Рао Чуньбай посмотрел на хмурого, болезненного юношу: «Я не забыл».
Линь Чжао: «?»
Рао Чуньбай: «Я сделал это нарочно».
Линь Чжао опешил: «…Почему?»
Рао Чуньбай ответил прямо: «Потому что у меня нет денег».
Линь Чжао машинально выпалил: «Как это нет денег…» Голос его оборвался на полуслове, в памяти всплыло самодовольное лицо Гу Чжанжаня, и он потрясенно выдохнул: «Ты потратил всё до последнего на покупку летающего меча для Гу Чжанжаня?»
Бровь Рао Чуньбая слегка дрогнула. Уловив в тоне соученика странные нотки, он не стал опровергать догадку, а лишь продолжил в том же духе:
— Ты же видел его летающий меч. Меч высшего качества, только такой и достоин его Врожденных костей меча.
Лицо Линь Чжао посинело: «А я?»
Рао Чуньбай: «Тебе придется подождать».
Сперва пусть Гу Чжанжань испьет чашу горечи, а до тебя дойдет очередь позже.
Линь Чжао больше не мог ждать: «Старший соученик!» В его глазах на мгновение мелькнула ядовитая злоба — направленная не только на Рао Чуньбая, но и на Гу Чжанжаня.
Они оба были младшими соучениками, почему же Гу Чжанжань может единолично владеть всеми ресурсами?!
«Старший соученик Гу слишком эгоистичен!»
Это был не просто упрек, это была черная зависть.
Не сумев дотянуться до винограда, он объявил его кислым.
Если поменяться местами, то обладай Линь Чжао единоличными правами на все блага, он бы никому из остальных соучеников не отдал ни крохи.
Рао Чуньбай был удивлен.
В прошлой жизни эти соученики были донельзя дружны.
Каждый из них носил младшего соученика Сюй Нина на руках и крутился вокруг него, и при этом никто из них не испытывал ревности.
А теперь они готовы разодрать друг другу глотки из-за столь ничтожной копеечной выгоды. Похоже, их сплоченность не была монолитной с самого начала.
Интересно.
Что же будет, если подтолкнуть их дальше?
Рао Чуньбай неопределенно бросил: «Кто виноват, что у него лучший талант».
Гнев Линь Чжао лишь усилился.
Впрочем, сейчас было не время для подобных разбирательств, и он протянул руку: «Дай мне сто духовных камней».
Рао Чуньбай не сдвинулся с места.
Линь Чжао сжал зубы.
Раньше старший соученик отдал бы ему деньги без лишних слов, а теперь мнется и несет какую-то чушь.
Он во всем винил Гу Чжанжаня.
— Это плата за продление аренды духовной жилы, — пояснил Линь Чжао. — Люди из Цзиньюйтан ждут снаружи.
Рао Чуньбай повторил то же самое: «Денег нет».
Линь Чжао: «Старший соученик, неужели ты не можешь что-нибудь придумать?»
Глядя на соученика, которого растил с детства, Рао Чуньбай всё же почувствовал укол жалости и указал ему выход: «Ты можешь расплатиться по долгам собственной первородной кровью».
«Первородной кровью?»
Рао Чуньбай мягко произнес: «Разве ты не считал вечно, что я замышляю неладное, забирая твою кровь, и что первородная кровь демона бесценна? Глядишь, ее как раз хватит на пару сотен или тысяч камней».
Лицо Линь Чжао вспыхнуло, словно от пожара.
Он… действительно так думал.
Но думать одно, а когда тебе говорят об этом в лоб — совсем другое.
— Я… я пойду попробую!
Испытывая жгучий стыд и в то же время смутную надежду, Линь Чжао вышел к людям из Цзиньюйтан и произнес: «У меня нет духовных камней, я расплачусь первородной кровью».
Эмоции на лице практика едва заметно дрогнули.
Словно он хотел сказать, что эти бедняки тащат к ним всякий мусор.
Но в силу профессиональной этики он все же достал табличку и велел Линь Чжао капнуть на нее кровью.
http://bllate.org/book/30363/3702481
Готово:
