Жу Тан не мог определить аромат — ему казалось, что это пахнет землей или каким-то парфюмом от Penhaligon’s. Он отстранился от Шан Чжэхи, вынужденно признавая, что брат становится всё больше похож на взрослого мужчину. И дело было не только в том, что тот водил машину, пользовался духами и ходил на свидания, а в его взгляде — в том, как он смотрел на мир, будто оберегая нечто ценное.
У взрослого мужчины всегда есть свои секреты.
— Ладно.
— Когда ты вернулся домой? — пришла очередь Шан Чжэхи задавать вопросы.
Жу Тан привел в порядок кисти и ответил:
— Вернулся сразу, как отправил тебе сообщение. Ещё велел на кухне сварить для тебя голубиный суп.
— Ты всё это время был в университете?
Шан Чжэхи не успел договорить — зазвонил телефон. Увидев, кто звонит, он не стал отвечать. Шан Чжэхи бросил взгляд на Жу Тана, тот демонстративно смотрел в сторону. Шан Чжэхи произнёс:
— По работе.
— Понятно.
Шан Чжэхи вышел, чтобы поговорить, а Жу Тан, закончив возиться с кистями, обернулся к цветам, купленным братом.
Лепестки были бархатистыми на ощупь. Если поцеловать их, если впиться в них зубами, даже если обхватить стебли, словно холодную статую, даже если целовать их так, как целуют любимого...
Слишком много поцелуев — и цветы опадают, подобно умирающим бабочкам.
Глава 2. Джульетта
Глубокой ночью, когда в доме стояла тишина, Шан Чжэхи сидел на диване за просмотром фильма, и тут внезапно вернулся Шан Юнгуан. В гостиной было темно, лишь свет фар отразился в окне, отчего тюлевые занавески пошли рябью, словно вода. Шан Чжэхи не шелохнулся, продолжая внимательно смотреть фильм. Шан Юнгуан вошёл, включил свет и, увидев сына, а также спящего у него на коленях Жу Тана, замер на месте:
— Опять фильмы смотришь.
Шан Чжэхи взглянул на него и промолчал, боясь разбудить Жу Тана.
Шан Юнгуан бывал дома лишь пару дней в неделю и каждый раз заставал братьев вместе. Жу Тан уже переоделся в пижаму, его волосы рассыпались по плечам, он свернулся клубочком, плотно закутавшись в плед, и спал уже некоторое время. Телевизор занимал почти всю стену. Шан Юнгуан нахмурился — они вечно смотрели эту жуткую дрянь.
Техасская резня бензопилой.
— Завтра зайди ко мне в кабинет, обсудим тот проект на двадцать миллионов.
— Хорошо.
— Унеси Сяо Тана наверх, спите в кроватях, что за вид.
— Хорошо.
Шан Юнгуан уже собрался уходить, но, что-то вспомнив, обернулся:
— Ты был сегодня вечером в Отель Хаятт? Управляющий Юй сказал, что видел тебя вместе с дочерью семьи Юй.
Шан Чжэхи лишь спустя мгновение ответил:
— Ничего подобного.
Шан Юнгуан хмыкнул:
— От меня этого скрывать не нужно.
— Управляющий Юй ошибся человеком.
Шан Юнгуан издал холодный смешок и, потирая подбородок, заметил:
— Если сможешь жениться на дочери управляющего Юй, это будет прыжок выше головы. В таких делах я тебе не указ, ты всегда был достаточно умён.
Шан Чжэхи ничего не ответил. Шан Юнгуан, изрядно выпивший, пошатываясь, поднялся наверх. Когда он ушёл, Шан Чжэхи посмотрел на лицо Жу Тана. Разговор не разбудил его, но плед куда-то сполз. Шан Чжэхи коснулся ледяных ступней Жу Тана и позвал:
— Сяо Тан.
Жу Тан не ответил, лишь перевернулся, уткнувшись лицом в его ноги.
— Сяо Тан, иди спать в свою комнату.
Жу Тан не шевелился, его дыхание было ровным — казалось, он крепко спал.
Шан Чжэхи долго ждал, а затем положил руку на волосы Жу Тана, словно погладил мягкий черный шелк. Лето подходило к концу, погода оставалась душной, из сада доносилось стрекотание насекомых, ветер слегка покачивал шторы. Живую изгородь недавно подстригли, и в воздухе, казалось, еще стоял запах срезанной листвы.
Вчера сестрица Вэнь сказала, что на днях пригласит садовника подрезать кусты роз: они разрослись слишком сильно, хаотично нагромоздившись на шпалеры и отбрасывая густую тень на ухоженный газон. Эти цветы посадила госпожа Шан в год своей свадьбы. Однажды, будучи пьяным, Шан Юнгуан сказал своим сыновьям, что никогда не видел таких амбициозных растений — цветы даже взобрались на террасу.
Он сказал, что это место похоже на кладбище.
Шан Чжэхи не испугался этих слов. Старик Шан содержал любовниц и редко бывал дома, но он всё ещё жил в этом доме вместе с Жу Таном.
Жу Тан тоже не испугался. В тот раз, когда Шан Юнгуан в пьяном угаре приказал водителю взять ножницы и обрезать розы под корень, Жу Тан стоял на террасе, подперев щеку рукой, смотрел на опадающие бутоны и легко, словно летящий пух, произнес: — Спрячьте свои обнаженные мечи, ибо роса заставит их заржаветь.
Шан Чжэхи, стоявший позади Шан Юнгуана, узнал строки из Отелло и поднял голову, посмотрев на брата.
Жу Тан сорвал розу на террасе, бросил её вниз и небрежно добавил: — Что значит имя? Роза пахнет розой, хоть розой назови её, хоть нет.
Жу Тан развернулся на террасе и сорвал еще один цветок.
— Ромео, о Ромео! зачем же Ромео ты? Отрекись от отца твоего и откажись от имени своего; а если не хочешь, поклянись мне в любви, — и я перестану быть Капулетти!
Шан Юнгуан не понимал ни слова по-английски, но уловил театральный тон, с которым Жу Тан читал это, как классическую пьесу, и счёл, что парень издевается над ним.
Впрочем, прежде чем он успел хоть что-то сказать, Жу Тан отбросил цветок и ушел спать.
На следующее утро Шан Чжэхи подвозил Жу Тана до университета. Он как бы невзначай упомянул: — Ты слышал вчера, что отец приходил? Жу Тан, делавший наброски в альбоме, даже не поднял головы: — Он приходил? Шан Чжэхи не стал развивать тему. Жу Тан постучал карандашом по щеке и спросил: — Это ты отнес меня наверх? Шан Чжэхи лишь мельком взглянул на него, а Жу Тан продолжил: — В следующий раз, если я засну, разбуди меня, я так и не увидел концовку фильма.
Шан Чжэхи включил радио, транслировавшее любимые песни Жу Тана. У ворот университета Жу Тан уже успел закончить скетч. Шан Чжэхи спросил: — Заехать за тобой после обеда?
Жу Тан уже выскочил из машины, в одной руке держа сумку, в другой — планшет для рисования. Отойдя на несколько шагов, он обернулся: — Да. Утреннее солнце озаряло его, хвостик на затылке будто светился золотистым пушком. Он нырнул в толпу, похожий на маленького бельчонка, набившего щеки лесными орехами.
И в одно мгновение исчез среди ветвей.
Утром у него была общая лекция. Он пил кофе, чтобы взбодриться, но всё равно зевал. Однокурсники участливо спросили, плохо ли он спал, на что Жу Тан рассмеялся: — Лег только в три часа.
Днем лекций не было. Жу Тан собирался вернуться в свою маленькую студию, но однокурсники позвали его в центр художественных товаров. Подумав, Жу Тан согласился — ему как раз нужны были краски. Они дошли пешком до Белого здания и по пути заглянули в кафе, где Жу Тан купил клубничный латте.
Девушка-однокурсница воскликнула: — Ого, Майбах! Жу Тан взглянул — у входа и правда стоял Майбах. Из него как раз вышел владелец, и они встретились взглядами.
Высокий мужчина в строгом костюме захлопнул дверь машины и направился к кафе. Проходя мимо Жу Тана, мужчина невольно посмотрел на него, и, встретившись с ним глазами, пораженно произнес: — Это ты!
Оба однокурсника уставились на Жу Тана. Тот с улыбкой ответил: — Вы ошиблись человеком.
Мужчина застыл на месте, не в силах прийти в себя, а Жу Тан прошел мимо. Во взгляде Жу Тана читалось лишь недоумение, как при встрече с незнакомцем, и мужчина почти поверил, что действительно ошибся.
Неделю назад Чжао Сяньхай в баре соседнего города познакомился с потрясающим существом и провел с ним ночь. Длинные волосы, невероятно красив, раскрепощен, в постели вел себя крайне смело. Чжао Сяньхай трижды был с ним за ночь, а когда проснулся — человека и след простыл. Чжао Сяньхай сел на кровати, проверил кошелек: документы и банковские карты были на месте, наличные тоже. Ничего не пропало.
Если бы не длинный волосок на белоснежной подушке, Чжао Сяньхай решил бы, что всё это было сном. Он уставился на волос и, повинуясь какому-то наитию, свернул его и спрятал в бумажник.
Найти человека в Пекине для Чжао Сяньхая было проще простого, и на поиски Жу Тана не ушло ни малейших усилий. Стоило ему спросить в магазине товаров для художников, как продавец ответил: — А, вы про него? Так он из Академии искусств неподалеку, третий курс, скульптурное отделение. Жу Тан не скупился на траты и покупал самые дорогие материалы, так что продавец его запомнил.
Выяснив, кто он такой, Чжао Сяньхай два дня дежурил у ворот университета, но так никого и не увидел. Он мог бы легко поднять досье, но не хотел — ему казалось, что если судьба свела их дважды, то непременно сведет и в третий раз. В этом вопросе он доверял провидению.
И когда он делал заказ в кофейне у ворот университета, а за спиной раздался голос, произнесший заказ, судьба вознаградила его.
Чжао Сяньхай обернулся и замер, глядя на лицо Жу Тана. Жу Тан мельком взглянул на него и перевел взгляд в сторону. Чжао Сяньхай подумал: в белой рубашке и с высоким конским хвостом он выглядит таким невинным, совсем не похож на того, кто будет крутить шашни с мужчинами.
Воистину, внешность бывает обманчива.
Поскольку взгляд Чжао Сяньхая был слишком наглым, Жу Тан забрал кофе и развернулся, чтобы уйти. Чжао Сяньхай догнал его, перехватил за руку у стеклянной двери и тихо произнес: — Давай поговорим.
Жу Тан улыбнулся: — Вы ошиблись человеком.
Чжао Сяньхай наклонился и прошептал ему на ухо: — Не надо так, ведь мы были близки, пусть даже одну ночь.
Жу Тан наконец переменился в лице, огляделся по сторонам, проверяя, нет ли знакомых, а затем сменил выражение, решительно посмотрев на мужчину. Чжао Сяньхай был уверен: в прошлый раз, при случайной встрече, Жу Тан его действительно не узнал, но сейчас он наверняка вспомнил.
Жу Тан несколько секунд изучал лицо мужчины. Тот, конечно, был высок, красив и обходителен — если не считать возраста. Впрочем, не такой уж он и старый, в нем была присущая зрелым мужчинам привлекательность.
— Может, поговорим в машине? — участливо предложил Чжао Сяньхай.
— Не очень удобно.
— Ты меня боишься?
— Что тебе нужно?
— Найдем место, где можно выпить.
Жу Тан замолчал и опустил голову, пригубив кофе. Чжао Сяньхай слегка коснулся своим стаканом его чашки и сказал:
— Закажем тот же «Сингапурский слинг», который ты пил в ту ночь.
Если он пришел не ради денег, значит, ради плотских утех. Жу Тан закатил глаза, понимая, что мужчина хочет повторить былое, но сам он терпеть не мог таких запутанных отношений.
http://bllate.org/book/29658/3608494
Готово:
