Готовый перевод Mama Snek in BB / Мама Змейка в Броктон Бей: 1. Змея в Заливе

Что-то было не так.

Она это чувствовала.

Точнее, вместо постели под собой она чувствовала холодную твердую землю.

Неужто этот старый раздолбанный хлам вконец развалился?

Она открыла глаза и сразу поняла, что не ошиблась: дело действительно дрянь.

Потому что над ней раскинулось небо.

— Какого хрена, — скорее констатировала, чем спросила она. Голос прозвучал как-то странно. Она потерла горло – и тут же отпрянула, когда вместо собственных ладоней ощутила что-то твердое и шершавое.

В шоке уставившись на свою руку, она увидела вовсе не свою руку – по крайней мере, не ту, к которой привыкла. Кожа была темно-темно-синей, но только до запястья; дальше, почти до самых локтей, ее покрывала аквамариновая чешуя, а пальцы венчали длинные когти того же аквамаринового цвета.

— Какого хрена, — повторила она, теперь уже со смесью изумления и растерянности. Она попыталась сесть и инстинктивно скрестила ноги, но тут же опустила взгляд, когда поняла, что и с ними что-то не то. Ноги тоже оказались покрыты аквамариновой чешуей от лодыжек до середины бедер, а ступни были все того же темно-синего цвета, с причудливыми аквамариновыми когтями вместо ногтей.

— Погодите. Чешуя? — Спросила она, осматривая остальное тело в поисках других изменений. — Ого, ну и буфера у меня выросли, — удивилась она своей куда более «традиционно» женственной и слегка постройневшей фигуре, которая сейчас была облачена в самое простое нижнее белье. Впрочем, откуда взялся бюстгальтер, оставалось загадкой – ее мама душу бы отдала, чтобы это выяснить…

Она растерянно огляделась, вновь осознавая, что находится далеко не в своей комнате. Судя по всему, она очнулась в переулке. В грязном переулке, где ужасно воняло, повсюду валялись мусорные мешки, виднелось нечто похожее на развалившееся жилище бездомного и висели стандартные пожарные лестницы. В общем, обычный переулок, какой можно встретить в любом городе с подобными жилыми домами.

Но была одна проблема.

Она не жила в городе.

— Так, ладно, ладно, ладно, ладно, ладно, ладно… — Она попыталась подавить подступающую панику и оценить обстановку, оглядываясь по сторонам. — Черт, меня ведь исекайнули, да? — О, смотрите-ка, у нее теперь длиннющие волосы того же цвета, что и руки. Это прикольно.

— Ш-ш-ш, — раздалось змеиное шипение, едва она решила рассмотреть их получше.

— А-а-а, нет-нет-нет, только не змея! — Вскрикнула она, поспешно вскакивая на ноги и отпрыгивая в сторону. Тут-то она и увидела массивное змеиное тело, которое было толще ее самой (эта хреновина была просто огромной). Она инстинктивно сжалась и закрылась руками. — Ну почему обязательно змеи?!

Она стояла и ждала, пока гигантская гадина избавит ее от мучений… но ничего не происходило.

Она осмелилась взглянуть еще раз и поняла, что видит только кончик хвоста. Проследив за ним глазами, она поняла, что он тянется прямо из-за ее спины…

Она тут же прыгнула вперед, подальше от притаившейся сзади змеи, и развернулась, но почувствовала странное натяжение в районе копчика, споткнулась о ту самую змею и полетела на землю. Она приготовилась к удару…

Которого так и не последовало.

Вместо этого в копчике снова возникло странное ощущение.

— …О нет, только не говорите мне… — медленно произнесла она, поворачиваясь назад. И точно: это была не посторонняя змея, хвост рос прямо из нее. — …Почему я змейка?

— Ш-ш-ш, — снова раздалось шипение.

— …Дайте угадаю, — медленно проговорила она, закрывая глаза и делая успокаивающий вдох. — Это тоже я? — Она открыла глаза и прямо перед собой увидела огромную змеиную морду. — А-А! — Она снова отпрянула, заваливаясь назад на собственный хвост, пока змеиная голова озадаченно склонялась набок.

— Ш-ш-ш?

Несколько секунд она разглядывала ее окрас. Черная чешуя с единственным красным глазом, напоминающим татуировку, и красноватый зев. Но чем ниже от головы она вела взгляд, тем отчетливее проступала синева – знакомый темно-синий оттенок, уходящий прямо к ее собственной макушке.

Ее глаза расширились от внезапного озарения.

— О боже, я что, стала Медузой?! — Воскликнула она в шоке, когда до нее наконец дошло, кем она теперь является.

— Мэм, вы в порядке? Я слышала крики, — спросил молодой девичий голос.

— Не-е-ет? — Умоляюще простонала она, поворачиваясь на голос и совершенно не понимая, какого хера происходит. — Я не знаю, что вообще творится!

У входа в переулок позади нее стояла девочка с короткими светлыми волосами в очень зеленом наряде. Тот состоял из бронированных сапог, чего-то вроде зелено-черного нагрудника, напоминающего экипировку для трюкового мотоспорта, поверх бело-зеленого платья, а также зеленых наручей и черных перчаток без пальцев. Глаза девочки скрывал зеленый визор, вызывающий стойкие ассоциации с двухлинзовым скаутером.

— Ого, ну и махины… — только и смогла выдавить девочка, потрясенно разинув рот от удивления.

— Эй, Виста, не убегай вперед, — раздался мальчишеский голос, и из-за угла показался еще один ребенок в костюме. На этот раз снаряжение выглядело куда более высокотехнологичным – этакая копия Железного человека с легким налетом эстетики Империума. На его груди светился красный символ с чем-то похожим на стилизованные буквы «КВ», а нижнюю часть лица, в отличие от скрытых за красным визором глаз, ничто не закрывало – может, тут мода такая? — Так, этого я сегодня не ожидал, — произнес он, прижимая пальцы к боковине визора. — Консоль, мы обнаружили Дело 53 в Даунтауне, Вашингтон-стрит, восемнадцатая. Прием.

Последовала короткая пауза, во время которой он слушал ответ, а она лишь недоуменно на них пялилась. Затем он снова заговорил:

— Дело 53 не проявляет агрессии и выглядит растерянным. Прием, — доложил мальчик в свой воображаемый наушник.

Она решила робко помахать этим… детям-копам? Сайдкикам? И попыталась натянуть нервную улыбку:

— Э-эм, привет? Судя по разговору, вы понимаете, что происходит. Так что происходит?

— Мэм, все будет хорошо, мы здесь, чтобы помочь вам, — девочка, которую мальчик в красном назвал Вистой, начала осторожно к ней приближаться. — Вы знаете, где находитесь?

— Нет? — Ответила она. — Последнее, что я помню, это как я… — Лицо ее вытянулось, когда она осознала, что не помнит. — Я… что же я делала?

— Вы в Броктон-Бей, — ответила Виста. — И то, что вы чувствуете, вполне обычно для таких, как вы: они ничего не помнят и не знают, где оказались.

— Что значит «таких, как я»? — Спросила она, почувствовав страх, растерянность и почему-то… обиду от этих слов.

— Ш-ш-ш, — зашипели волосяные змеи, заставив Висту отшатнуться.

— Извини, извини, я не… я сама не знаю, что это с ними, — затораторила она, руками пытаясь удержать волосяных змей. Змеи во множественном числе – они что, размножились? Еще секунду назад была всего одна.

— Все в порядке, — ответила Виста, но ближе подходить не стала. — Я имела в виду паралюдей, которые приходят в себя без памяти и с необратимыми монструозными изменениями во внешности.

— Паралюдей? — Растерянно повторила она.

— Люди со сверхспособностями. Как я. Я – Виста, состою в Стражах СВВ здесь, в Броктон-Бей, — представилась она.

— А я Крутыш, тоже из Стражей, — представился похожий на Железного человека мальчик. — Не волнуйтесь, мэм, сюда уже едут герой из Протектората и фургон СКП, чтобы отвезти вас в безопасное место.

— Я… я понятия не имею, что все это значит, — выдохнула она. — Но я… я… — В груди у нее все неприятно, тоскливо сжалось, когда она осознала кое-что очень, очень важное. — Я не знаю своего имени.

— Это нормально. Может, у вас есть имя, которым мы могли бы называть вас первое время? — Спросил Крутыш.

— Э-э-э-э… — Она быстро перебрала в голове первые пришедшие на ум ассоциации. — Медуза? Наверное? Не хотелось бы, чтобы это имя осталось со мной навсегда, но для начала сойдет.

— Вполне, — ответил Крутыш.

— Значит… вы, дети, супергерои? — С любопытством спросила «Медуза» после неловкого молчания. — Типа, в одной команде? — В глубине души она отчаянно надеялась, что попала в мир DC. Ну, или хотя бы в Marvel. Только бы не в какую-нибудь фанатскую вселенную, придуманную одним автором: такие миры обычно выходят до тошноты мрачными и жестокими.

Или в «Янгблад».

Это было бы куда, куда хуже.

Впрочем, дети явно не страдали синдромом «Янгблада», так что от подобной жуткой участи она, скорее всего, была избавлена.

— Супергерои-стажеры, — ответил Крутыш.

— То есть вы… сайдкики?

— В каком-то смысле, но не совсем. Мы не приставлены к какому-то конкретному герою, а скорее помогаем взрослым, — сказала Виста, глядя на Медузу снизу вверх. И тут новоявленная женщина-змея поняла, что буквально возвышается над детьми – куда сильнее, чем возвышалась бы обычно. Значит, она стала выше? Все это тело… Нет, она просто приподнялась на собственном хвосте еще фута на два, сообразила она, заметив, что ее стопы не касаются земли.

— О. Круто. И как… весело? Вам нравится? — Спросила Медуза. Ей было и искренне любопытно, и до смерти хотелось узнать хоть что-то о происходящем. Их призвали насильно? Или они вступили добровольно?

— Да, здорово. Правда, взрослые иногда ведут себя как типичные наседки, — поделилась Виста, что прозвучало как обычные подростковые жалобы.

— К тому же это куда безопаснее, чем геройствовать самостоятельно. Вигилантов обычно либо силой затягивают в банды, либо просто убивают на улицах, ведь у них нет никакой поддержки, — добавил Крутыш. — Герой Протектората, который сейчас приедет, объяснит вам все гораздо лучше, чем я.

— А когда они будут? — Спросила Виста.

— Уже должны быть здесь, мы совсем рядом со штаб-квартирой СКП, — ответил Крутыш. И стоило ему это сказать, как Медуза увидела в конце переулка, прямо за спиной Крутыша, сдающий задом черный фургон.

— Э-э, это за вами? — Спросила Медуза, указывая на машину. Ей очень не хотелось быть похищенной (да и за детей она тоже немного опасалась).

— За нами, — подтвердил Крутыш. Задние двери распахнулись, и наружу вышла женщина в цифровом камуфляже. Нижнюю половину ее лица скрывала бандана из американского флага – вернее, сам флаг, повязанный вместо банданы. В руках она сжимала гранатомет, испускающий зеленое свечение.

Увидев оружие, Медуза тут же вскинула руки:

— Пожалуйста, не стреляйте! Я правда не понимаю, что происходит!

— Не буду, мисс, — успокоила ее женщина. Следом за ней из фургона вышли двое мужчин в тактическом снаряжении. На глазах у Медузы гранатомет в руках незнакомки превратился в окопный нож. — Обычная мера предосторожности. Меня зовут Мисс Ополчение, я из Протектората СВВ. А вы, как я понимаю, выбрали имя Медуза?

— Э-э, ну да? — Подтвердила Медуза, осторожно опуская руки. — И… что теперь?

— Садитесь в фургон. По дороге к Вышке я отвечу на любые ваши вопросы, — как можно мягче произнесла Мисс Ополчение. — Крутыш, Виста, ваш патруль окончен. Возвращайтесь в штаб-квартиру СКП.

— Так точно, Мисс Ополчение, — хором ответили они.

— Ла-а-адно, — медленно протянула Медуза и двинулась к фургону. Передвигалась она, конечно, своеобразно – наполовину шагая, наполовину ползя: поднять тяжеленный хвост и просто пойти не получалось при всем желании. Кое-как добравшись до дверей, она залезла внутрь, попутно изо всех сил сжимая пальцами одну неугомонную волосяную змею, которая так и норовила зашипеть на вооруженных людей в броне. Изнутри машина очень походила на тюремные автозаки, которые она видела по телевизору: просто пустая коробка с лавками по бокам.

Собравшись сесть, Медуза поняла, что столкнулась с проблемой:

— …А как мне… сесть? — спросила она вслух. Мозг отдавал привычные команды, но из-за хвоста выполнить их не получалось.

— Просто… попробуйте устроиться посередине, уложив хвост кольцами, как вы сидели в переулке, — подсказала Мисс Ополчение.

— Хорошо, — согласилась Медуза. Она так и сделала: инстинктивно свернула хвост кольцами – точь-в-точь как настоящая змея – и уселась сверху, скрестив ноги. — …Странно все это. Это ведь… это ведь действительно странно, да? — Спросила она, устраиваясь поудобнее.

— Ну, зато сидеть мягко, — пошутила Мисс Ополчение.

Медуза фыркнула и согласно кивнула – тут возразить было нечего.

— Да нет, я про… вот это все? — Она неопределенно обвела себя руками. — Мальчик в красном назвал меня… Делом 53? Это происходит настолько часто, что у вас даже специальный код для такого есть?

— Да, в США мы официально сталкиваемся с новыми случаями примерно раз в месяц, — ответила Мисс Ополчение.

— Значит, я все-таки в Штатах? — Уточнила Медуза. — Это ведь Соединенные Штаты Америки, верно?

— Да, на Восточном побережье. Бостон к югу от нас, Портленд – к северу, — ответила Мисс Ополчение. — Похоже, кое-какие воспоминания у вас все же сохранились.

— Э-э… вроде того? — Протянула Медуза. — Я не могу… не помню своего имени… или имен родных… но я точно знаю, что у меня есть младшая сестра и младший брат. Еще я… училась в колледже. В… государственном колледже? Кажется? — Она указала на руку. — Его цвета были вот такими же.

— Что ж, это определенно больше, чем помнит большинство Дел 53. У большинства наблюдается практически полная ретроградная амнезия, сохраняются разве что речевые навыки, — заметила Мисс Ополчение.

— Это… странно, — произнесла Медуза. — В памяти… в ней точно зияют дыры, если начать вдумываться, но… мне кажется, у меня и раньше были проблемы с памятью? Может, сейчас они просто обострились?

— Ну, не будь у вас этой метки на лбу, я бы решила, что вы обычный парачеловек после Триггера, у которого обострились старые проблемы. Но у вас есть то же клеймо, что отличает любое Дело 53 от всех остальных, — сказала Мисс Ополчение.

— Клеймо? — С любопытством переспросила Медуза. — Какое еще клеймо? Я ничего такого у себя не видела.

— Оно у вас на лбу, — Мисс Ополчение достала из кармана зеркальце и протянула его Медузе.

Наконец Медуза смогла как следует рассмотреть свое лицо. Оно… вроде бы выглядело нормально? Хотя что-то все же казалось неправильным, но она не могла понять, что именно. Может, дело в желтых змеиных глазах с вертикальными зрачками?

А, нет, скорее всего, дело в гигантской букве «К» на лбу.

— …Это на какую же вечеринку я умудрилась сходить… — растерянно пробормотала Медуза, решив отшутиться, чтобы хоть как-то отвлечься от подступающей паники.

— Ну, если судить по моим студенческим годам… — поддержала шутку Мисс Ополчение.

— Вы учились в колледже? — Искренне удивилась Медуза. Услышать такое от супергероя военного образца (суперсолдата? О господи, неужто это местный Капитан Америка?) было неожиданно.

— Вас это удивляет? — Спросила та.

— Э-э-э… — Медуза замялась. — В общем-то, да. Вы выглядите моей ровесницей. А у нас в школе военные были старше меня лет этак на десять.

— Мне тридцать восемь, — ответила Мисс Ополчение.

— …А я совершенно не умею определять возраст людей на глаз, — призналась Медуза, пряча лицо от смущения. — Чтобы бессовестно сменить тему: а что такое СКП?

— СКП – это Служба Контроля Паралюдей, государственное ведомство, которое регулирует всю деятельность паралюдей на территории Соединенных Штатов совместно с Протекторатом, финансируемой правительством супергеройской организацией, — ответила Мисс Ополчение.

— О. То есть вы профессиональные герои? — Спросила Медуза, на мгновение понадеявшись, что попала в какую-нибудь Америку из «Моей геройской академии».

— Можно сказать и так, — ответила собеседница.

— …А стоматологическая страховка у вас есть?

Этот вопрос заставил усмехнуться и Мисс Ополчение, и агента СКП, который до этого момента хранил молчание.

— Да, и сразу скажу: она получше, чем у ФБР и ЦРУ.

— И как к вам попасть? — Медуза запнулась. — Хотя стоп. А я вообще обязана вступать? Ну, в смысле, бывают ведь обычные гражданские вроде меня?

— Среди Дел 53 есть несколько гражданских, но большинство либо идут в Протекторат или Стражи, либо примыкают к бандам злодеев. А те, кто не делает ни того ни другого, рискуют погибнуть от рук этих самых банд на улице, если откажутся на них работать, — объяснила Мисс Ополчение. — Вступить в Протекторат – пожалуй, самое простое и безопасное решение, ведь мы сможем предоставить вам законное удостоверение личности и стабильный доход.

— Я, э-э… м-да. Когда вы так это преподносите, выбора у меня особо и нет, правда?

— Выбор есть всегда. Мы не можем принудить вас вступить в наши ряды, если только вы не совершили преступление и это не ваше судебное предписание, — ответила Мисс Ополчение.

— Понятно, — кивнула Медуза. — …А почему вы сами решили стать героем?

— Я не имею права вдаваться в подробности, но я делаю это ради того, чтобы служить стране, которая меня спасла, — ответила она.

— А, ясно, — произнесла Медуза, понимая, что едва не наступила на мину.

— У вас есть еще какие-нибудь вопросы? Мы прибудем на Вышку через пять минут, — спросила Мисс Ополчение.

— Э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э… — протянула Медуза, выигрывая время. — Наверное, нет? Кажется, вы рассказали все, что мне хотелось знать… или, по крайней мере, все, о чем я додумалась спросить. Может… может, вы сами расскажете о чем-то важном, о чем я забыла упомянуть? Мой мозг сейчас прямо-таки выдает синий экран смерти.

— Что ж, люди начали обретать суперсилы начиная с 1982 года, после того как явился Сын – самый первый парачеловек и супергерой, — рассказала Мисс Ополчение.

— О, — отозвалась Медуза. — Чисто для справки, а какой сейчас год?

— Сегодня двадцатое марта две тысячи одиннадцатого года, — ответила Мисс Ополчение.

— Понятно… — Медуза нахмурилась. Кое-что в этой дате показалось ей неправильным, но куда больше ее сейчас занимал другой вопрос. — А кто такой Сын?

— Как я уже говорила, он первый парачеловек, заявивший о себе миру. Его также называют Золотым Человеком, — ответила Мисс Ополчение.

— То есть он местный Супермен? — Спросила Медуза.

— В каком-то смысле так и есть, — весело ответила Мисс Ополчение.

— А Бэтмен здесь есть? — Спросила Медуза, ведь если здесь был Супермен, то, очевидно, должен быть и Бэтмен, верно?

— Есть много героев, которые подходят под этот архетип, — ответила Мисс Ополчение. — Но на этом наши расспросы придется закончить, мы приехали.

Медуза почувствовала, что фургон остановился.

Двери распахнулись. Медуза последовала за Мисс Ополчение и агентом СКП наружу, но вместо здания или подземной парковки, которые она ожидала увидеть, перед ней раскинулось бескрайнее море, а вдали виднелась береговая линия.

— А где же… — Медуза осеклась, осознав, что действительно видит береговую линию где-то в дали. Оглядевшись, она поняла, что стоит на сооружении, до боли похожем на переоборудованную нефтяную платформу. — …Оу, это же Вышка, теперь понятно.

— Ага, это старая нефтяная платформа, которую превратили в нашу базу. А еще она служит временной тюрьмой для пойманных злодеев – отсюда максимально трудно сбежать, — пояснила Мисс Ополчение. — А теперь иди за мной, Медуза, мы проводим тебя в комнату и во всем разберемся.

— Хорошо, — согласилась Медуза, решив вести себя как можно более дружелюбно – все-таки невысказанная угроза того, что это место одновременно является тюрьмой, неслабо давила на мозги.

Xxx.

«Дело 53», на данный момент именовавшее себя Медузой, сидело в довольно спартанской комнате казарменного типа. Она ждала, когда вернется Мисс Ополчение и отведет ее на встречу с лидером Протектората СВ и директором СКП СВ, которую сейчас как раз организовывали.

К счастью, по прибытии Медузе выдали одежду подходящего размера и внушительный пакет со всякими вкусностями.

В данный момент она проверяла, умеют ли ее волосяные змеи – которые, судя по всему, появлялись и исчезали совершенно хаотично – есть. Пока что ответ казался отрицательным: они годились только для того, чтобы кусаться.

Это сбивало с толку, ведь она никого не превратила в камень… Впрочем, она почти все время избегала смотреть людям в глаза просто из-за нервозности.

По правде говоря, она понятия не имела, способна ли вообще на такое или же она просто похожа на змею. Да и что вообще значило это «похожа», она тоже не знала. Она определенно была теплокровной, руки оставались теплыми, как обычно, но в теле чувствовалось какое-то странное несовпадение. Она не могла понять, в чем именно дело, но помимо очевидного змеиного хвоста и змей на голове, что-то в ее организме работало иначе. Не то чтобы… плохо, просто по-другому. Это походило на…

— Ш-ш-ш, — зашипела волосяная змея, уткнувшись ей в макушку.

— Что такое? Тебе что-то нужно? — Спросила она, сбившись с мысли.

— Ш-ш-ш, — прошипела та, тычась в пакет с чипсами, который она от волнения уже смяла в кулаке, превратив содержимое в труху.

— Оу. Спасибо, — пробормотала она, пытаясь аккуратно собрать крошки, пока продолжала ждать и размышлять.

Впрочем, вспомнить, о чем думала секунду назад, так и не удалось, поэтому она переключилась на выбор имени.

Свое настоящее имя она забыла напрочь. Помнилось только, что в фамилии их семьи была какая-то игра слов, а ее собственное имя вечно путали, хотя оно было до безумия простым. Люди почему-то упорно называли ее как угодно, только не ее настоящим именем, по совершенно непостижимой для нее причине.

Она помнила все эти детали, кроме самих имен.

Ни своего, ни брата, ни сестры, ни матери, ни отца, ни кузенов, ни бабушек с дедушками, ни…

— Ай! — Пискнула она, когда волосяная змея легонько прикусила ее за руку. Отмахнувшись от нее, она возмутилась:

— Да что с тобой не так?

— Ш-ш-ш, — воинственно прошипела змея в ответ.

— Уф. Ладно, проехали, — простонала она, возвращаясь к раздумьям над именем. — Черт… Не хочу я врать насчет имени, но ведь я физически не смогу назвать настоящее, даже если бы очень захотела…

Она немного посидела в тишине, а затем снова раздраженно вздохнула.

— Извините, что пришлось подождать, но директор и Оружейник готовы поговорить с тобой, — сказала Мисс Ополчение, открывая дверь.

— О, все нормально, как раз было время подумать, — ответила Медуза. — Мне идти за вами, верно?

— Да, до конференц-зала тут совсем недалеко. Оружейник будет лично, а директор Пиггот подключится по видеосвязи, — объяснила Мисс Ополчение, и Медуза послушно двинулась следом за ней.

Они шли по коридорам в относительном молчании, пока не добрались до места назначения.

— Мы на месте, — произнесла Мисс Ополчение, открывая двойные двери, и они вошли внутрь. Там действительно находился человек, которого она мысленно окрестила Оружейником. Выглядел он точь-в-точь как Могучий Рейнджер (не из классических, а скорее из того ремейка, но все равно), а рядом с ним висел экран, транслирующий изображение довольно плотной женщины, которая вызывала стойкие ассоциации с Амандой Уоллер.

Только белой.

— П-привет, — поздоровалась Медуза с вылитым Синим Рейнджером и суровым боссом.

— Присаживайтесь, мисс Медуза, если вы по-прежнему хотите, чтобы вас так называли, — произнес Оружейник.

— Вообще-то я тут подумала и решила назваться Верити, — ответила она, выдвигая стул. Заметив, что он с подлокотниками, она вздохнула и вместо этого уселась на собственный свернутый кольцами хвост, оказавшись примерно на одном уровне с собеседниками. Сидеть так было на удивление удобно. — А если я подамся в герои, то Медуза станет моим псевдонимом.

— Очень хорошо, я запишу ваше имя как Верити, — ответил Оружейник, после чего заговорила директор.

— Итак, Верити, я Эмили Пиггот, директор СКП СВ здесь, в Броктон-Бей, — заговорила блондинка с экрана, продолжая тяжело бурить Верити взглядом. — Я хочу, чтобы вы рассказали все, что помните до того момента, как очнулись в переулке, где вас нашли Стражи Виста и Крутыш.

— Э-эм, вы хотите, чтобы я рассказала вообще все? — Спросила Верити. — Просто… я помню очень многое, но ничего из этого не объясняет… — она неопределенно обвела себя руками, — …вот этого.

— Тогда проще будет спросить: чего именно вы не помните теперь, когда у вас было время побыть наедине с мыслями? — Спросил Оружейник.

— Да, пожалуй, так проще, — согласилась Верити. — Для начала: сколько я себя помню – каламбур не преднамеренный, – у меня всегда были проблемы с памятью. Но я знаю как факт, что до всего этого помнила и свое имя, которого теперь не знаю, и имена родственников. Я помню их лица, общие воспоминания о них и о себе, но вот сами имена почему-то стерлись. И еще… я знаю день своего рождения, но совершенно не помню год. Точно до начала века, а мои брат с сестрой родились уже после, но на этом все… пустота.

— Вы помните свой точный возраст? И что было последним, что вы отчетливо помните? — Спросила директор Пиггот.

— Мне двадцать один. Помню, как выпивала на этот день рождения, но больше поводов с тех пор вроде не было, — Верити задумалась. — И… последнее, что отложилось в памяти… я… куда-то ехала на машине? Кажется… с друзьями? То есть я все еще была дома, в Пенсильвании, мы просто тусовались, а потом… — Она замолчала, ее взгляд расфокусировался, пока она пыталась уцепиться за мысль. — …Белый шум.

— Директор, ее показания сходятся с тем, что она говорила ранее. Я согласен с Мисс Ополчение: если бы не метка, я бы классифицировал ее не как Дело 53, а как парачеловека после тяжелого триггерного события из-за возможной автокатастрофы. Но учитывая клеймо, появление за три штата от прошлого местонахождения и стабильную монструозную форму… — произнес Оружейник.

— Согласна. Значит, мы запускаем стандартные протоколы в отношении Дел 53, — ответила директор Пиггот.

— С-стандартные протоколы? — Нервно переспросила Верити.

— Ничего страшного. Обычное оформление новой личности. И если вы захотите стать героем Протектората… поскольку вы, судя по всему, совершеннолетняя, мы не можем сделать вас подопечной государства и принудить к супергеройской деятельности, — ровным тоном пояснила директор Пиггот.

— О, ну хорошо, — с облегчением выдохнула Верити. — Я слышала, у вас отличная стоматологическая страховка, так что я, пожалуй, соглашусь. С такой внешностью другую работу мне все равно вряд ли светит найти, верно?

— Да, кейпы часто сталкиваются с дискриминацией при трудоустройстве, а Дела 53 – тем более. Единственная группа в Броктон-Бей, не связанная с криминалом напрямую – это Команда Трещины, у нее работают еще несколько подобных вам. Но они наемники, так что их деятельность, скорее всего, пойдет вразрез с любыми вашими моральными принципами, — сказал Оружейник.

— Понятно, — ответила Верити, не особо зная, как на это реагировать. — А я могу, ну… подождать недельку перед тем, как официально вступить? Мне бы сначала разобраться, на что я вообще способна. Да и просто привыкнуть двигаться в таком теле.

— Разумеется. Мы не выпускаем новых паралюдей на улицы в качестве кейпов Протектората в первый же день. На это уходит минимум две недели: вам нужно пройти тестирование способностей и побеседовать с пиар-отделом, прежде чем вы сможете выходить на патрули или появляться на публике, — произнесла директор Пиггот с легкой обидой в голосе, будто сама мысль о том, что у них нет жестких бюрократических процедур для таких случаев, задевала ее за живое.

— Хорошо, здорово, — ответила Верити. Она все еще с трудом переваривала информацию, зациклившись на мысли, что ее память теперь испорчена окончательно, но изо всех сил пыталась держать удар под этим непрекращающимся шквалом новостей. — От меня требуется что-то еще?

— Нет, нам нужно было лишь получить ваше согласие на вступление и прояснить ситуацию с потерей памяти, — ответил Оружейник.

— Да, я сейчас же отправлю уведомление. Верити… какую фамилию вы хотите себе выбрать? — Спросила Пиггот.

— Э-э-э-эм… — Верити задумалась на секунду, снова перебирая в голове ассоциации, чтобы найти подходящий вариант. — Мендакс. Верити Мендакс.

— Правдивая лгунья? — Спросил Оружейник.

— Э-э, ну да? — Пожала плечами Верити. — Я учила латынь в школе. Выбрала «Верити», а «Мендакс», по-моему, неплохо звучит в сочетании. Наверное?

— В этом есть поэзия, — заметила Мисс Ополчение у нее за спиной.

— Спасибо.

— Что ж, на сегодня это все. Остаток дня вы можете провести в своей новой комнате. Завтра для вас устроят экскурсию по Вышке и познакомят с другими героями Протектората. А послезавтра прибудут ученые, которые проведут тестирование ваших способностей, — Оружейник говорил четко и лаконично, явно стараясь тратить как можно меньше слов.

— И-и-и… я могу идти?

— Да, — ответила Пиггот, но в этот момент на ее стороне послышался скрип открывающейся двери и чей-то мужской голос. — Да, я сейчас свободна. Мы поговорим позже. — Ее экран погас, но микрофон остался включенным, и Верити отчетливо услышала ворчание:

— Чертовы неонацисты, весь вечер мне испортили.

— Она вечно забывает сначала отключить микрофон, — со вздохом заметила Мисс Ополчение.

— Простите, она сказала «неонацисты»? — Спросила Верити. Ее внутренний настрой мгновенно переменился.

— Да, одна из орудующих в городе преступных банд – довольно упрямая группировка сторонников превосходства белой расы под названием «Империя Восемьдесят Восемь», или сокращенно Е88, — ответил Оружейник, слегка поморщившись, что сделало выражение его лица под аккуратно подстриженной, но внушительной бородой еще более суровым.

— …Что ж, у меня больше нет сомнений насчет того, становиться ли героем. Если ради этого придется чистить рожи нацистам, то я только за.

— Да, это занятие всегда приносит душевное облегчение, — отозвался синий Могучий Рейнджер. — Мисс Ополчение может рассказать тебе о преступности в городе подробнее – у нее есть еще целый час до начала следующего патрулирования.

— Да, без проблем. Пойдем обратно в твою комнату, Верити, — сказала Мисс Ополчение.

— Ладно.

И они вернулись в казарму, временно выделенную Верити. — Это жилье временное, — сказала Мисс Ополчение. — Мы постараемся подыскать для тебя небольшой домик или квартиру.

— О, хорошо, это мило, — рассеянно произнесла Верити. — Желательно что-нибудь попрочнее – кажется, я слегка прибавила в весе.

— …Оружейник просил ввести тебя в курс дела, но, думаю, лучше отложить это на завтра. Выглядишь ты смертельно уставшей и все еще растерянной. Так что я схожу в столовую и принесу тебе нормальной еды. Хочешь чего-то конкретного? Могу посмотреть, есть ли у них, — предложила Мисс Ополчение.

— Э-э, пиццу? — Спросила Верити. — Или рис. Или картошку. Или скрэпл – у вас его, скорее всего, нет, но вдруг повезет.

— Думаю, пицца найдется, Наручник ее обожает, — ответила она и ушла, снова оставив Верити наедине с ее мыслями.

— … — Верити дождалась, пока закроется дверь, тяжело вздохнула и откинулась назад, улегшись параллельно полу: она удерживала себя на весу с помощью хвоста, свесив руки и ноги и уставившись в потолок. — …Во что же я, черт возьми, ввязалась?

Xxx.

Она проснулась с ощущением тепла и легкой растерянности. Двигаться не хотелось совершенно, но, судя по всему, уже наступило утро.

— Ш-ш-ш.

— Ой! — Пискнула она, услышав шипение прямо над ухом – а почувствовав тяжесть собственного хвоста, окончательно пришла в себя.

— …О боже, это действительно произошло? — Спросила себя Верити. — Все это происходит на самом деле? — Она ущипнула себя за руку. — Ай! — Она не только почувствовала боль, но и начисто забыла, что у нее теперь когти: на руке осталась свежая царапина, из которой медленно сочилась кровь. — …Ну, хотя бы кровь у меня красная.

— Верити, ты проснулась? — Послышался из-за двери голос Мисс Ополчение.

Верити быстро глянула на часы, чтобы оценить обстановку: половина восьмого утра. Не так уж плохо, но рановато, учитывая обстоятельства. — Да, вроде того, секунду, — сонно пробормотала она. Сон все еще не желал отпускать ее, пока она торопливо поднималась на ноги и натягивала выданные вещи: простую футболку, которая почему-то оказалась ей великовата (в новинку, честно говоря), и темно-синюю юбку, севшую прямо-таки идеально, что не могло не радовать.

После недолгой суматохи она распахнула дверь. — Извините за задержку. Я и раньше-то спала как сурок.

— Ну, ты же теперь змейка, так что этого следовало ожидать, — с усмешкой ответила та. — Сейчас мы спустимся в столовую, чтобы познакомиться с остальными, а заодно введем тебя в курс дел Броктон-Бей.

— О, ладно. А сколько их вас? — Верити запнулась, прокрутив фразу в голове. — Извините, у меня такое бывает. Сколько вас всего? — Спросила она снова, на этот раз чётко и медленно выговаривая слова.

— Сейчас в Протекторате СВ семь героев, включая меня, — ответила Мисс Ополчение.

— А что значит «СВ»? Северо-Восток? — Спросила Верити.

— Верно, — ответила она, пока они шли по коридорам, минуя персонал и бойцов СКП.

— То есть Протекторат есть вообще в каждом городе?

— В городах, где численность населения превышает определенный порог. В остальных обычно действуют одиночки-вигиланты, которые работают либо с местной полицией, либо с СКП, — ответила она.

— СКП? — Мысли Верити невольно унеслись к расшифровке вроде «гормонозаместительной терапии».

— Как я и говорила вчера, это Служба Контроля Паралюдей, правительственная организация по делам паралюдей, — ответила Мисс Ополчение.

— Ой, извините, я вчера… не очень хорошо соображала, — извинилась Верити. — Сейчас я куда собраннее. Это только в Штатах или по всему миру?

— Пока только в США. Недавно открыли единственный филиал в Канаде. Организация совсем молодая – ей меньше двадцати лет, — ответила она.

— Оу. То есть вся эта супергеройская тема появилась недавно? — Спросила Верити. Прежде она о таком точно ничего не слышала.

— Да, все началось в 1982 году с появлением Сына, которого мы считаем самым первым, — ответила Мисс Ополчение.

— Считаете? — Переспросила Верити. — Разве наличие суперспособностей у людей – не очевидный факт?

— Он первым заявил о себе во всеуслышание. Мы не знаем, были ли у кого-то еще силы в то же время, но вскоре после его появления паралюди прочно вошли в общественную жизнь, — ответила Мисс Ополчение.

— Понятно, — довольно легко согласилась Верити. — А что насчет вашей команды? Вы лидер?

— Нет, возглавляет нас Оружейник, а я его заместитель, — ответила она.

— А кто еще в вашей команде?

— Сейчас сама увидишь, — сказала Мисс Ополчение, когда они вошли в довольно скромных размеров столовую. Сняв бандану из американского флага, она добавила:

— И раз уж нам предстоит работать вместе, давай я представлюсь официально. Меня зовут Ханна Вашингтон.

— Привет, а я… — Она по привычке хотела представиться настоящим именем, но тут же запнулась. — …Верити. Теперь я Верити. Рада работать с тобой, Ханна.

— Взаимно. А теперь пойдем знакомиться, — ответила Ханна, тактично проигнорировав секундное замешательство Верити, и указала на столик, за которым сидели пять человек. В отличие от Ханны, которая все еще оставалась в своем костюме (видимо, только вернулась с утреннего патруля), они были одеты в повседневное.

— Всем привет, — неловко поздоровалась Верити, когда они подошли ближе.

— Ого, когда ты говорила, что она крупная, Ханна, я не думал, что ты имеешь в виду сразу в обоих смыслах, — прокомментировал рыжеволосый мужчина среди них, за что тут же получил локтем в бок от сидящей рядом темноволосой женщины.

— Не начинай знакомство с сексуальных домогательств, Итан, — осадила его женщина. — Прошу прощения за поведение моего мужа. Я Лора Хант, мой псевдоним – Батарея, а этот набитый дурак – Наручник.

— «Наручник» и «Батарея», классное сочетание, — не удержалась от замечания Верити.

— Ага, я тоже так подумал, потому и выбрал это имя, когда вступил в команду, — сказал Итан. — …Я бы предложил тебе присесть, но сомневаюсь, что наши стулья на такое рассчитаны.

— Не беспокойтесь, я уже кое-что придумала, — ответила Верити, убирая стул с торца стола и усаживаясь там на собственный хвост. Она подтянула его поближе, чтобы никто случайно не споткнулся. — Итак, я Верити. Верити Мендакс. Думаю, моим геройским именем будет Медуза. Рада работать со всеми вами.

— Рад знакомству, Верити. Меня зовут Робин Свойер, геройское имя – Скорость, — представился шатен довольно крепкого телосложения по другую сторону стола. На его лице виднелось несколько шрамов, а глаза были пронзительно-голубыми. Если бы Верити пришлось подбирать сравнение, он выглядел точь-в-точь как персонаж с обложки какого-нибудь сурового шутера.

— А я Шон Бёрри, геройское имя – Бесстрашный. Надеюсь, мы поладим, — представился Шон. Это был длинноволосый блондин, собравший волосы в хвост, с весьма симпатичным лицом.

— А я Рори Кристнер, мой псевдоним – Триумф, я только что выпустился из Стражей, — представился явно самый молодой член команды. Его светло-каштановые волосы сильно вились, а на щеках все еще оставалась детская припухлость.

— Ну что, Верити, с чем тебе налить кофе? — Спросил Итан.

— О, я не пью кофе, — ответила Верити и на секунду задумалась. — К тому же, теперь, когда во мне есть змеиная часть, он может подействовать как-то странно. Если честно, сама не знаю.

— Это как собаки и шоколад? — Спросил Робин, отпивая из своей чашки. — Если так, то как насчет чая? Шон мог бы поделиться.

— …Знаете, если честно, я понятия не имею, вреден ли он вообще, просто… — Она пожала плечами. — …Даже не знаю. А какой чай?

— Самый обычный эрл грей, — ответил Шон, пододвигая к ней термос.

— Верити с любопытством принюхалась:

— Э-э… Пожалуй, пока обойдусь обычной водой.

— Вот, — сказала Ханна, ставя перед ней бутылку воды и усаживаясь за стол с тарелкой еды. — А сама просто иди и выбери, чего хочется.

— О, хорошо, спасибо, — сказала Верити. Она подошла к раздаче, взяла поднос и, ощутив зверский голод при виде яичницы, навалила целую гору яиц на одну тарелку, а на другую сложила гору бекона, сосисок и тостов – верней, это было похоже на целую буханку хлеба. Затем она вернулась к столу, где остальные продолжали есть и переговариваться, поставила свой поднос (и только сейчас осознала, что раньше такого количества еды ей хватило бы дня на три) и, вновь устроившись на хвосте, принялась за еду.

— Обалдеть, — услышала она негромкий возглас Рори. Все за столом переключили внимание на Верити, наблюдая, как она с невероятной скоростью поглощает еду, которая исчезала прямо на глазах.

Заметив устремленные на нее взгляды, Верити проглотила бекон, который как раз жевала. К этому моменту половина еды уже исчезла. — Э-э… В свое оправдание скажу: кажется, я не ела несколько дней?

— Скорее всего, так и есть, — сказала Ханна. — Ну а теперь, раз уж мы немного подкрепились, как насчет того, чтобы ввести нашу новую коллегу в курс дела и восполнить пробелы в знаниях?

— О да, сейчас начнется самое интересное, — поддакнул Итан.

— Э-эм, конечно, валяйте, — ответила Верити и сделала глоток воды.

— Начнем с героев, — заговорил Шон. — Есть мы – Протекторат, а есть наше молодежное подразделение – Стражи.

— Ты же знаешь, им не нравится, когда их так называют, — вставил Рори.

— Сейчас их шестеро. Двоих ты вчера видела, — продолжил Шон.

— Ага, зеленую девочку и красного мальчика, они вроде хорошие ребята, — кивнула Верити, напрочь позабыв их геройские имена.

— Да, Виста и Крутыш – отличные ребята. Причем Виста – самая младшая из Стражей, — сказала Лора.

— А кто остальные, если не секрет? — Спросила Верити.

— Какой уж тут секрет, тебе все равно придется это узнать, да и встретиться с ними тоже, когда начнешь ходить в надзорные патрули, — ответила Ханна.

— Лидером команды сейчас является Эгида, а его заместитель – Стояк, мой любимчик, — с улыбкой сказал Итан. — Остальные – Рыцарь и Призрачный Сталкер.

— Ты забыл, что у Стражей скоро появится новый участник, — напомнила Ханна.

— Точно, этот паренек, Страшила. Его дебют в начале апреля, верно? — Спросил Робин.

— Верно, — подтвердила Ханна.

— Класс. И все они такие же, как Виста и Крутыш? Или есть проблемные дети? — Поинтересовалась Верити, искренне желая помочь ребятам, если потребуется.

— Единственная проблемная, если можно так выразиться, это Призрачный Сталкер. Она у нас на испытательном сроке, — ответила Ханна.

— И у нее есть привычка отклоняться от маршрутов патрулирования, — добавил Итан.

— Может, я смогу с ней помочь? Я умею ладить с детьми, — вызвалась Верити, которой очень хотелось быть полезной в ее нынешнем положении. — Испытательный срок означает, что ее заставили стать Стражем? Или она натворила что-то, уже будучи в команде?

— Выбор стоял так: либо в Стражи, либо в колонию для несовершеннолетних за чрезмерную жестокость, — сказал Робин. — Но можешь попробовать. И Лора, и Ханна пытались до нее достучаться, но она отвергала любую помощь при первой же возможности.

— В любом случае, ты сможешь обсудить это с директором Пиггот позже, а сейчас давай перейдем к другим группировкам в городе, — прервала ее Ханна. — Всех активных плащей можно разделить на три группы: герои, злодеи и бродяги. Бродяги – это паралюди, которые пытаются зарабатывать своими способностями, хотя это и непросто. Единственная в Броктон-Бей, кто подходит под это описание – Кукла. Она использует свои силы, чтобы шить одежду и устраивать представления для детей на Набережной.

— Хотя быть бродягой довольно опасно: высок шанс, что какая-нибудь банда попытается силой заставить тебя примкнуть к ней, — заметил Рори. — И кстати, кроме Протектората и Стражей, в Броктон-Бей есть только одна героическая группа – Новая Волна.

— Новая Волна? — Переспросила Верити. — Как музыкальное направление?

— Нет, это независимая от правительства группа, состоящая из двух семей, которые пытались изменить культуру плащей, призвать их к ответственности и открытости, ради чего публично раскрыли свои личности, — со вздохом пояснила Лора.

— К сожалению, эксперимент продлился едва ли неделю. Практически сразу после раскрытия к ним в дом пробрался скинхед и перерезал горло одной из участниц команды, — хмуро произнесла Ханна.

— Боже мой, — выдохнула Верити, никак не ожидавшая услышать такое. — Наверное, поэтому все и скрывают свои лица, да?

— Это часть так называемых неписаных правил, которые спасают нас от взаимного гарантированного уничтожения. Ведь нас превосходят числом примерно четыре к одному, — сказал Итан.

— Четыре к одному? Да ладно, это правда? — Искренне удивилась Верити такому количеству злодеев. — Их действительно настолько много?

— Да, — подтвердил Итан. — И все из-за того, как именно люди получают силы.

— Мы с Оружейником вчера упоминали об этом. Это называется триггерным событием. Оно случается, когда жизнь человека рушится и он переживает тяжелейшую психологическую травму. Чаще всего они потом не получают никакой помощи, и… ну, в общем, сама понимаешь, — сказала Ханна. — Делам 53 в каком-то смысле даже повезло: вы не помните, как это произошло.

— А еще я не помню собственного настоящего имени, — ровным тоном заметила Верити. — Что, судя по моему прошлому опыту, является непрекращающейся травмой, которая может повлечь за собой новые проблемы с памятью. Так что… как сказать.

— Извини, я не это имела в виду. У тебя сейчас и без того полно проблем, с которыми тебе явно нужна помощь, — мягко сказала Ханна.

— Именно поэтому у всех членов Протектората и Стражей есть возможность при желании посещать психотерапевта, — вставил Рори.

— Они все хорошие специалисты, но если в расписании будет доктор Ямада, обязательно запишись к ней хотя бы на часок, — посоветовал Робин.

— О да, она среди них просто богиня, — добавил Итан.

— Буду иметь в виду, но… точно не прямо сейчас, — ответила Верити. — В общем, судя по вашему тону… какова ситуация с местными злодеями? Надеюсь, они больше по части краж, а не убийств?

— Увы, больше по части убийств, — сказал Итан.

— Черт, — тут же вполголоса выругалась Верити.

— Да, есть только одна банда, которую можно назвать обычными воришками – Неформалы. Но это просто кучка подростков, возомнивших себя крутыми кадрами, — сказал Итан, за что тут же получил очередной подзатыльник от жены.

— Выбирай выражения, — осадила его Лора. — На данный момент в городе действуют четыре крупные группировки, и самая большая из них – Империя Восемьдесят Восемь.

— Самая подходящая мишень, — вставил Робин.

— Ах да, это напоминает мне о важном вопросе: как у нас относятся к летальному исходу? — Спросила Верити. — Очевидно, что я буду всеми силами стараться никого не убивать, кроме нацистов, конечно, но… я почти уверена, что обладаю сверхчеловеческой силой.

— И тебя обучат ее контролировать, — ответила Ханна. — Но летального исхода нужно избегать любой ценой, нам необходимо поддерживать имидж. Единственные, кого нам разрешено ликвидировать – это лица, на которых выписан Приказ на уничтожение.

— И на кого-то из Е88 он выписан? — Поинтересовалась Верити.

— Нет. Единственный, кто близок к получению такого статуса – Крюковолк, — ответила Лора.

— С таким именем, думаю, несложно догадаться почему?

— Да, у него самый длинный список жертв среди них. Чтобы получить Приказ, нужно либо быть классифицированным как угроза S-класса, либо совершить более пятидесяти подтвержденных убийств. У него пока сорок, — ответила Ханна. — Но вернемся к превосходству в численности. Мы говорим об этом потому, что в одной только Е88 состоит пятнадцать плащей, и это число может вырасти, поскольку их спонсирует Гезельшафт.

— Кто-кто? — Спросила Верити, по контексту догадываясь, что речь идет о еще одной нацистской группировке, но желая уточнить подробности.

— Их родительская неонацистская организация, базирующаяся в Европе, — ответил Итан. — Следующая банда – «Азиатские Плохие Парни», или сокращенно АПП.

— С таким названием… банда байкеров? — Предположила Верити.

— Нет, торговля людьми и проституция, — ответил Робин. — Было бы куда лучше, окажись они байкерами.

— Какая же дичь, — тихо выругалась на это Верити. — Неужели все злодеи здесь – просто конченые твари? Неужели нет никаких… ну, оступившихся бедняков, которым мы могли бы помочь встать на путь истинный? Кругом одни убийцы?

— Как уже говорилось, под это описание подходят разве что Неформалы. Они занимаются кражами, но грабят в основном другие банды. Недавно вот вынесли кассу из казино Лунга, — рассказал Шон. — Лунг – лидер АПП, и только на его авторитете вся банда и держится, ведь в ней собраны представители самых разных азиатских этносов. У него в подчинении всего один плащ, но вдвоем с Они Ли они способны противостоять и нам, и Е88 за счет колоссальной разрушительной силы.

— Ну, надеюсь, тогда я смогу склонить чашу весов на нашу сторону, — сказала Верити. — По-прежнему без понятия, на что способна, но, как говорится, будем надеяться.

— Боюсь, вряд ли, — покачал головой Робин. — Сила Лунга позволяет ему наращивать мощь прямо во время боя, подстраиваясь под противника и буквально превращаясь в огнедышащего дракона. А Они Ли – телепорт, который оставляет после себя временных двойников со всем снаряжением. За какие-то шесть секунд он может забросать тебя двадцатью гранатами, даже не расходуя настоящие запасы.

— Забудьте, — вздохнула Верити. — Если я действительно не умею превращать людей в камень, сомневаюсь, что буду полезна против такого противника.

— А это было бы круто, — вставил Итан. — Дальше у нас идут Барыги с Арчерс-Бридж, или просто Барыги. Это самые заурядные преступники: они трутся в трущобах и торгуют наркотиками. У них три плаща. Толкач, который умеет создавать силовые поля, толкающие предметы в определенном направлении. Сочник – он собирает вокруг себя хлам и превращается в мусорного гиганта. И Скрип, их технарь: она конструирует боевую технику, но сама вечно под кайфом, так что ее изобретения почти не представляют угрозы и выглядят так, будто их угнали со съемок «Безумного Макса».

— Технарь? — Переспросила Верити. Почему-то это слово показалось ей смутно знакомым.

— Это одна из классификаций способностей. Технари – те, кто обрел силу создавать устройства на грани фантастики. У нас в команде двое таких: Крутыш и Оружейник, — ответил Робин.

— И я тут же разочаровалась, что у меня нет такой силы, — вздохнула Верити, мысленно проклиная свою неудачливость: ведь ей не досталась самая очевидная и крутая суперспособность из всех – НАУКА!

— Да, это одна из тех способностей, которые обычно называют «читерством», — объяснил Рори. — Но обратная сторона в том, что так называемый тинкертех невозможно воспроизвести методами обычной науки, настолько эти устройства сложны. Разобраться в принципах работы может только сам создатель или другой технарь, да и то далеко не всегда.

— И от твоих слов мне становится только обиднее за свое положение, — вздохнула Верити.

— Извини. В общем, последний крупный злодей в Броктон-Бей – это Выверт, но он фигура загадочная, действует скрытно, нанимая обычных солдат и вооружая их тинкертехом, — извинился и пояснил Рори. — Еще есть Команда Трещины, хотя они не просто наемники.

— Ой, да брось, я просто шучу, — соврала Верити. — Значит, это все основные игроки в городе?

— Да, все, — кивнула Ханна. — Досье на остальных злодеев и потенциальные угрозы тебе принесут в комнату позже.

— Прелестно, — сказала Верити, доедая завтрак. — И… если не секрет, на что способен каждый из вас?

— Верити, опять же, тебе все равно нужно это знать, раз уж мы работаем вместе. Так что не нужно извиняться за вопросы, — ответила Ханна.

— Ой, хорошо, извините, — по привычке выдала Верити и тут же осеклась. — Так что у вас за силы? Попробую угадать наугад… у Лоры способности, связанные с молниями?

— Скорее электромагнитные силы, но совсем чуть-чуть: могу устроить легкий шок или манипулировать металлом. Моя главная способность – накапливать кинетическую энергию, пока стою неподвижно, а потом тратить ее на быстрое перемещение и сокрушительные удары. Как батарейка, — ответила Лора.

— О-о-о. Ну тогда… рискну предположить… Итан просто бьет людей? — Спросила Верити.

— Манипулятор кинетической энергией, — поправил он. — И это действительно позволяет мне очень больно бить руками и ногами.

— А, понятно. А можно все по очереди просто назовут свои силы, чтобы я перестала выставлять себя дурой? — Попросила Верити, чувствуя, как краснеет.

— Моя сила позволяет мне управлять энергетической дымкой, которую я могу превратить в любое оружие, способное поместиться в руках, за исключением сложных тинкертех-устройств, — сказала Ханна.

— Я могу менять законы физики применительно к самому себе. Это позволяет мне двигаться на огромной скорости без трения и необходимости дышать, но чем быстрее я бегу, тем слабее становлюсь физически, — рассказал Робин.

— Моя способность позволяет наделять предметы силой, постепенно делая их все прочнее и наделяя постоянными свойствами, — объяснил Шон.

— А у меня целый набор сил, — закончил Рори. — Есть немного суперсилы и слабая регенерация, но моя основная способность – управлять издаваемыми мной звуками.

— Кажется, отличное сочетание способностей, — заметила Верити. — Но, Шон, это усиление работает только тогда, когда предметами пользуешься ты сам, или ими может пользоваться любой человек?

— Только со мной. Для функционирования этих предметов нужна энергия, которую я сам же и вырабатываю. Хотя я бы очень хотел, чтобы они работали и в чужих руках, — ответил Шон.

— Оу, ясно. Но это все равно очень круто. Я так понимаю, со временем это дает тебе огромную гибкость в выборе снаряжения?

— Да, если проживу достаточно долго. Говорят, со временем я смогу подняться до уровня Триумвирата, — не без гордости ответил Шон.

— Триумвират? — Повторила Верити, в мыслях которой сразу возникла Большая тройка.

— Три величайших супергероя и основатели Протектората. Единственные трое, кто остался от первоначального состава команды, — объяснил Итан.

— А что случилось с остальными? — Спросила Верити, горевшая желанием узнать буквально все об этой вселенной.

— Погибли, — последовал ответ.

— М-да.

— Да, гибель Героя до сих пор отзывается болью, — сказала Лора. — Ну а остальные трое – это Александрия, Легенда и Эйдолон.

— Причем Эйдолон – второй по силе плащ из ныне живущих, — добавил Итан.

— С таким-то именем… у него что, призрачные силы какие-то? — Предположила Верити. Обычно ведь супергеройские имена хоть как-то перекликались со способностями.

— Если бы захотел, были бы и призрачные, — хмыкнул Рори.

— Ага, у Эйдолона есть вообще любые силы, — добавил Итан.

— Если точнее, он может одновременно удерживать до трех активных способностей и менять их по мере необходимости, — пояснила Ханна.

— А-а-а, теперь понятно, почему он второй по силе… — сказала Верити. — Если предположить, что первый – Сын? Вчера кто-то упоминал его.

— Да.

— И что он умеет? — Поинтересовалась Верити. — Я знаю, он вроде Супермена, но… о, он как Супермен Серебряного века? Из тех парней, у кого сила – бесконечность плюс один?

— Не настолько силен, — сказал Итан. — Он умеет летать, неуязвим, обладает суперсилой, невосприимчив к предсказателям и может стрелять лучом с самым разным спектром действия. Но номером один его делает то, что он практически никогда не останавливается. С тех самых пор, как он появился в 1982 году, он непрерывно геройствует, и никто никогда не видел, чтобы он отдыхал.

— Оу, это звучит… — Верити замялась. — Он… он вообще человек?

— …На самом деле никто не знает, — сказала Ханна. — С ним было всего одно «интервью» за все время, и тогда он назвал только свое имя, и… — она замолчала, словно обдумывая, как продолжить.

— Он туповат, — вставил Итан, за что тут же снова получил локтем от Лоры. — Но это правда, милая, у него как-то странно расставлены приоритеты.

— И все же, — осадила его Лора.

— Вы сказали, его зовут Сын, верно? В смысле – отпрыск? — Спросила Верити. — Потому что это звучит так, будто он просто ребенок, который не умеет ничего, кроме как играть в супергероев.

— Без понятия, — ответила Ханна. — Согласно текущей теории аналитиков, его поведение объясняется тяжелой формой аутизма.

— Ну да, он первые года полтора десятка летал полуголым, — добавил Итан. — Завернувшись в какую-то простыню на манер тоги.

— М-да… Я бы с удовольствием с ним пообщалась. Вообще это здорово: самый крутой герой – тоже аутист, — сказала Верити. Теперь кое-какие вещи начали вставать на свои места. Хотя мысленно она все еще склонялась к сравнению с Суперменом.

— Да, благодаря ему и Легенде общество стало гораздо больше внимания уделять социальным проблемам, — сказал Рори. — …Черт, завтрак окончен. Пора за работу.

— Ой, извините, я вас задержала? — Засуетилась Верити.

— Вовсе нет, — успокоила ее Лора.

— О, ну хорошо… Э-э, а что мне теперь делать?

— Я провожу тебя обратно в комнату, там уже должно быть поуютнее. А завтра займемся тестированием твоих способностей, — сказала Ханна.

— Хорошо.

После этого они вышли из столовой и вернулись в комнату Верити, которая заметно преобразилась. Кровать стала больше, появился письменный стол с ноутбуком, в углу примостился телевизор с пультом, а на столе выстроилась стопка папок-скоросшивателей.

— Значит, все-таки успели все притащить, — заметила Ханна.

— Это все мне? — Удивленно спросила Верити, разглядывая свое новое жилье и особенно корешки папок: «Протоколы», «Угрозы». Похоже, здесь была собрана большая часть необходимой ей информации.

— Тебе, — кивнула Ханна. — Обед у нас с часу до трех дня, ужин – с семи до девяти вечера. Если проголодаешься в другое время, в столовой всегда есть выпечка и фрукты, которые можно взять с собой, дорогу ты теперь знаешь. И обязательно изучи карту Вышки, чтобы не заблудиться.

— Понятно. Значит, сегодня я могу просто отдыхать? — Спросила Верити.

— И читать. Но у тебя есть две недели, чтобы все изучить, так что не торопись, читай внимательно, — ответила Ханна.

— Есть, мэм, — Верити шутливо козырнула.

— Тогда до связи, Верити, — Ханна направилась к выходу, но в дверях остановилась и обернулась. — И если понадобится вызвать персонал, воспользуйся терминалом связи, инструкция лежит там же.

Она вышла и закрыла за собой дверь, оставив Верити наедине с собой.

— …Ну и чем заняться? — пробормотала она, переводя взгляд с папок на ноутбук (выглядевший достаточно прочным, чтобы выдержать ее когти), на кровать и на дверь.

— Ш-ш-ш, — зашипела одна из ее змей, привлекая внимание к ноутбуку.

— Ладно, значит, побродим по интернету, — сказала она, «усевшись» перед столом, и открыла крышку.

Это был самый обычный ноутбук, только массивнее. Похоже, когти ему действительно не вредили (хотя печатать поначалу было непривычно), и Верити попыталась найти сайты, которые часто посещала раньше, просто чтобы проверить, существуют ли они здесь.

К сожалению, Spacebattles здесь, похоже, не существовало. А жаль: в последнее время она в основном там и зависала в поисках развлечений.

Fanfiction.net работал, но, побродив по нему секунды три, Верити поняла, что читать фанфики ей сейчас совсем не хочется, и решила вместо этого разузнать о вещах, которые ее действительно интриговали.

А именно – о том, в какой момент разошлись истории их миров.

Она начала с очевидного: открыла в Википедии статью про Вторую мировую войну. Все совпадало, как и большинство последующих ключевых событий вплоть до 1982 года, когда появился Сын. По всей видимости, это и была точка расхождения.

Судя по всему, Холодная война закончилась раньше времени, потому что Сын уничтожил несколько ядерных зарядов во время испытаний, что, пожалуй, было даже к лучшему. СССР все равно распался, но это, скорее всего, в любом случае было неизбежно.

Большая часть Африки превратилась в сущий хаос: бывшие колонии захватили парачеловеческие полевые командиры. Относительную стабильность сохраняли разве что Египет и ЮАР.

Но затем она наткнулась на еще одну монументальную тему, которая в корне отличала этот мир от ее собственного.

Губители.

Самые настоящие гребаные кайдзю, которые регулярно опустошали целые страны и стирали с лица земли города. Первым стал Бегемот – динакинетик, превращавший любую зону своего появления в радиоактивную пустыню. Вокруг него простиралась смертоносная аура радиусом около тридцати футов, которая, полностью оправдывая название твари, мгновенно убивала все живое. Он явился миру в 1992 году и бесчинствовал до сих пор.

Вторым стал Левиафан, появившийся в 1996 году. Сильнейший гидрокинетик, он обрушивал на побережья цунами, затапливал мегаполисы и умудрялся затапливать целые острова и полуострова – вроде японского Кюсю и канадского Ньюфаундленда.

Третья тварь была известна как Симург, или Зиз – под стать библейским именам остальных. Она оказалась единственной, чьи снимки имелись в открытом доступе, поскольку в периоды затишья Симург обитала в земной стратосфере, где за ней можно было наблюдать. В отличие от нее, Левиафан скрывался где-то на дне океана (поговаривали, будто он топит проходящие мимо корабли, но это оставалось лишь слухами), а Бегемот, по слухам, забирался глубоко в земную кору.

И все сходились во мнении, что Симург – опаснейшая из троицы. Она была телепаткой и исподтишка ломала людям психику, превращая их в своих послушных марионеток, которых называли «бомбами Симург/Зиз». Свое воздействие она осуществляла посредством непрерывного крика. Кроме того, Симург обладала мощнейшим телекинезом и способностями Технаря. Если ее не удавалось прогнать достаточно быстро, эти ментальные искажения становились необратимыми, из-за чего властям приходилось вводить в пострадавших районах строжайший карантин, чтобы не допустить побега безумцев.

Никто толком не знал, что они такое и откуда взялись. Основная теория гласила, что это невероятно сильные плащи, у которых попросту сорвало крышу.

— Ладно, на сегодня истории хватит, — сказала Верити. — Теперь неплохо бы разобраться, что за чертовщина творится с моими змеиными делами…

И она снова зарылась в Википедию – на сей раз изучая змей и их повадки, чтобы понять, какими способностями может обладать сама.

Верити не знала наверняка, ядовита ли она, особенно с учетом того, каким сильным казался ее хвост, но у нее определенно был змеиный язык, а обоняние стало просто невероятным – раньше она этого даже не замечала, но стоило задуматься, как она вспомнила, что в переулке, где она очнулась, воняло просто жутко, да и от нее самой пахло не лучше.

Она тут же забросила поиски и решила исправить это недоразумение. Сверившись с выданной картой, Верити отправилась на поиски душевых.

К счастью, в душевых никого не оказалось – все-таки было около трех часов дня (Верити почти не хотела есть, несмотря на пропущенный обед, – может, у нее теперь змеиное пищеварение?). Так что она смогла спокойно помыться и получше рассмотреть себя. Заодно выяснилось, что она стала гораздо пластичнее, особенно в позвоночнике.

В процессе мытья она заметила, что чешуйки расположены на ее теле не только симметрично, но и на удивление ровно, без хаотичных островков (даже на шее они распределялись почти идеально). Это походило не на случайную мутацию, как она думала раньше, а на то, будто ее спроектировали по чертежу, – мысль, честно говоря, пугающая.

Спустя пару минут она осознала, что у нее исчезли растяжки. Тут-то все и встало на свои места: Верити ощупала лоб и поняла, что именно казалось ей неправильным в собственном лице – прыщи пропали, а вместо них красовалась та странная буква «К».

— Ладно, я не жалуюсь, но… зачем кому-то… — пробормотала она и решила, что сейчас неподходящее время забивать себе этим голову.

Минут через сорок, когда она окончательно убедилась, что чиста (и, чего греха таить, изрядно постояла под горячей водой), Верити выключила душ и подошла к зеркалу, чтобы подтвердить свои догадки. И правда: ни единого прыщика на лице, никаких растяжек на спине (зато в районе хвоста чешуи оказалось побольше – странно, что она не замечала ее раньше). Это… обескураживало почти так же, как и змеиная половина тела. Не то чтобы это было плохо, но как-то не по себе.

Она тряхнула головой, вытерлась, оделась и направилась обратно в свою комнату.

Ну, по крайней мере, попыталась.

Потому что тут же заблудилась.

Решив извлечь из ситуации максимум пользы, Верити отправилась бродить и исследовать окрестности.

Везде было довольно чисто. Архитектура базы уходила ввысь, и ее вполне можно было принять за замок – столько шпилей и арок открывалось взгляду Верити, когда она смотрела в окна.

Мимо то и дело проходили люди из обслуживающего персонала и оперативники СКП, которые охраняли базу и занимались своими делами.

В общем и целом, здесь казалось вполне уютно.

— О, кого я вижу! Большая Змейка, как проходит день? — Раздался сзади голос Итана. Верити обернулась и увидела, что он уже в костюме: красном трико с заметными бронированными пластинами и в красном визоре в тон.

— Да вполне неплохо, в основном изучаю местную историю, — ответила Верити, поддерживая беседу.

— Рад слышать, учеба – это круто. Наверняка у тебя куча вопросов? — Спросил Итан. — У меня есть пара минут.

— Э-э, если честно, у меня мозг постоянно зависает и перезагружается. Вопросы-то были, но стоило тебе спросить, как они все вылетели из головы, — смущенно призналась Верити. — О, погоди, вспомнила! Тебе самому нравится этим заниматься? Быть героем и все такое?

— Да, очень, особенно работать в паре с женой. Куда лучше, чем быть злодеем, — ответил он.

— …Говоришь по собственному опыту? — Растерянно спросила Верити, сбитая с толку его формулировкой.

— Возможно, — загадочно отозвался он.

— Ла-а-дно, э-э… — на секунду повисла неловкая пауза, после чего Верити решилась:

— А где тут жилой блок?

— Ха-ха, заблудилась-таки? — Усмехнулся он. — Иди за мной.

— Ладно, — согласилась Верити. Она уже начинала чувствовать себя потерянным щенком, которого постоянно водят за руку, но до какой-то степени это было оправданно: она все еще пыталась разобраться в здешней планировке.

Минуты через три они уже стояли у дверей ее комнаты.

— К этому надо привыкнуть, но со временем ты научишься тут ориентироваться.

— Спасибо. Честно говоря, я сейчас едва лево от права отличаю, — лишь наполовину в шутку призналась Верити.

— Да, оно и понятно. Тебя выбросило в совершенно иную реальность, даже представить не могу, что у тебя сейчас в голове творится, — с грустью в голосе произнес Итан.

— В основном писк модема и внутренний крик.

— Звучит как стандартная реакция, — улыбнулся Итан. — Ладно, Верити, еще увидимся. Меня ждет моя милая, — произнес герой-кинетик на прощание, развернулся и скрылся за углом коридора.

— Пока, — бросила Верити и вошла в комнату, где все было в точности так, как она оставила.

Глядя на новую кровать, она размышляла от силы секунд пять, после чего свернулась на ней клубком и мгновенно уснула, убаюканная теплом и уютом.

— Рад видеть, что ты пунктуальна, Верити, — произнес Оружейник, когда она и Ханна вошли в одно из помещений Вышки, оборудованное для тестирования способностей. Верити сразу заметила множество разнообразных приборов и тренажеров, предназначенных для этой цели.

За длинным столом сидели трое мужчин в лабораторных халатах – судя по всему, ученые, которые должны были проводить тесты и фиксировать результаты.

— Терпеть не могу опаздывать, — ответила Верити, оглядывая приборы, а затем и ученых, которые своим видом очень напоминали судейскую коллегию.

— Ну и как все это будет проходить?

— Мы проведём ряд тестов, чтобы определить характер твоих способностей, — объяснил Оружейник. — Начнем с базовых показателей: подъем тяжестей, сила удара, прочность тела, а затем проверим, нет ли у тебя чего-то более экзотического. Кроме того, нам удалось договориться с Панацеей, чтобы она провела медицинское обследование и выяснила, насколько твоя биология отличается от человеческой.

— Я так понимаю, Панацея – это тоже плащ? — Спросила Верити, ведь кроме нее в комнате находились только Оружейник и Ханна.

— Да, она состоит в Новой Волне. Мы время от времени прибегаем к ее услугам, поскольку она – один из лучших целителей в мире. Она со своей сестрой должна подойти с минуты на минуту, — ответил Оружейник. И в этот самый момент дверь позади них открылась.

— Простите за опоздание, мама опять включила гиперопеку, — раздался девичий голос.

Верити обернулась и увидела двух девушек-подростков. Одна из них, блондинка в диадеме, была одета в бело-золотое платье в стиле Супергёрл. Вторая, шатенка, носила просторный белый балахон, усыпанный красными крестами, и такую же перевязь на шее. Блондинка уставилась на Верити:

— Ого. Никогда не думала, что буду завидовать чужому бюсту.

— Вики, пожалуйста, — укоризненно одернула ее девушка в балахоне.

— Извини, Эймс, просто я слегка в шоке. Ты определенно самое красивое Дело 53, какое я только видела. Меня зовут Виктория Даллон, мой псевдоним – Слава, — представилась блондинка.

Несмотря на юный возраст гостьи – а может, как раз благодаря ему – Верити показалось, что та намного, намного красивее ее самой. Разве можно их вообще сравнивать…

— Вики, убери ауру, — сказала вторая девушка, и внезапно Виктория показалась Верити самой обычной девчонкой, а благоговение и восторг бесследно испарились.

— Что за чертовщина… — проговорила Верити, хватаясь за голову от растерянности и легкой боли. Змеи на ее голове зашевелились, а некоторые даже зашипели.

— Прости, просто часть моей силы – это аура, которая заставляет людей либо благоговеть передо мной, либо испытывать страх. Когда я волнуюсь, мне трудно ее контролировать, — извинилась и пояснила Виктория. — В общем, знакомься, это моя сестра Эми.

— Все… все в порядке. Ты еще молодая, просто… пожалуйста, больше так не делай, — попросила Верити, шикнув на своих волосяных змей, чтобы те успокоились. — Кстати, я Верити. Спасибо, что пришли помочь.

— Не за что, это моя работа, — отозвалась Эми. — Значит, нужно просто провести осмотр и выяснить, все ли в порядке и в чем отличия?

— Да, нам необходимо изучить особенности ее анатомии на случай, если ей когда-нибудь потребуется хирургическое вмешательство, — подтвердил Оружейник.

— Хорошо, — согласилась Эми. — Для этого мне нужно твое разрешение на прикосновение. Моя способность позволяет видеть организм и то, как он функционирует, а также исцелять любые недуги. Кроме мозга – для меня это что-то вроде черного ящика.

— Э-э, да, конечно, валяй, — ответила Верити, протягивая руку и поглядывая на одну особенно упрямую волосяную змейку (может, дать ей имя?). — Лучше уж знать наверняка.

Эми взяла ее за руку. Верити увидела, как лицо целительницы озарилось, а глаза расширились от искреннего изумления. Она продолжала сжимать покрытую чешуей ладонь Верити.

— Ого… — выдохнула Эми.

Что, в общем-то, было вполне ожидаемо: анатомия у Верити наверняка оказалась весьма причудливой.

— Что-то не так, Панацея? — Спросил один из ученых с планшетом в руках.

— Нет, как раз наоборот. Она абсолютно здорова – даже более здорова, чем большинство обычных людей, — ответила Эми с таким благоговейным восторгом, будто впервые видела нечто, выходящее за рамки человеческой природы.

— Правда? — Удивилась Верити.

— Да, у тебя практически идеальная иммунная система. Я вижу, что два дня назад в твой организм попал какой-то легкий вирус, — сказала Эми. — И твои лейкоциты буквально разорвали его на части, прямо как хищник свою добычу. Насколько я могу судить, твои мышцы и кости невероятно плотные – потребуется колоссальное давление, чтобы сломать их или хотя бы прорезать кожу и чешую. А еще у тебя потрясающая регенерация. Насколько быстро она справляется с серьезными ранами, я точно сказать не могу, но мелкие порезы затянутся меньше чем за секунду.

— О, правда? — Спросила Верити. Свободной рукой она быстро провела по удерживаемому предплечью, оставив неглубокую царапину, и завороженно уставилась на то, как ранка затянулась почти мгновенно прямо у нее на глазах. — О-го-сики… а это весьма недурно.

— Ага, только за одно это можно дать как минимум Бугая 4, и спасибо, что сделала это прямо сейчас. Теперь я лучше вижу, как это работает… и, ну… — сказала Эми, которая, похоже, не знала, что добавить.

— Ее исцеление безопасно для нее самой? — Спросил Оружейник.

— Более чем, даже наоборот – оно безупречно, — ответила Эми. — Э-э, поздравляю, ты вечно молода и биологически бессмертна. Больше ты стареть не будешь.

— Че-че-че-чего? Бес-бессмертна?! — Опешила Верити, никак не ожидавшая подобного заявления. — Серьезно?

— Ну, тебя все еще можно убить, если отрубить голову. Хотя, думаю, если приставить ее обратно достаточно быстро, она прирастет, — сказала Эми.

— Черт, Верити, тебе теперь будут завидовать все девушки-плащи в мире, наравне с Александрией, — заметила Виктория.

Сама Верити ничего не ответила – она все еще пыталась переварить тот факт, что она, по всей видимости, бессмертна.

— Есть ли какие-то отличия во внутренних органах? — Поинтересовался второй ученый.

— Ну, по большей части они такие же, как у обычных людей, только озмеились, — ответила Эми. — Например, у нее может смещаться челюсть, а желудок способен быстро переваривать пищу и откладывать ее в резервы.

— А, так вот почему они такие большие, — пошутила Виктория.

— Знаешь, не будь ты подростком, я бы спросила, почему у тебя мысли только об одном. Но ты подросток, так что все логично, — парировала Верити, после чего снова перевела взгляд на Эми.

— Ой, удар ниже пояса! Я просто ценю красоту, — отозвалась Виктория. — Ну так что, Эймс, какие еще змеиные штучки у нее есть?

— Ну, помимо нервных окончаний, которые позволяют ей управлять хвостом, у нее есть два набора ядовитых желез. В первом – обычный паралитический яд, ничего смертельного, а вот свойства второго я не могу до конца разобрать, — ответила Эми.

При этих словах Верити внезапно отчетливо ощутила свои клыки – куда более острые, чем раньше – и осознала, что каким-то образом может выбирать, какой именно яд пустить в ход. Звучало дико, но жаловаться она не собиралась.

— Можешь дать хоть какое-то описание? — Спросил Оружейник.

— Ну, это… Лучшее сравнение, какое я могу подобрать – это некая формула КРИСПР, — сказала Эми.

— КРИСПР – это же… редактирование генов, верно? — В полном замешательстве спросила Верити. — И что это вообще должно значить?

— Что ж… это… тревожно, — произнес Оружейник. — Пожалуй, в отчет это лучше не вносить.

— Да, давайте соберем немного для анализа, чтобы проверить, насколько он опасен. Нам ведь не нужно, чтобы у директора случился инфаркт, — поддержал третий ученый.

— Так, Эймс, а что там со змеиными волосами? — Быстро сменила тему Виктория. — Я понимаю, что это идеально вписывается в образ Медузы, но как они устроены?

— Да, мне и самой жутко интересно, потому что по ощущениям это самые обычные волосы, пока они не переходят в «режим змей», — добавила Верити.

— На самом деле это не совсем волосы, — сказала Эми. — Хотя нет, не так. Они частично состоят из волос, но также из кристаллизованных нервных волокон, за счет которых ты ими и управляешь. То есть они как-то напрямую связаны с твоим мозгом, но как именно – я рассмотреть не могу.

— Что ж, стрижка мне теперь не грозит, — подытожила Верити.

— Ну, она тебе и не понадобится. Твои волосы больше не вырастут, да и больно при стрижке не будет – сигналы к ним идут, но обратно почти не возвращаются, — объяснила Эми.

— Это… странно, — констатировала очевидное Верити. Теперь она поняла, почему змеи появлялись именно тогда, когда она чувствовала угрозу: они, скорее всего, реагировали на подсознательные сигналы. Или типа того. Она же не нейрохирург.

— Да уж, биология Дел 53 – штука странная. Вон в Бостоне есть один Страж, он вообще из живого металла состоит, — сказала Виктория.

— Да, Сталевар – образцовый Страж. Надеюсь, когда-нибудь вы познакомитесь, — сказал Оружейник. — Так, Панацея, ты можешь рассказать о ней что-нибудь еще, или на этом все?

— Ну, помимо обычных век, у нее есть еще и змеиные. И если уж придерживаться змеиной темы, я бы крайне не рекомендовала открывать их, глядя на кого-то из нас, — предупредила Эми. — И… есть кое-что еще… — Верити заметила, что щеки Эми слегка порозовели.

— Что? Что-то не так? — Спросила Верити, которой не понравилось это заминание. Может, от частого использования силы у девчонки поднялась температура?

— Да просто я приберегла это напоследок, потому что это немного неловко, — призналась Эми.

— Панацея, мы должны знать все. Полная медицинская карта необходима для поддержания ее здоровья, — слегка раздраженно произнес Оружейник.

— В общем, у тебя, по сути, две матки, — выдавила Эми, и на этих словах ее голос слегка сорвался, а у Верити в голове окончательно завис процессор.

— …Ого, вот это действительно странно, — пробормотала Виктория. Ее лицо тоже залилось краской, как и лицо Мисс Ополчение.

— …Прости, что? — Переспросила Верити. — Две чего?

— Две матки, — повторила Эми.

— …Полагаю, это из-за каких-то дополнительных органов, нужных для хвоста? — Спросила Верити, с трудом соображая.

— Нет, она находится прямо рядом с твоей обычной, вполне себе рабочей маткой. Только вот вторая соединена не с твоим… женским лоном, а с горлом, и внутри лежат несколько неоплодотворенных яиц, — объяснила Эми, наконец отпустив ее руку.

— … — Верити сложила ладони перед лицом, словно в молитве, сделала глубокий-глубокий вдох, а затем медленно выдохнула. — Так, если проигнорировать тот факт, что у меня, оказывается, есть горловлагалище… если это всё, то можем мы, пожалуйста, перейти к тестированию суперсил?

— Да, я закончила, — сказала Эми.

— Да, пожалуй, это отличная мысль – выбить эти образы у себя из головы, — согласился Оружейник. — Мне совсем не обязательно было слышать это сегодня, — добавил он вполголоса, но Верити все равно расслышала. Уже громче он продолжил:

— Спасибо за помощь, Панацея, вы свободны. Оплата будет переведена на ваш счет.

— Спасибо, — повторила Верити. — Информация жутковатая, но необходимая, так что спасибо.

— Да не за что. Это определенно было интереснее, чем обычно, — ответила Эми.

— Надеюсь сразиться с тобой плечом к плечу после твоего дебюта, Верити! — Крикнула Виктория, когда они с сестрой выходили в ту же дверь, через которую вошли.

— Ну а теперь давайте перейдем к тестированию обычных способностей, — сказал первый ученый, утирая пот со лба.

— Рекомендую начать с поднятия тяжестей, — произнес Оружейник.

— Хорошо, — согласилась Верити, готовая сосредоточиться буквально на чем угодно, лишь бы не думать об услышанном кошмаре.

Ее провели в угол, где стоял тренажер, имитирующий вес с помощью давления. Тест показал, что она способна поднять над головой четыре с половиной тонны, а в становой тяге берет все двадцать пять. Ее хвост мог выдавать почти такие же результаты. Затем они проверили силу сжатия: ее руки выдавали около пяти тонн давления, что, в общем-то, ожидаемо. А вот сила сжатия хвоста оказалась куда выше и достигала примерно десяти тонн – это было просто чертовски безумно.

Следующей была сила удара. Ну, Верити едва не повторила фокус Вегеты с силомером – ее кулак прошел сквозь аппарат насквозь. Тем не менее прибор успел зафиксировать давление около 120 тысяч фунтов на квадратный дюйм, хотя реальный показатель наверняка был гораздо выше: просто у них под рукой не оказалось оборудования, способного выдержать такую силу и выдать точный результат.

Особой необходимости тестировать прочность тела не было – в силу закона равенства действия и противодействия. Физические возможности Верити были заложены в ее измененной биологии, а не являлись следствием какого-то экзотического эффекта.

После этого замерили ее скорость. Она оказалась пониже, чем Верити успела нафантазировать себе за время предыдущих тестов – всего восемьдесят километров в час, что, впрочем, все равно было вдвое быстрее Усэйна Болта. Зато удерживать эту скорость она могла куда дольше, чем любой олимпийский спринтер.

Затем пошли прыжки – она легко взмывала на высоту четвертого этажа. С толчком от хвоста она могла бы прыгнуть и выше, но потолок лаборатории этого сделать не позволял.

— Что ж, с физическими тестами закончено, и должен сказать, ты превзошла все ожидания, — произнес Оружейник. — Минут через пять перейдем к экзотическим способностям, нужно только дождаться подопытных. А пока скажи: тебе удалось ознакомиться с нашей классификацией сил?

— Немного, — ответила Верити. — Я больше сосредоточилась на правилах и протоколах, чтобы ничего тут не натворить, но статью про Технарей прочитала. — В ее голосе скользнула легкая зависть при упоминании этого класса, хотя уже далеко не такая сильная, как вчера – теперь, когда она воочию увидела собственный потенциал.

— Логично, — кивнул он. — Технари – это одна из двенадцати категорий сил, принятых в СКП. Технари вроде меня создают передовые технологии в рамках своей специализации. Моя – это миниатюризация и эффективность. Остальные категории – Движок, Эпицентр, Бугай, Излом, Властелин, Стрелок, Умник, Контакт, Оборотень, Козырь и Скрытник.

— Как много, — протянула Верити. — Я так понимаю, я – Бугай?

— Да. К Бугаям относятся те, у кого повышена сила или прочность тела, причем регенерация тоже входит в это понятие. У многих плащей несколько рейтингов, поскольку их силы позволяют воспроизводить эффекты других классов. Кроме того, существует рейтинг угрозы от одного до десяти – это не столько показатель чистой силы, сколько мера реагирования, которую должна задействовать СКП.

— Оу. И какой у меня рейтинг угрозы? Ну, допустим… пять? — Предположила Верити. Она, конечно, была сверхчеловеком, но до Супермена ей было далеко, так что если шкала доходит лишь до десятки, то пятерка казалась вполне разумным вариантом.

— Как члену Протектората тебе присвоят пятерку. Но будь ты злодейкой, рейтинг бы вырос, поскольку ты бы умышленно наносила вред. В таком случае тебя классифицировали бы как Бугая 7 или 8 с подрейтингом Движка 4, что дополнительно повышает твой рейтинг Бугая. Уровень угрозы определяется тем, насколько опасен парачеловек для отряда героев Протектората и оперативников СКП, а также тем, сколько разрушений он способен причинить за десять минут, — объяснил Оружейник.

— А, угроза общественной безопасности, поняла, — кивнула Верити. — Наверное, тебе часто приходится сталкиваться со всеми двенадцатью типами?

— С Технарями в Броктон-Бее как раз проще всего. Единственный злой Технарь у нас – это Скрип из Барыг, — ответил Оружейник.

— Оружейник, доставили подопытных для проверки гипотетической силы Стрелка и частично подтвержденной способности Контакта, — сообщил третий ученый.

— Заносите, — скомандовал Оружейник, и в комнату занесли две клетки со свиньями.

— Э-э. Мне… мне нужно их укусить? — Спросила Верити, чувствуя себя слегка не в своей тарелке от мысли, что придется кусать живое существо. Но тут в голове всплыли слова ученого, и она переспросила:

— И погодите, Стрелок?

— Да, если теория Панацеи насчет твоих глаз верна, то взгляд, обращающий людей в камень, будет классифицирован именно так, — ответил первый ученый.

— И да, тебе придется укусить. После этого мы отправим оба твоих яда на подробный анализ, — подтвердил Оружейник.

— Уф, ладно. Повезло вам, что я не иудейка, — проворчала Верити, приближаясь к первой клетке. — Мне жаль… — успела сказать она, прежде чем – со скоростью, которая больше всего удивила ее саму – рвануться вперед и сквозь прутья вцепиться свинье в шею. Ее челюсть неестественно сместилась, и Верити почувствовала, как яд впрыскивается в визжащее от боли животное. Она отпрянула, помассировала встающую на место челюсть, отошла от клетки и посмотрела на Оружейника и Ханну:

— Это было странно.

— И, похоже, работает, — заметил Оружейник, когда визг прекратился. Верити оглянулась и увидела, что свинья завалилась на бок. Она была жива – дышала, хоть и с трудом, а в ее косящих глазах читалась дикая паника.

И теперь Верити просто чувствовала себя виноватой.

— Проехали, — попыталась отвлечься Верити. — Так что там с моими глазами? У меня есть сила окаменения?

— Возможно, — сказала Ханна. — Панацея упомянула, что у тебя есть второе веко, как у змей. Оно-то и сдерживает силу.

— Ах… ну да, она говорила об этом до того, как… фу-у-ух. — Верити передернуло от воспоминаний, и она поспешила переключить внимание на вторую свинью. Наверное, это было лишь воображение, но животное выглядело чертовски перепуганным. — Так, и как мне… — Верити пристально уставилась на свинью, пытаясь раздвинуть эти вторые веки.

В глазах потемнело, на краткий миг все затянуло какой-то темной энергией, после чего она снова зажмурилась. Когда же она открыла глаза, то увидела, что клетка, в которой сидела свинья, превратилась в оплавленный шлак, а сама свинья стала новенькой садовой статуей.

— Что ж, это куда более радикальный эффект, чем я ожидал, — произнес Оружейник. Похоже, лучи из ее глаз по-настоящему его шокировали.

— А каково, по-вашему, мне? — Спросила Верити, но шок тут же сменился детским восторгом: так или иначе, она наконец-то получила суперсилу, о которой мечтала всю жизнь. — Да ладно, неважно! Она теперь покрыта камнем или полностью из него состоит? В смысле, я ее только что убила или как? И почему… почему металл расплавился? Разве он не должен был тоже превратиться в камень или вообще проигнорировать луч? И…

— Пока неизвестно, нужно проводить анализ. Но очевидно одно: луч не обошел предел Мантона. Он оказал совершенно разное воздействие на живую и неживую материю, — отрапортовал второй ученый, подходя к статуе и тыкая в нее ручкой. — Судя по звуку, она полностью каменная.

— Возможно, он разрушает неживую материю, чтобы добраться до живого объекта и подействовать на него? — Предположил третий ученый.

— Вполне жизнеспособная гипотеза, — согласился Оружейник. — Теперь, Верити, я хочу, чтобы ты выстрелила в нее снова. Проверим, сработает ли это в обратную сторону. Если нет, то способность будет использоваться исключительно против лиц с приказом на уничтожение – даже если свинья внутри все еще жива.

— Да, отличная мысль. Ладно, сейчас я только… — Вжух.

Когда в глазах прояснилось (ей пришлось несколько раз моргнуть, привыкая к свету), статуя так и осталась каменной. — Эх… мне бы очень не хотелось, чтобы это было смертельно.

— Что ж, мы заберем ее с собой и попробуем выяснить, есть ли способ снять этот эффект, если свинья окажется жива внутри, — сказал первый ученый. — Теперь нам нужны образцы твоих ядов, и на сегодня мы закончили.

— А, хорошо. И как мы это сделаем? У вас есть флаконы или типа того? — Спросила Верити.

— Да, флаконы готовы. Мы предвидели такую возможность, когда ознакомились с твоим делом, — ответил третий ученый, подходя к ней с переносным холодильником, где лежали емкости. — Тебе придется сделать это самой – правила техники безопасности, все дела.

— Ну да, логично… — пробормотала Верити.

Спустя несколько минут неловких манипуляций, в ходе которых она прижимала флакон к верхней губе, им удалось нацедить достаточное количество обоих ядов. При этом она как-то подсознательно почувствовала, что запасы в железах почти иссякли. — Проверите потом, сколько они остаются активными? Я думала использовать паралитический яд для других целей, чтобы не приходилось кусать людей.

— Да уж, укуси ты человека, я бы переживала далеко не из-за яда, — заметила Ханна.

Верити вспомнила, с какой молниеносной скоростью она цапнула свинью. — Ну да, пожалуй. И это лишний повод придумать другой способ применения. Например, добавлять в лак для ногтей.

— Тебе придется согласовать это со связями с общественностью, но если получишь разрешение, я разработаю для тебя подходящий состав, — пообещал Оружейник.

— Оу, спасибо! Очень мило с твоей стороны, — улыбнулась Верити.

— Просто выполняю свою работу. Как лидер Протектората СВ я обязан следить, чтобы мои соратники были обеспечены всем необходимым снаряжением, — ответил Технарь. — И раз уж мы теперь работаем вместе, Верити… мое настоящее имя – Коллин Уоллис.

— Рада быть в команде, босс, — все так же улыбаясь, отозвалась Верити.

— Взаимно, Верити. С твоей помощью мы, возможно, сумеем положить конец самым крупным злодеям, — сказал Коллин. — На сегодня это все, можешь возвращаться в свою комнату.

— Ой, эм, перед тем как я уйду… с кем мне поговорить насчет костюма? — Спросила Верити.

— В среду у тебя запланирован разговор с Гленном Чеймберсом, он возглавляет отдел СКП по связям с общественностью, — ответила Ханна. — У нас есть своя команда по интервью и обычным костюмам, но у них нет опыта работы с Делами 53. Гленн обычно сам забирает все проекты, связанные с вами, считая это своим личным вызовом.

— А, хорошо, — сказала Верити. Ей оставалось только надеяться, что это не станет ее коронной фразой – она и сама заметила, как часто ее повторяет. — В таком случае я пойду потусуюсь у себя до обеда. Может, там и увидимся.

— Я пас, буду у себя в мастерской, — ответил Коллин.

— Увидимся на обеде, Верити, — отозвалась Ханна.

— До встречи.

http://bllate.org/book/30285/3692780