Синьянь сейчас могла бы без труда столкнуть с себя ту, что прильнула к её телу, но, повернув голову и взглянув на раскрасневшееся лицо Сяо Ян, почувствовав, как та в нетерпении извивается, она остановилась. Синьянь и сама испытывала подобное, как же ей было не понять, что творится с Сяо Ян? Эта девушка была пьяна и не осознавала, что происходит, но сама Синьянь тоже выпила того вина со «спецдобавкой» и, конечно, прекрасно знала, откуда взялось это мучительное желание.
Жар внутри самой Синьянь разгорался всё сильнее, она тоже была вовсе не бесчувственна… Да и ладно… Синьянь вздохнула и, потянувшись, сама расстегнула молнию на боку платья, позволяя девушке, которая совершенно не соображала, что делает, сорвать с неё одежду, а затем ответила на поцелуй, когда Сяо Ян жадно прильнула к её губам.
Сяо Ян не знала, сколько времени она боролась с ощущениями, похожими на тысячи маленьких водоворотов, и, глухо застонав, с силой прильнула к гладкой, словно бараний жир, груди перед собой. Почувствовав вторжение в своё тело, она испытала боль, странное смущение и стыд, но вместе с тем не смогла сдержать нахлынувшего удовольствия и восторга. Ей хотелось отстраниться, отпрянуть, но в то же время она вовсе не желала лишаться этого чувства — противоречивые эмоции приводили её в возбуждение, даря радость, перемешанную с тревогой.
В тот момент, когда Сяо Ян поцеловала эту женщину, она уже знала, кто перед ней. Но осознание того, что это та самая королева из университета, отнюдь не вызвало в ней страха или желания отдалиться — напротив, Сяо Ян захотела её ещё сильнее, а возбуждение лишь усилилось. Ощущая под собой ту, чья красота была совершенна в каждой черте и поражала воображение, Сяо Ян принялась блуждать руками по её телу, находя те же самые чувствительные места.
Следуя за ощущениями собственного тела и инстинктам, Сяо Ян невольно повторяла то же, что королева делала с ней. Легкие прикосновения сменялись глубокими, неистовыми ласками. Движения Сяо Ян вторили движениям Синьянь, становясь то тяжелее, то легче, то быстрее, то медленнее. Внезапно волна безудержной страсти накрыла её, точно удар молнии, не оставив ни времени на раздумья, ни возможности подготовиться. Сяо Ян, испугавшись незнакомого ощущения, жалобно заскулила, не зная, что ей делать с собой и как совладать с нахлынувшими чувствами.
Синьянь почувствовала, как тело Сяо Ян внезапно напряглось, и, поняв её испуг и потерю контроля, погладила девушку по спине, тихо прошептав на ухо:
— Тише… всё хорошо… не бойся… это не больно…
Вторя словам Синьянь, Сяо Ян с силой припала к её шее, издав из горла сдавленный звук:
— Фу… м-м… Синьянь… Синьянь…
Неоновые огни за огромным панорамным окном были скрыты за плотными темными шторами, и доносившийся издалека шум города совершенно не беспокоил двух сплетенных в объятиях красавиц. Волны жара накатывали одна за другой, и, к изнуряющему пламени страсти прибавилась сладость близости, заставившая их неустанно искать друг друга. Нежные, переливчатые стоны ещё долго отдавались эхом в этой незнакомой комнате.
***
Синьянь ещё во сне почувствовала нечто странное. Она лежала не на самой удобной постели, да и воздух вокруг был совсем не таким, как в её привычном уютном доме. Тело ощущалось необычно — появилась какая-то слабость, как после сильной усталости, но при этом чувствовалась какая-то странная легкость. Вдобавок ко всему, тело казалось неестественно тяжелым.Фу Синьянь внезапно пришла в себя, тут же открыла глаза, и её взгляд мгновенно стал ясным и чистым — ничто в ней не выдавало человека, который ещё мгновение назад погружённый в глубокий сон. Вспомнив ощущения из сновидения, она перевела прекрасные глаза и посмотрела по сторонам — так и есть: тёмная макушка уткнулась ей в шею и плечо, а тёплое, ровное дыхание щекотало кожу. Хозяин этой головы одной рукой накрыл пышную грудь Фу Синьянь, а согнутой ногой придавил её бедро, так что почти половина его тела лежала поверх неё. Этот человек превратился в живое одеяло для Фу Синьянь, в то время как вещь, по идее выполнявшая роль того самого одеяла, была отброшена спящим в сторону — лишь краешек ткани прикрывал её талию и ноги, обнажая большую часть тонкой, белоснежной спины.
Ощутив тяжесть, Фу Синьянь без всяких церемоний задрала ногу и откинула её в сторону — Сяо Ян тут же, словно мячик, отлетела в угол. Однако та даже не проснулась: лишь почувствовав резкое изменение температуры, Сяо Ян слегка шевельнулась. Перевернувшись и словно инстинктивно чуя, где находится источник тепла, она заерзала, подбираясь ближе, и снова вернулась под бок к Фу Синьянь. Затем протянула руку, полностью заключая Фу Синьянь в объятия, и не забыла потереться лицом об эту мягкую, прильнувшую к телу пуховую перинку.
Фу Синьянь всегда отличалась холодностью к людям, в глазах окружающих она неизменно оставалась недосягаемой и неприступной. Редко кто осмеливался столь бесцеремонно нарушать её личные границы, не говоря уже о тех, кто после ледяного отталкивания осмеливался снова прильнуть к ней. Фу Синьянь никогда прежде не сталкивалась с подобным и сейчас была совершенно растеряна. Возможно, её разум ещё не до конца протрезвел после алкоголя и не обрел прежней ясности…
Не успела Фу Синьянь толком обдумать, как реагировать на происходящее, как Сяо Ян — та самая, что спала крепким сном, была оттолкнута, перевернулась, совершила круг и полностью пришла в себя — открыла глаза. Первым, что предстало её взору, была нежная, словно тофу, гладкая кожа, а следом она отчётливо ощутила, как её собственное тело прижимается к мягкому девичьему торсу. Сяо Ян подняла взгляд на обычно недосягаемую, похожую на величественную королеву Председателя Фу, которая сейчас лежала под ней, тесно соприкасаясь с ней кожей к коже, и воспоминания прошлой ночи хлынули наружу, как содержимое прорванного мешка — от абсолютной пустоты до вспыхнувшего в одно мгновение буйства красок.
Прошлой ночью… Эта интимная близость, слияние губ и дыхания. Её собственные неукротимые вздохи и тихие, сладкие стоны Фу… Они сжимали друг друга в объятиях, доставляя взаимное наслаждение, пока обе не погрузились в головокружительный экстаз, а затем свернулись калачиком в объятиях друг друга, мелко дрожа. Самое первобытное сплетение тел, самое стихийное сердцебиение пронеслись в сознании с отчётливостью киноленты. Сама мысль об этой прекрасной, запретной и манящей картине заставляла сердце трепетать, а волну жара — приливать к лицу и растекаться по всему телу, пока оно не покраснело целиком.
Сяо Ян чуть ли не подскочила, приподнявшись на полусогнутых руках, раскрасневшаяся, тяжело дышащая и заикающаяся: — Ты!.. Мы вчера… Председатель Фу… Фу Сяо… Фу… — Сяо Ян собиралась назвать её Председателем Фу, но, вовремя затормозив и даже не начав говорить то, что хотела, принялась запинаться, совершенно не представляя, как к ней обратиться.
Что это вообще за ситуация сейчас? И кем они друг другу приходятся? Разве она не председатель совета директоров университета? Но разве бывают такие председатели, чьи тела соприкасаются столь интимным образом? Или называть её мисс Фу? Обращаться мисс к той, что всего несколько часов назад разделяла с ней страсть и наслаждение? А как ещё её назвать, сразу по имени Фу Синьянь? Осмелиться назвать по имени Председатель совета директоров, старшую дочь семьи Фу, прекраснейшую и холоднейшую королеву светских кругов Фу Синьянь? Разве это не самоубийство!
http://bllate.org/book/29243/3551990
Готово:
