Голос Се Мина звучал мягко и чисто:
— Ныне первый в Поднебесной по владению мечом — Се Мин.
Однако он читал лишь слово за словом, не вкладывая в это никаких чувств.
Даже когда он произносил собственное имя.
В этом мире, пожалуй, нашлось бы немало людей по имени Се Мин, но если говорить о первом мечнике Поднебесной, то такой Се Мин был лишь один.
Он перевёл взгляд дальше, на дату в послесловии книги, и в его глазах недоумение смешалось с капелькой невероятности:
— Прошло уже тринадцать лет, почему мир культиваторов меча всё ещё не рухнул?
Но затем он подумал о другом:
Оказывается, он мертв уже тринадцать лет.
Внезапно он снова бросил взгляд на горизонт.
Тринадцать лет... Интересно, как там Янь И?
Он думал об этом настолько сосредоточенно, что в тот момент, когда позади раздалось несколько разных шагов, даже не сразу отреагировал.
— Он такой красивый, наверняка это какой-то демона, которого привели те ученики бессмертных сект.
— Точно-точно, разве может кто-то быть настолько красивым? Сто процентов демон.
— Разделимся на три отряда: ты иди поищи тех учеников бессмертных сект, я отправлюсь на середину горы искать брата Янь И, а вы оставайтесь здесь и задержите этого демона.
В этих голосах явно слышалась детская наивность. Зная, что снаружи бродит демон, они всё равно тайком выбежали поиграть — должно быть, начитавшись подобных книжонок, возомнили себя героями, решившими избавить народ от напасти.
У подножия горы дул ветер, заставляя Се Мина слегка прищуриться. К тому же его мысли скакали так быстро, что в рассеянности он даже не обратил внимания на имя Янь И, сорвавшееся с детских губ.
Поэтому он не стал вмешиваться, а просто поднялся на ноги и направился к дому, который заметил ранее.
В том здании ощущалось нечто до боли знакомое и неизменно дорогое сердцу — ему нужно было воочию во всём убедиться.
Пока его не окружила толпа каких-то непонятных отбросов.
Почему он выразился именно так?
Се Мин считал, что... за свою прошлую жизнь повидал немало бессмертных кланов. Их одежда в основном была единого образца, и пусть наряды шились не из лучших тканей, но выглядели всегда аккуратно и опрятно.
Совсем не так, как эта банда перед ним, у которой вороты свисали почти до самой груди, словно они намеревались продемонстрировать окружающим свои ломящиеся от богатства животы.
— Ты и есть тот демон, что чинит немалые бедствия в нашей деревне!
Главарь шайки стоял на крыше, и при каждом слове из его рта исходил непередаваемый дух.
Се Мин, стоявший лицом к ветру, не удержался и тяжело нахмурился.
Настроение у него сейчас испортилось окончательно.
Однако главарь от этого вида остолбенел.
Причина была проста: Се Мин и впрямь был чертовски хорош собой.
— Братья, взять этого гада живьём! Уволочем назад и как следует выпорем!
Только тогда Се Мин с явным нежеланием поднял голову и бросил на этого человека мимолетный взгляд.
Слово выпороть он в прошлом слышал довольно часто и прекрасно понимал его значение. Правда, доводилось ему слышать это лишь в течение недолгого периода — после того как он достиг Вершины Мастерства и стал первым мечом Поднебесной, больше никто не смел смотреть ему в глаза и бросать подобные фразы, если, конечно, те дорожили своими жизнями.
И вот едва очнувшись, он снова услышал это.
— Какая же ты бессмертная тварь, — легкомысленно бросил он.
Голос его был негромким, но ветер дул прямо им в лица, да и у этой компании явно не было никаких истинных талантов — словом, никто из них не расслышал полных смертоносной жажды слов Се Мина.
Зеленое сияние превратилось в тусклые нити и собралось у ног Се Мина, вскоре образовав под ними массив размером в полчеловека.
Это был Массив Оков и Охраны, которому обучался любой ученик бессмертных сект, но поскольку эти люди были полными дилетантами, исполнение выглядело нелепо и неуклюже.
Пока он мысленно предавался оценке, в поле зрения боковым зрением мелькнул холодный свет, сопровождаемый закатным заревом.
— Попробуй-ка мой прием Срывание цветка в тени!
Се Мин: «……»
Как-как ты назвал этот цветок?
Неужели созданный им когда-то в качестве извинения перед Янь И стиль владения мечом распространился настолько, что о нем знают даже в этой глухомани?
Он усмехнулся и, не обращая внимания на опутывавшие его мертвой хваткой зеленые цепи, просто поднял взгляд в воздух.
Се Мин: «……»
Не прошло и половины палочки благовоний, как эта компания уже во второй раз лишила его дар речи.
Разве это Срывание цветка в тени?
Какая разница между этим и барахтающимся при взлете жирным воробьем?
Настроение его было скверным, поэтому он очень любил холодно улыбаться, а затем...
Переходить к делу.
Тогда замершие на крыше люди увидели следующую картину:
Мужчина, которого только что опутывали по рукам и ногам, в тот самый миг, когда зависший в воздухе меч находился от него на волосок, легко и непринужденно развернулся, словно прогуливаясь в обычный день. И пока клинок проносился в опасной близости от его глаз, он даже умудрился с безмятежным видом поправить волосы.
А затем, словно охваченный легкой дремотой, он протянул руку и двумя пальцами — указательным и средним — намертво зажал острие меча.
Державший клинок был вынужден замереть в воздухе и волей-неволей встретился взглядом с Се Мином: «……»
Пусть кто-нибудь меня спасет.
Бам...
Звук ломающегося железного меча прозвучал на пустой улице особенно отчетливо. Се Мин обратным движением отбросил обломок, а затем с неуловимой для чужих глаз быстротой вцепился противнику в горло и холодно произнес:
— Кого ты собрался выпороть?
Он был высок ростом, и сейчас, приподняв человека за шиворот, он с легкостью оторвал его ноги от земли.
Тот начал отчаянно извиваться и вопить:
— Демон-господин! Демон-господин! Это этот ничтожный слеп и не узнал гору Тай...
Он явно собирался разразиться целой тирадой, но у Се Мина было слишком мрачное лицо, и слушать он вовсе не собирался:
— Заткнись. Впредь не смей никому говорить, что используешь фехтование Се Мина — это позор.
И впрямь позор.
Вообще-то эти слова уже трудно было назвать намеком — Се Мин практически швырнул ему в лицо фразу: Я и есть Се Мин.
Однако этот парень был обычным деревенским недоучкой-культиватором, который сейчас думал лишь о том, как спасти свою шкуру. К тому же Се Мин погиб уже много лет назад, так что несчастному и в голову не пришло связать одно с другим. Поэтому он лишь принялся наперебой соглашаться, страшась оставить здесь свою жизнь.
Се Мин отбросил парня в сторону и чуть приподнял руку. В тот же миг казавшиеся такими прочными цепи осыпались, словно пролежавшие слишком долго на ветру цветы — стоило им лишь слегка шевельнуться, как они рассыпались в прах.
http://bllate.org/book/29754/3619998
Готово:
