Ду Цзин поневоле стало немного любопытно, и она осторожно высунула голову, явив миру пару влажных, блестящих глаз.
Когда белое одеяло проплыло перед её взором, она увидела высокого человека, стоявшего в ногах кровати.
На этом человеке была надета белая пуховая куртка, а волосы цвета туши лениво рассыпались по плечам. Пара красивых глаз смотрела на неё с капелькой нежности, но, будучи пойманной с поличным, гостья тут же непринужденно отвела взгляд. При повторной встрече глазами взгляд этой женщины снова изменился, повеяв лёгким холодом, и она просто молча смотрела на Ду Цзин.
Сегодня она была одета весьма сдержанно, но даже в самой обычной одежде невозможно было скрыть её уникальное прохладное и отрешённое изящество.
Ду Цзин смотрела на это лицо — сколько раз она видела его по собственной воле или волей случая, и со счета уже сбилась. Она в изумлении приоткрыла маленький рот, спрятанный под одеялом, пальцами крепко зажала краешек и чуть приподняла его, стараясь скрыть выражение крайнего удивления.
Почему она здесь появилась? Сейчас она наверняка ужасно занята, — подумала Ду Цзин и тихо произнесла имя человека, стоявшего перед ней:
— Е Чжи.
Ду Цзин почувствовала мимолетную растерянность — она никак не ожидала, что сегодня придет Е Чжи.
Она вообще не до конца понимала Е Чжи. Помимо совместных съемок или участия в шоу, в личной жизни они практически не общались. Обычно роль связующего звена брала на себя Чжун Ци, у самой же Ду Цзин даже не было контактов Е Чжи.
По идее, после того как та доставила её в больницу, возвращаться было совершенно необязательно. Можно было просто справиться о здоровье откуда-нибудь издалека, вовсе не было нужды ехать лично.
Ду Цзин увидела корзину с фруктами, которую Е Чжи держала в руке, и не понимала, что сейчас чувствует. Раз уж она принесла с собой гостинцы, вряд ли это было сиюминутным импульсом заглянуть навестить её, верно?
Какое-то время они молча смотрели друг на друга. Заметив, что Е Чжи стоит вытянувшись в струнку и не собирается делать ни малейшего движения, Ду Цзин сообразила: похоже, пока она сама не подаст голос, та так и будет стоять.
Гостья в доме — прежде всего гостья. Ду Цзин совладала со своим выражением лица и, убедившись, что на её губах заблудилась улыбка, стянула с лица одеяло. Указав на место, где только что сидела Чжун Ци, она произнесла, обращаясь к Е Чжи:
— Садись.
Е Чжи не стала жеманиться: поставила корзину с фруктами на тумбочку рядом и уверенно опустилась на стул.
Ду Цзин лишь почувствовала, как навстречу ей повеяло мягким ветерком, в котором таился едва уловимый прохладный аромат. Он невесомо, словно призрак, ввинчивался прямо в её ноздри.
Падавший сверху холодный свет от ламп отбросил тень на длинные ресницы Е Чжи, из-за чего её взгляд было трудно разглядеть. Ду Цзин знала, что наедине со всеми та никогда не была многословной, а привыкнув к холодному обращению, предпочла первой нарушить тишину:
— Преподаватель Е, почему ты пришла? Разве съемочная группа не занята?
Едва успев произнести первую половину фразы, Ду Цзин осеклась. Сама не зная почему, эти слова прозвучали странно — словно она намекала, что Е Чжи вообще не следовало приходить.
Ду Цзин с некоторой нервозностью посмотрела на неё, но, к счастью, Е Чжи не придала этому особого значения. Лишь бросив на неё мимолетный взгляд, она спокойно ответила:
— Режиссер Чжан узнал, что ты в больнице. Съемочная группа посовещалась и решила, что идти толпой ни к чему, поэтому в итоге просто отправили меня проведать тебя первой.
Ду Цзин с облегчением выдохнула, мгновенно уловив смысл сказанного.
Режиссер Чжан, судя по всему, решил, что они с Е Чжи уже много раз работали вместе и отлично ладят, поэтому попросил именно её нанести визит вежливости. В конце концов, съемочная группа сейчас находилась на стадии кастинга и подготовки, работы невпроворот, и выкроить время было трудно — это вполне нормально.
Впрочем, режиссер Чжан отроду не страдал приверженностью к формальностям. Раз уж он уже передал все пожелания через Чжун Ци, с чего бы вдруг еще и корзину с фруктами отправлять?
Взгляд Ду Цзин задержался на красивом лице гостьи: неужели это Е Чжи по собственной инициативе решила сделать подарок?..
Мысленно Ду Цзин пустилась в домыслы: учитывая их обычные отношения, разве личный визит в больницу с посещением не мог оказаться ловким ходом, чтобы попутно устроить себе пиар? Но сейчас всё выглядело вовсе не так. Е Чжи даже притащила корзину с фруктами, а она сама минуту назад думала о ней такое — как же это было некрасиво с её стороны.
От подобных мыслей ей стало немного стыдно, она опустила голову, а щеки слегка порозовели, отчего она выглядела невероятно мило. Чуть слышным голоском она произнесла:
— Спасибо.
В глазах Е Чжи мелькнул огонек, но на лице не отразилось никаких лишних эмоций. Она лишь кивнула на стоящую на тумбочке корзину и произнесла:
— Это общее пожелание от всех.
Ду Цзин поджала губы, скосила глаза на открытку с пожеланиями в фруктовой корзине, и зарождавшееся на дне души тепло тут же было выстужено налетевшим холодом.
И правда, учитывая, как прохладно они обычно друг к другу относились, с чего бы ей проявлять такую доброту? Чистая показуха, не более того.
Пока Ду Цзин мысленно критиковала гостью, от фруктов в корзине поплыл аппетитный аромат. Она ничего не ела с самого пробуждения, и в этот момент её желудок тотчас же подал голос, заставив ощутить сильный голод.
Ду Цзин украдкой бросила несколько взглядов и обнаружила, что среди прочего там лежит самый настоящий мандарин. Она уже целую вечность соблюдала строгую диету и не ела сахар, а фрукты в корзине выглядели донельзя аппетитными — там даже обнаружилась маленькая дыня, просто взрывная по содержанию сахара.
Ду Цзин почувствовала, как во рту бешено завырабатывалась слюна. Ой-ой-ой, как же ей сейчас хотелось поесть! К счастью, Чжун Ци здесь не было, ничего страшного ведь не случится, если она съест хотя бы самую малость?..
Она снова перевела взгляд на Е Чжи, которая сидела всё с тем же невозмутимым видом. Её яркие глаза смотрели на неё с точечками лучистого света.
Ду Цзин мысленно воздала должное её красоте, после чего пресекла собственные порывы протянуть руку к мандарину и приняться за ожесточенное очищение кожуры. В ней пробудилось самосознание известной актрисы — по крайней мере, стоило дождаться, пока гостья уйдет.
Е Чжи, казалось, насквозь видела её вожделение. Проследив за её взглядом, она уставилась на корзину с фруктами и спустя мгновение бросила:
— Будешь фрукты?
Ду Цзин тут же замотала головой, показывая, что не нужно.
В следующую секунду её живот совершенно некстати издал громкое урчание. Звук получился отчетливым и звонким, эхом отразившись в ушах обоих. Стороны замерли на секунду, одновременно погрузившись в молчание.
Взгляд Е Чжи скользнул вниз, задерживаясь на животе девушки, после чего она снова невозмутимо устремила взор перед собой.
Ду Цзин почувствовала, как её лицо мгновенно запылало — пожалуй, оно уже покраснело до корней волос. Как же стыдно, как же до безумия стыдно! И это после того, как она только что от всего отказалась!
Е Чжи указала на корзину с фруктами на столе и спросила:
— Можно почистить тебе мандарин?
Голос её звучал невероятно приятно — мягкий, с капелькой тепла.
На этот раз Ду Цзин уже не стала отказываться и обреченно кивнула. Получив её молчаливое согласие, Е Чжи с абсолютно естественным видом протянула руку, взяла мандарин и принялась его чистить.
http://bllate.org/book/29631/3604856
Готово:
