Я ведь еще ничего не сказал, а вы уже послушали их и подумали, что я собрался в тебе признаться.
Стоило Юй Ину заговорить, как вокруг мгновенно стихли все споры.
Все переглянулись, не веря своим ушам.
Они ведь прибежали сюда только потому, что услышали, будто Юй Ин собирается признаться в чувствах Юй И. Новость была абсолютно достоверной, к тому же они учились в одном университете и знали, что Юй Ин и раньше постоянно таскался за Юй И, так что ходили слухи, будто тот влюблен и просто преследует беднягу.
Выдав эту тираду, Юй Ин ошеломил и окружающих, и самого Юй И.
Это было сказано прямо в лоб — мол, ты страшный, и даже у Юй И, обладавшего крепкими нервами, на мгновение возникло неловкое чувство. Руки, опущенные вдоль тела, сами собой сжались в кулаки.
Однако на лице все же застыла вымученная улыбка:
— Я… я такого не говорил.
— Не говорил?
Юй Ин слегка прищурился, в его персиковых глазах плясали искорки смеха, а в самом облике сквозила какая-то удивительно естественная, не режущая глаз избалованность. Но поскольку он был невероятно хорош собой, этакая легкая, беззаботная улыбка, с которой он отбивался от нападки, заставляла его выглядеть…
— Надеюсь, ты об этом и не думал.
Юй Ин с самого первого взгляда на Юй И испытывал к нему лишь антипатию. Ему доводилось встречать самых разных людей, и эта жалкая мишура чужих фальшивых маскарадов не стоила в его глазах ломаного гроша.
Юй Ин держался открыто и уверенно, и пока остальные еще не успели прийти в себя, он в один миг перехватил инициативу в этой сцене.
Юй И хоть и привык притворяться и пускать пыль в глаза, но с такой прямотой сталкивался впервые.
К счастью, его репутация в университете всегда была безупречной. Заметив, как на него после шпильки Юй Ин смотрят со стороны, Юй И напустил на лицо естественное выражение растерянности и неловкости, так что тут же нашлись желающие вступиться за него.
— Юй Ин, да что с тобой не так? Тебе отказали в признании, и ты теперь бесишься от злости?
— Точно-точно, умеешь только слабых обижать! Ты же сам перегородил ему дорогу после пары, а теперь все переворачиваешь с ног на голову!
Стоило кому-то подать голос, как тут же нашлось множество подпевал. Толпа обступила Юй Ина, со всех сторон сыпались обвинения и упреки, люди гневно взирали на него.
Не нашлось буквально ни единого человека, кто замолвил бы за Юй Ина словечко.
Юй Ин в очередной раз убедился, каким же всеобщим козлом отпущения и несчастным дураком был прежний владелец тела.
Юй И слегка опустил голову, вид у него был такой, будто он совершенно растерян от слов Юй Ин, — если бы только легкий изгиб его губ не выдавал истинных эмоций.
Юй Ин с первого же взгляда заметил эту улыбку. Несмотря на то, что так называемые сердобольные зеваки теснились вокруг, и они с Юй И успели немного отступить друг от друга, расстояние между ними все еще оставалось совсем небольшим.
Это позволило Юй Ину отчетливо разглядеть торжествующую, самодовольную ухмылку, застывшую на губах Юй И.
Зеваки разошлись не на шутку, готовые вот-вот засучить рукава и приняться толкать Юй Ина. Впрочем, не все просто глазели по сторонам — многие действительно в прошлом пострадали от издевательств Юй Ина.
Разумеется, им было плевать на Юй И, они лишь радовались и торжествовали, видя, как Юй Ин наконец-то скатился в столь жалкое положение.
Раньше все трепетали перед властью его семьи, а оказалось, что его настоящие родственники — вовсе никакая не элита, а просто нищие неудачники, которые двадцать с лишним лет занимали чужое место! Кое-кто жаждал выпустить пар уже очень давно!
Теперь же весть о том, что Юй Ин — подкинутый ребенок из семьи Юй, а настоящий сын — Юй И, разлетелась повсюду, и желающие хорошенько проучить Юй Ина уже выстраивались в длинную очередь.
Заметив улыбку на губах Юй И, Юй Ин словно бы почувствовал устремленный на него тяжелый взгляд. Юй И тут же медленно поднял глаза, и в его взоре мелькнуло едва уловимое, нагловатое выэывание.
Хватило и секунды зрительного контакта, чтобы Юй Ин понял: Юй И нарочно прикидывается бедной овечкой.
Он невольно поморщился, закусив нежные губы, но тут же отвернулся и посмотрел в другую сторону.
Подобное игнорирование заставило Юй И растеряться и почувствовать тревогу; опасаясь, что кто-нибудь заметит неладное, он мгновенно стер с лица все эмоции.
На маленькой площади под учебным корпусом царило оживление. Хотя по соседству располагалось здание преподавательской администрации, профессоров мало волновало, какие глупости затевают студенты.
А прямо к площади примыкал корпус А Университета Цзянань. В этот самый момент на балконе четвертого этажа стоял человек и наблюдал за происходящим внизу.
Чан Юэ обожал зрелища похлеще и был не прочь подлить масла в огонь:
— На этот раз Юй Ину судя по всему не удасться выйти сухим из воды.
— Он столько народу обидел в прошлом, что каждый норовит укусить его при первой возможности. Говорят, он умудряется довести даже тех, кто вообще никак с ним не пересекался! Никогда в жизни не видел столь отбитого типа!
Рассуждая так, Чан Юэ повернулся к стоявшему рядом парню.
Тот лениво опирался локтем о перила, был одет в черную футболку, во рту торчала палочка чупа-чупса, а на лице читались холодность и полная отрешенность вперемешку с неизъяснимой дерзостью. Высокие надбровные дуги, глубоко посаженные глаза, низко опущенный излом бровей — когда он смотрел на кого-то, это производило мощнейшее давящее впечатление.
Услышав слова Чан Юэ, он бросил мимолетный взгляд на Юй И, который все еще изображал обиженного страдальца, неопределенно усмехнулся и вновь перевел глаза на другого человека.
Даже с такого расстояния кожа Юй Ина ослепительно белела, из-под прядей растрепанных волос виднелась тонкая, фарфорово-белая шея. Окруженный со всех сторон толпой, он выглядел со спины хрупким и беззащитным, но держался по-прежнему прямо и непоколебимо.
Чан Юэ знал, что Цзи Чо подобные дрязги ни капли не интересуют — он просто вышел на балкон подышать свежим воздухом.
Позже у них были запланированы соревнования по скейтборду, и если бы пары закончились пораньше, они могли бы погонять как раз на этой самой площади.
Но прямо перед концом занятий до них дошли слухи, что площадь в ближайшее время будет занята: кто-то собирался устроить там признание в любви. К тому же главными действующими лицами оказались две самые горячие сплетни университета — настоящий и фальшивый молодые господа из семьи Юй.
Желающих посмотреть на цирк набралось столько, что площадь оказалась забита под завязку, и было совершенно непонятно, когда толпа рассосется.
Планы рухнули, и Чан Юэ просто притащил Цзи Чо сюда, чтобы точно так же поглазеть на шоу, благо не нужно было толкаться внизу вместе со всеми.
Хотя Цзи Чо хранил молчание, это ничуть не мешало Чан Юэ трепаться дальше:
— Я ведь столько раз слышал о бурной славе Юй Ина в университете: мол, характер скверный, нрав взрывной.
Чан Юэ снова бросил взгляд на сцену внизу, где Юй Ина обступили со всех сторон, тыча в него пальцами:
— Зуб даю, сейчас он сорвется и устроит грандиозный скандал.
http://bllate.org/book/30205/3681509
Готово:
