Пережив осаду эволюционировавших зверей, мучения от плотоядных лиан и непонятный взрыв белолицего, четвёрка наконец ступила на путь поиска Плодов Фиолетовой Спины. Толстяк шел позади Янь Хуа и искренне считал, что это задание далось им непросто — это была самая настоящая игра со смертью.
Однако, по сравнению с тем недавним потрясающим опытом, он теперь не мог удержаться от желания украдкой взглянуть на Янь Хуа.
Если подумать, для мужчины в Янь Хуа не было ничего особенно привлекательного: ни его смуглая кожа, ни угрожающее телосложение, ни суровый и холодный нрав. Для натурала исходившие от него мужественные флюиды были просто синонимом врага.
Но всего мгновение назад этот известный своей холодностью и полным отсутствием мирских желаний тип умудрился с размаху поцеловать другого мужика — и за это схлопотал жестокую пощёчину.
Да, наградой за охвативший Янь Хуа порыв страсти стал вовсе не горячий ответный поцелуй: после секундного оцепенения Линь Му отвесил ему мощную затрещину, а затем с отвращением сплюнул на землю.
В тот момент Толстяк был искренне потрясен смелостью Линь Му. Он даже позабыл о той жуткой разрушительной силе, которой обладал этот парень, и подумал, что ему теперь конец.
Однако реальность отвесила пощёчину уже самому Толстяку: Янь Хуа, коснувшись своей щеки, лишь приподнял брови и с улыбкой произнес:
— Застеснялся?В тот момент выражение лица Линь Му было на грани полного краха. Разве легко было ему довериться такому расслабляющему и приятному чувству? А проснувшись, пришлось столкнуться с психопатом! Куда делся тот прежний хладнокровный и сдержанный Янь Хуа? Неужели паразиту подвергся сам Янь Хуа, а не он?!
Ответить на этот вопрос никто не мог. Толстяк на ходу украдкой поглядывал на Янь Хуа — этот парень так открыто и шел вперед с отпечатком ладони на лице. И хотя Линь Му всем видом выказывал суровость и непреклонность, его тело оказалось куда честнее: он неотступно следовал прямо за спиной Янь Хуа. Разумеется, не исключено и то, что Толстяк с Сяо Чжоу держались от него как можно дальше.
Толстяку еще было куда ни шло — он кое-как мог идти следом за ними, а вот измученный Сяо Чжоу совершенно не справлялся со своим страхом. При виде Линь Му ему неизменно вспоминалась та странная лиана и то бессилие, когда жизненные силы неумолимо покидали тело.
Он не смел приближаться к Линь Му, подсознательно опасаясь, что эта жуткая штука снова вылезет и приложит его точно так же, поэтому и плелся в самом хвосте.
Продвижение через лес было делом опасным и томительным. Но теперь, с появлением Линь Му, самые опасные мутировавшие растения, казалось, попросту исчезли — то ли они чувствовали угрозу, исходившую от Линь Му, то ли еще что.
Зато дикие звери словно бы положили глаз на их отряд, однако все они — будь то обычные звери или Эволюционировавшие звери — годились лишь в качестве легкой добычи.Линь Му больше ни разу не терял над собой контроль, однако каждый раз, когда появлялся Инь Тэн, аура самого парня полностью менялась — от его кровожадности сердце начинало учащенно биться. Человек, который в обычное время казался таким безобидным, в мгновение ока превращался в бога войны!
За весь этот путь у Янь Хуа так и не представилось возможности вступить в бой. Выражение лица Сяо Чжоу становилось все более испуганным, он держался от Линь Му все дальше и дальше, да и Толстяк больше не смел шутить и балагурить с ним.
Когда на них бросился свирепый зверь, Линь Му так и стоял неподвижно, ошеломленно глядя перед собой. К счастью, Янь Хуа вовремя среагировал, оттащил его в сторону и одним ударом кулака отбросил зверя прочь.
Хорошо еще, что свирепый зверь оказался всего один, и совместными усилиями Янь Хуа и Толстяка с ним быстро покончили.
Расправившись с тварью, Янь Хуа посмотрел на Линь Му и нахмурился:
— Что с тобой?
Линь Му уже собирался заговорить, но не удержался и громко икнул, а его бледное лицо густо покраснело. Без всяких ответов Янь Хуа и сам все понял: хоть та лоза и выглядела грозной, она все же имела свои пределы, и за всю дорогу, судя по всему, просто переела.
Толстяк тоже услышал этот отрывистый звук. Весь страх перед Линь Му, который он только что испытывал, разом испарился, и он прыснул со смеху:
— Послушай, Линь Му, а ты везунчик! Мы тут все с голодными желудками ходим, а ты уже объелся до отвала.
Янь Хуа бросил на Толстяка свирепый взгляд, но, обращаясь к Линь Му, заговорил гораздо мягче:
— Держись за мной сзади и будь осторожен.
Линь Му был готов сгореть со стыда и досады, однако успокоившийся Инь Тэн сделал атмосферу в отряде намного более непринужденной. По крайней мере, все знали, что объевшаяся лиана больше не станет на них нападать.
Словно опасаясь задеть его самолюбие, Янь Хуа неожиданно даже для самого себя утешил его:
— У любого эволюционера есть свой предел. Впредь запомни его и постарайся не загонять себя в тупик.
Хотя существовало мнение, что доведение своих способностей до предела каждый раз помогает как можно быстрее повысить уровень эволюционера, на самом деле все эволюционеры прекрасно знали, что такой метод сродни утолению жажды ядовитым вином. Чрезмерное использование сил в небезопасном месте могло загнать в смертельную ловушку, а в безопасном — значительно сократить жизнь самого эволюционера.
Линь Му не знал всех тонкостей, но по серьезному тону Янь Хуа понял всю важность сказанного и послушно кивнул.
Видя это, Янь Хуа остался весьма доволен и протянул руку, словно собираясь потрепать его по волосам. Линь Му с крайним подозрением отпрыгнул в сторону, подумав, что от вечных перепадов настроения этого парня у него скоро сердце разорвется.
Пройдя еще какое-то расстояние, Линь Му почувствовал, что немного переварил пищу и неприятное ощущение распирания во всем теле наконец-то исчезло. Он невольно погладил себя по животу, но стоило ему сделать это движение, как Сяо Чжоу, только что вроде бы немного расслабившийся в его присуттии, тут же стремительно отскочил подальше — так, будто в следующую секунду оттуда собиралась выскочить лиана и сожрать его заживо.Линь Му неловко усмехнулся и больше не стал приближаться к Сяо Чжоу. Они шли по Тиссовому Лесу уже очень долго, а окружающие пейзажи оставались всё теми же. Если выражаться словами Толстяка, местная растительность полностью подавлялась Королём Пурпурных Тисов, из-за чего здесь царило полное отсутствие биологического разнообразия!
Конечно, для наёмников лес без биоразнообразия был самым безопасным.
— Что это? — внезапно спроил Линь Му.
Проследив за его взглядом, они увидели, как за полосой зелени неожиданно раскинулось целое море цветов. Красные, розовые, жёлтые — самые разные яркие бутоны танцевали на ветру. Вместе с лёгким дуновением донёсся освежающий цветочный аромат, от которого казалось, будто попадаешь в сказочную обитель.
Даже в мире, где жил Линь Му, редко доводилось увидеть столь прекрасную картину. Он инстинктивно сделал несколько шагов вперёд, но в следующее мгновение вдруг пришёл в себя: появление такого цветочного поля посреди Тиссового Леса само по себе было неестественным.
Линь Му оглянулся и увидел, что взгляды Янь Хуа и остальных затуманились — они направлялись прямо к цветочному полю.
Сердце Линь Му сжалось. В два-три шага подбежав к Янь Хуа, он занёс руку и отвесил тому увесистую оплеуху, не исключая, впрочем, и долю скрытого желания отомстить. После этого удара Янь Хуа так и не очнулся, и тогда Линь Му, решив действовать до конца, собрался добавить ещё пару затрещин.
Но пока он с воодушевлением лупил парня, Янь Хуа внезапно пришёл в себя и перехватил его руку.
Линь Му тут же почувствовал себя немного виноватым и торопливо объяснил:
— Этот цветочный аромат опасен, я тебя спас!
Янь Хуа посмотрел на его раскрасневшуюся от ударов ладонь и на собственную саднившую щеку, приподнял бровь и произнёс:
— По правде говоря, мне больше нравятся другие способы пробуждения.
С этими словами он многозначительно скользнул взглядом по губам Линь Му.
Сейчас было явно не до романтики. Янь Хуа вовремя остановил Толстяка и Сяо Чжоу, отвесив каждому по увесистой оплеухе. Его сила, очевидно, шла вразвес с возможностями Линь Му: щёки спутников тут же распухли, но сами они пришли в сознание.
Янь Хуа уже задрал одежду, закрывая нос и рот:
— Закройте лица тканью!
Оба тут же послушались. Стоило им получше разглядеть цветочное поле, как все четверо дружно втянули воздух от неожиданности. Как бы безобидно ни выглядели эти мелкие цветы и травинки, под ними были погребены кости свирепых зверей — в опасности они ничуть не уступали Плотоядной лиане, но подкрадывались совершенно незаметно.
Толстяк не удержался от ругани:
— Чёрт побери! Мало нам было Плотоядной лианы, так теперь ещё и дурманящие цветы объявились!
Появление Плотоядной лианы в Тиссовом Лесу они ещё могли принять — в конце концов, эта тварь и так обитала на окраинах, просто сменила место. Но с дурманящими цветами дело обстояло иначе: в записях не было никаких упоминаний о том, что они когда-либо встречались в Тиссовом Лесу.
Дурманящие цветы полностью оправдывали своё название: они цвели яркими красками круглый год и источали манящий аромат, заставляя человека незаметно погибнуть в созданной собственным воображением иллюзии и превратиться в удобрение для растений.
— Скорее уходим отсюда! — испуганно завопил Сяо Чжоу.
Он явно был смертельно напуган: его глаза вылезли из орбит, а всё тело натянулось тетивой лука, заставляя остальных тревожиться за него.
Толстяк придерживался того же мнения. При встрече с дурманящими цветами, если у тебя под рукой нет огромного запаса ускорителей горения и противогазов, даже в случае немедленного уничтожения цветочного поля выделяемые ими испарения заставят всю компанию отправиться следом.
Однако Янь Хуа нахмурился и указал на скалу позади цветочного поля:
— Посмотрите туда!
Толстяк пригляделся и тут же выругался:
— Чёрт побери, с чего бы Плодам Фиолетовой Спины расти в таком месте! Когда мы были здесь в прошлый раз, этих дурманящих цветов и в помине не было.
Это был далеко не первый их поход за Плодами Фиолетовой Спины. Эти плоды созревали раз в год, и каждый удачный сбор приносил хорошую прибыль. Для тех, кто был знаком с маршрутом, задание не таило особой опасности, поэтому Янь Хуа и решился пойти сюда всего впятером. Но в это же время в прошлом году у подножия этой скалы никаких цветов точно не было.
В Тиссовом Лесу явно что-то произошло — это был единственный ответ, вертевшийся в головах всех троих.
Проблема заключалась в том, что Плоды Фиолетовой Спины находились прямо за цветочным полем. Чтобы сорвать их, пришлось бы пересечь поляну, но у них не было с собой никаких масок, и одежда вряд ли смогла бы защитить их надолго.
Лицо Толстяка помрачнело, и он раздражённо бросил:
— Мы же уже дошли до самого сюда, неужели всё сорвется впустую!
Сяо Чжоу, при всей своей панике, не хотел упускать добычу, которая уже почти сама шла в руки. Внезапно он покосился на Линь Му, у которого лицо оставалось совершенно нормальным, хотя нос и рот тот даже не прикрыл, и нерешительно произнёс:
— Разве Линь Му в порядке? Возможно, после заражения у него появился иммунитет к дурманящим цветам.
Услышав это, Толстяк тоже перевёл взгляд на Линь Му. Тот слегка опешил, но тут же сообразил: действительно, он не испытывал ни малейшего дискомфорта. Хотя аромат показался ему приятным, на этом ощущения и заканчивались.
Судя по нынешним обстоятельствам, он и впрямь подходил для сбора Плодов Фиолетовой Спины лучше всех. Поразмыслив, он произнёс:
— Я могу пойти и собрать их.
Янь Хуа нахмурился и возразил:
— Мы понятия не имеем, какие ещё фокусы есть у дурманящих цветов. Идти туда в одиночку слишком опасно.
Услышав это, Сяо Чжоу и Толстяк переглянулись, мысленно подумав: с боевыми способностями Линь Му разве стоит бояться каких-то цветов!
Однако Линь Му с улыбкой ответил:
— Я схожу за ними, но выручку за собранные Плоды Фиолетовой Спины мы разделим так, чтобы часть досталась и мне.
http://bllate.org/book/30020/3656944
Готово:
