Услышав это, Сюань Юй улыбнулась — она вдруг вспомнила, как в былые времена, стоило трём малышам попасть в беду, первыми на месте неизменно оказывались Фубо и Юй Инин.
— Да быть того не может. С характерами Юй Инин и Фубо они бы непременно вломились в обитель Верховного правителя Лишу и выволокли его наружу, чтобы живьём содрать шкуру и кости переломать ради забавы.
— Разве Учительница настолько кровожадна? — проглотив пилюлю, от которой ей сразу стало намного лучше, подступилась с расспросами Юэ Мин.
— Ты о которой из своих учительниц?
Сюань Юй протянула ей платок и велела вытереть с лица пыль, оставшуюся от недавней схватки с И Цин.
— Об Инин и Фубо.
— Ох, эти две…
Сюань Юй с загадочным видом погладила себя по подбородку:
— До того как стать Сымин, Юй Инин была закалённым в боях генералом и служила под началом великих императоров и Владык-Дицзюней, обладавших высочайшим старшинством. На поле брани она отличалась невероятной свирепостью — бессчетное число демонов и нечисти сгинуло под ударами её меча Циншуан. Ну а что до Фубо…
Сяньцзинь сама подхватила нить разговора:
— Великий Владыка Гоучэнь — та ещё грозная сила. В юности она тоже какое-то время служила в военных частях, и те семьдесят-восемьдесят тысяч лет умудрённых опытом императоров и Владык-Дицзюней вылепили её характер под стать Юй Инин. В эпохи хаоса она мастерски обращалась со своим кнутом Яньчжи, сокрушив немало демонических тварей.
Трое малышей, которые никогда прежде не бывали на поле боя и не заглядывали во Дворец Вэньхуа за архивами прошлых лет, впервые услышали о боевом прошлом своих наставниц. Все они слушали с жгучим любопытством, надеясь, что обе правительницы расскажут что-нибудь ещё. Однако обе они таинственно покачали головами и со вздохом сожаления умолкли.
— Хотите узнать — идите и спросите сами, — бросила на ходу Сяньцзинь, после чего подтащила околачивавшегося неподалёку и бросавшего камешки Маленького божественного владыку прямым ходом к Сюань Юй.
Конечно, то, что они услышат из уст тех двоих, наверняка будет изрядно приукрашено, но всё же лучше спросить напрямую.
Правительница Цинъян твёрдо решила не признаваться, что ей просто лень рассказывать.
— Разве это не…? — И Цин, заметив боковым зрение, как Сюань Юй от скуки присела на корточки рядом с Маленьким божественным владыкой и принялась полистать старинный трактат, застыла в крайнем недоумении.
Разве это не Десятое высочество? Почему он не сидит в Высшем Мире?
Сюань Юй с абсолютно невозмутимым видом принялась нести чепуху:
— Ничего особенного, просто спустилась в мир смертных поглазеть.
И Цин протяжно выдохнула, а заметив, что Сюань Юй явно не настроена вдаваться в подробности, допытываться не стала.
— Нам пора, — Сяньцзинь подошла ближе и слегка подтолкнула парочку — взрослую и маленькую.
Сюань Юй подняла на неё взгляд, уперлась ладонями в колени, поднимаясь на ноги, и, сделав вид, будто не замечает вытянувших шеи троих малышей, попрощалась с ними.
Трое юнцов проводили взглядами удаляющиеся фигуры двух правительниц и одного Маленького божественного владыки, погрузившись в глубокие раздумья.
Юй Цзяо невольно вспомнила недавние слухи, ходившие по Высшему Миру.
Неужели тридцатилетнее сердце Хунлуань и впрямь дрогнуло?
.
Маленький божественный владыка украдкой косился на шедшую впереди Сюань Юй: за щекой у неё пряталась засахаренная слива, в руке был зажат трактат, а шла она, полностью полагаясь на подсказки Сяньцзинь, которая вовремя направляла её шаги.
Он решительно не мог сопоставить этот образ со свирепой Правительницей Белый Тигр, что совсем недавно наводила ужас на водяных змей у реки Чжаньцзян.
Смертные предания всё пели о тех же учёных да лисицах-оборотнях — за тысячелетия в них ничего не менялось. Сюань Юй начиталась их столько, что уже могла цитировать концовку наизусть, и потому всякий интерес к чтению у неё пропал, так что она просто забросила это дело.
Сяньцзинь скосила на неё глаза:
— Что такое?
— Ничего. Впереди Живописная галерея длиной в десять ли, пройдём её — и выйдете к постоялому двору. Там и передохнём.
— Ты словно бы отлично знаешь эти места? — Сяньцзинь обратила внимание на её непринуждённый тон.
Сюань Юй заложила руки за спину и попыталась принять важный вид старейшины:
— Живописная галерея застала на веку смертных множество династий. За последние двадцать лет я не пропускала ни единого спуска в нижний мир, и это место всегда было на месте — даже название не изменилось.
— Бывала здесь много раз?
Сюань Юй поджала губы и промолчала. В прежние времена она спускалась вниз либо ради истребления нечисти, либо чтобы бесчинствовать по всем окрестностям вместе с Шаоцином. Ей же было не с руки признаваться Сяньцзинь, что большую часть времени она проводила просто забавы ради.
— Места здесь крутые, смертные гибнут часто, да и нечисти хватает.
А раз нечисти полно, то почему бы и нет? Впрочем, она и не утверждала, будто спускается сюда исключительно ради охоты на демонов; порой устранение пары чудищ шло просто попутно, так что в её словах не было ни капли лжи.
Успокоив совесть этой мыслью, Сюань Юй почувствовала себя чуть увереннее.
Сяньцзинь не стала глубоко копать, лишь коротко отозвалась и умолкла, а спустя какое-то время протянула ей какое-то птичье перо.
— Держи. Выпало у птенца феникса из нашей стаи. Если носить при себе, по защитным свойствам оно почти не уступает тому барьеру, что я выставила для тебя в прошлый раз.
Поразмыслив немного, Правительница Цинъян добавила:
— Будет тебе ответным подарком за тех кроликов, что ты мне дала.
Перо феникса было мягким на ощупь, а переплетение красных и синеватых оттенков выглядело на удивление гармонично. Сюань Юй на мгновение замерла, но отказываться не стала — приняла перо и одарила спутницу улыбкой:
— Спасибо.
Маленький божественный владыка во все глаза уставился на перо феникса, а затем жалостливо перевёл взгляд на Сяньцзинь — на его лице буквально было крупными буквами написано «я тоже хочу».
Сяньцзинь окинула его взглядом, осталась безмолвна и уверенно зашагала дальше.
Заметив такую реакцию, Маленький божественный владыка едва не расплакался и послушно поплелся следом с глазами на мокром месте.
Сюань Юй, шедшая позади них, уже потянулась было складным веером к лицу, чтобы спрятать улыбку, но тут вспомнила, что её веер по-прежнему находится у Сяньцзинь, и ей пришлось поспешно сгладить уголки рта.
Откуда ей было знать, какой силой обладают перья птенцов феникса? К тому же оперение молодняка обычно однотонное — сплошь алое, отнюдь не такое цветастое. На самом же деле это перо принадлежало самой Сяньцзинь.
Фениксы теряют перья точно так же, как тигры линяют. Сама Сяньцзинь уже и не припомнила, когда именно лишилась этого пера.
Судя по тому, что оно обнаружилось в мире меча, это случилось в ту пору, когда из-за проделок Таоу Дворец Цзычэнь отрядил её в Северный отряд военачальником, отправив на самый Крайний Запад караулить Цюнци.
Тогда Сяньцзинь до крайности утомил попутный Куймулан, целыми днями докучавший ей своими выходками. Она обернулась истинной формой и наотрез отказывалась слезать с дерева уньтун в мире меча — судя по всему, перо выпало как раз тогда.
Что же до Куймулана, одного из семи созвездий под началом Правительницы Белый Тигр, то, как позже упоминала Цин Юй, он попал на эту должность не совсем стандартным путем.
Просто в те дни людей катастрофически не хватало, и Дворец Цзычэнь передал ему вакантный пост божества созвездия Куй, пустовавший уже шесть тысяч лет.
О дальнейших событиях она слышала уже от Фубо: вернувшись с Крайнего Севера, Сюань Юй из-за этого дела явилась прямо во Дворец Цзычэнь и закатила грандиозную ссору тамошним старикам. А вот одержала ли она верх в том споре, Фубо утаил, и Сяньцзинь оставалось только гадать.
http://bllate.org/book/29231/3551016
Готово:
