М? М?! Разве тут не было бамбуковых палочек? Зачем тогда заставлять меня тебя кормить?
Хозяйка лавки явно дала на две палочки больше, они торчали прямо из мяса, не мог же он их не заметить.
Про себя подумал Шэнь Лэянь, но всё же подцепил кусок мяса и засунул в рот Сун Аньчэню.
– Братец, не хочешь погадать? Раз уж мы повстречались, с тебя я денег не возьму, просто посмотри, верно ли я предсказываю, – подал голос пожилой мужчина, сидевший у соседнего прилавка с гадальными принадлежностями.
Шэнь Лэянь поднял глаза и огляделся: на столике старика лежали какие-то мелочи и Массив Восьми Триграмм. Он уже хотел было вежливо отказаться, но заметил, что Шэнь Лэянь присел на корточки рядом.
–...– Бедняга не имел выбора и был вынужден согласиться.
Старик добродушно усмехнулся, расспросил о дате и времени рождения, после чего принялся колдовать над медными монетками.
– У братишки ведь не самые лучшие отношения с отцом? Точнее сказать, они как вода и огонь: либо он, либо ты, третьего не дано, – с уверенностью заявил старик.
Отец Сун Аньлинь давным-давно развелся с ее матерью, и Шэнь Лэянь об этом знал, но вот было ли это связано с Сун Аньчэнем, он понятия не имел.
Сун Аньчэнь изогнул губы в улыбке:
– Верно.
– Ха-ха-ха, в гадании главное – связь между людьми, лишь при взаимной симпатии предсказание будет точным, – смеясь, старик убрал с земли монетки. – Ты в старшей школе закрутил роман, и родные об этом узнали.
Шэнь Лэянь на пару секунд замер, кусок мяса с бамбуковой палочки соскользнул обратно. Он-то давно слышал, что брат Сун Аньлинь – образцовый ученик и знаменитость во всей школе.
С виду настоящий зубрила, а на деле вовсю крутил романы.
– Да, – Сун Аньчэнь не стал отрицать, его лицо оставалось спокойным, и ничто в нем не выдавало человека, чьи тайны только что раскрыли.
– Какое же у тебя прекрасное предзнаменование, в будущем тебя непременно ждет головокружительный взлет и богатство, – старик усмехнулся и закурил сигарету. – В шестой день первого лунного месяца этого года тебе улыбнется денежная удача, это будет счастливый день, и появится благодетель, который протянет руку помощи.
Услышав это, Шэнь Лэянь тоже захотел погадать, но старик лишь улыбнулся и не сделал никаких попыток.
– Нельзя? – с сомнением спросил Шэнь Лэянь.
– Боюсь, связи между нами нет, – медленно произнес старик и, повернувшись вбок, выпустил колечко дыма.
– Вокруг столько людей ходит, ты гадаешь только тем, с кем есть связь? – Шэнь Лэяню это не понравилось, и он с силой вгрызся в хрящик, зажатый во рту.
Услышав это, Сун Аньчэнь перевел старику сто юаней через Алипэй.
– Поступление ста юаней на счет Алипэй.
– Если братишка так настаивает, то, конечно, можно, – старик тут же переменил тон, зажал в зубах сигарету и снова разложил медные монеты.
Как там говорится? В их деле принято говорить о кармической связи, а не о деньгах, верно?
– Назови-ка свои год, месяц, день и час рождения, нужна точность до минут.
– Десятое октября такого-то года, три часа ночи, по солнечному календарю.
Старик принялся загибать пальцы и бормотать что-то себе под нос, а мгновение спустя резко распахнул глаза:
– Протягивай руку.
Шэнь Лэянь поморщился и протянул правую руку.
– Боюсь… – старик поднял на него взгляд, – ничего хорошего тут не скажешь.
Шэнь Лэяньдернул руку назад:
– Говори как есть, мы ведь уже заплатили.
– Плохая судьба, – старик снова убрал монетки, вытащил из бамбукового тубуса палочку, на которой неизменно красовалась надпись «Великое Несчастье».
–...–
Дурной знак, сплошная напасть, Шэнь Лэянь поднялся, собираясь уходить.
– Мать тяжело рожала, когда ты появился на свет? – спросил старик, на корню обрубая его желание уйти.
– Даже если не было тяжелых родов, все равно процесс прошел не слишком гладко, – старик поднял палочку и вернул ее на место. – Дорос до таких лет, а нечисть всякую видал? В детстве душу не терял? А болеть часом не часто болеешь?
Вопросы старика застали его врасплох. Шэнь Лэянь сглотнул слюну и не смел произнести ни слова.
Сун Аньчэнь слегка поддержал его за плечо, подумав, что этого паренька и впрямь невероятно легко обвести вокруг пальца.
– Короче говоря, аура инь слишком тяжелая. Я сейчас достану одно талисманное бумажное заклинание, а ты скажешь мне, что почувствуешь, когда взглянешь на него.
Шэнь Лэянь к этому моменту уже явно испугался, куриные косточки в его руке больше не казались аппетитными, он присел на корточки и крепко вцепился в полу одежды Сун Аньчэня.
То ли из-за самовнушения, то ли по какой другой причине, но стоило Шэнь Лэяню увидеть этот талисман, как он громко вскрикнул, сердце в груди заколотилось от паники, и Сун Аньчэнь тут же прижал его к себе, укрывая в объятиях.
Этот шум напугал старика до полусмерти:
– Что такое, что случилось?!
– Мы больше не гадаем, – Сун Аньчэнь поднял присевшего на корточки Шэнь Лэяня и зашагал прочь. – Ты же студент нового поколения, а до сих пор этого боишься? Зря только столько лет в школе штаны просиживал.
Шэнь Лэянь не понимал, утешает он его так или издевается, и молча бросил на него злобный взгляд.
Он ведь не верил! Но неверие ни капли не мешало ему испытывать страх.
Сун Аньчэнь хмыкнул и рассмеялся:
– А ты, малыш, оказывается, злопамятный.
Шэнь Лэянь оттолкнул его руку и вывернулся:
– Братец Сун Аньчэнь, если мне память не изменяет, ты всего на два года старше меня, да? Чего ты вечно зовешь меня малышом?
– Раз уж ты сам назвал меня братишкой, почему бы мне не звать тебя малышом? – Сун Аньчэнь наклонился, прижал его голову сверху и поддразнил, лукаво ухмыляясь.
Сначала Шэнь Лэяню казалось, что этот старший товарищ – холодный, надменный, сдержанный и вообще сложный в общении человек, но сейчас ему хотелось взять свои слова обратно. Ростом он особо не вышел: когда он учился в старшей школе, со своим метром семьдесят пять среди одноклассников казался большой прореживающей буквой в ямке.
Рост и впрямь был его ахиллесовой пятой, поэтому он до смерти ненавидел, когда кто-то гладил его по голове.
Шэнь Лэянь пригнулся, ускользнул из-под его ладони, зашагал широкими шагами вперед, а на половине пути вдруг что-то вспомнив, резко развернулся, подлетел к Сун Аньчэню и выхватил у него из рук пакет с куриными косточками.
– Пока-пока, братец, – отступив на два шага назад, он показал язык в знак насмешки, а затем круто развернулся и припустил прочь.
– Пока-пока, малыш, ложись спать пораньше, а то так и не вырастешь, – крикнул ему вслед Сун Аньчэнь, отчетливо видя, как у убегающего впереди парня до боли сжались кулаки.
Когда Шэнь Лэянь добрался до дома, застолье уже закончилось, и родители убирали со стола.
– Вернулся? – мама как раз несла в кухню посуду и, заметив коробку, которую он держал в руках, не удержалась от упрека: – Дома еды полно, так нет же, надо обязательно покупать всякую вредную дрянь на улице!
Шэнь Лэянь виновато улыбнулся, а мгновение спустя в его голове мелькнула искра догадки:
– Это братец Аньчэнь купил.
http://bllate.org/book/29525/3590054
Готово:
