— Но мы не должны… — Гу Мин, глядя на приближающегося Сун Лэшэна, пробормотал себе под нос: — Я давал обещание брату.
Словно заметив в глазах Гу Мина растерянность и колебания, Сун Лэшэн, стиснув зубы, выпустил немного феромонов. Скрывавшийся за ширмой Лу Шаоцзюнь мысленно выругался.
— Брат Гу Мин… — прошептал Сун Лэшэн, приближаясь к одурманенному феромонами и сбитому с толку Гу Мину. Его голос, вязкий и липкий, словно патока, лишал дыхания. — Когда мы в тот раз ходили в кино, я задал тебе вопрос. У меня появилось новое мнение на этот счет. Думаю, тот альфа точно любил того омегу, потому что… феромоны не умеют лгать, — он пристально посмотрел на Гу Мина. — Прямо как сейчас!
В тот момент, когда Сун Лэшэн собрался подарить ему страстный поцелуй, Гу Мин, словно внезапно очнувшись, резко отпрянул в сторону. Поцелуй пришелся лишь на щеку. В тот миг, когда никто не видел, в глазах Сун Лэшэна промелькнуло разочарование.
— Сун Лэшэн, то, что мы делаем — неправильно, — по сжатым кулакам Гу Мина было нетрудно догадаться, что он пытается подавить свои физиологические инстинкты. — Я не могу предать брата.
Услышав это, Сун Лэшэн застыл. Он внезапно горько усмехнулся, хотел что-то сказать, но, взглянув на профиль Гу Мина, произнес лишь:
— Брат Гу Мин, у меня нет на тебя никаких видов, и я не собираюсь вставать между тобой и вторым братом. Я просто хочу выжить.
С этими словами он поднял взгляд, и глаза его наполнились слезами. Он всхлипнул:
— Брат Гу Мин, кажется, моя болезнь вернулась. Помоги мне, пожалуйста?
Аромат роз в воздухе внезапно усилился. Установленный в комнате датчик феромонов начал пронзительно звенеть, но Гу Мин и Сун Лэшэн, казалось, не слышали ничего, кроме тяжелого дыхания друг друга, глядя прямо в глаза.
А за ширмой Сун Лю в момент срабатывания сигнализации предчувствовал неладное. Он резко повернул голову к стоявшему рядом Лу Шаоцзюню.
Омежьи феромоны подействовали и на Лу Шаоцзюня: он весь напрягся, словно окаменел, лишь грудь его тяжело вздымалась, а из горла вырывалось жаркое, прерывистое дыхание. Пылающий рассудок постепенно окрашивал уголки его глаз в красный цвет.
— Господин Лу! — прошептал Сун Лю, охваченный тревогой. — С вами всё в порядке?
Под влиянием феромонов зрение Лу Шаоцзюня затуманилось. Он нахмурился, силой заставляя себя сфокусировать взгляд на лице Сун Лю, жадно скользя им по обеспокоенному лицу, а затем по белой, светящейся в полумне шее.
Как же хочется впиться в неё зубами…
Укусить эту нежную, белую кожу! Тогда он точно задрожит в его руках, словно юная ветка, усыпанная каплями росы, и в конце концов растает, став его весенней водой.
Непристойные фантазии шаг за шагом пробирались в его сознание. Он отвернулся, из последних сил цепляясь за остатки разума, и его горячее дыхание коснулось уха Сун Лю, окрашивая мочку в алый цвет.
— …Уведи этого омегу прочь!
Услышав это, Сун Лю хотел, невзирая на неловкость, выйти и разнять их, но громкий грохот распахнувшейся двери в комнату отдыха выставил всё происходящее на всеобщее обозрение.
Поздно, подумал Сун Лю.
Доу Ицин и остальные стояли, остолбенев, глядя, как Гу Мин обнимает Сун Лэшэна, пытаясь пометить его. Они не могли прийти в себя до тех пор, пока чей-то пронзительный крик не вывел двух одурманенных феромонами людей из транса.
Гу Мин растерянно обвел взглядом присутствующих. Заметив на шее Сун Лэшэна бледный след, он расширил глаза и разжал руки.
— Нет… нет! — он в отчаянии обхватил голову, словно поверженный. — Я снова натворил дел…
Доу Ицин поспешила вперед и подхватила Сун Лэшэна. Она уже собралась с обвинениями наброситься на Гу Мина, но почувствовала, что тело парня в её руках пугающе горячее. Сун Лэшэн с затуманенным взором смотрел на Гу Мина, стоящего неподалеку, и, протягивая руку, прошептал:
— …Б-брат Гу Мин, спаси меня…
Зрачки Доу Ицин слегка дрогнули. Она знала, что у Сун Лэшэна расстройство феромонов. Несмотря на то, что в душе она проклинала происходящее, ей пришлось громко звать врача.
Доктор, дрожа, подошел, осмотрел больного, и лицо его мгновенно побелело:
— Не знаю, почему лекарства в организме молодого господина перестали действовать, сейчас уже не поможет даже двойная доза сильного блокатора!
Услышав это, мать Сун, только что прибежавшая на шум, почувствовала слабость в ногах и, повалившись в объятия отца Сун, зарыдала:
— Что же теперь делать? Доктор, умоляю, спасите моего сына!
— Это… — врач выглядел крайне подавленным, — поможет только совместимый феромон…
Мать Сун перехватило дыхание. Она и сама всё прекрасно понимала: Сун Лэшэн из-за аллергии на феромоны даже обычный период повышенной восприимчивости с трудом переживал с помощью препаратов, боясь контакта с любыми альфами. Где же сейчас взять совместимый феромон?
— …Брат, брат Гу Мин… — Сун Лэшэн, чье тело окончательно обмякло, неизвестно откуда взял силы, чтобы вырваться из объятий Доу Ицин. Он схватился за край одежды Гу Мина, рыдая так, что его лицо стало похоже на умытый дождем цветок: — Помоги мне, спаси меня, хорошо?
В одно мгновение все взгляды скрестились на Гу Мине. Под давлением этой всеобщей оценки он почувствовал невыносимый стыд. Он уже хотел оттолкнуть Сун Лэшэна и бежать из этого места, как вдруг врач негромко добавил:
— Э-э… Омега в период повышенной восприимчивости инстинктивно ищет облегчения у своего альфы. Если я не ошибаюсь, феромоны этого господина могли бы облегчить состояние молодого господина…
Не дожидаясь, пока врач закончит, Гу Мин подпрыгнул, словно ему наступили на пятку:
— У меня есть парень!
— Это…
Это действительно была проблема. В конце концов, метка — это слишком интимный акт, поэтому все на мгновение примолкли. Но мать Сун, услышав, что выход есть, уже не заботилась о морали. Её глаза внезапно загорелись.
Она быстро подошла к Гу Мину, схватила его за руки и взмолилась:
— Спаси моего сына! Я дам тебе любые деньги, сколько захочешь!
Гу Мин нахмурился:
— Мне не нужны деньги, я же сказал — у меня есть парень…
Не дав ему закончить, мать Сун перебила:
— Если ты переживаешь, что твой парень будет против, мы выплатим ему компенсацию!
Услышав это, Гу Мин не сдержал насмешливой улыбки:
— Вы хоть знаете, кто мой парень…
— Не волнуйтесь!
Из-за ширмы донесся голос, от которого зрачки Гу Мина мгновенно сузились. Он с недоверием обернулся и, проглотив ком в горле, хрипло выкрикнул:
— …Брат!
— Его парень не имеет никаких возражений, — Сун Лю скользнул взглядом по Гу Мину, который стоял рядом, ошеломленный и сбитый с толку, и с легкой улыбкой объявил: — Потому что они только что расстались.
— Гу Мин, давай расстанемся.
В одно мгновение мир перевернулся.
Глава 13: Конфеты
Наблюдая за сплетенными в объятиях Гу Мином и Сун Лэшэном, Сун Лю с тяжелым вздохом опустил руки.
Он сдался. Он подумал, что не стоит дожидаться той дождливой ночи. В конце концов, Гу Мин и Сун Лэшэн — предначертанная пара из книги, так какая разница, на день раньше или позже он, злодей, мешающий им, сойдет со сцены?
Поэтому, услышав слова матери, он, не обращая внимания на недоуменные взгляды окружающих, вышел вперед.
Обязательно расстаться, держаться от них подальше! Иначе он действительно будет затянут ими в бездну ревности, из которой уже не выбраться.
Это было единственное, о чем сейчас мог думать Сун Лю.
Отношения между Сун Лю и Гу Мином стали для всех присутствующих полной неожиданностью. Даже Лу Шаоцзюнь с легким удивлением поправил очки и бросил на него взгляд.
Каково же было его настроение там, за ширмой?
— …Брат! — перед лицом отчаянного призыва Гу Мина Сун Лю лишь равнодушно посмотрел на него: — А-Мин, тебе больше не придется ломать голову над выбором.
Слова Гу Мина застряли у него в горле. Он медленно перевел взгляд на Лу Шаоцзюня, стоявшего рядом с Сун Лю. Глядя на этого мужчину, он, с покрасневшими глазами и хриплым голосом, спросил: — …Кто он такой?
— Это важно? — Сун Лю насмешливо улыбнулся, глядя на его полное нежелания смириться лицо. — Или ты думаешь, что я такой же, как ты?
Гу Мин осекся, не находя слов для ответа, лишь глубоко, умоляюще вглядываясь в него. Сун Лю отвел взгляд — он боялся, что мужество, которое он с таким трудом собирал по крупицам, рассеется под взглядом Гу Мина. Его глаза остановились на заплаканном лице Сун Лэшэна:
— Лэ-лэ очень плохо, ты уверен, что не поможешь ему?
Взгляд Гу Мина дрогнул. Он хотел было обернуться, но сдержался. Сун Лю, запечатлев всё это в своей памяти, с горькой усмешкой развернулся и вместе с Лу Шаоцзюнем покинул комнату.
Как только они оказались вне поля зрения остальных, Сун Лю больше не мог контролировать свою шаткую походку и хриплые рыдания.
Глядя на Сун Лю, пытающегося сдержать плач, Лу Шаоцзюнь посмотрел в пустое небо, закурил сигарету и выпустил дым. В состав его именной сигареты входило вещество, подавляющее период повышенной восприимчивости, поэтому беспокойное возбуждение в груди Лу Шаоцзюня улеглось.
— Хочешь плакать — плачь, — равнодушно произнес Лу Шаоцзюнь, глядя вдаль. — Лить слезы из-за такого — не стыдно. Только не плачь слишком долго…
— Я знаю… — услышав слова Лу Шаоцзюня, Сун Лю больше не мог сдерживаться и горько разрыдался: — Я буду плакать из-за него только в этот раз, больше никогда.
Нет. Лу Шаоцзюнь перестал курить и слегка оцепенел, подумав о том, что от долгого плача болят глаза.
Я хотел сказать только это.
Возможно, из-за того, что он выплакался дочиста, Сун Лю почувствовал, будто его с головы до ног смыло проливным дождем, а внутри стало чисто и прозрачно.
— Господин Лу, простите, — Сун Лю опустил голову, искренне извиняясь перед Лу Шаоцзюнем за то, что втянул его в этот день. — Не думал, что вы чуть не…
Последние слова он произнес с трудом, но Лу Шаоцзюнь сразу понял, что он имеет в виду.
Лу Шаоцзюнь затушил догорающую сигарету. Раздался тихий стук его дорогих кожаных туфель — он шагнул вперед и под удивленным взглядом Сун Лю слегка наклонился, встречаясь с ним глазами.
— Почему ты извиняешься? — спросил Лу Шаоцзюнь, слегка наклонив голову и уголок губ. — Ведь это была ошибка других, разве нет?
http://bllate.org/book/29635/3605436
Готово:
