Мо Цзинтан сжался в уголке рта, изображая удивление: У, учитель?
Шэнь Яньчжи посмотрел на обломки жетона на земле и спросил Мо Цзинтана: Не ранен ли?
Мо Цзинтан ответил: Ученик всё это время ждал здесь учителя, какие уж тут ранения?
Шэнь Яньчжи поднял осколки жетона и произнес: Как же он разбился?
Мо Цзинтан внезапно поддержал себя за поясницу и многозначительно протянул: Да так... на ногах не устоял, случайно упал.
Лицо Шэнь Яньчжи застыло, и только тогда он заметил пыль и грязь на коленях и локтях Мо Цзинтана. Он помог тому дойти до кровати и усадить, исцелил духовной силой раны на теле Мо Цзинтана и велел: Отдыхай как следует и ни в коем случае не выходи из дома.
Сказав это, он поспешил на заднюю гору.
Стоило фигуре Шэнь Яньчжи скрыться из виду, как Мо Цзинтан с наслаждением закатался по кровати. Этот Шэнь Яньчжи — ну до чего же непроходимый глупец, как он до сих пор не может разобраться, кто кого сверху укладывал?
Мо Цзинтан вовсе не собирался послушно ждать Шэнь Яньчжи в комнате. Тайком последовав за ним на заднюю гору, он хотел посмотреть, придется ли Шэнь Яньчжи по душе этот роскошный подарок, который он ему преподнес.
Задняя гора издавна считалась запретной землей, и демоническую энергию там всегда сдерживала Секта Цинсюань. В конце концов, у кого выше способности, тот и трудится больше.
Сто десять лет назад в Высохшем море десяти тысяч преисподних произошла Война Бессмертных и Демонов. Шэнь Яньчжи в одиночку уничтожил девять десятых демонов и тяжело ранил Владыку демонов Лю Чэня. С той поры его грозная слава прогремела на весь мир, не зна S*WVчивая равных, и он стал фигурой в Секте Цисюань, против которой никто не осмеливался возразить.
Когда Война Бессмертных и Демонов подошла к концу, Мо Цзинтан было восемь лет. Шэнь Яньчжи забрал его с поля боя обратно в горные врата, и рассказы о геройских подвигах Шэнь Яньчжи намозолили мальчику уши до предела. Больше всего ему запомнилась одна любопытная байка.
Говорили, что когда Шэнь Яньчжи только попал в Секту Цисюань, она еще не звалась Цисюань, а была Сектой Люсюань.
Шэнь Яньчжи оказался переменной величиной, которую Глава секты Цзин внезапно привел с собой. В первый же день во вратax Глава секты Цзин основал ради него новое направление и живьем переименовал Люсюань в Цисюань.
Кто такой этот Шэнь Яньчжи? С какой стати к нему относились с таким особым почтением? Из-за этого в те времена его жутко недолюбливали в секте.
Но, к счастью, за него заступался Глава секты Цзин. Глава секты Цзин относился к нему как к собственному ребенку: они вместе ели и жили, вместе уходили в затворничество для культивации, вместе отправлялись на закалку вне стен обители. Их отношения были настолько хороши, что все вокруг завидовали, поговаривая, будто Шэнь Яньчжи опоил Главу секты Цзин приворотным зельем.
Пока в один прекрасный день Шэнь Яньчжи внезапно не сошел с ума и не попытался убить Главу секты Цзин.
Глава секты Цзин стоял во главе Секты Тяньсюань, и тогда они сцепились прямо внутри Секты Тяньсюань так яростно, что небо потемнело и земля затряслась. Талант Шэнь Яньчжи и впрямь не шел ни в какое сравнение с возможностями обычных людей: не прошло и нескольких десятков лет культивации Бессмертия, как он уже мог сражаться на равных с Главой секты Цзин, обладавшим тысячелетним стажем бессмертного.
Шэнь Яньчжи наносил удары наотмашь, пытаясь насмерть зарубить противника. Видя, что Секта Тяньсюань вот-вот будет снесена до основания, Глава секты Цзин наконец остановил бой и громко завопил: Цинсюань, я же шучу, я не из Расы демонов!
Оказалось, что Глава секты Цзин просто хотел испытать, твердо ли сердце Шэнь Яньчжи на Пути Дао, и замаскировался под представителя Расы демонов. Кто же знал, что Шэнь Яньчжи ни капли не дорожит старой привязанностью — стоило ему услышать про Расу демонов, как он тут же вознамерился лишить того жизни.
После этого случая Глава секты Цзин больше не устраивал Шэнь Яньчжи никаких проверок, а напротив, поручил ему подавлять демонов на задней горе.
Ни у кого в секте не возникло возражений против такого решения.
Потому что все собственными глазами видели: к Расе демонов Шэнь Яньчжи питает непреклонное отношение — лучше совершить ошибку и убить невиновного, чем позволить кому-то ускользнуть.
—
Барьер на задней горе уже рухнул, и когда подоспели остальные Бессмертные Владыки, демоническая энергия бушующим потоком рвалась наружу.
Стоя к остальным спиной, Шэнь Яньчжи перевел дыхание, собрал внутреннюю энергию, сложил пальцами заклинание, и мощнейшая духовная сила взрывной волной вырвалась из его тела — он прямо в этот момент заново укреплял барьер.
Находившихся на месте учеников, еще не прошедших Закладку основания, отбросило чудовищной духовной волной так, что они едва держались на ногах и спешно отступали назад. Снаружи оставались лишь несколько Бессмертных Владык да старшие ученики, которые преграждали путь вырвавшейся и рассеивающейся демонической энергии и уничтожали ее.
Большую часть демонической энергии Шэнь Яньчжи загнал обратно, поэтому их работа казалась относительно легкой.
Глава секты Цзяньсюань Цзи Цяньжэнь вздохнул: Какая же надежная опора этот Цинсюань! Такое ощущение, что еще через пару лет, когда Цинсюань вознесется и станет божеством, я, старая кость, смогу спокойно уйти на покой.
Глава секты Усюань Цю Гунъи тоже отозвался: И то верно, и то верно. Гляжу я, здесь больше нет никаких проблем, пойду-ка я поем.
Брови Главы секты Яосюань Лянь Цина сошлись на переносице тугим узлом: Вы все только на него и полагаетесь! Если он в один прекрасный день рухнет, боюсь, для Секты Цисюань и небо рухнет!
Цзи Цяньжэнь возразил: Эй-эй-эй, Яосюань, ну что за речи ты заводишь, слушать противно. Мы же просто констатируем факт, с какой стати ты с бухты-барахты пророчишь беду Цинсюаню?
Лянь Цин взмахом веера рассеял сгусток демонической энергии и пристально вгляделся в Шэнь Яньчжи. Барьер вокруг того, сотканный из насыщенной духовной силы, медленно смыкался. На самом подходе к завершению Лянь Цин не хотел заговаривать, чтобы не отвлекать товарища, как вдруг до его слуха донесся вопль о помощи: Учитель, спасите!
Все повернули головы и увидели, как блуждающий вокруг сгусток демонической энергии стремительно несет прямо на Мо Цзинтана!
Эта демоническая энергия поглотила немало других подобных сгустков и уже постепенно обретала плоть, напоминая очертаниями человека. Лянь Цин как раз собирался прийти на помощь, но Мо Цзинтан, словно потеряв рассудок от страха, напролом бросился внутрь барьера.
В тот самый миг, когда он влетел за барьер, духовная сила содрогнулась, Шэнь Яньчжи выплюнул кровь и бессильно опустился на колени. Убедившись, что Мо Цзинтан невредим, он, превозмогая бушующую в теле бурю духовной энергии, заделал последнюю трещину.
Сгусток демонической энергии врезался в барьер и обратился в прах.
А Мо Цзинтан, пробежав всего лишь половину пути и увидев, что барьер восстановлен, неожиданно цыкнул языком: Какая скука.
Шэнь Яньчжи, покрытый холодным потом, оказался перед ним: Почему ты... оказался здесь?
Мо Цзинтан выпалил первое, что пришло на ум: Ученик переживал за учителя.
Лицо Шэнь Яньчжи побледнело, и большей частью вовсе не от усталости, а от испуга, пережитого из-за Мо Цзинтана: В столь опасные места без моего разрешения приходить запрещено.
Мо Цзинтан поднял взгляд: А если пришел — что с того? Разве учитель не защитит меня?
Шэнь Яньчжи оцепенел и хриплым голосом произнес: Защищу. Но учитель, возможно...
Не сможет защищать тебя вечно.
Тело Шэнь Яньчжи страшно ослабело. Лянь Цин неожиданно рывком притянул его к себе и обрушил на него шквал упреков: Шэнь Яньчжи! Что я тебе говорил, твоя духовная сила даром достается или твоя жизнь ничего не стоит?! После восстановления такого барьера сколько у тебя осталось духовной энергии?!
Его голос постепенно стихал: Такую вещь, как духовная сила, если не можешь занять у меня, нельзя было попросить у кого-нибудь еще?! У тебя, мать твою, больше нет Духовного корня, если так и дальше расходовать силы, дождешься дня, когда они иссякнут до капли, и тогда твой земной срок подойдет к концу!
Шэнь Яньчжи ответил: Раз барьер рухнул по моей вине, то и чинить его, естественно, должен я.
http://bllate.org/book/29474/3582454
Готово:
