— К тому же, — вспомнил Ми Ань, — тогда его рука была совершенно мягкой и безвольной. В Поднебесной нет такого яда, который мог бы так разъесть человека. Так что он вовсе не был отравлен, его поразил яд гу.
Ми Ань неожиданно хлопнул его по лбу:
— А я-то думал, неужели в Поднебесной есть яд, который я не могу разгадать? Оказывается, это было гу.
Цзин Сюй с улыбкой протянул:
— Да-да-да, разве мог найтись яд, неподвластный нашей А-Ми?
Ми Ань проигнорировал его легкомысленные слова и, погруженный в собственные раздумья, озабоченно произнес:
— Обычно таких насекомых гу выращивают в телах жителей Южных земель, так что на лицах и телах мастеров гу всегда есть красные или зеленые кровавые узоры. Но Даюань отродясь не позволял южным мастерам гу входить в город. Каким же образом они пробрались сюда да еще и до самого…
И пробрались всю дорогу до строго охраняемого императорского дворца.
Цзин Сюй спросил:
— Когда ты видел подобный труп?
Ми Ань неторопливо погладил Цзин Сюя по руке и лишь спустя добрую половину дня ответил:
— Не скажу тебе.
Цзин Сюй:
— …
В глубине души у него таились смутные догадки, но, глядя на задумчивое лицо Ми Аня, он не решался испытать судьбу и начать расспросы. Поколебавшись с мгновение, он все же спросил:
— А-Ми разбирается в гу?
Ми Ань ответил:
— Нет.
Цзин Сюй кивнул:
— Вот как. Вообще-то я хотел попросить тебя проверить мой пульс: честно говоря, с тех пор как мы вернулись из Гуши, мне постоянно нездоровится.
Ми Ань переспросил:
— В день, когда ты упал в воду, я проверял твой пульс. На что именно ты жалуешься?
Цзин Сюй покачал головой:
— Не могу толком объяснить. Кажется, будто ци и кровь бурлят внутри, особенно когда я рядом с тобой.
Выражение лица Ми Аня сменилось несколько раз, и он с неверием уставился на него:
— Разве не потому, что у тебя в голове одни глупости?
Цзин Сюй рассмеялся:
— Разумеется, нет!
Ми Ань подозрительно посмотрел на него, но все же перехватил его запястье, чтобы внимательно прощупать пульс, а в его голосе прозвучало неподдельное беспокойство:
— Тебе нездоровится, а ты все равно таскаешься со мной.
— Я ведь не могу жить без тебя.
Ми Ань оставил его слова без внимания и лишь спустя долгое время произнес:
— Никаких отклонений не вижу.
Цзин Сюй потрепал себя по подбородку и заметил:
— Гуши находится в Южных землях. Я-то думал, они в тайном сговоре с племенами мастеров гу.
— Что? — Ми Ань резко вскочил на ноги. — Гуши находится в Южных землях?
— Да уж, — Цзин Сюй испугался такой бурной реакции и поспешно удержал его за рукав. — Чего ты так взъелся?
Ми Ань бросился к двери:
— Сейчас же отправлюсь выяснить происхождение трупов, затем помчусь во весь опор, чтобы разобраться с серебром на помощь пострадавшим от бедствия, а после вернусь во дворец и разыщу знающего в гу толк чародея, чтобы он осмотрел твое тело. Сможешь ли ты его отыскать? Тот государственный наставник, чья судьба — жизнь или смерть — неведома, он еще жив?
Ми Ань и впрямь напугался не на шутку: те два трупа выглядели точь-в-точь как Цзин Сюй в момент своей гибели в прошлой жизни, но он никак не мог припомнить, чтобы Цзин Сюй когда-либо бывал в Южных землях… Оказывается, Гуши располагалось на Южных землях.
Выходило, что Цзин Сюй, весьма вероятно, был заражен гу еще в тот период, только вот оставалось неясным, какими методами воспользовался противник, раз насекомое гу дремало в нем целых десять лет.
Нет…
Ми Ань резко замер на месте. Столь изощренный замысел, перед которым спасовал даже Цзин Сюй, — зачем было тратить его на убийство двух простых людей, не способных связать и двух нитей?
Ми Ань впервые испытал нечто похожее на раскаяние: хотя в прошлой жизни Цзин Сюй заблаговременно оставил секретный указ, гарантировавший ему и безбедную жизнь, и отсутствие любых неприятностей со стороны чиновников при дворе… но… стоило Цзин Сюю умереть, как Ми Ань почувствовал всю бессмысленность собственного существования и просто последовал за ним.
Знай он заранее, что вернется, непременно выяснил бы причину гибели Цзин Сюя, прежде чем накладывать на себя руки…
Цзин Сюй выскочил следом за ним и поинтересовался:
— Разве те серебряные иглы, которыми ты проводил осмотр сегодня утром, не могут послужить проверкой для меня?
Ми Ань немного успокоил себя, бросил на него косой взгляд и пояснил:
— Те два тела уже насквозь пропитаны ядом гу, только серебряные иглы и способны его обнаружить. Если же насекомое гу лишь скрывается в твоем теле в спячке, тут годятся исключительно методы, присущие самим мастерам гу.
Цзин Сюй похлопал Ми Аня по плечу, успокаивая:
— Пустяки, А-Ми, не бойся. Быть может, у меня и впрямь просто ветер в голове гуляет.
Ми Ань:
— …
Как же сильно ему хотелось врезать этому человеку.
На следующий день, едва забрезжил рассвет, Ми Ань вышел из дома и через забор проник в уездную управу.
Он помнил, что в прошлой жизни тело Цзин Сюя начало разлагаться сразу же после его смерти: судя по всему, насекомые гу как раз в этот момент принимались пожирать питательные вещества. Проходило не больше половины палочки благовоний, и паразит был готов буквально разорвать грудную клетку изнутри. Опасаясь, что гу испортит тело, а также страшась оставлять насекомое без носителя на волю судьбы, Ми Ань тогда попросту пустил красного петуха.
Покои, тело Цзин Сюя, сам Ми Ань — все было предано огню.
В этот момент перед глазами все обстояло именно так, как и предполагал Ми Ань: на трупе уже проявились явные признаки разложения. И как только он засомневался, стоит ли предать это место огню, мертвец внезапно открыл глаза.
Сердце Ми Аня отчаянно забилось, он затаил дыхание, сосредоточился и не смел шевельнуться.
Подождав немного и убедившись, что труп всего лишь вытаращил глаза и больше не проявляет никаких признаков жизни, Ми Ань наконец позволил себе перевести дыхание.
Что здесь происходит? Ми Ань отлично помнил, что в прошлой жизни у Цзин Сюя ничего подобного не наблюдалось.
Успокоив мысли, Ми Ань осторожно коснулся запястья покойного.
И точно…
В том месте, где должен прощупываться пульс трупа, притаилось крошечное насекомое гу, которое в точности имитировало биение человеческого сердца, содрогаясь рывками. То крупное насекомое служило лишь для отвода глаз, а вот эта мелкая тварь и являлась истинным виновником.
Ми Аню вдруг стало смешно: додуматься же — пульс ли это бьется или шевелится что-то под кожей? Не говоря уже о нем самом, любой бродячий лекарь прямо на улице с легкостью это разглядел бы.
Южные земли отличались заносчивостью, слепо верили в шаманскую медицину и всегда свысока смотрели на врачебное искусство Центрального равнинного Китая. Вот они и изобрели столь глупый способ, рассчитывая подчинить себе тело Цзин Сюя ради извлечения выгоды для Южных земель.
Но никто из них не предполагал, что Ми Ань в порыве отчаяния спалит всё дотла огромным пожаром, не оставив ни единой крошки — включая самого себя.
Ми Ань почувствовал себя одновременно уставшим и морально опустошенным, а потому просто опустился на корточки прямо на землю.
Пусть уловка и выглядела глупо, но паразиты гу отличались исключительной вредоносностью, раз уж в прошлой жизни ни Цзин Сюй, ни он сам так и не сумели от них защититься.
Тем временем на постоялом дворе Цзин Сюй, воспользовавшись тем, что светало еще нескоро и все крепко спали, заявился в комнату Ми Аня с намерением забраться к нему в постель. Лицо его было чернее тучи, и он яростно допытывался у Теневого стража, почему тот на любые вопросы отвечает полным незнанием дела.
Теневой страж опустился на одно колено и виновато произнес:
— Хозяин, никто из братьев не заметил, как господин Ми вышел.
Цзин Сюй и сам понимал: если Ми Ань решит скрыться бесшумно, даже он далеко не всегда способен это заметить.
— Чего это ты поднялся так рано? — вернувшись и обнаружив всю компанию на первом этаже, Ми Ань бросил взгляд на абсолютно пустые столы и удивленно спросил. — А где еда?
Теневой страж инстинктивно отрапортовал:
— Ещ-еще не приготовили.
Удивление Ми Аня только усилилось:
— Раз еда еще не готова, чего вы все тут толпитесь? Воздухом питаетесь?
Цзин Сюй, завидев Ми Аня, замер на месте.
Обычно Ми Ань больше всего на свете любил облачаться в белые одежды, выглядя столь легко и невесомо, будто небожитель, сходящий в мир смертных. Каждый его шаг словно оставлял лотосы на земле, а когда порой брызги крови падали на него во время убийства, это напоминало красную сливу на фоне чистейшего снега — поистине чарующее зрелище.
В дороге же ради удобства Ми Ань сменил наряд на облегающие стрелковые одежды с круглым воротом, точь-в-точь как у Цзин Сюя, но всё же заставил портных изготовить их с белым тиснением.
Цзин Сюй давно привык к безупречно чистому и элегантному образу Ми Аня, но сегодня тот неожиданно облачился в глубокие черные тона. И без того хрупкая и изящная фигура казалась в них совсем невесомой, а молочно-белая кожа словно посветлела еще на два тона, источая слабое сияние.
Цзин Сюй резко развернулся и закрыл лицо руками.
Ми Ань:
— ?
В прошлой жизни, когда они с Ми Анем впервые… в тот день на Ми Ане, кажется, как раз красовалось черное чиновничье платье канцлера, хотя тогда он преследовал вполне определенные цели и попросту заманивал Ми Аня в постель обманом…
Сопротивлялся ли тогда Ми Ань? Отвергал ли его? Цзин Сюй изо всех сил пытался припомнить детали, но в те мгновения его мысли занимало вовсе не лицо Ми Аня, а нечто совсем другое. Воспоминания казались настолько туманными, что он абсолютно не мог вспомнить, какое выражение лица было у Ми Аня в тот день.
— Что это с ним? — Ми Ань притянул за рукав оказавшегося поблизости Теневого стража. — Почему вы все столпились здесь?
— Докладываю молодому госпожу: хозяин обнаружил ваше отсутствие и поднял нас на поиски, чтобы узнать, куда вы направились.
Ми Ань поинтересовался:
— Еще даже не рассвело, с чего ты взял, что меня нет на месте? И зачем ты вообще заявился в мою комнату?
Стоя к нему спиной, Цзин Сюй глухим голосом отозвался:
— Я… я приходил позвать тебя завтракать.
— А где же еда?
— Еще не готов…
Ми Ань глубоко вздохнул:
— Прочь с глаз.
Цзин Сюй с поразительной ловкостью исчез.
Во время утренней трапезы Цзин Сюй то и дело украдкой бросал опасливые взгляды на Ми Аня. Тот сосредоточенно ел, но, заметив его шпионские маневры, отложил палочки и спросил:
— У тебя есть дело ко мне?
Цзин Сюй поковырялся палочками в миске с рисом и осторожно осведомился:
— Куда это А-Ми отлучался?
— В уездную управу, — Ми Ань уже успел переодеться обратно в белое. Наряд, в котором он осматривал труп ранним утром, был прихвачен из комнаты Цзин Сюя, и сразу по возвращении из управы Ми Ань скомкал его в комок и выбросил. — Тот костюм я выкинул. Какую такую срамную грезу ты видел утром? Я ходил забрать одежду, неужели ты не заметил?
Цзин Сюй смущенно протянул:
— С чего это А-Ми взял, будто я видел срамную грезу?
Ми Ань:
— …
И зачем только он спросил этого одержимого плотскими утехами мужика.
Цзин Сюй неловко кашлянул в кулак и тихо признался:
— На самом деле — заметил. Но когда понял, что это ты, терять бдительность не стал, хотя искренне полагал, что А-Ми пришел забраться ко мне в постель. Я ведь так долго ждал.
Ми Ань нарочито резко сменил тему разговора и поведал об утренних находках при осмотре тел. Выслушав его, Цзин Сюй погрузился в глубокие раздумья и задал вопрос:
— А-Ми ранее упоминал, что уже видел похожие трупы. Тот труп А-Ми тоже проверял по пульсу?
Ми Ань покачал головой:
— Он уже остыл окончательно, какой там еще пульс.
— Если это те же самые насекомые гу, то почему труп, который видел А-Ми, не открывал глаз?..
Слышать, как тот рассуждает о его собственном теле в манере «тот труп», было неприятно — у Ми Аня мурашки побежали по коже, и он поспешил прервать его:
— Должно быть, тот человек обладал мощнейшей внутренней энергией, которая частично сдерживала паразитов гу.
Цзин Сюй кивнул:
— Звучит разумно. Моя внутренняя ци обладает чисто янской природой, поэтому заурядные гу мне не страшны.
Мысленно Ми Ань подумал: «Вот оно как». Чисто янская ци подавляла способность гу к управлению, но не могла противостоять разъедающему действию яда гу, поэтому, строго говоря, даже в случае гибели Цзин Сюя его тело не представляло ни малейшей ценности для южных мастеров гу.
Вот только оставалось неясным, было ли то маленькое насекомое столь же уязвимо, как крупное, и достаточно ли было просто вытащить его наружу и уничтожить. Он признавал, что в прошлой жизни в его решении устроить пожар отчасти таилась обида на Цзин Сюя… пожалуй, об этом лучше умолчать.
— Кстати, А-Ми, те два паразита гу, что мы извлекли из тел, погибли, — подал голос Цзин Сюй, заметив, что Ми Ань больше не притрагивается к еде.
Ми Ань кивнул:
— Похоже, они самые обычные гу, без питательной среды им не выжить.
— Те две крошечные личинки я тоже вытащил и по возвращении передал одному из Теневых стражей, — Ми Ань перевел взгляд на трапезничавших неподалеку стражей. — Ступай потом расспроси, кому именно я их отдал, а то они на мой взгляд все на одно лицо.
http://bllate.org/book/29892/3639430
Готово:
