Ши Цзянь нахмурился:
— В учебнике для курсантов нет такого правила.
Му Е оторвал страницу из методички, зашуршал, набросал несколько строк и сунул бумажку в нагрудный карман Ши Цзяня:
— Теперь есть.
Ши Цзянь не шелохнулся.
Стоявшая за его спиной толпа взбудораженных альф постепенно притихла. Никто не мог понять, как это первокурсник в первый же день умудрился насолить главному инструктору командного факультета наземных и воздушных операций. Каким же высоким должен быть его уровень культивации — в смысле, уровень феромонов, — чтобы вести себя настолько дерзко?
— Два часа.
Ши Цзянь наконец отреагировал: он поднял голову и посмотрел на Му Е:
— Согласно пункту три статьи два Руководства инструктора, чрезмерное наказание курсантов приравнивается к самоуправству. Курсант имеет право обратиться с жалобой в учебный отдел, и в случае подтверждения вины инструктор отстраняется от должности для служебного расследования. Инструктор, могу ли я считать, что ваше наказание уже подпадает под статью о самоуправстве?
— Прошу прощения, я ошибся.
Ши Цзянь изогнул бровь.
Альфа скривил губы:
— Твоя память и правда поражает. У меня даже не хватило терпения дочитать это многотысячестраничное руководство. В этом я действительно ошибся — забыл, что такие… альфы твоего происхождения совершенно не умеют подчиняться правилам и лучше всего поднаторели в выискивании всевозможных параграфов, чтобы оправдать собственное поведение.
Он сделал шаг вперед, оказавшись от Ши Цзяня на расстоянии меньше вытянутой руки, склонил голову, приблизился к его уху и с усмешкой произнес:
— Но, барышня, здесь не Девятый военный округ. Рука твоего отца не дотянется так далеко. А попавшие в эту академию щенки-альфы, какого бы уровня они ни были, подчиняются исключительно мне.
Если я велю тебе лечь, ты не имеешь права стоять. Велю встать на колени — не смей сидеть. Очутившись в Первом военном колледже, поскорее засунь куда подальше замашки своих аристократичных маменькиных сыночков и веди себя тише воды, ниже травы. Иначе я не ручаюсь, что ты сможешь дойти до учебного отдела и подать жалобу на превышение полномочий.
Му Е выпрямился и отступил на безопасное расстояние. Судя по лицам наблюдавших за ним курсантов-альф, настроение у инструктора было превосходнейшим:
— Тебе стоит радоваться, что я не влепил тебе выговор за порчу имущества и срыв нормальных тренировок. Это я еще пошел навстречу ради твоего брата-полковника. Передай ему при случае, что он у меня в долгу.
Раз уж упомянули Вэнь Юйаня, Ши Цзянь совершенно не горел желанием тратить время на этого альфу. Посмотрев на него еще пару секунд, он развернулся и ушел.
Му Е крикнул ему вдобавок с ехидной усмешкой:
— Может, приставить к тебе курсанца, чтобы он тебя проводил?
Ши Цзянь на миг замер на ходу, сжал кулаки, и в глубине его глаз мелькнуло раздражение.
Недовольство на его лице было слишком заметным, и хотя по пути не нашлось ни одного глупца, решившего преградить ему дорогу, столь вызывающее поведение заставило многих запомнить новичка, которого в первый же день отправили в карцер. Впрочем, вряд ли зеваки думали о том, чем именно он разозлил инструктора: куда сильнее это сборище одичавших альф привлекало его лицо — донельзя прекрасное даже для омеги.
Ши Цзянь без труда отыскал карцер, отыскав его так же легко, как тренировочную базу. Колледж явно вложил немало сил в усмирение непокорных альф — во всяком случае, в тех омежьих школах, где Ши Цзяню доводилось бывать или о которых он слышал, руководство никогда не строило отдельное здание специально для усмирения своенравных учащихся.
Дежурный администратор уже был предупрежден заранее. Обменявшись парами фраз по рации, он позволил спуститься по скрытой лестнице белому альфе, который был выше ростом самого инструктора. Поджарый, с широкими плечами и узкой талией, он был одет в курсантскую униформу, напоминавшую военный китель, на руках красовались черные кожаные перчатки, а воротник был застегнут на самую верхнюю пуговицу. Из одежды наружу выглядывало лишь лицо — с красивыми, но резкими и холодными чертами.
Услышав шаги, он перевел взгляд, и его зрачки блеснули неестественным багровым светом.
— Гу Шиюнь, начальник Отдела дисциплинарного надзора студенческого совета. Он сегодня дежурный и проводит тебя в карцер.
Едва администратор умолк, беловолосый альфа широким шагом подошел к Ши Цзяню. Сверив его личные данные, он зарегистрировал информацию в своем нейрокомпьютере и жестом велел следовать за ним на второй этаж.
Все это время он хранил молчание. Доведя до места, он чуть приподнял палец, приказывая Ши Цзяню войти внутрь, и задвинул за ним тяжелую защитную дверь.
Карцер представлял собой помещение площадью около десяти квадратных метров. Кроме тяжелой двери, в нем не было ни выходов, ни источников света — лишь крошечное, размером с ладонь, окошко из закаленного стекла в двери, предназначенное для наблюдения за состоянием курсантов.
Внутри царила пустота. По центру стояла длинная прямоугольная скамья без спинки — очевидно, создатели вовсе не планировали обеспечивать проштрафившимся курсантам комфортный отдых.
Пользуясь слабым светом, проникающим сквозь стекло, Ши Цзянь наощупь отыскал скамью, прикинул ее длину и ширину и сообразил, что если лечь набок, то он как раз поместится.
Скамья была железной и не прикрученной к полу, так что ее вполне можно было переставить, хотя Ши Цзяню и пришлось приложить немало усилий.
Он отволок скамью в самый темный угол, прислонил к стене, лег прямо в форме и закрыл глаза.
Перед тем как погрузиться в сон, он заметил, как оконце на двери заслонила чья-то фигура. Судя по высоте, дотянуться туда мог разве что тот самый беловолосый альфа.
Он все это время никуда не уходил?
Ши Цзянь уставился в чернильно-черный потолок, гадая, не вернется ли этот тип через пару минут, обнаружив, что он заснул, и не станет ли его будить.
В конце концов, следить за тем, действительно ли провинившиеся курсанты осознают свою вину, тоже входило в обязанности Отдела дисциплинарного надзора.
Когда Му Е явился за арестантом точно по истечении срока, его взору предстала презабавная картина: еще не до конца выросший подросток уютно устроился на скамье, рассчитанной лишь на то, чтобы альфа мог кое-как посидеть, и крепко спал посреди бела дня. Его спадающие до ребер водянисто-голубые волосы мягко укрывали половину лица, словно фата невесты, а длинные пушистые ресницы время от времени подрагивали, точно крылышки бабочки. Все это делало его донельзя похожим на принцессу из сказки, ожидающую поцелуя истинной любви, который разбудит ее ото сна.
Спал он с таким безмятежным и блаженным видом, особенно если сравнить это с самим Му Е, только что гонявшим переполненных избытком энергии щенков-альф на двухчасовой тренировке, да так, что эти паршивцы валялись на земле и молили о пощаде, а сам он вымотался не меньше них.
Му Е злосчастно усмехнулся, подошел и пнул ножку скамьи:
— А ты неплохо устроился.
Ши Цзянь мгновенно открыл глаза.
Гу Шиюнь, в этот момент как раз списывавший в своем терминале время истечения ареста, краем глаза взглянул на них и произнес первое за весь день осмысленное с любой точки зрения предложение с момента прибытия в военный колледж:
— Отдел дисциплинарного надзора также наделен правом осуществлять надзор за инструкторами. Товарищ преподаватель.
Му Е прикусил коренной зуб. Возразить было нечего, и он лишь раздраженно бросил Ши Цзяню:
— Вставай. Долго еще спать собираешься?
Ши Цзянь сонно поморгал:
— Обычно моя дневная сиеста длится от трех до четырех часов.
Му Е от бессильной злобы только вытаращил глаза:
— Это тебе не дом родной!
— Правда? А в первом же пункте учебного руководства требуется любить школу как собственный дом.
— …Не зря ты братец этой ухмыляющейся змеи, превзошел учителя в искусстве выводить людей из себя. — Зубы Му Е заскрежетали, но, будучи прямым наставником этого молодого господина, ему пришлось подавить гнев и вытащить его из карцера.
Перед уходом Ши Цзянь вежливо бросил Гу Шиюню:
— Благодарю за гостеприимство.
От этих слов Му Е подозрительно покосился то на Ши Цзяня, то на беловолосого альфу. Его закралось подозрение, что Гу Шиюнь не стал запирать этого мажора в камеру лишь потому, что тот смазлив лицом. Но парня, известного на весь Первый военный колледж как ходячий робот, чьи слова и поступки следовали заведенной программе с точностью часового механизма, вряд ли волновала внешность — иначе он не занял бы пост главы надзора будучи всего лишь второкурсником.
Даже Гу Шиюнь посмотрел на Ши Цзяня с легким недоумением. Если бы не эта мимолетная эмоция на лице, Ши Цзянь и впрямь решил бы, что перед ним бездушный искусственный интеллект.
Выбравшись из карцера, Ши Цзянь мельком взглянул на настенные часы на первом этаже:
— Инструктор, положено ли нам сейчас время для послеобеденного чая?
Му Е машинально поднял руку, чтобы проверить время, а сообразив, в чем дело, яростно огрызнулся:
— Возникнут вопросы — сначала подавай рапорт!
— Рапортую, инструктор: прошу разрешить мне выпить чаю.
— Здесь тебе Первый военный колледж Федерации! — Му Е, потеряв терпение, резко остановился, развернулся и схватил Ши Цзяня за воротник: — Ты вообще соображаешь, куда притащился?! Сколько альф готовы головы разбить, лишь бы сюда попасть, сколько рвутся пожертвовать жизнью ради Федерации и народа! Сколько генералов, чьи имена вошли в историю, воспитала эта академия! А ты — альфа уровня E, получивший местечко по блату благодаря тени своего отца, — ни капли не ценишь этого! В голове одна блажь, в карцерах умудряешься дрыхнуть сладким сном, да еще, блин, чайку тебе подавай! Почему сразу не заявить, чтобы я тебе кремовых пирожных напек?!
— Было бы неплохо. Только не забудьте полить медом.
— Ах ты… — Му Е с трудом проглотил готовое сорваться с языка ругательство.
Они стояли лицом к лицу, расстояние между ними сократилось до кулака. Ши Цзянь ясно видел красноту в глазах Му Е. Помолчав немного, он отвел взгляд и негромко произнес:
— Так увольте меня немедленно. По любой причине. Тогда вам не придется возиться со скверным солдатом, а мне — отчитываться перед отцом.
— Да я с радостью уволю тебя прямо сейчас! Скверный солдат! Ты и сам знаешь, что ты никудышный солдат!
Му Е резко повысил голос, заставив стоявших неподалеку курсантов вздрогнуть и оглянуться. Рассвирепев словно медведь, чью берлогу потревожили, он тяжело задышал, грубо выволок Ши Цзяня в тихий угол и впечатал спиной в стену.
Он свирепо ткнул пальцем в лицо парню:
— Слушай сюда! Не будь у тебя отца-генерала, я бы давным-лама переломал тебе обе ноги! И ты еще смеешь упоминать своего отца? Знаешь ли ты, сколько раз Ши Цанфэн выбирался из гор трупов, чтобы заработать эти заслуги? Если бы у тебя осталась хоть капля совести, ты бы и слова такого не произнес! Плевать мне, зачем он тебя сюда закинул, раз уж ты здесь и числишься моим подчиненным, забудь о том, чтобы прохлаждаться все эти четыре года, и даже не мечтай являться и уходить когда вздумается!
Спина Ши Цзяня болезненно врезалась в стену, заставив поморщиться от жгучей боли. Он с не меньшей яростью уставился на инструктора:
— Да я вовсе не хотел сюда ехать!
— Мне плевать! Маршируй на тренировку, живо! И заруби себе на носу: военная академия — это тебе не Академия невестушек! Никакого чая, прекрати хныкать и строить из себя жертву! Если еще раз вздумаешь качать права — у меня и ужина лишишься!
Ши Цзянь упирался, но Му Е силой дотолкал его до аудитории. Стоило распахнуть дверь, как шум и гвалт задорно галдевших альф мгновенно стихли.
Ручка выпала из ослабевших пальцев Сюй Бо, громко стукнув о пол. Застыв изваянием, он с минуту переваривал увиденное, после чего толкнул спавшего рядом с ним рыжего альфу:
— Черрт побери, к нам с небес свалилась главная красавица академии…
— Что за бред ты несешь… — сонно пробормотал разбуженный альфа, протирая глаза, но тут же широко их распахнул: — Стой-ка…
Стоило Ши Цзяню переступить порог аудитории, как густые феромоны альф ударили ему в голову, отчего в глазах слегка поплыло. Уголки его глаз от природы были чуть приподняты и подернуты естественной розоватой дымкой, из-за чего казалось, будто в них вечно плещется влага. А после череды атак со стороны Му Е и давления чужих феромонов взгляд и вовсе затуманился, делая его вид донельзя уязвимым и манящим. От этого зрелища у всех присутствующих зачесались руки, в груди защипало, а на душе заскребли кошки.
http://bllate.org/book/30358/3702062
Готово:
