Лин Си, не копайся ты в своей паршивой книжке, лучше попробуй наш новейший воссозданный персик!
Порыв ветра вместе с кисло-сладким ароматом врезался в юношу, сидевшего на дереве. Солнечный свет опустился на его плечи словно золотая вуаль, и его пальцы с отчетливо видными суставами ловко и решительно поймали огромный персик, без колебаний поднеся его к губам.
Хрусь!
Вслед за хрустящим звуком книга из рук юноши сорвалась с высоты и полетела вниз, страницы затрепетали на лету: тушеные свиные рульки, говядина с картофелем, свиная грудинка в кисло-сладком соусе, кукуруза с соленой желтковой корочкой...
Каждая аппетитная картинка заставляла во рту обильно выделяться слюну, а контраст с тем вкусом, что ощущался во рту, вызывал в желудке такое бурление, словно там бушевала буря.
— Тьфу... Кха-кха...
— Кхе-кхе-кхе...
Лившийся в холодном поту Лин Си в панике подскочил, уцепился за край кровати и несколько раз сдавленно кашлянул, однако вырвать ничего не смог. Казалось, привкус того персика все еще оставался у него во рту, отчего язык горчил, першил инемел, а стоило лишь чуть-чуть припомнить его, как к горлу снова подкатывала тошнота.
Ладонью прижав желудок и подавляя готовые вновь накатить позывы к рвоте, Лин Си последними словами обругал тех ненадежных коллег из научно-исследовательской группы.
В постапокалиптическом мире Земля подверглась тотальному загрязнению, и совершенно натуральная еда почти полностью вымерла. Ради выживания люди день и ночь выращивали и воссоздавали самые разные продукты питания, но обычные люди полагались лишь на питательные растворы для восполнения сил, в то время как редкие фрукты и овощи были доступны только привилегированному классу.
Поэтому, даже понимая, что коллеги по НИИ используют его в качестве подопытного кролика, Лин Си все равно каждый раз попадался на удочку: а вдруг на этот раз попадется удачный образец?
Тяжелые шаги вернули Лин Си к реальности. Старую деревянную дверь снаружи толкнули, и Лин Си резко поднял голову, бросив настороженный взгляд. В комнате было тускло, сквозь щели в рассохшемся окне пробивалось несколько оранжевых лучей — пятнистых и рваных, словно объеденные осенние листья.
— Ой, ну наконец-то очнулся! Если бы не пришел в себя, пришлось бы мне звать для тебя лекаря.
Женщина в одежде из грубого холста отличалась плотным телосложением, ее кожа от круглогодичного пребывания на ветру и солнце пожелтела и потускнела, а на лице выделялись редкие веснушки, без каких-либо крупных красных пятен.
Лин Си родился в 330 году постапокалипсиса, когда человечество на Земле пережило великую революцию, и некоторые нации и языки уже давно исчезли в реке истории. Судя по запасам его знаний, женщина говорила на каком-то диалекте.
Смысл сказанного, подкрепленный ее языком тела, в целом удавалось угадать.
Боковым зрением Лин Си пару секунд изучал незнакомую обстановку вокруг, а затем снова перевел взгляд на женщину, решив выжидать и наблюдать за развитием событий.
— Как тебя зовут? Откуда ты? Есть ли кто дома? И как это тебя угораздило в воду упасть? — засыпала она его вопросами, но сидевший напротив человек лишь заторможенно смотрел на нее, с глазами настолько чистыми, будто он был малым ребенком.
Женщина стояла у кровати и внимательно разглядывала юношу, а затем, с легким досадующим вздохом, пробормотала себе под нос:
— Неужто и впрямь дурачок?
Спустя время, равное горению одной палочки благовоний, женщина говорила так, что у нее во рту пересохло, но не добилась ни единого ответа, зато накопила полный живот злости, как вдруг в животе у юноши раздалось громкое урчание.
Словно устыдившись того, что женщина на него уставилась, юноша смущенно прикрыл живот руками и опустил голову, обнажая белоснежную шею, а его гладкие мочки ушей постепенно покрылись алым румянцем.
Этот послушный и застенчивый вид заставил женщину растерять часть гнева, и она дружелюбно произнесла:
— Жди здесь, тетушка сейчас же пойдет приготовлю тебе поесть.
В комнате снова воцарилась тишина. Лин Си сбросил с лица кроткое выражение, опустил взгляд на грубую холщовую одежду со множеством заплат, опустил ноги на пол и бесшумно приблизился к окну, осторожно приоткрывая створки.
Зарево переливалось волнами, огромными пластами раскинувшись по небосводу, словно сотканное из кленовых листьев, ярко-красное и ослепительное.
Лин Си поднял руку, заслоняясь от света, и лишь когда глаза постепенно привыкли, смог разглядеть окружение.
Кособокий плетеный забор, запущенный двор, сушеные овощи, свисающие под карнизом, несколько кур и уток, бродящих по собственному помноту, и висящий в воздухе неистребимый смрад.
Типичный крестьянский дворик, причем хозяева не слишком чистоплотные — позволяют птице бегать и гадить где попало, не убирая за ней. Кувшин с питьевой водой не только не был прикрыт крышкой, но по его краям даже паутина сплелась, а развешенная на бамбуковых шестах одежда висела мятой, с нее все еще капала вода.
http://bllate.org/book/30202/3680909
Готово:
