Глава девятая. Цинлуань
Когда Эйлан вытащил Цин Яня наружу, на том не было капюшона, который ему дал Цзы Ман. Цин Янь был одет в свою футболку и короткие шкуры снизу — в таком виде он обычно ложился спать. Спеша выскочить вслед за Эйланом, он совсем об этом не подумал, но стоило им остановиться, как парень едва не замёрз насмерть. Ведь на дворе стоял поздний осенний или ранний зимний день. Хоть местность и была тропической, холодало весьма ощутимо.
— Скорее надевай, а то простудишься, — Цзы Ман протянул Цин Яню накидку из звериной шкуры.
Только что, глядя на белые, словно из фарфора, изящные ручки и ножки Цин Яня, он чуть не захлебнулся собственной кровью. Мужчина поспешно сунул ему одежду: такую неземную красоту нужно скрывать от чужих глаз, тем более что он уже заметил, какими жадными, горящими взглядами окружающие самцы зыркают на юношу.
Все вокруг сейчас поздравляли Лэя: столько лет они были с Эйланом истинной парой, и вот наконец-то у них появится ребёнок. Смущённый Лэй доверчиво и глуповато ухмылялся, обещая вечером угостить всех в лагере рисовым вином.
Люди, за которыми послал Сяо Лу, появились быстро. Это были крепкие, рослые воины в простых шкурах. Достав пространственные мешочки, они споро пересчитали товар и тут же рассчитались. Сам же Сяо Лу ещё издали заметил прелестного маленького омегу и несказанно обрадовался. Однако, подойдя ближе и увидев, как Цин Янь и Цзы Ман весело о чём-то беседуют, он почувствовал, как мгновенно улетучилось его приподнятое настроение.
Уж не оказалось ли этот большеглазый фиолетововолосый мужчина ещё одним поклонником юноши?
— Доброе утро, Цин Янь. Когда ты пришёл?
— Эм… — Цин Янь обернулся и увидел идущего к нему Сяо Лу. — Привет, Сяо Лу, я только что.
— Стой, Цин Янь, а почему у тебя татуировка изменила цвет? — только подойдя вплотную, Сяо Лу заметил, что узор в уголке левого глаза Цин Яня из зелёного стал синим.
Он впервые в жизни видел, чтобы метка омеги-зверолюда меняла оттенок.
Стоявшая рядом с ними Эйлан отстранил прикрывавшую его руку Лэя и шагнул к Цин Яню:
— Слушай, Цин Янь, пожалуй, нам стоит сперва показать тебя жрецу. У тебя же вроде жгло и покалывало там? Вдруг что-то не так?
— Пойдёмте к нам в стойбище, с нами на этот раз прибыл Великий Жрец, он наверняка сильнее любого жреца из Города Темной Ночи, — услышав, что у Цин Яня болит татуировка, Сяо Лу тут же осознал всю серьёзность положения. Подобные вещи выглядели слишком странно.
Цин Янь переглянулся с Эйланом и остальными — он понятия не имел, стоит ли принимать предложение Сяо Лу, ведь они виделись всего раз и едва знали друг друга. Лэй подумал секунд десять и произнёс:
— Пожалуй, он прав. С этими метками шутки плохи, лучше показать юношу надёжному жрецу.
Раз уж опекуны вынесли вердикт, Цин Яню оставалось только согласиться. Лэй велел Лансы вести остальных обратно в лагерь, а сам вместе с Цзы Маном и Эйланом отправился сопровождать Цин Яня к Великому Жрецу.
Сяо Лу шествовал впереди с сияющей улыбкой на лице — теперь ему выпало столько времени побыть рядом с Цин Янем.
Войдя на территорию Города Фэнхуан, Цин Янь наконец понял, почему это место называли полноценным поселением. Здесь больше не ставили временные палатки, как в их лагере: все жили в капитальных каменных домах, и даже у Зверей Нини имелись собственные загоны. Занимаемая ими площадь поражала воображение, а в самом центре располагалась просторная площадь, где рядами тренировались воины-зверолюды.
Вскоре процессия остановилась перед белоснежным зданием.
— Подождите здесь немного, я пойду испрошу позволения Великого Жреца, — Сяо Лу почтительно кивнул Цин Яню и остальным, после чего взбежал по ступеням.
— Лэй, а этот Сяо Лу вообще заслуживает доверия? — с сомнением в голосе спросил Цзы Ман.
Хотя он и сам был неравнодушен к Цин Яню, тот всё же оставался чужаком. Будучи влиятельной фигурой в Городе Фэнхуан, Сяо Лу так просто привёл толпу незнакомцев к Великому Жрецу их племени — выглядело это подозрительно.
Великие Жрецы занимали возвышенное, почти обожествляемое положение в каждом городе, и простым сородичам доводилось видеть их нечасто.
— Пусть Сяо Лу на вид и легкомысленный, но он зверолюд, а зверолюды никогда не причинят вреда любимому омеге, — убеждённо ответил Лэй.
Вскоре Сяо Лу вернулся:
— Проходите все, Великий Жрец будет рад вас принять.
Великий Жрец оказался почтенным, доброжелательным стариком.
— Дети мои, заходите, не стесняйтесь. Можете звать меня дедушка Тери.
Пожалуй, под влиянием мягкости Тери все слегка расслабились, сбросив первоначальное напряжение, и уселись на каменные табуреты в гостиной.
— Малыш, значит, ты и есть Цин Янь? Расскажи-ка мне, что случилось с твоей меткой?
— Ну… Дедушка Тери, вчера вечером во время практики я поглощал магическую силу природных стихий, и вдруг почему-то почувствовал, как ко мне устремилось огромное количество сильных водных элементов. После этого татуировка начала побаливать, а потом изменила цвет. Раньше она была зелёной, — Цин Янь умолчал о том, что в его сознании появилось синее пламя — всё-таки они были едва знакомы.
Выслушав парня, Тери погрузился в глубокие раздумья. В гостиной воцарилась тишина. Эйлан нервно до боли сжимал рукав Лэя. Цзы Ман утешающе похлопал Цин Яня по плечу, веля не тревожиться по пустякам. Сяо Лу тоже ободряюще посмотрел на него, а затем перевёл озадаченный взгляд на Тери.
Старик внезапно поднялся с места, зашагал вглубь комнаты и вскоре вернулся с красным кристаллом, напоминающим прозрачный самоцвет.
— Цин Янь, попробуй вызвать огонь и растопить этот Кристалл Мечты, — голос Тери дрожал, а руки заметно посахивали от волнения.
Сяо Лу в изумлении уставился на Кристалл Мечты. Это же было священное сокровище их Города Фэнхуан, их насчитывались считанные единицы во всём городе. Согласно легенде, эти артефакты появились на свет одновременно с первыми Фениксами. Зачем дедушка Тери вздумал его использовать?
Цин Янь тихо прошептал заклинание, и на его пальцах заплямчало бледно-голубое пламя. Он взял Кристалл Мечты и поднёс к огню.
Произошло нечто чудесное: красный Кристалл Мечты постепенно расплавился, превратился в густое алое облако тумана и полностью растворился в руках юноши.
Цин Янь почувствовал, как внутри его тела запылали бесчисленные алые языки пламени. Колоссальная волна красной магической силы хлынула к нему со всех сторон. Синее пламя в его разуме мгновенно сменило оттенок на глубокий синий, а затем раздался лёгкий звон, и огонь сделался ярко-красным. Метка под левым глазом вновь отозвалась острой болью.
— А-ах… — не выдержав, простонал Цин Янь.
Эйлан и Великий Жрец отчетливо ощутили мощнейшие колебания стихии огня; даже самцы с крайне низким уровнем восприятия почувствовали буйство природных сил. Этот стон вывел всех из оцепенения.
Глядя, как Кристалл Мечты растаял в руках Цин Яня и красный туман впитался в его тело, Тери взволнованно задрожал, а на его мутных от старости глазах выступили слёзы. Дрожащими губами он схватил Цин Яня за руку и выдохнул:
— Цинлуань… Ты — Цинлуань. Я думал, что уже не доживу до этого дня.
— Цинлуань… — тихо повторил Сяо Лу.
Клан Цинлуаней славился своими песнями и танцами, их представители обожали свободные странствия. Они искусно владели магическими предметами и массивами, любили мастерить изобретения, создавать артефакты и всевозможные целебные зелья. В каждом поколении Клана Фениксов рождался лишь один Цинлуань. Однако представитель прошлого поколения сто лет назад отдал жизнь за свою истинную пару. Огненный Феникс, обезумев от горя, покинул Город Фэнхуан и больше не вернулся.
Согласно преданиям клана, после смерти Цинлуаня в Небесном Озере внутри Города Фэнхуан немедленно должно было появиться новое яйцо Цинлуаня. Но в нынешнем поколении что-то пошло не так, и яйцо всё никак не появлялось. Великий Жрец уже было решил, что род Цинлуаней прервался навсегда. На этот раз они и отправились в путь, чтобы разыскать Огненного Феникса прошлого поколения в надежде найти ответы, но никак не ожидали встретить самого Цинлуаня.
Цин Янь растерянно моргнул:
— Дедушка Тери, меня зовут Цин Янь, а не Цинлуань.
— Ох, простите старика, совсем память подводит. Малыш, ты ведь и сам ещё не знал, кто ты такой. Только что ты сжёг Кристалл Мечты пламенем Цинлуаня. Этот артефакт родился вместе с Кланом Фениксов: новорождённые птенцы Феникса поглощают несколько таких кристаллов, чтобы быстрее вырасти. Никто, кроме представителей клана Фениксов, не способен расплавить Кристалл Мечты.
Только что появившегося на свет птенца Цинлуаня окружают пять Кристаллов Мечты, проглотив которые, он обретает способность принимать человеческий облик. При рождении Цинлуаня одновременно зарождаются семь стихийных кристаллов, разлетающихся по всему Континенту Чуаньинь. Цинлуань должен собственными силами разыскать все семь, и лишь поглотив их целиком, он достигает взрослого возраста.
Слушая этот поток информации, компания погрузилась в полный туман в голове. Тери без умолку тараторил добрую половину дня, пока наконец не перешёл к главному:
— Цин Янь, возвращайся со мной в Город Фэнхуан! Ума не приложу, как тебе удалось принять человеческий облик без Кристаллов Мечты, но, судя по твоему нынешнему состоянию, тебе нужно поглотить ещё четыре кристалла, чтобы полностью вырасти. Я сделаю всё возможное, чтобы отыскать их для тебя. К тому времени вы с Сяо Лу сможете стать истинной парой и как можно скорее произвести на свет маленьких птенцов, чтобы продолжить род Фениксов!
— Исключено!
— Ни за что!
— Не бывать этому!
Не успел Цин Янь и слова вымолвить, как Цзы Ман, Лэй и Эйлан хором ответили отказом. Лэй даже рассердился:
— Цин Янь — наш малыш-омега из Города Суйе. Независимо от того, является он Цинлуанем или нет, он никуда с вами в Город Фэнхуан не поедет. Он — наш ребёнок!
— Верно, Цин Янь наш сын, мы не позволим вам его забрать, — тут же поддержал мужа Эйлан.
Цзы Ман же чувствовал себя несколько неловко: под каким предлогом он мог потребовать оставить юношу у себя?
— По какому праву вы смеете отказывать? Цин Янь — предназначенная мне судьбой пара, мой истинный партнер! Кто еще на свете достоин Цин Яня, кроме меня? — с этими словами Сяо Лу выпустил давление божественного зверя, и в комнате на миг мелькнул силуэт пламенеющего золотого Феникса.
Мощная аура Сяо Лу заставила всех присутствующих едва ли не забыть, как дышать. (Гуогуо шепчет: Сяо Лу просто изображает грозного хищника, он же совсем недавно совершеннолетний, у него ещё пушок на теле толком не вырос, просто он чуточку сильнее обычных зверолюдов).
— Сяо Лу, что за глупости, немедленно убери давление! — сердито прикрикнул Тери — этот парень вечно вёл себя слишком опрометчиво.
Цин Янь немного перевёл дух и мягко сказал:
— Дедушка Тери, я не могу принять ваше предложение. Мне нравятся Лэй и Эйлан, мне дороги друзья в Городе Суйе, думаю, я не смогу вернуться с вами в Город Фэнхуан.
— Но без Кристаллов Мечты сколько времени у тебя уйдёт на взросление? Обычному Цинлуаню требуются целых восемь веков самостоятельных тренировок!
— Ого… — Цин Янь, Цзы Ман и Сяо Лу от удивления лишились дар речи.
— Давайте обсудим это в другой раз. К тому же, у меня неплохо получается развиваться и самому — переход от зелёного цвета к синему занял совсем немного времени!
Тери пытался уговаривать его ещё какое-то время, но, поняв безвыходность положения, в конце концов был вынужден уступить — не мог же он силой приволочь Цин Яня в Город Фэнхуан. За причинение вреда омегам карал сам Бог Природы.
Отклонив просьбу Тери, Цин Янь вместе с Лэем вернулся в их лагерь. Вот только за их спинами неотступно тащилась парочка надоедливых хвостов в лице Сяо Лу и Цзя Вэня. Они объясняли это благородной целью — защищать несовершеннолетнего Цинлуаня, предназначенную судьбой пару Сяо Лу. Правда, сам Цзя Вэнь выглядел при этом каким-то чересчур мрачным и угрюмым.
http://bllate.org/book/29522/3589814
Готово:
