Пообедав, Шэнь Шии отказался от предложенной Сюй Вэйвэнем поездки, сам поймал такси и сначала отправился в центр города.
Сверяясь с присланным на телефон адресом, он добрых полчаса блуждал по торговому району, пока наконец не нашёл нужное место. Толкнув дверь, он вошёл внутрь — в помещении было очень тихо.
Кто-то сидел к Шэнь Шии спиной. Услышав звяканье дверного колокольчика, этот человек опустил чашку, встал, повернулся, и на его лице застыла фальшивая улыбка.
— Господин Шэнь, — он подошёл и протянул Шэнь Шии руку. — Рад знакомству, я Мин Цзин. Мы виделись вчера в больнице.
Мин Цзин? Шэнь Шии порылся в памяти и наконец отыскал это имя среди множества других.
Второй молодой господин семьи Мин. С детства отличался слабым здоровьем, домашние оберегали его изо всех сил, он редко появлялся на публике, и его имя почти не мелькало в газетах и новостях.
Шэнь Шии узнал о нём из-за Вэнь Цзюаня — когда-то они были вместе на банкете в доме Мин. Шэнь Шии держал Вэнь Цзюаня под руку, и когда тот чокнулся с наследником семьи Мин, Шэнь Шии услышал, как Вэнь Цзюань с заботой в голосе спросил:
Слышал, Мин Цзин возвращается? Как его здоровье, восстановилось?
Старший молодой господин семьи Мин ответил не сразу. Вместо этого он с удивлением посмотрел на послушного Шэнь Шии, стоявшего рядом, сделал небольшой глоток вина и перевел разговор на другую тему.
В данный момент Шэнь Шии воочию видел того самого человека, о котором так заботился Вэнь Цзюань. В воздухе витал лёгкий аромат роз, исходивший от Мин Цзина.
— Здравствуйте. — Шэнь Шии подумал, что, наверное, завидует. Завидует тому, что Мин Цзину достаточно ничего не делать, чтобы получать заботу Вэнь Цзюаня, в то время как он сам потратил два года, чтобы заслужить лишь её жалкие крохи.
Мин Цзин пригласил его присесть, заказал ему чашку кофе и непринужденно откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу и сложив указательные пальцы домиком на столе.
— Господин Шэнь, давайте ближе к делу: у меня слабое здоровье, и я не могу надолго задерживаться вне дома, — заговорил Мин Цзин.
Хаос в голове Шэнь Шии в один миг упорядочился, в душе зародились смутные догадки — он словно уже знал, о чём пойдет речь.
Он приоткрыл рот, судорожно втянул воздух и медленно произнес:
— Говорите, я слушаю.
Мин Цзин достал из стоявшей рядом сумки несколько медицинских заключений и разложил их перед Шэнь Шии. Всё было исписано мелким шрифтом, и поскольку Шэнь Шии не был специалистом, ему было трудно разобраться в деталях.
Но последнюю строчку он понял без всяких раздумий.
Степень совместимости железа Шэнь Шии и Мин Цзина составляет 85%, возможна пересадка железа.
Перед глазами вмиг потемнело, и верхний свет не рассеивал эту темноту ни на йоту. Строка в голове рассыпалась на бессвязные обломки, и даже если бы они сложились в нечитаемое предложение, смысл всё равно оставался предельно ясным.
— Вы хотите сказать, что мою железу отдадут вам? — Губы Шэнь Шии дрожали. Ответ уже лежал на поверхности, но ему всё равно хотелось задать этот вопрос.
А вдруг... вдруг он всё не так понял? Ведь даже если железа повреждена, её можно удалить, необязательно проводить прямую пересадку.
Мин Цзин ответил:
— Именно. Я омега, как же мне без железы?
А главное, когда мы поженимся с А-Цзюанем, как я буду успокаивать его в период повышенной возбудимости без железы?
Мин Цзин протянул руку и подцепил указательным пальцем лежавшие на столе бумаги, одну за другой убирая их назад. Запах роз становился всё более удушливым.
Вспомнив недавнюю внезапную перемену в поведении Вэнь Цзюаня, Шэнь Шии вдруг прозрел: с чего бы человеку вдруг так круто менять свой нрав?
Тем более когда речь шла о Вэнь Цзюане. Сам же Шэнь Шии вовсе не был каким-то неожиданно обнаруженным сокровищем, чтобы заставить Вэнь Цзюаня внезапно изменить своё мнение.
В тот самый миг, когда всё встало на свои места, глаза застилали слёзы. Он изо всех сил закрыл лицо руками, яростно растирая щеки, и сквозь слёзы спросил:
— Почему вы говорите мне об этом сейчас? Разве вы ещё не получили то, чего хотели?
Мин Цзин ничего не ответил. Разблокировав телефон, он нашёл чат с Сюй Вэйвэнем и нажал на голосовое сообщение.
Этот малец Вэнь Цзюань ради тебя и впрямь готов пойти на всё, из кожи вон лезет, изображая пай-мужа для этой шлюшки Шэнь Шии.
Прослушав запись, Мин Цзин открыл чат с Вэнь Цзюанем и повернул телефон к Шэнь Шии, демонстрируя их переписку.
Переписка пестрела плотными рядами сообщений с обеих сторон, в отличие от чата Шэнь Шии, где Вэнь Цзюань мог по десять дней или полмесяца игнорировать любые весточки.
Мин Цзин указал пальцем на два сообщения, предлагая взглянуть на них.
А-Цзюань, то, что сказал Вэйвэнь, правда? Тебе не нужно заходить так ради меня вплоть до такого. Это всего лишь железа, я могу обойтись и без неё.
Мин Цзин, не дури.
Ниже шло ещё одно голосовое сообщение от Вэнь Цзюаня:
Я всё равно ничего не теряю, а стоит мне немного подобреть к Шэнь Шии, как он сам с радостью пожертвует мне свою железу.
Оказывается, в глазах Вэнь Цзюаня он — именно такой человек. Руки Шэнь Шии затряслись против его воли. Заставив себя успокоиться, он потянулся за чашкой кофе, чтобы сделать глоток, но руки так дрожали, что расплескавшийся напиток испачкал ему ладони.
— Ты прав, мне стоило рассказать тебе об этом уже после того, как тебе пересадят железу, — произнес Мин Цзин. — Но я не хочу. А-Цзюань легко может искренне привязаться к кому-то, даже если сначала притворялся. Я не знаю, как долго затянется этот спектакль с тобой, и боюсь, что в конце концов он действительно влюбится по-настоящему.
Мне нужно сорвать эту маску, пока его сердце всё ещё принадлежит мне. Пусть даже я останусь без железы, это неважно, утешить его можно и другими способами, не так ли?
Шэнь Шии больше не мог этого выслушивать. Вскочив на ноги, он схватил со стола те медицинские заключения, которые Мин Цзин не успел убрать.
Всё, чего он сейчас хотел — это пойти с этими бумагами к Вэнь Цзюаню и потребовать ответа: зацем тот так подло им воспользовался?
Мин Цзин не стал отнимать у него бумаги, позволив сбежать с отчётами на руках, и лишь сделал ещё один глоток кофе.
На улице стоял полдень, солнце уже припекало. Шэнь Шии рассеянно брёл по широкой улице, неотрывно глядя на листки бумаги, а катившиеся из глаз слёзы оставляли на них мокрые разводы.
Он опустился на обочине и разложил по полочкам в голове все улики.
Внезапный забор феромонов; согласие завести собаку и отказ от своих слов всего день спустя; неожиданная любовь Вэнь Цзюаня к аромату роз.
На всё нашлись ответы.
Забор феромонов делался для проверки на совместимость; завести собаку не разрешали, скорее всего, из-за аллергии Мин Цзина на шерсть; а розы нравились потому, что от Мин Цзина пахло розами.
http://bllate.org/book/30332/3698900
Готово:
