Обычный человек, но доминантный альфа среди омег. Автор: Цзюцзюнь Бэйбэй. Окончание плюс экстены.
Аннотация:
У Чэнь Уцина была внешность завсегдатая вечеринок — казалось, бывших партнеров у него за плечами хоть отбавляй.
Альфы считали его слабым, омеги видели в нем соперника в любви, а беты находили ничем не примечательным. Что же до него самого? Он не представлял из себя абсолютно ничего, будучи лишь землянином, только что попавшим в мир ABO.
Затем он столкнулся с неприятностями: какой-то мужчина с неуверенной походкой, непрекращающимся дыханием и раскрасневшимся лицом впился в него взглядом и без всякого предупреждения прижал к стене, принявшись распахивать воротник, сжимать ключицу и даже норовил укусить за шею.
Впервые сталкиваясь с подобной ситуацией, опыта он не имел.
Чэнь Уцин пребывал в полном недоумении.
Поразмыслив немного, он скрутил парня.
А после отвел юношу в больницу.
Делать прививку от бешенства.
Бянь Шу влюбился в своего соседа по комнате с первого взгляда: ослепительный, молодой, с невероятно яркой индивидуальностью! От прекрасного соседа всегда исходил легкий, едва уловимый аромат — он был самым красивым омегой из всех, кого Бянь Шу доводилось встречать.
Но первая встреча выдалась весьма дерзкой, произошел несчастный случай, случилось то… Бянь Шу испытывал сильнейшее чувство вины, а чтобы восстановить свой образ в глазах окружающего мира, сосредоточился на том, как бы добиться расположения прекрасного соседа.
Дарил розы, дарил машины, дарил дома, дарил банковские карты. Специально создавал ситуации для близкого контакта, находил тысячу причин остаться наедине, а вдобавок пускал в ход прямолинейные атаки, однако сосед проявлял ко всему этому лишь умеренный интерес.
Бянь Шу необычайно терзался и вбивал в поисковик: как утешить объект воздыханий, если разозлил его?
Доброжелательный пользователь сети: судя по твоему профилю, ты альфа? Бянь Шу: да.Доброжелательный пользователь: А кто объект?
Бянь Шу: Омега... ещё не добился (удалено).
Доброжелательный пользователь: У омег характер в основном очень мягкий. Ты поступи так: сбавь спесь и дай ему укусить твою железу, чтобы выплеснуть обиду.
Как всем известно, когда альфа кусает железу омеги, это метка, а наоборот — это такие забавы.
Бянь Шу с покрасневшим лицом хлопнул себя по лбу и тем же вечером, сказано — сделано.
*
Во-первых, уже то, что Бянь Шу на кухне нюхал его шампунь, выглядело крайне странно.
Во-вторых, Бянь Шу неожиданно предложил ему укусить себя... в качестве извинения.
Чэнь Уцин был потрясён.
— Почему обязательно надо подражать собаке?
— Даже если это собака, нельзя же кусать где попало!
Позже их отношения наконец изменились.
Только тогда Бянь Шу обнаружил, что Чэнь Уцин на самом деле — послушный ученик, совершенно сбитый с толку знаниями об омегаверсе.
Он флиртует со своим маленьким парнем.
А маленький парень рассказывает ему о науке.
...Боже, он стал ещё милее.
Ему оставалось только учить его всему лично, добровольно склоняя шею и с горящим лицом заманчиво уговаривать:
— ...Потрогай здесь.
Руководство для читателя:
* Нажмите, чтобы посмотреть, как земной человек несёт чушь в мире омегаверса.
* Гонг прибыл из мира бесконечного потока во время конца света на Земле, он нестандартный выпускник старшей школы, не относится ни к какому полу из омегаверса, не имеет желёз, совершенно не понимает мироустройство омегаверса и не разбирается в нём — он чистокровный землянин.На третий день после перемещения Чэнь Уцин снова оказался в больнице, куда его доставил сердобольный прохожий.
Отделение неврологии, кабинет диагностики болезни Паркинсона и нарушений восприятия.
Врач держал в руках лист А4 с изображением, напоминающим таблицу для проверки зрения, и что-то втолковывал. Его слова, путаные и невнятные, напоминали почерк в рецепте — хаотичные каракули, разобрать которые было невозможно, если ты не из этой среды.
Чэнь Уцин тихо сидел на стуле. В больничной палате было сыро и холодно, так что его пробирала дрожь. Он натянул капюшон толстовки на голову, и теперь из-под него, помимо нескольких непослушных черных прядей, была видна лишь половина лица. Его переносица казалась особенно высокой, а подбородок был слегка и небрежно приподнят, отчего форма губ выглядела подчеркнуто холодной.
Он держал одну руку в кармане, а ногой опирался на край стола. Пока врач распинался, Чэнь Уцин, не обращая ни малейшего внимания, едва заметно раскачивался на стуле, словно школьник-хулиган, который демонстративно не слушает урок.
По правде говоря, он не уловил ни слова.
Заметив отсутствие интереса у пациента, врач постучал по столу, призывая к вниманию:
— Когда человек рождается, его первичный пол — мужской или женский. Но после полового созревания, в подростковом возрасте, происходит вторичная дифференциация, и мы узнаем, к какому типу ABO-пол он относится. Это и есть наш вторичный пол.
Чэнь Уцин перевел взгляд с плаката на стене, где была изображена семиступенчатая техника мытья рук, обратно на врача:
— То есть мужчины-альфы и женщины-беты — это один и тот же пол?
Врач посмотрел на него так, словно только что сотрясал воздух впустую:
— Разумеется, нет! Мужчины и женщины различаются, к тому же как можно ставить альф и бет в один ряд? Главное их отличие — в репродуктивной системе. У альф и бет органы развиты по-разному…
Чэнь Уцин послушал еще немного и искренне задал второй вопрос за день:
— Значит, вы все здесь гермафродиты?
Врач опешил.
Вы.
Не включая его самого.
Выражение лица врача стало серьезным:
— А ты тогда кто?
Чэнь Уцин удивился, что здесь вообще есть над чем думать:
— Я — мужчина.
Врач замолчал, оборвав фразу на полуслове. Помолчав немного, он с тяжелым видом поставил подпись:
Амбулаторная карта
Имя: Чэнь Уцин
Регистрационный номер: 0000020075
Отделение: Неврология, блок 10
Диагноз: Нарушение гендерной самоидентификации, сопровождающееся выраженной соматической реакцией. Диагноз подтвержден.Врач передал медицинскую карту Чэнь Уцину. Лишь спустя долгое время после того, как тот закрыл за собой дверь и ушел, доктор с жалостью вздохнул:
— Такой красивый парень, а жаль — дурачок.
Чэнь Уцин вышел из кабинета, замер на месте и вытащил из кармана оставшиеся двадцать три юаня. Три юаня он засунул обратно, а две бумажки по десять юаней зажал в руке и направился прямо к стойке регистрации, за которой стояла молодая медсестра.
Они встретились взглядами. Девушка приветливо улыбалась, а в голове у Чэнь Уцина роилось множество маленьких вопросов.
Сцепленное с полом наследование, доминантность и рецессивность, аллельные и доминантные гены, составляющие один процент, могут ли выжить индивиды с YY-хромосомами, сколько экзаменуемых доведут до нервного срыва менделеевские горошины из мира ABO — в этот момент в его голове бушевало целое море самых разных мыслей.
Но важнее всего было другое: к какому полу принадлежала сидевшая перед ним медсестра?
Чэнь Уцин с трудом удержался, чтобы не назвать ее благодетельницей, и вежливо произнес:
— Здравствуйте, спасибо, что только что заплатили за меня двадцать юаней. Возвращаю вам, извините за беспокойство.
У него была внешность гуляки, но вместо агрессии она излучала наивность.
Сердечко медсестры затрепетало, на губах заиграла улыбка, которую она никак не могла сдержать:
— Ничего страшного, ничего. В следующий раз придешь — опять обращайся ко мне.
В следующий раз?
Чэнь Уцин, уже в тридцать седьмой раз зашедший не в тот туалет и из-за этого доставленный то в больницу, то в полицейский участок, подумал, что лучше бы ему больше сюда не соваться.
*
Здоровый и добропорядочный молодой человек Чэнь Уцин, при перемещении в другой мир захвативший с собой лишь удостоверение личности да мелочь, после визита к врачу обеднел еще сильнее.
Ночь стала еще темнее, давящее небо казалось готовым рухнуть вниз. На длинной улице редкими парами и тройками брели прохожие — гадали ли они, как разбогатеть на три юаня, или готовились постичь пустоту всего сущего, — а он, зажав в пальцах три монетки, выбрал стоявший у обочины торговый автомат.
Погода была просто великолепная, а денег не осталось ни гроша.
Холодная алюминиевая банка с грохотом вывалилась из лотка, звонко раскатившись по округе. Он наклонился, приоткрыл крышку, и ощущение прохладной бутылки с напитком мгновенно растеклось по кончикам пальцев.
Чэнь Уцин подцепился указательным пальцем за кольцо, одним движением сорвал крышку, и жидкость внутри газировки забурлила пузырьками. В тот же миг за спиной послышались шаги.
Приближался какой-то мужчина, опираясь на стену и покачиваясь.
Свет в темном переулке был неверным и тусклым, слабые отблески уличного фонаря выхватили чужую фигуру. Черты лица казались резкими и отчетливыми, рассеченные тенями напополам, причем большая их часть тонула во мраке. От всей его фигуры везло ледяной жаждой убийства, почти сливавшейся с ночным туманом.
Чэнь Уцин не поднимал глаз и молча поднес газировку ко рту.
Однако допить эту кока-колу ему было не суждено, потому что в следующее мгновение — без всякого предупреждения — мужчина резко подался вперед, тяжело прижал ладонь к его мочке уха, впечатывая в стену, а другой рукой схватил Чэнь Уцина за запястье и заломил назад.
Движение оказалось быстрым, грубым и внезапным.
Их волосы соприкоснулись из-за внезапно сократившегося расстояния, просторный переулок вмиг показался тесным, от прохладного воздуха не осталось и следа, и в тишине словно начало что-то медленно сгорать.
Алюминиевая банка с глухим стуком упала на землю и, оставляя за собой дорожку из пузырящейся жидкости, покатилась в сторону, отбивая размеренный ритм ударов.
Чэнь Уцин посмотрел на постепенно намокающую землю и со смешанными чувствами шумно выдохнул, после чего медленно приподнял веки.
Их взгляды столкнулись — без всякой предварительной подготовки: один взгляд был до крайности холодным, другой — густым, словно пламя.
Внешность мужчины тоже прояснилась. Он был очень высоким, от всего его тела исходил странный жар, смешанный с горячим запахом крови. Выдающиеся кости лица, высокий нос, тяжелые брови, а рассекавший левую бровь шрам делил лицо надвое — половина резкая, половина яркая.
Если говорить об агрессивности во внешности, о способности дать отпор, то Чэнь Уцин сильно уступал незнакомцу — у того была совсем другая, непредсказуемая и захватническая аура.
У самого Чэнь Уцина были очень красивые глаза с тонкими, узкими полуторными веками; когда он улыбался, уголки его глаз чуть приподнимались, словно источая соблазн, вот только улыбался он редко, обладая по сути бездушно-холодным характером.
Друзья не зря подтрунивали над ним: обладая лицом, словно у бесчисленных бывших, он казался воплощением распущенности и свободы.
Он не успел вовремя среагировать, дав мужчине возможность прижаться еще ближе. Все тело незнакомца окостенело, он лишь чуть опустил голову, затем с усилием отвернулся, а на руках от предельного напряжения вздулись вены и напряглись мышцы.
Он держал запястье Чэнь Уцина — не слишком крепко, но упрямо, не отпуская.
Никто бы не назвал состояние незнакомца нормальным: его зрачки сузились, как у дикого зверя в состоянии стресса, во взгляде читалась и настороженность, и предельное терпение. Он часто дышал, а кожа от лица до самых ушей и ниже окрасилась в сплошной красный цвет.
Бянь Шу стал жертвой чужого злого умысла. Его последним заданием в конце этого месяца было расследовать контрабанду товаров в элитном заведении. Чтобы прикрыть отход напарников, он подвергся инъекции феромонового раствора высокой концентрации, насыщенного сильнейшими возбуждающими средствами.
Хотя социальная система мира ABO давно стала открытой, и альфам с омегами уже не требовалось строгое разделение, как прежде, подобные особые феромоны по силе воздействия равнялись одновременной течке у нескольких десятков омег. Бянь Шу, будучи взрослым альфой, не сорвался прямо на месте лишь потому, что держался на чистой силе воли.
http://bllate.org/book/29894/3639619
Готово:
