Проходя мимо рабочего стола начальника Хэ, Цинь Янь мимоходом бросил на него небольшой пакетик с чаем:
— Тот чай, о котором мы говорили вчера, я так и не распробовал, начальник Хэ, оцени-ка сам.
Он одной рукой расстегнул пуговицу пиджака, опустился на диван и с горькой улыбкой произнес:
— Вчерашним вечером я, казалось, выпил совсем немного, да только заехал в компанию забрать вещи и не заметил, как отключился прямо в офисе. Если бы не парни из моего отдела, которые нашли меня и отвезли домой, разве смог бы я сегодня так бодро прийти к тебе и разговаривать?
— Ох, тогда генеральному директору Цинь стоит поберечь здоровье, — молодая сотрудница у входа принесла Цинь Янь и Тан Ли воды. — Начальник, в следующий раз вам нельзя позволять генеральному директору Цинь пить столько алкоголя.
— Поглядите-ка, я совсем её разбаловал! В любую минуту норовит вставить слово, — со смешанными чувствами упрекнул начальник Хэ. — Иди работай, документ, который тебя просили набрать, еще не готов.
Девушка чуть за двадцать показала язык, состроила Тан Ли умиротворяющий глазок, словно ища союзника, и вернулась на своё место.
— А то, что подчинённые такие живые и бойкие — разве не заслуга любезного и мягкого руководителя?
Улыбка на лице начальника Хэ стала шире — ему по душе пришлось это замечание.
— Мне ещё учиться и учиться у начальника Хэ. Посмотрите на моего спутника: такой серьёзный, во время работы всё делает предельно тщательно, а вчера, когда вез меня домой, не проронил ни единого лишнего слова. Одинокому человеку даже некому поворчать в ухо, — на словах Цинь Янь вроде бы упрекал Тан Ли, но на деле исподволь давал начальнику Хэ понять, что приведённый им человек — ответственный, толковый и умелый парень. К тому же он мягко польстил начальнику Хэ, похвалив его человеческие качества и лад в семье.
Подобная лёгкая и непринуждённая похвала радовала куда больше, чем прямые и грубые дифирамбы. У начальника Хэ даже брови взлетели от удовольствия, и, разумеется, он перевёл взгляд на Тан Ли.
Тан Ли скромно произнёс:
— Начальник Хэ.
Это было точь-в-точь как когда родители выводят ребёнка в свет и при встрече со знакомым говорят: поздоровайся с дядей.
Хотя на душе у него скребли кошки, он понимал, что сейчас на арене правил Цинь Янь. Тот выстраивал отношения с начальником Хэ, начиная с сокращения возрастной дистанции — в этой продуманности таился и расчёт, и наставление. Быть просто дизайнером, прекрасным и чистым, как лиана, свысока поглядывающим на бренный мир и презирающим суету, конечно, можно, но с таким благородством в человеческом обществе не выживешь. Чтобы добиться славы и успеха, приходится вариться в пыли смертного мира.
Начальник Хэ окинул Тан Ли оценивающим взглядом с головы до ног и кивнул:
— Неплохой парень.
В мысленном реестре начальника Хэ мгновенно появилась новая визитная карточка. У начальника Хэ была одна маленькая слабость — он любил сводить людей и выступать сватом, а полезных связей среди незамужних девушек и неженатых парней у него имелось в избытке. Увидев Тан Ли, он тут же мысленно повесил на него ценник: рост выше метра восьмидесяти — и приукрашивать не нужно, смазливый, место работы вполне достойное... Глядишь, в один прекрасный день парень пригодится, и удастся свести кого-нибудь с кем-нибудь.
Тан Ли вежливо улыбнулся в ответ и присел с краю, молча слушая беседу Цинь Яня и начальника Хэ. Со стороны казалось, что Цинь Янь и впрямь заглянул сюда лишь для того, чтобы поболтать с приятелем. Не привлекая к себе внимания, Тан Ли взял со столика бутылку минеральной воды, отвинтил крышку и поставил рядом с рукой Цинь Яня, а затем взял другую бутылку для себя и сделал глоток. Под предлогом того, чтобы поднять голову и попить, он бегло окинул взглядом кабинет и, заметив на экране компьютера секретарши открытый документ, мысленно всё понял. Текст в черновике гласил: Стандарты питания для сотрудников штаба строительного управления Музея Дунчжоу.
Утолив жажду, он опустил глаза, легонько потирая большими пальцами пластиковую бутылку.
Беседа Цинь Яня и начальника Хэ продолжалась недолго. Ближе к концу начальник Хэ, будто вспомнив о чём-то внезапно, попросил сотрудницу распечатать документ, протянул его Цинь Яню и сказал:
— Осталось каких-то десять с небольшим дней, времени маловато, но если получится вовремя прислать проект — почему бы и не поучаствовать.
Цинь Янь взял тонкий лист бумаги формата А4, и на мгновенье его улыбка холодно дрогнула — если бы Тан Ли не следил за ним неотрывно, то решил бы, что ему просто померещилось.
— Большое спасибо, начальник Хэ. У нас в компании ещё есть дела, так что не будем больше отвлекать, поедем. В следующий раз обязательно пропустим по чашечке вместе.
— Ха-ха-ха, только чай, давай лучше чай! — начальник Хэ поднял свой термос, до конца отыгрывая роль заботящегося о здоровье мужчины среднего возраста.
Стоило им выйти из кабинета, как улыбка на лице Цинь Яня сделалась фальшивой маской, а в машине она и вовсе испарилась. Он сосредоточенно вглядывался в лист А4, и его брови постепенно сходились на переносице.
— В офис.
Тан Ли коротко бросил:
— Угу, — и завёл мотор ещё до того, как Цинь Янь успел отдать приказ.
Даже испытывая раздражение, Цинь Янь не стал распускать галстук. Помимо нахмуренных бровей и промозглой атмосферы, в нём не было заметно никаких трещин — ни намёка на эмоции. Машина выехала из старого района на проспект Пинхэ и влилась в транспортный поток. Хотя час пик еще не наступил, на проспекте по-прежнему было людно, а перед светофорами неизбежно возникали небольшие заторы.
Миновав очередкой красный свет, Цинь Янь позвонил кому-то и бросил пару фраз:
— Я скинул тебе документ на фото, предварительное рассмотрение двенадцатого июля. У нас осталось тринадцать дней. Угу, приеду — сразу соберём совещание, пусть старый Чжу тоже подтянется. Угу-угу, ладно, ты оповести его. Ага, тут небольшая пробка, рассчитывай минут через сорок быть на месте. Ладно, давай пока, отбой.
В зеркале заднего вида Тан Ли заметил, что выражение лица Цинь Яня разгладилось, а в уголках глаз и на бровей залегла усталость. Похмельное недомогание никуда не делось, его просто искусно запрятали внутрь, но теперь, когда напряжение спало, оно ударило с новой, лавинообразной силой. Цинь Яню явно было плохо, и Тан Ли поневоле нахмурился.
— Генеральный директор Цинь, на заднем сиденье есть термос для настаивания, — сказал он.
Цинь Янь нащупал термос, как велели.
— Что это? — спросил он, уже отвинчивая крышку.
Оттуда пахнуло теплом, явив миру суп из белых грибов с ягодами годжи. По разбухшим, разваристым кусочкам грибов с первого взгляда было ясно, что они вышли нежными и разваристыми.
— Когда ты успел это приготовить?! — удивился он.
— Утром. Бросил всего один маленький кусочек леденцового сахара, попробуй, как по сладости?
— Тогда я не буду церемониться.
Сладковатый, густой суп из белых грибов оказался не только идеальной температуры, но и в самый раз по сахару: не приторный до тошноты, но и не пресный. То, что приготовил Тан Ли, угодило ему прямо в сердце. Ничто не могло утешить лучше, чем порция тёплого сладкого супа в минуту душевного раздражения.
— Маленький Тан наверняка будет отличным мужем, ты всё делаешь с такой заботой, — восхищённо произнёс Цинь Янь.
http://bllate.org/book/28834/3487373
Готово:
