Сегодня выдался выходной, и Тун Цзявэнь, вопреки обыкновению, не дежурил, так что у него было свободное время.
Сев в машину и немного подождав, Бай Юэ никак не мог выковырять ремень безопасности.
Если медлить дальше, на дороге начнется пробка, поэтому Тун Цзявэню пришлось развернуться, наклониться и тщательно вытянуть ремень безопасности, чтобы пристегнуть его.
Они оказались слишком близко друг к другу, и дыхание Бай Юэ коснулось его шеи, из-за чего Тун Цзявэнь невольно уловил запах банланьгэня.
Банланьгэнь — это корень вайды, да и сама вайда пахнет не сказать чтобы горько, в нем смешаны горечь и сладость. Говорят, некоторые срывают листья вайды и едят их как дикую зелень, должно быть, на вкус не так уж плохо.
— Ты трогал мой банланьгэнь? — повернувшись, спросил Тун Цзявэнь.
— Мм? Нет.
Тогда почему запах такой сильный? — подумал Тун Цзявэнь.
Он спросил:
— Тебе очень нравится банланьгэня?
— Да, да. Очень нравится. Это... растение, которое я больше всего ценю. — Лицо Бай Юэ покраснело, ему было немного неловко хвалить самого себя.
Ценит?
Другие ценят благородство сливы мацу, а что находят в банланьгэне? Ценят его способность лечить бронхит?
На душе у Тун Цзявэня стало еще страннее, и всю дорогу он держал окна машины открытыми, чтобы проветрить, но запах банланьгэня никак не рассеивался.
По прибытии в педиатрическое отделение больше десятка родителей с детьми ожидали у дверей, стоял шум и гам, дети бегали туда-сюда, некоторые безостановочно визжали, а откуда-то доносились громкие упреки родителей. Тун Цзявэнь вместе с Бай Юэ встал в стороне.
Хотя Тун Цзявэнь не любил шум, он уже привык к гаму пациентов. Бай Юэ же, казалось, совершенно не переносил его: он крепко вцепился в руку Тун Цзявэня, другой рукой закрыл уши и изо всех сил уткнулся головой в грудь Тун Цзявэню.
Он снова забыл о личных границах, хотя они были знакомы всего день. Тун Цзявэнь попытался оттолкнуть его, но не сдвинул с места.
Тун Цзявэнь был высоким, красивым, а в длинном плаще выглядел весьма заметно. Бай Юэ тоже был не низкого роста, и их возня, естественно, привлекла внимание окружающих. Это очень напоминало непослушного родителя, который привел на прием сына в переходном возрасте, однако внешне Тун Цзявэнь и Бай Юэ больше походили на старшего брата с младшим.
Дождавшись обеденного перерыва, Ин Чэнцзин освободился и собирался разогреть обед, как вдруг заметил их двоих:
— Ого, да это же заведующий Тун! Сколько дней тебя не видел.
Тун Цзявэнь хотел пригласить его в Ванке этажом ниже поесть жареного мяса, но Ин Чэнцзин всё еще был занят и не мог отлучиться надолго. В итоге они заказали доставку из Чэньцзи и поели прямо в кабинете.
Что же касается Бай Юэ, то, когда вокруг ушло столько детей, его настроение улучшилось, он перестал цепляться за Тун Цзявэня и перевел взгляд на Ин Чэнцзина.
Бай Юэ
Ранее Бай Юэ так отчаянно рвался с ним встретиться, но, оказавшись лицом к лицу с Ин Чэнцзином, почему-то испугался и не смел подойти.
Тун Цзявэнь заметил между ними какую-то странную атмосферу.
— Бай Юэ, ладно ты цеплялся ко мне, но как ты отыскал моего парня?
— Ты... не обращаешь на меня внимания. — Бай Юэ опустил голову.
— Ты со мной такое вытворил, как я должен на тебя реагировать?
Поскольку рядом были посторонние, Ин Чэнцзин выражался не слишком прямо.
— П-прости.
— Эх, я же говорил, что у меня на твой счет нет никаких других мыслей, к тому же тебе еще нет двадцати, учеба важнее, — назидательно произнес Ин Чэнцзин.
Других мыслей? Взгляд Тун Цзявэня снова упал на Бай Юэ.Бай Юэ очень волновался, и оттого заикался еще сильнее: Я не могу... уйти от тебя. У тебя... есть одна важная вещь, я должен её найти.
Я ведь спрашивал тебя, но ты не можешь толком объяснить, что это за вещь такая, говоришь лишь, что она очень важна. И как я тебе помогу её искать?
Стоило зайти речь об этой вещи, как Бай Юэ наотрез отказывался объясняться: он крепко поджимал губы, наотрез отказываясь делиться хоть какими-то сведениями.
Ин Чэнцзин тоже не стал давить на него: Если ты не хочешь говорить, давай считать, что я ни о чем не спрашивал. Твой дядя спас нам жизнь, и если тебе нужна какая-то помощь, мы непременно поможем. Но ты творишь всякие странные вещи... Ладно, я списываю всё на твой юный возраст и незнание жизни, но ты продолжаешь цепляться ко мне. У меня сейчас полно работы, нет ни времени, ни сил возиться с тобой, а Тун Цзявэнь тебе вообще никто, он тем более не обязан тебе помогать. Сними как можно скорее какое-нибудь жильё, я оплачу тебе аренду, только перестань докучать ему.
Бай Юэ смотрел на Ин Чэнцзина так, будто готов был расплакаться.
Цзявэнь, он доставил тебе хлопот. — Ин Чэнцзин извинился за него.
Ничего страшного.
Давай так, Бай Юэ, сходи-ка вниз, купи чего-нибудь поесть на обед. Мне нужно поговорить с Цзявэнем.
Бай Юэ вытер глаза, явно не желая уходить, и, то и дело оглядываясь каждые пару шагов, поплелся вниз.
Он и правда студент университета? — стоило Бай Юэ уйти, как тут же спросил Тун Цзявэнь.
Да кто его знает, я сам не верю. Кажется, с его головой что-то не так, он ведет себя как ребенок — причем не только характер детский, но и манеры тоже. — Ин Чэнцзин начал по очереди открывать коробочки с едой на вынос.
У нас в больнице отличное психиатрическое отделение, во второй половине дня я отведу его на осмотр.
Разве можно не отплатить за спасение жизни? Сейчас в их семье наступили тяжелые времена, я не могу бросить его на произвол судьбы. Но он прилип ко мне невероятно, к тому же проявляет ко мне какой-то странный интерес... Ты ведь наверняка гадаешь, чем он занимается по ночам? Среди ночи просыпаюсь — а он сидит верхом на мне и пытается стянуть с меня штаны! Я чуть со страху не умер. — Ин Чэнцзин тяжело вздохнул, распаковывая палочки для еды, при одном воспоминании об этом его еще слегка потряхивало.
Стянуть штаны? — Тун Цзявэнь решил, что ослышался.
Именно. Самое паршивое, что я гей, а Бай Юэ уже почти двадцать, но он, похоже, вообще не понимает значения подобных поступков и твердит лишь, что ему нужно что-то найти. — Ин Чэнцзин встревоженно спросил: — Он тебе ничего такого не делал?
Нет, но прошлой ночью он не стал спать на кровати, а лег прямо на подоконнике.
У меня дома он ведет себя точно так же: кровать игнорирует, а вот виснуть на окнах обожает. Вряд ли он гей, просто заладил, будто хочет посмотреть, есть ли у меня на пояснице родинка. Я говорю, что нет, а он не верит, требует показать лично. Я велел ему держаться от меня подальше и отправляться домой учиться, так он испугался меня докучать и умудрился заявиться к тебе.
Ин Чэнцзин раздраженно потер запястье: Мне кажется, это из-за того, что его родители умерли слишком внезапно, он получил психологическую травму. Наверное, панически боится, что его бросят, вот и творит всякую чушь. Мне неудобно говорить об этом, но он неотступно следует за мной, куда ни пойду — везде натыкаюсь на него. К тому же у меня дома как раз временно остановилась младшая сестра, она ровесница Бай Юэ, так что жить всем вместе сейчас неудобно.
http://bllate.org/book/29684/3611723
Готово:
