Почему он здесь оказался?
Взгляд Цан У задержался на межбровье юноши: там не было и следа отметины, свойственной Человеку-драгоценному камню.
Бай Ян запустил детектор колибри. Судя по данным проверки, у парня не было никаких признаков мутации, а уровень загрязнения...
Тот подумал, что ему мерещится, невольно потер глаза и всмотрелся еще раз, после чего недоверчиво разинул рот.
Уровень загрязнения составлял всего один процент...
Это... да как так...
Цан У тоже это заметил, но он был куда опытнее Бай Яна. Раньше им уже доводилось встречать людей с уровнем загрязнения ниже десяти процентов. Академия наук проводила исследования, но не обнаружила ничего ценного. К тому же по мере усиления контактов с заражением или обострения эмоций показатели загрязнения таких людей неизбежно ползли вверх, ничем не отличаясь от обычных смертных.
Если уж говорить начистоту, им просто везло.
Если Обычный человек оказывается в пустоши вдали от городов, его ждет лишь одна участь — быть поглощенным заражением. Цан У понятия не имел, как тот сюда забрёл, но раз у парня не было мутации, он был обязан прийти на помощь.
— Начать спасательную операцию.
Отдал приказ Цан У.
Лу Сиань тоже все видел. Услышав это, он тут же помрачнел:
— Нельзя! Сколько времени мы на это потеряем! Никаких остановок, продолжаем движение в сторону города Сишань!
С какой стати ему тратить свое время на какого-то Обычного человека!
Возражения Лу Сианя не стали для Цан У неожиданностью, однако его собственные решения не менялись в угоду кому бы то ни было — даже столь высокопоставленному Человеку-драгоценному камню.
— Согласно Положению о взаимопомощи в условиях апокалипсиса, в любое время и в любом месте военные обязаны активно вести спасение людей, не представляющих угрозы и не подвергшихся мутации от загрязнения. За нарушение при наличии неопровержимых доказательств виновный будет отправлен на суд в Золотую Гигантскую Башню.
— Господин Лу, ради вашей безопасности наш отряд обязан вести видеозапись от начала и до конца. Если правда всплывет наружу, для вас это вряд ли обернется чем-то хорошим.
Лу Сиань плотно сжал тонкие губы и с недовольством посмотрел на него:
— Ты мне угрожаешь? Думаешь, я испугаюсь? Сдались тебе эти глупости, все в корне неверно! Я сказал: спасать нельзя, значит — нельзя. Я хочу посмотреть, кто посмеет меня судить, когда придет время!
Услышав его вспышку гнева, Бай Ян и остальные не посмели возразить и лишь предпочли хранить молчание.
На самом деле Лу Сиань был прав. Как Человек-драгоценный камень 2-го уровня, он обладал весомым авторитетом, и если бы действительно стряслась беда, крупную неприятность наверняка замяли бы на месте.
И все же... как жаль этого юношу...
Цан У нахмурился, глядя на Лу Сианя. Своенравный, эгоистичный, совершенно не уважающий чужую жизнь — не будь тот Человеком-драгоценным камнем, его бы наверняка давно списали со счетов.
— Выполнить спасение.
Лу Сиань слегка широко распахнул глаза, не ожидания, что даже при столь жестком требовании с его стороны Цан У попросту проигнорирует его слова.
С тех пор как он стал Человеком-драгоценным камнем, его жизнь текла как по маслу, окруженная всеобщей любовью и обожанием. Где и когда он сталкивался с подобным холодным приемом?
— Ах ты! Ну погоди у меня!
Лицо Лу Сианя покраснело от гнева, но поделать он ничего не мог. Он отправился в путь в нарушение правил, а теперь они уже вовсю находились в зоне контроля Крепости Хоуту, где не было никакой возможности связаться со своими последователями через средства связи. Иначе, будь он пойман, последствия оказались бы непредсказуемыми.
Видя, что машина меняет курс, ему оставалось лишь проглотить эту обиду. Ничего страшного, настанет день, когда эти люди еще приползут к нему за помощью!
Бай Лу с первого взгляда раскусил его намерения, чуть закусил губу и отправил Цан У сообщение:
— Сейчас у нас всего три драгоценных камня, если что-то случится, справиться будет непросто. Человек-драгоценный камень очень важен для нас, ссориться с ним не с руки.
Он искренне сочувствовал тому ни в чем не повинному юноше, но жизни товарищей по отряду были для него куда важнее.
Цан У прекрасно все понимал, однако проигнорировать человеческую жизнь лишь ради чьей-то капризной прихоти — вот что казалось ему по-настоящему нелепым.
Именно поэтому он не любил иметь дело с Людьми-драгоценными камнями: пользуясь всевозможными привилегиями, они напрочь забывали о долге.
— Доберемся до города Сишань, я приобрету еще драгоценных камней.
Заметив его упрямство, Бай Лу больше не стал уговаривать командира.
Юань Мао вскоре услышал звук мотора, остановился и настороженно огляделся.
Кто эти люди? Чего они хотят? Как ему себя вести?
Вопросы роились в голове один за другим, заставляя тело каменеть от напряжения.
Лучше бы шел пешком дальше...
Автомобиль остановился, и из него выпрыгнул высокий мужчина. На нем был камуфляжный костюм, черные кожаные берцы, стрижка под ежик и белые перчатки. Волевые, спокойные черты лица невольно заставляли рассеять бдительность.
Цан У приблизился к юноше, и на него накатила странная, не поддающаяся описанию волна.
Приближаясь, аура парня стала отчетливей, словно чистый родник, вливающийся в иссушенные вены, разглаживая боль в каждом сантиметре меридианов и принося с собой приятный, щекочущий зуд.
Он чувствовал себя странником, не бравшим в рот ни капли воды несколько сотен лет. Столкнувшись с оазисом сладкой прохладной влаги, он мог лишь с огромным трудом сдерживать охватившую его жажду.
Долгое молчание заставило Юань Мао смутиться до такой степени, что хоть сквозь землю провались...
Что сказать, чтобы не было так неловко?!
Порыв ветра заставил его, одетого лишь в тонкую пижаму, судорожно обхватить себя за плечи.Цан У пришел в себя, его взгляд задержался на межбровье юноши, а затем быстро переметнулся на его бледное личико.
Он снял куртку, подошел и, почти не дыша и с трудом совладав с дрожащими руками, накинул на него свою верхнюю одежду.
— Цан У, командир Легиона Пламени Ассоциации Сияющего Солнца. Наш пункт назначения — город Сишань, если хочешь, можешь отправиться с нами.
Юань Мао плотнее запахнул одежду, и ее тепло наконец заставило его перестать дрожать. Столкнувшись с проявлением доброты со стороны Цан У, он не знал, что сказать, и мог лишь кивнуть.
Ему хотелось поблагодарить его, но слова застряли в горле и никак не шли наружу.
Скорее бы добраться до города Сишань! Стоит лишь найти жилье и спокойно обосноваться там, как ему больше не придется ни с кем общаться!
Заметив равнодушную реакцию юноши, Цан У поджал губы и не стал ничего больше говорить. Он просто провел его к машине и заботливо открыл перед ним дверь.
Юань Мао забрался в салон.
Сколько же здесь людей...
Четыре пары глаз, словно лучи прожекторов, уставились на него, отчего он занервничал настолько, что мышцы на лице перестали его слушаться.
Знал бы, ни за что не пошел!
Чрезмерное гостеприимство
В отличие от нервничающего Юань Мао, Бай Ян и остальные словно погрузились в горячий источник: теплая, живительная влага просачивалась в кожу, постепенно смывая мелкую боль. Легкое тепло поднималось из глубин тела, словно перышко, скользящее по обожженной коже. Прежняя острая боль от укусов смягчалась, растворяясь в мягкой дымке, которую прохладное дыхание вытягивало нить за нитью.
Они отчетливо чувствовали, что эта сила исходила от юноши. Неукротимая жадность сжала их сердца, заставив от голода покраснеть глаза.
Заполучить его, заполучить...
Цан У нахмурился, и капля искр упала на тыльную сторону ладони Бай Яна, мгновенно заставив их опомниться от жгучей боли.
Он спрыгнул вниз и вытащил Бай Яна с водительского сиденья:
— Садись назад, я поведу. Пусть... он сядет на пассажирское.
Бай Ян виновато выпрыгнул из машины и не удержался, украдкой бросив взгляд на Юань Мао. Заметив его холодное выражение лица, он по-прежнему чувствовал внутреннее возбуждение, но уже не смел вести себя вольготно.
Как странно: у парня явно нет драгоценных камней, и никакого физического контакта не было, почему же от него исходит такое невероятное ощущение комфорта?
В последнее время его боли только усиливались, и если бы не покупка драгоценных камней, с трудом помогавшая держаться на плаву, он, пожалуй, уже не смог бы это вытерпеть.
Но эффект от драгоценных камней по сравнению с нынешними ощущениями был просто каплей в море, их даже сравнивать было нельзя.
Хотя он и знал, что дышать бесполезно, он всё равно не мог удержаться и жадно хватал ртом воздух, желая поймать как можно больше аромата юноши.
Бай Лу не выдержала и толкнула его локтем:
— Возьми себя в руки, не пугай его!
На этот раз на лице юноши уже не было прежней бледности — от удовольствия оно покрылось легким румянцем, словно распустились завядшие лепестки цветка, напитанного влагой.
Он тоже хотел приблизиться к юноше, но тот выглядел холодным, явно не одобряя их вторжения в его личное пространство.
По сравнению с ними, Ночной Филин вел себя относительно спокойно: лишь крепко прижал к себе ружье, не сводя с Юань Мао горящего взгляда.
Юань Мао устроился на переднем сиденье. Хотя взгляды, устремленные на него сзади, по-прежнему доставляли ему дискомфорт, необходимость смотреть на них в упор отпала, и он почувствовал себя намного свободнее.
Разве местные жители не слишком навязчивы? Почему они все время пялятся на него?
Эх, до чего же тяжело...
Лу Сиань проводил взглядом каждого, запечатлев в памяти их выражения лиц, и кипел от внутреннего недовольства. Подумать только, какой-то обычный человек, а все внимание почему-то приковано к нему!
Будучи Человеком-драгоценным камнем, он неизменно оказывался в центре всеобщего внимания, куда бы ни направлялся. Но теперь его главенствующую роль отнял какой-то обыкновенный смертный, с чем Лу Сиань никак не мог смириться.
— Цан У, не забывай о своей миссии. Как только мы приедем в город Сишань, я никому не позволю задерживать меня в пути!
Услышав это, Юань Мао мысленно возликовал. Прекрасно! Здесь слишком много людей, от них уже начинает не хватать воздуха. Когда они разойдутся в разные стороны, он просто найдет себе тихий уголок и засядет там ракушкой, и тогда ему больше никогда не придется сталкиваться ни с какими социальными проблемами.
Спасибо тому, кто внес это предложение, он просто замечательный человек!
Цан У взглянул на всё сильнее напрягшееся тело юноши, и в его глубоких глазах мелькнуло раздражение.
Он не знал, в какую переделку попал парень, но сейчас тот явно находился в самом уязвимом положении. Он с таким трудом нашел того, кто мог бы его защитить, а ему тут же отдают приказ о выселении — несомненно, это было сродни унижению.
Лу Сиань по-прежнему оставался донельзя капризным и своевольным!
— Весь маршрут должен подчиняться моим планам.
Лу Сиань никак не ожидал, что даже столь разумную просьбу Цан У отклонит. Недовольно прищурившись, он перевел взгляд на Юань Мао, источая враждебность.
Он же даже не Человек-драгоценный камень, почему эти люди смотрят на него с таким жгучим и благоговейным трепетом!
Нет, он не намерен проглатывать эту обиду, они еще у него попляшут!
Когда заходящее солнце мазнуло по горизонту последним багровым мазком, из вечерней дымки внезапно проступили очертания города.
Собираясь сотнями, пирамидальные здания напоминали огромные черные скопления кристаллов, по поверхностям которых змеились синеватые потоки энергии.
Энергетический барьер образовал над городом полупрозрачный Купол, сквозь который то и дело проносились пульсирующие световые лучи, похожие на падающие звезды.
http://bllate.org/book/29475/3582574
Готово:
