Ду Фанъюй глубоко вздохнул и произнес: — Мы ужасно виноваты, сестра Цю Нин, это мы опоздали, тысячу раз извиняемся! Что заставили вас так долго ждать!
— Ай-яй, как я могу принимать твои извинения? — с сарказмом бросила Цзян Цюнин, искоса поглядывая на Ду Фанъюя. — Вы, молодняк, сейчас на пике популярности, не то что я. Куда мне связываться с вами, не то фанаты меня заклюют, и я этого не вынесу.
— Вовсе нет, сестра Цю Нин, мы... — Сюй Юань попыталась объясниться, но Цзян Цюнин ее перебила.
— Ладно, разыгрывать передо мной сцены взаимной защиты — это вы к чему? — Она с улыбкой покрутила в руке солнечные очки. — Не все ли равно, пиарите вы романтическую пару или нет, я все понимаю~ Только давайте договоримся: крутите свои романы как хотите, только чур не делать из меня главного злодея в этой истории!
Стоило ей произнести это, как ни остальные люди в комнате, ни зрители в трансляции еще толком не успели отреагировать, а у режиссера, наблюдавшего за всем из-за стены, лицо от злости аж позеленело.Он действительно собирался искусственно создать романтическую пару на шоу, ведь в нынешнюю эпоху правильно раскрученный пейринг гарантирует программе высокую популярность. К тому же речь шла о классическом любовном треугольнике из двух мужчин и одной женщины: можно было продвигать оба варианта одновременно, а стычки между фанатами только подогрели бы интерес.
Именно поэтому, отбирая участников в самом начале, он специально выбрал троих людей примерно одного возраста. Особенно выделялся Бай Го — у него на экране еще не было ни единого поцелуя, и режиссер планировал смонтировать моменты его взаимодействия с Сюй Юань, запустить нужные хэштеги в тренды и за счет грамотного маркетинга слепить парочку чистой первой любви, что принесло бы стопроцентную прибыль.
Однако одно дело — строить планы, которые планировалось реализовать хотя бы по прибытии на остров, и совсем другое — когда их прямо при первой встрече в открытую разрушила Цзян Цюнин. И всё это транслировалось в прямом эфире на глазах у огромной аудитории, так что пытаться что-то исправить с помощью монтажа было уже поздно.
Если бы они вздумали продолжать раскрутку по первоначальной схеме, обязательно нашлись бы те, кто припомнил слова Цзян Цюнин. И тогда еще большой вопрос, кого оказалось бы больше — тех, кто умиляется фальшивой романтике, или тех, кто поднимает их на смех.
В этот момент атмосферу в конференц-зале можно было резать ножом. Сюй Юань и Ду Фанъюй стояли словно провинившиеся школьники в углу, не смея даже громко дышать, и лишь Бай Го с виду сохранял невозмутимость, а в душе с восторгом наблюдал за происходящим.
Он предполагал, что за эти два месяца ему предстоит увидеть немало забавных сплетен, но никак не ожидал, что сладкие грёзы осуществятся так быстро! И главное — в самом эпицентре событий!
Сплетни сами летели ему прямо в рот, да к тому же какие — свежие, спелые и абсолютно бесплатные!Цзян Цюнин, видя, что двое молодых людей пошли на попятную, не могла не почувствовать прилив самодовольства. Она уже приготовилась добавить что-то еще, как вдруг за дверью послышались голоса мужчины и женщины.
— Чуань-гэ, заходи первым же~
— Эй, зачем заходить? Мы так долго не виделись, давай сначала поболтаем наедине.
— Ну договорились, после разговора ты заходишь первый, ладно? Я слышала, Цю Нин-цзе вроде бы злится, я боюсь идти.
— Ничего не бойся, я тебя защищу. Кто посмеет на тебя злиться, пусть сначала со мной разберется!
— …
Находившаяся в комнате Бай Го мгновенно перевела горящий взгляд на Цзян Цюнин.
О-о? Это что, застукали за тем, как она сплетничала за спиной?
Лицо Цзян Цюнин стало чернее, чем дно котла. Она впилась взглядом в главную дверь, с грохотом хлопнула солнцезащитными очками по столу и, стуча каблуками, распахнула дверь пинком.
— Ой, интересно, кто же это у нас тут? Чего стоите перед входом? Заходите в комнату, поболтаем вместе! Разве вы не любите поболтать?
Двое снаружи тоже были ошарашены. Они никак не ожидали, что дверь и белые стены настолько плохо защищают от звука. Хотя в прямую трансляцию это не попало, присутствующие в комнате услышали каждое слово.
— Цю Нин, ты не так поняла. Мы просто случайно встретились, разве мы не собирались заходить? Видишь, ты как раз вышла, — неловко попытался оправдаться мужской голос.
Но Цзян Цюнин не проявила ни капли снисходительности и холодно усмехнулась:
— Ха! Правда, что ли? Ну тогда чего же вы ждете? Заходите скорее, покажетесь людям.
Сказав это, она схватила их за руки и, словно двух цыплят, силой втащила в комнату.
— Давайте, я представлю: это Чэнь Чуань, а это Сунь Идань, — объявила Цзян Цюнин.
— Здравствуйте, Чуань-гэ, здравствуйте, Идань-цзе, — в один голос поздоровались Бай Го и остальные.
Сказав это, Бай Го прищурилась и принялась внимательно разглядывать вошедших. Нет, вернее будет сказать — две ходячие бомбы.
Сунь Идань была детской звездой. В те времена, когда люди еще не были так подкованы в интернет-технологиях, она уже знала, как создавать себе нужный имидж. Всюду, где она появлялась — от телепередач до печатных изданий, — везде трубили о том, что она на четверть иностранка и даже принцесса из некой европейской страны, чье состояние позволяет скупить десять Запретных городов. Надо признать, поначалу такой маркетинг действительно работал: ей не только предлагали роли всех «золотых дочек» в кино и сериалах, но и заваливали предложениями о рекламных контрактах.
Только вот раньше такие сказки еще могли кого-то обмануть, а сейчас слушать их — лишь зря тратить слова на разоблачения.
В конце концов, какая принцесса в детстве кормила свиней и пасла овец на фермерском дворе? Эти фотографии всплыли уже сто лет назад!Даже если объявлялись свидетели и доказательств было предостаточно, Сунь Идань всё равно стояла на своём, не признавая вины. Она добивалась удаления постов и блокировки аккаунтов по всей сети, а порой и сама переходила в наступление, обвиняя земляков в посягательстве на деловую репутацию и требуя компенсацию в сто тысяч юаней.
После нескольких волн жёсткой цензуры она снова принялась продвигать образ чистой и невинной аристократической принцессы. Даже Бай Го, привыкший к самым низким и беспринципным выходкам звёзд, не мог не поразиться такой наглости.
Если Сунь Идань была лишь бомбой, то Чэнь Чуань был самой настоящей ядерной боеголовкой.
Остальные люди в комнате, пусть и не были суперзвёздами, всё же обладали хоть какой-то известностью — в крайнем случае, зрители могли вспомнить, как их зовут. Но с Чэнь Чуанем всё было иначе: последний громкий проект с его участием вышел больше десяти лет назад, где он сыграл безымянного статиста, чьё общее экранное время едва ли превышало пять минут. Зрители не то что имя персонажа — самого актёра толком не запомнили.
Хотя карьера Чэнь Чуаня постоянно буксовала, в плане скандалов он был непобедим!
Всем было прекрасно известно о его распутстве. Он посещал злачные места даже регулярнее, чем ходил на обед, а на съёмочной площадке не упускал случая домогаться до начинающих актрис и массовки. Не было ни одной актрисы, которая хоть раз работала с ним и не жаловалась на его поведение.
Даже после того, как Бай Го множество раз выводил его на чистую воду, интернет-пользователи в комментариях лишь скучали и писали: «Опять Чэнь Чуань? Ну, всё ясно, ничего нового».
Однако этот одиозный негодяй, благодаря умению заводить связи и льстить, смог познакомиться со многими влиятельными актёрами, режиссёрами и продюсерами. В итоге, несмотря на ужасную репутацию, у него не было недостатка в предложениях. И пусть роли всегда доставались крошечные, Чэнь Чуаню этого хватало, чтобы кичиться своим статусом и давить на других.
В этот момент, когда Цзян Цюнин при всех унизила его, Чэнь Чуань покраснел от ярости. Только он собрался устроить скандал, как за спиной раздался чёткий стук в дверь, и вошёл молодой ассистент с бейджем на шее.
— Все учителя на месте? Генеральный режиссёр скоро будет, — сказал ассистент, расставляя перед каждым на столе по бутылке воды. — Учителя, присаживайтесь, я пойду за режиссёром.
Чэнь Чуаня, прерванного на полуслове, это сбило с толку. Сказать было нечего, и он лишь украдкой бросил гневный взгляд на Цзян Цюнин, после чего сел вплотную к Сунь Идань.
Чэнь Чуань открутил крышку и услужливо протянул бутылку Сунь Идань:
— Идань, выпей воды.
— Спасибо, брат Чуань~ — Сунь Идань застенчиво приняла воду, сделала крошечный глоток и поставила бутылку на стол, незаметно отодвинув стул подальше.
Хотя движение было почти неуловимым, внимательный Бай Го всё заметил. Он повёл бровью, изо всех сил стараясь сдержать усмешку.
Похоже, в ближайшие два месяца его ждёт захватывающее зрелище.
Цзян Цюнин, скрестив руки на груди, с презрением наблюдала за их взаимодействием и громко, чтобы услышали все, произнесла:
— Ха, вы двое, что это за цирк с псевдоромантикой? Вам обоим уже столько лет! Вы-то, может, и хотите попиариться, да только зрители на вас смотреть не желают!
— Что ты несёшь?! — Чэнь Чуань в ярости хлопнул по столу и вскочил. — Цюнин, я молчал до этого момента, но ты переходишь все границы! Можешь говорить обо мне что угодно, но почему трогаешь Идань?! Столько лет прошло, а ты всё такая же вздорная!
Цзян Цюнин не собиралась уступать и, ударив по столу, тоже поднялась:
— Я неисправима? А ты почему не исправишься и не перестанешь вешаться на каждую юбку?
— Ты!!!
Видя, что двое в комнате готовы вцепиться друг другу в глотки, продюсер обеспокоенно спросил:
— Режиссёр, может, стоит вмешаться?
Если во время прямой трансляции разразится скандал, последствия будут необратимыми.
Режиссёр оставался невозмутим и даже неспешно закурил:
— Чего бояться? Забыл, какова цель этого «собрания»? — Он махнул рукой ассистенту: — Иди, запри дверь.
В комнате Цзян Цюнин и Чэнь Чуань продолжали так ожесточённо спорить, что их крики полностью перекрыли щелчок замка.
Бай Го поначалу с удовольствием наблюдал за перепалкой, но когда увидел, что Цзян Цюнин скинула туфлю на каблуке и собирается запустить ею в лицо Чэнь Чуаню, поспешил вмешаться.
Поглазеть — это одно, но он совершенно не хотел, чтобы это место превратилось в место преступления!
— Спокойнее, спокойнее! — Бай Го выхватил туфлю и спрятал её за спину. — Давайте просто сядем и всё обсудим, остыньте. Я уверен, что ни сестра Цю Нин, ни брат Чуань не хотели ничего плохого, — говоря это, он подмигнул Сюй Юаню и Ду Фанъюю.
Получив знак, те двое поспешили подойти, пытаясь успокоить спорящих и предлагая им воды.
Чэнь Чуань презрительно хмыкнул и отмахнулся от руки Ду Фанъюя — бутылка с водой упала, и содержимое разлилось по полу.
— Не желаю находиться в одной комнате с такой бабой, пойду подышу воздухом. — Чэнь Чуань, не оглядываясь, направился к выходу, но у самой двери обнаружил, что, сколько бы сил он ни прикладывал, дверь не поддаётся.
— Что, сил совсем не осталось? Даже дверь открыть не можешь? — съязвила Цзян Цюнин.
— Заткнись! — Чэнь Чуань свирепо зыркнул на неё, кожа на его лице заметно побагровела от напряжения.
Ду Фанъюй, видя это, подошёл помочь, но как бы сильно они ни толкали или тянули, дверь оставалась неподвижной.
— И правда не открывается, — серьёзно произнёс Ду Фанъюй, глядя на остальных. — Похоже, её заперли снаружи.
http://bllate.org/book/30090/3666118
Готово:
