— Да.
Шэнь Ичэнь никак не ожидала такого ответа. Она предполагала услышать множество напыщенных причин: например, что это слишком хлопотно, что риски слишком высоки и ими невозможно управлять, или что игра не стоит свеч.
Но... разве собеседница не слишком честна? Эта прямота так легко и непринужденно выкладывалась перед незнакомой соседкой по квартире, словно намекая, что теперь можно перейти к более глубоким и откровенным беседам.
Шэнь Ичэнь не была против возможности лучше узнать человека, но сейчас момент был совершенно неподходящий: снующие туда-сюда сотрудники только мешали бы такому разговору. Она уже начала жалеть, что задала вопрос так рано — стоило подождать, пока они вернутся на съемную квартиру.
— Пойдем.
Заметив, что Шэнь Ичэнь молчит и неизвестно о чем думает, Е Угуй бросила это короткое слово и первой направилась к выходу. Шэнь Ичэнь тяжело вздохнула и послушно последовала за ней.
Между ними снова воцарилось молчание, главным образом потому, что на этот раз и Шэнь Ичэнь не знала, что сказать. Она совершенно не могла раскусить эту девушку, а мстить ей пока не планировала, поэтому и не собиралась докучать бесконечной болтовней.
Шэнь Ичэнь шла вслед за Е Угуй, но, свернув за пару кварталов, вдруг почувствовала неладное: дорога казалась совсем не той, что в прошлый раз.
— Рынок впереди.
Словно почувствовав недоумение Шэнь Ичэнь, внезапно произнесла Е Угуй.
— ...Э?
Услышав растерянный возглас, Е Угуй обернулась и увидела, что Шэнь Ичэнь снова витает в облаках, хотя только что вроде бы пришла в себя.
— Что хочешь на ужин? — спросила Е Угуй.
— А... ну... — Шэнь Ичэнь заставила свой мозг заработать вновь, неизменно размышляя лишь о том, как бы заставить кого-то угостить ее бесплатным ужином. — Без разницы?
Увидев, как та мучается от сомнений, Е Угуй уточнила:
— Мм, но...
Шэнь Ичэнь опустила голову, а затем украдкой бросила на собеседницу из-под ресниц лукавый взгляд.
— Но?
Е Угуй не поддалась на эту уловку и ответила всё тем же холодным тоном — во всяком случае, предложения «я угощаю» от нее дождаться не стоило.
— Я не умею готовить.
Шэнь Ичэнь снова подняла взгляд на соседку и слегка прикусила нижнюю губу.
— ...Я приготовлю, — равнодушно бросила Е Угуй, отводя взгляд в сторону.
— Тогда...
— Ты передумала ужинать? — снова подала голос Е Угуй.
Если бы та ответила, что не хочет есть вместе, можно было бы заявить, что она сама тоже не голодна, и спокойно вернуться к дошираку. На этом всё бы и замялось... К тому же в дальнейшем не пришлось бы переживать, что отказ от нормальной еды покажется соседке странным — можно и дальше утверждать, что питаешься лапшой быстрого приготовления прямо в комнате. А мусор? Мусор можно выбрасывать раздельно, и тогда ничего подозрительного не останется. Ну а раз они все равно заглянули на рынок, то для видимости приличия сделано уже достаточно.Увы, её тон был слишком холодным, из-за чего это прозвучало как допрос. Шэнь Ичэнь боялась, что та разозлится, но при этом совершенно не могла угадать её мысли, поэтому решила: если сейчас же во всём не разобраться, то о бесплатном ужине можно и не мечтать — даже платный ужин упорхнёт по воле ветра.
А ведь она действительно проголодалась.
— Кхе... Это ведь А... Аа, да?
Поразмыслив некоторое время, Шэнь Ичэнь наконец вспомнила это слово и моргнула, глядя на Е Угуй.
Они всё-таки живут под одной крышей, изо дня в день то и дело сталкиваются нос к носу, а чудеса навроде манны небесной просто так не случаются — пожалуй, не стоит и тешить себя несбыточными надеждами.
— ...
Е Угуй снова погрузилась в молчание. Судя по виду Шэнь Ичэнь, та вовсе не горела желанием трапезничать вместе с ней: даже привычная славная улыбка на её лице сейчас казалась немного натянутой, но собеседница всё же произнесла эти слова.
— Так что ты хочешь съесть?
Ладно, подумалось Е Угуй, ей вроде бы жаловаться тоже не на что. Поужинать вместе так вместе, ничего страшного в этом нет, просто хлопотно немного. Продолжая шагать вперед, она снова задала вопрос.
Шэнь Ичэнь шла рядом с Е Угуй, осторожно косясь на неё, и заметила, что выражение лица спутницы никак не изменилось — всё такое же мрачное, как и обычно.
Чудесно, пока оно не стало ещё мрачнее, можно считать это успехом. Шэнь Ичэнь с облегчением выдохнула и наконец всерьёз задумалась о том, чего же ей хочется поесть, а подумав, невольно облизнула губы.
— Жареная говядина со стеблями лотоса.
Шэнь Ичэнь наконец вспомнила название этого блюда и тут же беззастенчиво выпалила его.
Это было первое блюдо, которое она отведала после пробуждения, и вдобавок единственное бесплатное угощение, доставшееся ей благодаря бесстыдной настойчивости. И хотя сразу после той трапезы последовало наказание — её выбросили за пределы Барьера Управление по борьбе с нечистью, предоставив самой заботиться о пропитании, — нельзя было отрицать, что то блюдо оказалось настолько невероятно вкусным, что врезалось ей в память. Из-за этого даже воспоминания о том, как её выставили за дверь сразу после еды, казались не столь уж унылыми.
Неужели ей снова посчастливится это отведать? Размышляя об этом, Шэнь Ичэнь вновь облизнула губы. Хотя вести себя столь бесцеремонно было, пожалуй, не совсем вежливо, вряд ли же та сможет отказать ей в столь скромной просьбе...
Шэнь Ичэнь подняла голову и посмотрела на идущую рядом Е Угуй. Когда спутница, сделав ещё несколько шагов, наконец перевела на неё взгляд, Шэнь Ичэнь озарила её милой улыбкой, а её глаза, изогнутые полумесяцами, замерли в ожидании.
...
Е Угуй на мгновение умолкла. В конце концов, когда-то она изучила лишь пару простых домашних рецептов — исключительно ради того, чтобы поначалу слиться с человеческим обществом, а на большее её уже не хватило. Позже она поняла, что одинокая жизнь и отсутствие еды никак на ней не сказываются, и вовсе перестала готовить.
Она никогда не пробовала блюдо, которое назвала Шэнь Ичэнь, и даже не слышала о нём; по одному лишь названию можно было лишь догадаться, что это жареное кушанье, требующее к тому же дорогой говядины.
— Что... нужно для этого блюда?Е Угуй спустя какое-то время спросила:
— Э? Разве сестрица не умеет... Ну ладно, давай приготовим что-нибудь другое.
Хотя она так говорила, в её глазах уже читалось явное разочарование. На этот раз Шэнь Ичэнь вовсе не притворялась несчастной намеренно, пытаясь заставить собеседницу пойти на уступки — она просто искренне, не в силах сдержаться, огорчилась из-за блюда, которое так и не попробует.
— ...Ничего страшного, говори. Наверное, смогу приготовить.
Ладно, раз уж она давненько не готовила, всё равно придётся заглядывать в рецепты — какая разница, что именно делать... Глядя на то, как уголки прежде изогнутых глаз Е Угуй вмиг опустились, та была вынуждена произнести это вслух.
Теперь она начинала жалеть, что вообще притащила Шэнь Ичэнь на овощной рынок лишь ради того, чтобы доказать наличие у неё нормальной человеческой жизни. То, что можно было спокойно уладить в ближайшем мини-маркете на первом этаже, теперь загнало её в тупик.
Изначально она искала сожительницу, чтобы сэкономить, но теперь казалось, что каждый месяц придётся раскошеливаться ещё и на общую еду. В таком случае куда дешевле было бы жить в одиночку.
Однако раз уж зашло до такого, Е Угуй никак не могла выставить Шэнь Ичэнь за дверь, обрекая её ночевать на улице.
Шэнь Ичэнь была не в силах разглядеть скрытую досаду за неизменно холодным выражением лица девушки, а потому лишь продолжала мысленно восхищаться тем, как Е Угуй, пугающая на вид, на самом деле оказалась невероятно добрым человеком, и одарила её благодарной улыбкой.
Ресницы пару раз дрогнули, круглые глаза-абрикосы согнулись для Е Угуй в полумесяцы, а уголки губ изогнулись в красивую дугу.
Прекрасно. Теперь, даже если не умеешь готовить, придётся научиться.
Е Угуй посмотрела на сияющие глаза Шэнь Ичэнь, приоткрыла рот, но её губы снова сжались в прямую жесткую линию. Она зашагала дальше вглубь рынка, прислушиваясь к тому, как спутница щебечет у неё над ухом о необходимых ингредиентах, а затем с воодушевлением расписывает, насколько вкусным получится это блюдо.
— Вон там есть мелкий перчик.
В самом центре рынка стоял такой шум, что, когда Шэнь Ичэнь окликнула Е Угуй, та ничего не услышала. Тогда девушка слегка потянула за подол рубашки Е Угуй и указала на соседний прилавок. Пока Е Угуй покупала перец, Шэнь Ичэнь принялась озираться по сторонам в поисках побегов лотоса и говядины, а спустя мгновение снова вернулась к ней и, прильнув к самому уху, зашептала, спрашивая, так ли уж быстро всё находится и что говядина, кажется, продаётся впереди.
Её голос звучал так близко, что можно было ощутить даже её дыхание. Е Угуй на мгновение остолбенела, и пока её мысли замерли, в голове крутилась лишь одна странная мысль: почему её голос всегда звучит так липко и сладко?
Прошла едва ли не секунда, прежде чем тело Е Угуй снова ожило. Она привычно расплатилась, подняла пакет с перцем и выпрямилась. Шэнь Ичэнь снова заглянула ей в глаза и произнесла, что хотела бы ускориться, но после её слов Е Угуй осталась стоять на месте. Подумав, что та её просто не расслышала, Шэнь Ичэнь без лишних церемоний взяла её за рукав и потянула вперед.
Немного раздражает... Но ладно.
По крайней мере, этот восторженный вид доказывал, что все её слова сейчас были искренними. Подумав об этом, Е Угуй опустила взгляд и снова посмотрела на Шэнь Ичэнь, которая всё ещё держала её за рукав.
Заметив её взгляд, Шэнь Ичэнь тут же сладко улыбнулась и подняла голову. Её сверкающие глаза напоминали приманку, заманивающую в глубь вод: стоило лишь ослабить бдительность, как тебя тут же утянет на дно.
Что же делать? Ещё со вчерашнего вечера она ощущала от Шэнь Ичэнь ту самую ауру, которая прежде появлялась так часто, а в последнее время куда-то исчезла... Это была аура божественной силы.
Пусть и совсем слабую, но она могла её различить. Вчерашнюю крупицу она ещё могла бы списать на собственное заблуждение, но сегодня эта аура стала достаточно плотной, и Е Угуй даже определила её источник — ту странную коробку с лимонным чаем.
Кто ей её дал? На этот вопрос собеседница ей так и не ответила.
Но в любом случае, выгонять сейчас Шэнь Ичэнь означало бы спугнуть змею, заставив её затаиться в траве. Е Угуй отвела взгляд от чересчур ярких, почти слепящих глаз девушки.
Как бы то ни было, пока что всё останется по-прежнему. Не нужно придавать этому слишком много значения, вести себя как обычно — прямо как сейчас. Всё, что от неё требуется — это приготовить то блюдо, которое хочет Шэнь Ичэнь.
Глава 11. Ужин
Обе вернулись в арендованную квартиру. Е Угуй посидела всего пару минут и сразу принялась за готовку. Шэнь Ичэнь покрутилась по кухне под предлогом помощи, но помещение было слишком тесным, и, видя, как Шэнь Ичэнь то и дело шарахается из стороны в сторону, уступая ей дорогу, Е Угуй попросту выпродворила её.
Шэнь Ичэнь с чистой совестью вернулась в гостиную и уселась на диван.
Какая жёсткая, но всё же мягче пола, — лениво подумала Шэнь Ичэнь и включила телефон.
«Спускайся».
Стоило экрану загореться, как на нём появилось сообщение от У Ин. Шэнь Ичэнь вздрогнула, подошла к окну и выглянула наружу, но никого не увидела.
«Госпожа У Ин, где вы?»
«Внизу. Спустишься — узнаешь».
Шэнь Ичэнь скривила губы. И впрямь использует её как бессловесное орудие — даже не удосужилась объяснить, зачем зовёт.
Помимо того, чтобы горько вздохнуть о том, что маленький полубессмертный лишен каких-либо божественных прав, Шэнь Ичэнь ничего не оставалось. Ей пришлось снова направиться к выходу.
— Куда это ты?
Е Угуй только что закончила резать овощи, до закладки в вок было ещё далеко, а маринующаяся говядина требовала времени, поэтому она решила выйти и попить воды. Едва шагнув из кухни, она увидела, как Шэнь Ичэнь украдкой приоткрывает дверь. Хотя та старалась действовать тихо, старая железная дверь всё равно издала резкий, скрипучий звук, привлекая к себе всё внимание.
http://bllate.org/book/29134/3540915
Готово:
