Но с того самого дня всё изменилось. Люди, некогда бывшие самыми близкими, вонзили в её сердце острые клинки, а то, что они оставили после себя, она оказалась совершенно не способна защитить. Ей приходилось идти на компромиссы, унижаться и вести фальшивые игры с этой шайкой.
При этой мысли ненависть в её глазах едва не обрела физическую плоть.
Юй Синьчэн! Чем ты заплатишь за то, что задолжал мне?!
Успокоив сына, Чжун Яо с неловкой улыбкой посмотрела на Пэй Даовань. Внезапно столкнувшись с её взглядом, она испуганно вздрогнула и отступила на целый шаг назад.
— Сяовань!
Сообразив, что потеряла самообладание, Пэй Даовань собралась с духом и напустила на себя приличествующее случаю выражение лица:
— Тетушка.
По правде говоря, в этой тетушке еще теплилась искра совести, хотя её отношение к девушке всегда было замешано на самой разной выгоде.
Чжун Яо испуганно прижала руку к груди — тот взгляд и вправду до смерти напугал её. С чего вдруг Сяовань посмотрела на неё так?
— Сяовань, А-мин еще совсем ребенок, к тому же он альфа. Порой молодые люди бывают излишне горячи, не стоит тебе с ним состязаться и держать зла.
Слушая подобные речи, Пэй Даовань сохраняла полное безразличие: её тетушка была насквозь косной, заторможенной и невежественной женщиной.
У нее не было ни собственных мыслей, ни стремлений — вся ее жизнь крутилась вокруг мужа-альфы и драгоценного сыночка.
Пэй Даовань не желала обмениваться с ней любезностями. Обойдя тетушку стороной, она даже не удостоила её лишним взглядом.
Она не чувствовала боли — лишь привычное онемение и глубокую скорбь. Чжун Яо являла собой классический пример выдрессированной омеги, чей единственный смысл жизни сводился к служению семье.
Ни собственных мыслей, ни карьеры — сплошная зависимость от своего альфы. В прошлой жизни, когда она собралась мстить семье Юй, эта женщина точно так же валялась у неё в ногах, умоляя не устраивать поголовную резню. По крайней мере, Юй Цзиньчжао должна была остаться в живых, потому что Чжун Яо просто не представляла, как сможет жить, если потеряет защиту альфы.
По правде говоря, Пэй Даовань не винила её. С малых лет женщинам прививали лишь один уклад мышления, пока они начисто не забывали, какими были на самом деле.
Легко вздохнув, Пэй Даовань толкнула дверь и вошла в конференц-зал. Произошедшее в коридоре было лишь незначительной интерлюдией, неспособной повлиять на её планы.
Собравшиеся внутри проводили незваную гостью, внезапно явившуюся без приглашения, недовольными взглядами. Люди принялись возмущаться: кто это вообще такая, что позволяет себе столь вопиющую бестактность? Но стоило им разглядеть Пэй Даовань, как они разом онемели.
Разве она не вышла замуж всего пару месяцев назад? Как она посмела снова явиться на собрание акционеров?!
Быть того не может! Разве она не перешла в семью Юй по браку, почему она всё еще на свободе?!
В следующее мгновение каждый в зале затаил собственную тайную мыслишку, и атмосфера мгновенно стала неловкой. Пэй Даовань медленно обвела присутствующих взглядом, впитывая выражение каждого лица.
— Генеральный директор Пэй!
Лишь на лицах нескольких человек мелькнула искренняя радость. Эти люди работали с Пэй Даовань уже давно, прекрасно знали её нрав и занимали прочные позиции в компании.
Но стоило Пэй Даовань выйти замуж и покинуть фирму, как их положение повисло на волоске. Этот никчемный мажор Пэй Фанмин, стремясь прибрать к рукам побольше власти, принялся расставлять на ключевые посты угодных людей и тасовать должности по своему усмотрению, доведя всех до ручки.
— Я пришла без злых умыслов. Просто захотелось посмотреть, к каким результатам вы пришли на совещании. Продолжайте, не обращайте на меня внимания.
Хотя она говорила так, кто же поверит, будто это не проверка? В конце концов, все были уверены, что после замужества Пэй Даовань в компанию больше не вернется.
Прежде, когда она руководила делами, её колоссальные способности приносили корпорации огромную прибыль. И пусть её авторитет порой давил на окружающих, задевая самолюбие альф, поделать они ничего не могли — оставалось лишь признать собственное бессилие.
Теперь же, воспользовавшись ее отсутствием, каждый успел протащить в компанию своих людей и растащить корпоративное имущество по кусочкам. Как им было не испытывать угрызений совести при виде законной хозяйки?
Особенно Пэй Юаньу. Лицо дяди, заметившего возвращение племянницы, сделалось на редкость сложным. Он всегда испытывал к ней противоречивые чувства: с одной стороны, её выдающиеся таланты лишали его всяких аргументов, с другой — эта девчонка родилась омегой.
Впрочем, хорошо уже то, что она омега, иначе как бы он смог провернуть махинации с наследством собственной сестры?
Омеге рано или поздно придется выйти замуж. Уйдя в семью Юй, она оставит все остальное имущество тем, кому положено, то есть благополучно передаст его родственникам. Пока ее отношения с главной наследницей семьи Юй оставались гладкими, за судьбу клана Пэй можно было не переживать.
— С чего это ты вдруг вернулась? Разве тебе не подобает должным образом ублажать своего альфу? Чего тебя сюда принесло?
Услышав столь неуважительный тон, Пэй Даовань даже бровью не повела. Она тут же прикрылась именем Юй Цзиньчжао, благо статус старшей госпожи семьи Юй работал безотказно.
— А-цзюй сама велела мне заглянуть сюда и проверить, не требуется ли кому-нибудь помощь.
Стоило прозвучать имени Юй Цзиньчжао, как лицо Пэй Юаньу мгновенно покрылось сеткой угодливых морщин, а в глазах заиграло раболепное выражение.
— Погляди-ка на себя, предупредила бы заранее! Малышка Юй тоже приехала с тобой?
Пэй Даовань мысленно усмехнулась: ну конечно, продажная душонка. Стоило услышать имя Юй Цзиньчжао, как этот человек тут же сменил личину.
— Она не приезжала, сегодня я одна.
Теперь настала очередь Пэй Юаньу озадачиться. Раз она пришла одна, к чему этот визит? Уж не поссорились ли они?!
Этого допустить никак нельзя!
Не прошло и месяца после свадьбы, некоторые официальные процедуры еще даже не завершены, только проблем в личной жизни им не хватало.
— А почему малышка Юй не заглянула вместе с тобой?
Как бы стыдно в этом ни было признаваться, но за целый месяц со дня их свадьбы он так ни разу и не увидел Юй Цзиньчжао вживую. И дело было вовсе не в его нежелании — просто старшая госпожа Юй не удостаивала его даже взглядом.
Возможность породниться с таким влиятельным кланом, как Юй, выпала их роду лишь по великой милости предков. Пэй Юаньу, даже имея какие-то претензии, не смел их высказывать, а потому срывал всю злость исключительно на Пэй Даовань.
— Посмотри на себя: сидела бы дома, куда тебя понесло на фирму? Пусть малышка Юй и балует тебя, нельзя же садиться ей на шею. Я вот слышал, что старик из семьи Юй придерживается традиционных взглядов и на дух не выносит, когда омеги мелькают на публике…
Пэй Юаньу, казалось, прорвало. Эта племянница всегда отличалась излишней самостоятельностью, постепенно забирая в компании такую власть, что ее позиции начали угрожать его собственному положению. Наконец-то дождавшись удобного момента, он отводил душу, отчитывая её по полной программе.
К тому же Пэй Цзинцю уже ушла из жизни, и теперь главой клана Пэй являлся он. Желание подмять под себя всё и вся всё сильнее рвалось наружу, доходя до того, что он пытался давить на племянницу именем покойной сестры.
Правда, перегибать палку он не решался: ему доводилось видеть племянницу в гневе, а Пэй Цзинцю и Сян Ваньвань были для той запретной чертой, упоминать которую не смел никто.
Пэй Даовань вовсе не собиралась выслушивать его нравоучения и с едва заметным раздражением перебила:
— Я пришла сюда не для того, чтобы слушать твои рассуждения.
Пэй Юаньу опешил: зачем же она тогда заявилась?!
Игнорируя дядю, Пэй Даовань перевела взгляд на остальных присутствующих:
— Я проработала на руководящих должностях в компании уже лет четыре-пять. Все дела от мала до велика мне прекрасно знакомы. Не прошло и месяца моего отсутствия, как здесь всё перевернулось с ног на голову: людей, которых я продвигала, вытеснили, а перспективные проекты закрыли.
Лица сидевших в зале заходили ходуном, то бледнея, то покрываясь красными пятнами — стало очевидно, что она явилась вершить суд.
Больше всех переменился в лице Пэй Юаньу: его выражение сделалось поистине отвратительным, ведь подобные перемены за столь короткий срок произошли исключительно по его воле.
В этот момент дверь распахнулась, и в зал ввалился Пэй Фанмин. С порога он затянул привычную наглую и заносчивую песню:
— Что ты вообще понимаешь, тупая омега? Происходит перестройка бизнеса и кадровая ротация, неужели под это дело нужно у тебя разрешение спрашивать? Сидела бы дома, рожала детей да крепила свое положение, вместо того чтобы совать нос куда не просят и указывать всем тут!
Речь вышла крайне неприятной. Несколько сидевших в зале топ-менеджеров-омег едва сдерживали ярость, но прежде чем Пэй Даовань успела слово сказать, кто-то не выдержал первым:
— Молодой господин Пэй, исполнительным вице-президентом компании является ваша старшая сестра, а вы даже должности никакой не занимаете. По уставу вас вообще не должно быть на этом совещании.
— Ты что еще за выскочка? Да кто в этом городе не знает, что вся фирма принадлежит роду Пэй? Исполнительный вице-президент... Подумаешь! Одно слово — и снимем с должности, не моргнув глазом.
Голос принадлежал Лю Цинъи. Она пришла в компанию сразу после окончания университета, Пэй Даовань лично вывела ее в люди, преодолев колоссальное сопротивление. Видя, как теперь эту выдающуюся женщину поносит ничтожный паяц, Лю Цинъи просто не могла проглотить такую обиду.
— Вклад Пэй Даовань в развитие компании очевиден абсолютно для всех! Если бы не она, разве были бы у фирмы такие показатели в последние годы? Разве у вас появилась бы возможность так бездарно разбазаривать чужой труд?
— Ха! Да она всего лишь омега, которой просто улыбнулась удача, возомнила о себе невесть что! И вообще, еще вопрос, какими методами она добивалась своего...
Стоило этим словам слететь с губ, как лица даже некоторых сидевших в зале альф исказились от отвращения — это было уже за гранью любых приличий, грязное и беспредельное оскорбление.
— Да как ты...
Лю Цинъи задохнулась от возмущения, не находя слов. В отличие от Пэй Фанмина, она не умела переступать через любые моральные принципы ради победы, но именно эти внутренние рамки сейчас связывали ей руки, не позволяя нанести мощный ответный удар.
Выражение лица Пэй Даовань оставалось совершенно невозмутимым, словно грязь не липла к ней вовсе. Медленно повернувшись к зарвавшемуся парню, она произнесла:
— Подойди сюда.
— Подойду и подойду, думаешь, я испугался твоих фокусов?
Хлоп!
Звонкий пощёчинный удар оглушил всех присутствующих. За исключением самой Пэй Даовань, находившиеся в зале люди замерли в шоковом состоянии.
Глава 6
— Ты посмела...
Пэй Фанмин, получивший по лицу, поначалу растерялся, но, придя в себя, взмахнул кулаками и попытался броситься на нее. Два альфы из числа сотрудников, давно питавших к нему отвращение, тут же скрутили наглеца и выволокли за дверь.
Пэй Даовань слегка размяла запястье. Силу она рассчитала чуть с избытком, отчего ладонь немного ныла — в следующий раз стоило поручить подобную грязную работу кому-нибудь другому.
Сама не зная почему, она вдруг вспомнила Юй Цзиньчжао. Судя по всему, та действительно была неплохим человеком: с высокими моральными устоями, чувством ответственности и развитой эмпатией. Вот только перед лицом отъявленных подонков эти прекрасные качества превращались в оружие, ранящее её саму. В прошлой жизни Пэй Даовань уже убедилась в этом лично, но теперь она не позволит подобному повториться.
Разобравшись с Пэй Фанмином, Пэй Даовань перевела взгляд на остальных, уверенно направилась к самому главному креслу — тому самому, которое занимала всегда, — опустилась в него и, подперев подбородок рукой, окинула присутствующих ледяным взглядом.
Прекрасно. Половина лиц — незнакомые, а те, кого она некогда ценила и продвигала, либо исчезли, либо оказались задвинуты на самые задворки, полностью отстраненные от реального управления.
http://bllate.org/book/30160/3675119
Готово:
