Ню Минчунь не знал, как подступиться к этому разговору, ведь он еще не до конца вылечил пациента.
Чи Кай произнес:
— С такими навыками, как у тебя, я без раздумий платил бы тебе миллионную зарплату в год. Твое умение врачевать и спасать жизни бесценно. Я еще не встречал никого, кто умел бы лечить Духов лучше, чем ты.
Ню Минчунь внезапно растрогался. В прошлом люди считали его лишь второсортным мастером педикюра, а когда он работал в салоне, клиенты даже позволяли себе распускать руки. Нахлынувшие чувства заставили его веки покраснеть, и он не сдержался:
— Господин Чи, вы такой добрый человек! Я обязательно вылечу вас до конца!
В этот момент мочки ушей Чи Кая залились краской от лучей заходящего солнца, и они продолжали гореть, источая жар. Совершенно забыв о том, как только что упрекал Ню Минчуня в несоблюдении гигиены, он достал телефон и отправил сообщение своему агенту.
Чи Кай: Готовься, в начале месяца планируй работу.
Агент: Господин Чи?!!
(Чи Кай: Если я не начну зарабатывать деньги, моя жена сбежит прислуживать другим!)
На следующий день в поместье прибыли люди — агент и помощник Чи Кая. Увидев, как быстро тот восстановился, агент Ли Тун не смог сдержать слез, а помощник Чжан Чжу и вовсе разрыдался, обняв инвалидную коляску — со стороны могло показаться, будто он вернулся в лоно семьи.
Чжан Чжу вцепился в Ню Минчуня:
— Мастер Ню, вы просто чудо, у-у-у-у…
Кто же не любит, когда его хвалят? Ню Минчунь немного застеснялся и потер кончик носа.
Агент Чи Кая, Ли Тун, которому на вид было немногим больше тридцати, проявил невероятную щедрость и в тот же день перевел Ню Минчуню сто тысяч в качестве оплаты за лечение. Ню Минчунь был потрясен: раньше он в среднем зарабатывал пять-шесть тысяч в месяц.
Ли Тун добавил его в рабочий чат, где, кроме них, состоял еще и помощник Чжан Син.
Агент и помощник подолгу беседовали с Чи Каем в спальне, а позже Ли Тун пригласил и Ню Минчуня. Ли Тун, носивший очки, выглядел весьма проницательным человеком.
— Мастер Ню, в начале следующего месяца господин Чи возвращается к работе. Чтобы было удобнее, нам придется переехать в квартиру в Хайши. Вы полетите туда вместе с нами на частном самолете.
Ню Минчунь не ожидал, что место лечения сменится так быстро, и поспешно ответил:
— Ах, хорошо. Только у меня есть дела, и я смогу приехать для продления контракта лишь через полмесяца.
Чи Кай, который до этого сидел спокойно, при этих словах впился в него взглядом, словно пытаясь удержать на месте, но Ли Тун случайно встал у него на пути. Чи Кай сердито махнул рукой, и Ли Тун едва не споткнулся о собственные ноги.
— ? — Ли Тун опешил. — Господин Чи, вы ведь в инвалидной коляске, откуда столько сил?
— Какие у тебя могут быть дела?! — голос Чи Кая прозвучал заметно встревоженно.
Ню Минчунь поспешно пояснил:
— Ах, мой младший брат Ню Сяофу пригласил меня к себе в следующем месяце. Мы оба были так заняты последние два года, что даже на праздник не виделись. К тому же мне нужно вернуться в родные края, чтобы разобраться с вопросами недвижимости. Но, господин Чи, будьте спокойны: как только закончу, я сразу приеду к вам.
Ли Тун почувствовал неладное. Очень неладное.
Кем был господин Чи? В пятнадцать лет он попал в нелегальную исследовательскую лабораторию, но уже через полгода сумел передать сигнал бедствия, объединился с семьей Хэ и уничтожил этот институт, за что получил высшую награду Духов. Это был «железный» хищник, который в одиночку гнал и уничтожал четверых плотоядных Духов!
В голове Ли Туна происходило нечто вроде американских горок. Видя, что Чи Кай по-прежнему хмурится, он испугался, что тот сейчас сорвется, и быстро добавил:
— Думаю, можно сделать так: вы сначала съездите, решите свои дела, а потом приедете к нам. Из Хайши есть прямой рейс до Дуншаня, мы полностью оплатим ваши дорожные расходы. Как вам такое предложение?
Ню Минчунь был тронут до глубины души.
Когда Ню Минчунь ушел, Ли Тун резко повернулся к Чи Каю:
— Господин Чи…
Чи Кай искоса взглянул на него:
— Что смотришь? Разве не ты говорил, что для смены имиджа ради главной роли в кино мне нужно с кем-то «встречаться» на публике? В индустрии слишком много мерзавцев, да и красивых людей мало, одни сплошные причуды — мне противно на них смотреть.
Ли Тун был в ужасе:
— Нет, дело в том, что… мастер Ню ведь совершенно обычный человек!
Чи Кай не ответил, лишь сверкнул глазами, отчего Ли Тун почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Чи Кай бросил небрежно:
— Ну и что, что обычный? Мне нравятся такие. К тому же он не из шоу-бизнеса, биография чистая — самое то.
У Ли Туна поднялось давление. В свое время он перерыл тонны досье, пытаясь найти кого-то для публичного имиджа, но то ему казалось, что никто не достоин Чи Кая, то — что никто не выдержит его скверного характера. Чи Кай тогда буквально требовал проверить родословную претендента до седьмого колена, и всё ему было не так.
Сколько вообще Духов в индустрии развлечений? Отбросив этот вариант, Ли Тун хотел сосватать ему милого актера-мужчину. Был даже подходящий кандидат, но условия контракта, предложенные господином Чи… даже Ли Тун не мог их понять. Это что, свидание ради пиара? Это же встреча с маньяком! Требовать установить GPS-трекер, чтобы проверять местоположение в любой момент, хотеть следить за каждым ударом сердца… кто, черт возьми, на такое согласится?!
Так дело и заглохло. А недавно Чи Кай во время отпуска сам нашел тех врагов, которых упустил много лет назад. Месть свершилась, но и сам он слег.
После инцидента врачи посоветовали умеренную стимуляцию, чтобы «перезапустить» нервную систему. Старейшины клана тут же проявили рвение и прислали ему мальчика из Человеческой расы. Получив отказ, они подсунули парня из Кошачьей расы, но тот так перепугался, увидев обезумевшего Чи Кая, что несколько дней бредил в больнице.
И вот теперь он запал на этого внезапно появившегося Ню Минчуня? Простого мастера из массажного салона в захолустном городке? Если это станет известно, над ними будет потешаться весь клан и вся индустрия! Даже если у господина Чи не всё в порядке с головой и он немного… не в себе, нельзя же так опускаться?
Теперь Ли Тун боялся уже не того, что кто-то позарится на их ресурсы, а того, что этот мастер окажется отличным актером и в решающий момент ударит Чи Кая в спину, выболтав все секреты! Ли Тун места себе не находил. Раньше у него был экономический рычаг давления, а теперь Чи Кай стал независимым, и Ли Тун превратился в обычного наемного работника. Раз босс решил найти себе «госпожу», что он мог поделать?
Учитывая взбалмошный и свободолюбивый характер Чи Кая, Ли Тун понимал, что даже если он наложит на себя руки, это ничего не изменит. Вместо того чтобы истекать кровью от переживаний, лучше следить за Ню Минчунем и решать проблемы в корне.
— А он… он ведь не подослан кланом? Это не «медовая ловушка»? Скажи честно, как много он знает о тебе?
— Почти всё.
— Всё?! — Ли Тун потянулся за сердечными каплями, готовый запить их слюной. — Я до сих пор не знаю деталей той мести! Господин Чи! Мой босс! Живой предок! Не пугайте меня!
Ли Тун уже начал нести бред, а Чи Кай выглядел всё более довольным, так что даже пальцы ног сжались, едва не прорвав носки.
— Ты не понимаешь. Он знает даже о том, что я ел представителей своего рода, и еще советовал в следующий раз есть медленнее, чтобы не подавиться.
Ли Тун: «………?»
***
Сюй Линь был занят работой и, торопясь на съемки, уехал еще днем.
Пользуясь тем, что они грелись на солнце, Ню Минчунь, избегая спины Чи Кая, проработал скребком гуаша меридианы на его ногах. Главная цель — вывести токсины и почувствовать легкость. После того разговора Ню Минчунь почувствовал, что Чи Кай немного приоткрыл ему свое сердце.
Каждое утро Ню Минчунь вывозил Чи Кая во двор погреться на солнце, заботливо укрывал ноги тонким пледом и тщательно подтыкал края. С восходом солнца горные склоны постепенно растворялись в дневном свете, облака окаймлялись золотом, и весь мир словно загорался.
Ню Минчунь очень любил рассветы. Наблюдая за тем, как встает солнце, он чувствовал, как сам наполняется этой жизненной силой, словно трава, пробивающаяся сквозь почву, обретал непреодолимое стремление вверх.
Чи Кай каждый день наблюдал за тем, как Ню Минчунь занимается цигун, тренирует удары. Смотрел, как тот берет старый, дырявый банановый веер, который было жалко выбросить, и раздувает им огонь в маленькой печке. Наблюдал, как он возится со своими баночками и склянками.
Ню Минчунь ежедневно готовил ему целебные отвары и каши. Чи Кай каждый день ел что-то новое, и еда была на удивление вкусной. Только когда доходило до настоящих лекарств, он начинал капризничать. Ню Минчунь давно понял, что в Чи Кае есть нечто детское, поэтому заранее запасал для него леденцы на палочке и другие кисло-сладкие закуски, помогающие пищеварению.
Стоило Чи Каю послушно выпить лекарство залпом, как Ню Минчунь начинал осыпать его похвалами, да так искренне, что Чи Каю становилось неловко в следующий раз отказываться.
Помимо этого, дважды в день — утром и после обеда — Ню Минчунь проводил сеансы оздоровительного массажа. Пока настаивались отвары или варилась каша, он в тишине читал книги по традиционной китайской медицине, включив спокойную классическую музыку или «Канон чистоты».
Чи Кай, греясь рядом на солнце, привык к этим звукам и начал находить их довольно приятными. К трем-четырем часам дня в карманах Ню Минчуня неизменно появлялись орехи или другие закуски — словно по волшебству.
У Ню Минчуня были невероятно красивые и ловкие руки. Одно движение — и цельное ядрышко ореха готово. Он старательно очищал его от горькой кожицы, пухлыми губами сдувал шелуху и чистыми, белыми пальцами подносил орешек к его губам.
В другое время Чи Кай пришел бы в ярость, но сейчас, глядя на этого человека, на его лицо и руки, он чувствовал лишь умиротворение.
День за днем, и спустя месяц тело Чи Кая заметно окрепло. Руки начали слушаться: он то и дело постукивал пальцами по подлокотникам коляски, словно играл на музыкальном инструменте. А потом и позвоночник — словно каждый позвонок был тщательно размят и наполнен силой.
http://bllate.org/book/30216/3683370
Готово:
