Она закрыла глаза, отложила солнцезащитные очки в сторону и, слегка потерев переносицу, прошептала ассистенту:
— Сколько у меня еще осталось отпуска в этом году?
Ассистент в недоумении посмотрел на нее:
— График в последнее время был слишком плотным? Вы хотите отдохнуть?
Жун Цюэ снова перевела взгляд в ту сторону, где стояла Мэй И.
Вдалеке.
Мэй И, опасаясь, что ее могут услышать окружающие, прикрыла рот ладошкой и издала очень долгий сытый отрыг. Она пожаловалась Системе:
— Как же хороши эти игры: сколько бы я ни ела, проблем с желудком нет. Ну как на свете может существовать такая идеальная мать, как Госпожа Мэй? И характер мягкий, и готовит восхитительно.
Из-за этого она в обед умяла целых пять мисок риса и теперь была вынуждена прогуливаться, чтобы хоть как-то растрясти съеденное.
Погладив живот, она решила, что ей нужно пройти еще пару кругов, прежде чем она сможет принять вечернюю порцию любви и заботы, и повернулась, намереваясь отправиться туда, где пейзаж был живописнее.
Но чья-то тень внезапно легла прямо к ее ногам.
Мэй И обернулась и едва не уткнулась носом в чужой подбородок. Ей пришлось отступить на полшага назад. Увидев длинные серо-каштановые волосы, напоминающие морские волны, и те самые невероятно красивые, глубокие как осенние воды глаза, она в испуге округлила их. Даже заметив, что гостья в маске и не привлекает лишнего внимания прохожих, Мэй И первым делом опасливо огляделась по сторонам.
Затем Мэй И выдохнула, нервно поправила плечи и отступила еще на полшага:
— Т-ты… почему ты пришла сюда?
В ее глазах читалось невысказанное ожидание.
Сверкающие, они словно кричали о том, что было написано у нее на лбу: ты пришла, чтобы навестить меня?
Голос Жун Цюэ прозвучал из-под маски — низкий, с легкой хрипотцой, отозвавшийся в ушах словно струнная музыка.
— Я же говорила в прошлый раз, что нам нужно будет снова обсудить вопрос о помолвке.
Мэй И мгновенно изменилась в лице: радость исчезла, щеки стали мертвенно-бледными. Она машинально сцепила пальцы в замок так сильно, что костяшки побелели. Глядя на это, Жун Цюэ подумала, что если она промедлит еще хоть немного, та, сама того не замечая, может переломать себе пальцы.
Жун Цюэ открыла было рот, но Мэй И перебила ее.
Девушка, стоявшая под палящим солнцем, покачнулась, низко опустив голову:
— Я… я знаю. Ты хочешь расторгнуть помолвку.
— Ничего страшного, — она заговорила быстрее, голос ее стал совсем тихим, словно она не разговаривала с кем-то, а убеждала саму себя, — все в порядке. Ты ведь изначально меня не любила. Наверное, тебе было невыносимо терпеть меня рядом каждый день, смотреть на это лицо. Я не могу позволить своим чувствам причинить тебе боль…
— Я скажу папе и маме, не переживай, я не доставлю тебе неудобств.
Прежде чем Жун Цюэ успела поднять руку, Мэй И вскинула голову и вымучила улыбку, искренне веря, что под солнечными лучами выглядит достаточно убедительно и страстно:
— Не беспокойся, я сама все решу.
Сказав это, она вежливо и скованно отступила еще на шаг, но взгляд ее все еще жадно следил за тенью Жун Цюэ на земле.
Жун Цюэ шагнула вперед, и Мэй И тут же дернулась, глядя, как ее голова следует за перемещением тени. Жун Цюэ опустила взгляд, подняла руку и осторожно обхватила сцепленные пальцы Мэй И.
— Помолвка…
Прозвучал приятный голос, который тут же затих:
— Я больше не хочу ее расторгать.
Девушка, чьи руки она держала, окаменела.
Жун Цюэ знала, что ее прежнее холодное отношение сильно ранило эту девушку, поэтому теперь подбирала слова с предельной осторожностью:
— Ты… ты все еще хочешь стать моей женой?
— Что ты застыла!
— Скриншот сделала?
Мэй И нажала кнопку приостановки сюжета. Выйдя из сцены, она посмотрела на Жун Цюэ, которая все еще продолжала держать ее за руки. Мэй И обошла ее по кругу и потерла подбородок:
— Нет, одного скриншота мало. Эта сцена вызвала у игроков неописуемый восторг. Записала видео? Я хочу пересматривать это бесконечно.
Система, которая постоянно фиксировала все данные игрока в нескрытом режиме, послушно смонтировала фрагмент из последних нескольких минут и начала крутить его перед ней по циклу.
— Ты все еще хочешь стать моей женой?
— Ты все еще хочешь стать моей женой?
…
После десятого повтора Мэй И решительно ткнула пальцем в лицо Жун Цюэ и воскликнула:
— Не хочу!
Жун Цюэ с недоверием посмотрела на нее, и на ее обычно холодном и надменном лице на мгновение отразилось полное ошеломление.
Мэй И поняла, что сморозила глупость: она так увлеклась, что забыла, что в режиме паузы любое кликающее действие автоматически продолжает сюжет.
Она со скоростью света покраснела, выдавила слезы и сбивчиво исправилась:
— …невозможно!
В порыве возбуждения Мэй И подалась вперед и обвила руками шею Жун Цюэ, с такой силой врезавшись в нее, что ту пошатнуло. Мэй И обняла ее так крепко, словно хотела задушить, и прошептала на ухо дрожащим, живым голосом:
— Я думала…
— Я думала, что это сон.
— То, что ты только что сказала, — это правда?
Жун Цюэ показалось, что что-то здесь не так.
Но, вспомнив, как Мэй И всегда была предана ей, она решила, что просто передумала.
Та, что обнимала ее, была слишком взволнована — она даже не могла рассчитать силу своих объятий, причиняя Жун Цюэ боль. Жун Цюэ кое-как терпела полминуты, и когда она уже хотела поднять руку, чтобы отстраниться, Мэй И сама сделала полшага назад.
— Прости, я… я так счастлива.
Она вытерла тыльной стороной ладони слезы на лице, одарила Жун Цюэ ослепительной улыбкой, а затем быстро прижала пальцы друг к другу, словно давая клятву:
— Не волнуйся, я не буду доставлять тебе проблем и не стану требовать, чтобы ты раскрыла наши отношения. Я буду послушной…
Слезы еще не высохли на ресницах Мэй И, в голосе все еще слышался гнусавый оттенок, а волосы растрепал ветер, и одна прядка забавно торчала на макушке.
Но в глазах Жун Цюэ…
Она показалась ей милее, чем когда-либо.
— Хорошо, — она слегка кивнула. — В ближайшее время у меня съемки, так что, когда тебя выпишут из больницы, я прикажу, чтобы тебя привезли ко мне домой.
— Ты вот так просто согласилась?
http://bllate.org/book/30011/3655329
Готово:
