Тц, скверная примета.
Толпа собралась быстро. Чжу Вэньци обвёл взглядом снующих туда-сюда людей, мысленно сопоставляя в памяти имена и лица с помощью Системы.
Устройство сект в воспоминаниях прежнего хозяина тела несколько отличалось от привычных историй о бессмертных. Помимо главы, в Секте Сюаньшуан состояло немало старейшин, отвечавших за самые разные сферы. Например, он сам и Линь Мутун, а старейшина Е выискивал одарённых самородков с природным талантом и принимал их в ученики. Тех же, у кого талант был заурядным, но кто упорно предавался тренировкам, объединяли под началом Великого Старейшины, который □□ обучал их. Такие люди, как старейшина Чжао, заведовали повседневными делами секты: организацией разнообразных собраний и распределением целебных трав и духовных сокровищ среди адептов.
Поначалу Чжу Вэньци находил это несколько странным, но теперь решил, что автор, должно быть, помешался на офисной работе, раз перенёс ту самую корпоративную систему на секту из Мира Бессмертных.
Если дело обстоит так, с какой стати загнанным лошадям из офиса мучить друг друга! Уж лучше бы переловили всех этих капиталистов и позволили Ло Вэю подвесить их вверх тормашками, превратив каждого в человеческую свинью — он бы обеими руками и ногами проголосовал за!
Ло Вэй молча наблюдал, как на лице Чжу Вэньци стремительно сменяются выражения: то задумчивость, то скорбь, то восторг. Ему казалось, что после спада жара Чжу Вэньци заболел ещё сильнее.
Глава восседал на самом почетном месте в центре верхней части площади. Обведя взглядом собравшихся внизу и убедившись, что все на месте, он неторопливо заговорил:
— Великое собрание Бессмертных объявляется открытым.
Голос звучал размеренно и гулко, словно колокол, и хотя громким не был, его услышали абсолютно все.
Стоило прозвучать последним словам, как тихий шепоток внизу стих окончательно, воцарилась мертвая тишина — было слышно, как падает игла.
Чжу Вэньци извечно терпеть не мог подобные словоизлияния; на его лице застыло сосредоточенное выражение, но сам он уже давным-давно витал где-то далеко.
Система пообещала выдать задание на днях, но хранила таинственное молчание и отказывалась делиться подробностями. Он заходил издалека, давил и заманивал посулами добрых раз пять, но вытянуть из Системы хоть единую зацепку так и не смог.
— В текущем году Мир Бессмертных сотрясают непрерывные потрясения, и мы, будучи одной из величайших сект, разумеется, должны внести свой вклад...
— Чего я никак не пойму, — Чжу Вэньци поднял чашку с чаем. — Разве я не хост? Я всё равно рано или поздно узнаю о задании, почему нельзя сказать сейчас?
Голос Системы оставался ледяным, лишённым всяких эмоций:
— Это делается ради блага вас, хост. Данное задание окажет колоссальное влияние на дальнейший сюжет, к тому же оно отличается повышенной сложностью. Если хост узнает о нём заранее, у него легко может развиться страх, что пагубно скажется на выполнении поручения.
Чжу Вэньци: «...» Да я и без твоих слов боюсь.
Он попытался поторговаться с Системой:
— Ради того, чтобы поскорее вернуться домой, я готов на всё! Если ты скажешь мне раньше, я смогу лучше подготовиться и не буду тычаться вслепую — разве так не будет ещё лучше для выполнения задания?
После этого Система ответила молчанием.
Как бы Чжу Вэньци ни допытывался, связь словно оборвалась: из неё не вытягивалось ни единого звука.
— ...Пару дней назад я уже обсудил это с главами других сект. Нашей обители достались вот эти места.
Глава взмахнул широким рукавом, и прямо над площадью Бессмертных возникла полупрозрачная карта — ровно такого размера, чтобы её видели все присутствующие.
— По неизвестной причине в этом году демонические твари невероятно взбесились, и именно данные регионы стали эпицентрами бедствия, — голос главы стал суровым. — Если вы всё ещё помните изначальный завет нашей секты...
— Защищать слабых и невинных, обнажать клинки ради всеобщего мира и спокойствия, — в один голос чеканили все присутствующие.
Глава кивнул:
— Ради безопасности простого народа секте необходимо отправить несколько человек в эти края для уничтожения Демонических тварей.
Услышав это, Чжу Вэньци почувствовал, как сердце ухнуло вниз, и вскинул голову в сторону главы.
— Ради справедливости тянуть жребий мы будем по жребию.
Едва стихли эти слова, как внизу поднялся ропот.
— Почему опять жребий? У главы каждый год один и тот же метод, неужели нельзя придумать что-то новенькое?
— И правда, я вытаскивал его уже два раза подряд. В прошлом году во время зачистки тварей я запомнил их родословную чуть ли не наизусть; если вытяну и в этом, то, пожалуй, смогу устроить для кланов этой нечисти игру в три в ряд.
Чжу Вэньци, расслышав перешёптывания издалека, вспомнил про свои три ступени Уровня Ци, и на душе у него скребли кошки.
Задание, о котором говорила Система, случаем не самоубийство ли?
С его нынешним уровнем культивации он годен лишь на то, чтобы демоническая тварь устроила с ним партию в три в ряд по девяти коленам его рода.
Линь Мутун, заметив его полуживой вид, сложил расписанный чернилами веер и стукнул им Чжу Вэньци по макушке:
— О чём задумался? Твоя очередь подниматься.
Чжу Вэньци бессильно откинулся назад:
— Каковы были мои успехи в жребии в прошлом году?
Линь Мутун с сожалением покачал головой:
— Великий Старейшина Чжу и впрямь стареет, раз забыл, что побеждает в этой номинации десятый год подряд.
Чжу Вэньци закрыл глаза. Он умер.
— Хватит притворяться мертвым, — Линь Мутун снова занёс руку и бесцеремонно привёл его в чувство. — Твоя очередь.
Чжу Вэньци открыл глаза. Все взгляды устремились на него, не исключая и главу, который одарил его участливым взором:
— Вэньци, неужели тебя что-то беспокоит?
Черт.
Привычка махрового социофоба заставила его сесть прямо. Вспомнив про свою ужасную удачливость в жребии, Чжу Вэньци попытался откинуться назад, но Линь Мутун уперся концом веера ему в поясницу.
Лицо Линь Мутуна осталось беспристрастным, и он произнес так тихо, чтобы слышали только они двое:
— Живо поднимайся. Чем раньше помрешь, тем быстрее переродишься.
Сама того не ведая, какая-то мысль мелькнула в голове Чжу Вэньци, и он загадочно покачал пальцем:
— У меня есть план.
Линь Мутун: «?»
Чжу Вэньци повернулся и посмотрел на Ло Вэя, который до сих пор стоял без движения.
Ло Вэй: «?»
На лице Чжу Вэньци заиграла добрая улыбка:
— Мой славный ученик, настал твой звездный час.
Будучи главным героем, он находит сокровища небес и земли в два шага и утраченные секретные техники в три. Пусть Ло Вэй идёт тянуть жребий — тогда он сможет почивать на лаврах и не о ни о чем не беспокоиться.
— Учитель хочет, чтобы я поднялся и вытянул жребий? — подозрительно уставился на него Ло Вэй, хотя в присутствии посторонних он всё же сдержался и не брякнул что-нибудь крамольное в духе Какая мне вообще разница.
Чжу Вэньци кивнул и выдавил из себя невероятно благожелательную улыбку:
— Ступай, Учитель верит в тебя.
В такие моменты лицо Чжу Вэньци обладало поистине обманчивой силой. Мягкий взгляд, едва заметная, но искренняя улыбка — казалось, каждое его слово идет от самого сердца и лишено фальши на йоту.
Со стороны это выглядело как на редкость гармоничная и полная взаимной любви картина.
Линь Мутун окинул его изумленным взглядом, начиная серьезно размышлять, не стоит ли провести обряд изгнания злых духов для Чжу Вэньци, пока они еще не прибыли на место — а вдруг в него вселился демон?
Ло Вэй остался непоколебим, его взгляд не выражал ни единой эмоции:
— Раз это воля Учителя, ученик, разумеется, повинуется.
С этими словами он обошел Чжу Вэньци и направился к месту, где проводился жребий.
Жребии лежали в бронзовом треножнике, опечатанном наложенными главой запретами. Даже если кто-то захотел бы смухлевать и подглядеть содержимое, у него ничего бы не вышло.
Все взоры устремились на Ло Вэй. Тот не выказал ни страха, ни волнения: подойдя к курильнице для благовоний, он постоял перед ней мгновение, а затем наугад вытянул самую обычную палочку.
— Спорим на что угодно, в этот раз мне наверняка досталась пустая бирка, — уголки губ Чжу Вэньци изогнулись в предвкушении, настроение у него поднялось. — Десятилетнее проклятие наконец будет разрушено.
Его взгляд скользнул по Ло Вэю. Превосходное зрение позволило без труда разобрать крошечные иероглифы на деревянной бирке: Город Цинъянь.
Ближайший к границам царства демонов городок. Ради защиты простых людей сюда каждый год отправляли людей укреплять защитные формации на границе, однако немало демонических тварей всё равно умудрялись находить лазейки, чтобы пожирать жизненную энергию смертных. Со временем чудища напитывались силой и крепли, превращая это место в одну из самых опасных и трудноразрешимых проблем.
Линь Мутун, разумеется, тоже всё разглядел. Повернувшись к Чжу Вэньци, он бесстрастным тоном произнес:
— Поздравляю. Ты продлил свою серию еще на одиннадцатый год, это уже достойно внесения в Хроники Сюаньшуан.
Лицо Чжу Вэньци на мгновение застыло. Дрожащей рукой он протянул ладонь вперед, пытаясь спасти положение:
— Глава...
Не успел он и пирог слова вымолвить, как Ло Вэй сделал шаг вперед, с зажатой в руке биркой поклонился главе:
— Ученик желает отправиться в Город Цинъянь вместе с Учителем, чтобы внести свой вклад в дело секты.
Чжу Вэньци: «...»
Мы, подданные, намеревались сражаться до конца, так почему же Ваше Величество сдалось первым?
Неужели ему в самом деле придется выдерживать партию в три в ряд по девяти коленам рода от демонических тварей, обладая жалкими тремя ступенями Уровня Ци? Нет, такого мне не надо —
Система, так долго притворявшаяся мертвой, наконец подала голос:
— Новое задание: расследовать правду о Городе Цинъянь (0/1). После завершения задания хост сможет открыть торговую лавку Системы.
Вот почему она отказывалась говорить! Оказывается, поджидала его именно здесь.
Чжу Вэньци закрыл глаза и махнул рукой на всё: поднявшись на ноги, он тоже выразил главе благодарность:
— Прошу главу не беспокоиться, я непременно вернусь живым.
...
Когда они вернулись во дворец, Чжу Вэньци уже взял себя в руки, а вот Сяо Цзи, только что услышавший эту новость, взять себя в руки никак не мог.
Пока Сяо Цзи со слезами на глазах заталкивал в котомку уже пятый флакон Цзиньчуаньяо, Чжу Вэньци не выдержал и протянул руку, останавливая его:
— Хватит, даже если я помру и воскресну раз восемьсот, мне и половины этого зелья не истратить.
Сяо Цзи посмотрел на него затуманенными от слёз глазами:
— Каждый раз, когда Бессмертный Преподобный возвращается весь в крови, если не припасти побольше целебных средств, я боюсь, что он просто не дотянет до возвращения в секту.
Чжу Вэньци очень хотел сказать, что всё дело в страсти его Бессмертного Преподобного искать приключения на свою голову, и получить за это — чистой воды заслуженная кара.
Пооткрывав рот с полминуты, Чжу Вэньци всё же проглотил эти слова и перевел взгляд на Ло Вэя, молча собирающего свои вещи.
Из принадлежащего Ло Вэю скарба в секте почти ничего не было. Опустив взгляд, тот аккуратно укладывал потертый тканевый узелок — там лежало лишь несколько пожелтевших свитков, обломанная кисть да ярко сияющий кинжал, который парень вечно носил на поясе.
Чжу Вэньци молча смотрел на него какое-то время, после чего повернулся обратно к Сяо Цзи:
— Бери всё. Я подумываю открыть врачебную лавку прямо в логове демонов.
Глава 14
Сумерки окутали землю.
Чжу Вэньци сквозь зубы глянул на извилистую, уходящую в бесконечность горную тропу. Поклажа на плечах оттягивала плечо так, что жгло кожу, и была подозрительно тяжелой — не подкинул ли Сяо Цзи часом каменный замок из секты?
У прежнего хозяина на поясе болталось несколько Мешочков для хранения, но его нынешней культивации не хватало даже на то, чтобы ими воспользоваться.
...Какая досада!
Ло Вэй же, напротив, шагал налегке. За весь путь он ни разу не пожаловался на усталость или боль в ногах, почти не делал привалов и уверенно вел их вперед, к Городу Цинъянь.
Чжу Вэньци вновь и вновь прокручивал в голове события того дня, всё больше убеждаясь, что Ло Вэй всё подстроил заранее. Согласно законам главного героя, при жеребьевке выпадают лишь пустые бирки или именно то, чего жаждет протагонист. Так что же такого притягательного нашлось в Городе Цинъянь для Ло Вэя?
Во время короткого привала Чжу Вэньци решил спросить прямо.
http://bllate.org/book/29953/3646638
Готово:
