Алые капли брызнули из-под лезвия, которое только что отделилось от раны.
Правый рукав Ин Руши оказался разорван ветром от клинка, а на ладони пролегла длинная, глубокая борозда. До кости не достало, но края плоти вывернулись наружу, и если присмотреться, можно было заметить тонкую сеть мелких разрывов — словно по коже проползла багровая сороконожка.
Пэй Цзи перевел взгляд на его обнаженное запястье: там отчетливо виднелся точно такой же шрам, напоминающий сороконожку, разве что оставленный уже много лет назад.
В этом мире лишь одно оружие могло нанести столь специфическое увечье — Клинок Уцзю, что сейчас сжимал в руке Пэй Цзи. Это лезвие было выковано Цзян Динкунем специально для убийств: не только невероятно острое, но и снабженное у кромки рядом мелких зубцов. С первого взгляда их почти не видно, но стоит такому клинку полоснуть человека, как он неминуемо вырвет кусок плоти.
— Я действительно не ошибся... — он поднял глаза на Ин Руши и вдруг улыбнулся. — А ведь это и правда ты.
Слова прозвучали тише шепота. Кроме них двоих, никто, даже Лу Гуййти, стоявшая в десяти шагах, не могла их расслышать.
Она сидела в беседке, не в силах пошевелиться, но видела всё отчетливо. Мастерство обоих было почти равным: Пэй Цзи наступал агрессивно и властно, а Ин Руши защищался безупречно, не оставляя ни единой лазейки. Если бы они действовали сообща, их твердость и мягкость дополнили бы друг друга, создав идеальный тандем, но, увы, они были врагами. Пэй Цзи с первой же секунды обрушил на противника смертоносные приемы, а Ин Руши не отступил ни на шаг. Столкновение двух таких мощных стихий едва не привело к обоюдной гибели.
Лишь когда они прекратили бой, Лу Гуййти осмелилась выдохнуть — тот самый воздух, что застрял у неё в горле, а спина уже успела промокнуть от холодного пота.
— Господин Пэй, — она выдавила из себя слабую улыбку, — разве вы не... отправились в горы Вэйшань?
В записке были четко указаны время и место передачи товара. Когда Лу Гуййти решила отправиться в горы Цаншань на поиски Ин Руши, это стало идеальным шансом покинуть город Юэчжоу. Она никак не ожидала, что Пэй Цзи будет следовать за ней по пятам. Если бы она хоть на мгновение задумала побег в пути, последствия были бы немыслимы.
— Горы Вэйшань, конечно, стоят того, чтобы их исследовать, но если бы мне приходилось заниматься всем лично, то за что тогда получают жалование мои подчиненные? — Пэй Цзи, не переставая смотреть на Ин Руши с полуулыбкой, добавил: — Ни отбросов, ни предателей Стража Ночных Сов в своих рядах не терпит.
Ин Руши хранил мрачное молчание, лишь кровь стекала по краю его ладони.
Лу Гуййти была достаточно проницательна, чтобы заметить странную атмосферу между ними. Вспоминая детали их схватки, она с ужасом поняла: хотя они бились безжалостно, их движения и приемы были до боли знакомы друг другу. Даже то, как они закончили бой, было пугающе синхронным, будто они не боялись, что противник нанесет удар исподтишка. Если это не взаимное уважение, то лишь глубокое знакомство.
— Почтенный Ин, вы...
— Зачем ты к нему обращаешься? — прервал её Пэй Цзи. — Ты хоть знаешь, кто он такой?
Лу Гуййти помедлила секунду и ответила:
— Разумеется, это хозяин беседки Цуйвэй в горах Цаншань, почтенный Ин Руши.
Пэй Цзи наконец не выдержал и расхохотался, полный сарказма, но насмешка его была направлена вовсе не на Лу Гуййти.
— Хорошее имя, Ин Руши — «воспринимать всё как есть», чистота помыслов, постижение истинной реальности... Прекрасное имя, жаль только, ты его не достоин, — Пэй Цзи холодно усмехнулся. — За эти три года хозяин беседки Цуйвэй прославился на весь цзянху, слухи о нем доходили до меня даже в Кайпин... Знай я заранее, что это ты, я бы непременно пришел в гости с богатыми дарами.
Сделав паузу, он взглянул на Лу Гуййти:
— Похоже, вы действительно не сообщники. Иначе твои скрытые метательные иглы уже давно полетели бы в меня. Пока он сковывал меня спереди, по крайней мере половина из семи твоих игл, пронзающих кости, достигла бы цели.
Лу Гуййти похолодела, и спрятанное в руках оружие едва не выпало на землю. Она не то чтобы не думала о нападении на Пэй Цзи, но не могла предугадать настрой Ин Руши и не была уверена в успехе, поэтому и выжидала. Оказалось, она только что чудом миновала врата ада.
Она растерянно посмотрела на Ин Руши. При первой встрече его манеры казались ей ясными и естественными, подобно ветру и луне, но она забыла, что ветер между пальцами и луна в воде — лишь призрачные отражения.
— Ин... кто ты такой на самом деле?
С тех пор как беседка Цуйвэй появилась в цзянху, бесчисленное множество людей пытались разузнать подноготную Ин Руши, но он словно возник из пустоты. Теперь же, когда Лу Гуййти впервые заглянула за край этой тайны, она не почувствовала облегчения — напротив, её охватил безотчетный страх.
Ин Руши достал чистый платок и принялся перевязывать рану, по-прежнему молча. Пэй Цзи же перестал улыбаться и чеканя каждое слово произнес:
— Тот, кого вы называете почтенным Ин, на самом деле — Ли Юанькун.
Ли Юанькун.
Лу Гуййти судорожно начала вспоминать отрывочные сведения об этом человеке. Сначала она остолбенела, затем ее лицо побледнело, а по спине пробежал ледяной холод, словно плоть терзали ядовитые насекомые. Пэй Цзи назвал имя бывшего Командующего Стражей Ночных Сов — Ли Юанькуна!
Предшественницей Стражи Ночных Сов был отряд смертников армии Янь, созданный и возглавляемый Бучжи Сэном. Этот человек был доверенным советником Цзян Динкуня, коварным и непостижимым. У него было два ученика: Ли Юанькун, которого он воспитывал с малых лет, и Пэй Цзи, пришедший к нему позже. Если говорить о близости и старшинстве, Ли Юанькун всегда стоял выше Пэй Цзи.
Восемь лет назад Цзян Динкунь узурпировал власть, основал династию со столицей в Кайпине, и отряд смертников был преобразован в Стражу Ночных Сов. Бучжи Сэн порекомендовал своего старшего ученика Ли Юанькуна на пост Командующего и вручил ему Клинок Уцзю. В то смутное время Ли Юанькун принял на себя бесчисленные удары, оберегая Цзян Динкуня, и под его руководством Стража Ночных Сов разрослась, опутав все провинции незримой сетью, от которой не могли вздохнуть ни двор, ни простой народ.
Однако в четвертый год эры Бэньчу, в июле, Цзян Динкунь был убит в императорском дворце на горе Линшань. Никто из сопровождавшей его охраны не избежал наказания, Ли Юанькун был смещен с должности и брошен в тюрьму, где сгинул из виду, после чего Пэй Цзи занял его место.
Ходили слухи, что Ли Юанькун и Пэй Цзи, будучи соучениками, не испытывали братских чувств. Их характеры и методы работы были диаметрально противоположны; они открыто сотрудничали, но тайно соперничали, и их взаимная неприязнь была секретом полишинеля. Поэтому, когда Ли Юанькун исчез, многие решили, что Пэй Цзи попросту убил его.
Кто бы мог подумать, что Ли Юанькун не только жив, но и стал Ин Руши?
Кровь окончательно отхлынула от лица Лу Гуййти. Она знала: некоторые тайны могут слышать только мертвецы.
Как и ожидалось, Пэй Цзи, раскрыв истинную личность Ин Руши, перевел взгляд на неё и холодно бросил:
— Этот человек — предатель Стражи Ночных Сов. Раз ты была с ним, тебе не избежать кары за укрывательство!
— Но вы же только что сказали...
Лу Гуййти внезапно всё поняла. Пэй Цзи, конечно, видел, что она не заодно с Ин Руши, но он был одержим поисками украденной Кости Линлун. И тут, в самый ответственный момент, он столкнулся со своим заклятым врагом-предателем, а она оказалась под рукой как подозреваемая. Если он сможет повесить на них всех вину и уничтожить свидетелей, то даже не найдя Кость Линлун, он найдет, что ответить перед высшим руководством.
Она лишилась дара речи, а Пэй Цзи снова рассмеялся.
Четыре года назад в громком деле о Мече Защиты Жизни Ли Юанькуна обвинили не только в халатности, но и в связях с мятежниками. Если бы не заступничество Бучжи Сэна, он бы точно расстался с головой. И даже тогда он не избежал наказания: по правилам Стражи Ночных Сов, его ждали пытки тремя клинками, шестью иглами и восемнадцатью плетьми, причем исполнителем назначили Пэй Цзи. Но прежде чем тот успел расправиться с ним, Ли Юанькун бежал из водной тюрьмы. И вот, спустя годы, их встреча произошла в такой критический момент — как тут не обрадоваться?
Смеясь, Пэй Цзи левой рукой потянулся к поясу, где была спрятана специальная сигнальная стрела. Одним движением можно было выпустить её в небо, и звук свистка разнесся бы на десять ли, после чего верные ему элитные отряды, затаившиеся неподалеку, немедленно прибыли бы на подмогу.
— Погоди, — наконец произнес Ин Руши.
Пэй Цзи издевательски отозвался:
— Испугался?
Ин Руши кивнул:
— Даже муравьи дорожат своей жизнью, как же нам, людям мира сего, не бояться смерти?
Услышав это, Пэй Цзи усмехнулся:
— Тогда тебе следовало действовать раньше. Убить меня, не считаясь с ценой, прежде чем сигнальная стрела взмыла в небо.
Ин Руши покачал головой:
— Я не уверен, что смог бы победить тебя, к тому же, когда я основал беседку Цуйвэй, я дал клятву больше не убивать.
— Странно, ведь я слышал, что за эти три года те, кто вставал у тебя на пути, закончили жизнь ничуть не лучше мертвецов, — Пэй Цзи снова ядовито ухмыльнулся. — Или ты хочешь молить меня о пощаде? В конце концов, мы были соучениками. Если вспомнишь об Учителе и встанешь на колени, прося о милости, может, я и позволю тебе уйти.
Хотя он и говорил это, в глазах его сквозила еще большая злоба.
Ин Руши вздохнул:
— Прошло четыре года, а ты всё так же заставляешь людей выбирать лишь между двумя путями. Но в этом мире тысячи дорог, и не всё делится на лево и право.
В этих словах слышалось наставление, но Пэй Цзи лишь сильнее возненавидел подобный тон. Терпение его лопнуло, он поднял руку, чтобы выпустить стрелу, но Ин Руши добавил:
— Ты всё еще хочешь вернуть Кость Линлун?
Движение Пэй Цзи замерло. Он обернулся и бросил на Лу Гуййти пронизывающий взгляд.
От одного этого взгляда Лу Гуййти прошиб озноб, она поспешно начала оправдываться:
— Вещь действительно не у меня!
Ин Руши сказал:
— Она не лжет. Она пришла ко мне, надеясь, что я помогу ей узнать правду.
— Узнать правду? — Пэй Цзи усмехнулся. — Ты? И на каком основании?
Лу Гуййти, которая в отчаянии хваталась за любую соломинку, сейчас не знала, что сказать, но услышала, как Ин Руши произнес:
— Ты убил Вэнь Ляна не только за то, что он заслужил смерть, но и потому, что он не желал произнести ни единого слова, верно?
О том, что Вэнь Лян был убит Пэй Цзи, а весь Зал Цуньцао стерт с лица земли, Лу Гуййти сама недавно рассказала Ин Руши. Но она знала об этом лишь со слов самого Пэй Цзи, не зная истинных причин, и, хотя сомневалась в правдивости его слов, не имела доказательств.
Сейчас Ин Руши говорил с такой уверенностью, что даже Пэй Цзи был поражен.
Быстро обдумав всё, Пэй Цзи опустил руку и спросил:
— Что ты делал, выйдя из гор? И по чьей просьбе?
— Если я скажу, разве это будет звучать так же убедительно, как если бы ты догадался сам?
— Похоже, тех дедушку с внуком из семьи Фэн действительно спас ты.
— Кроме этой старика и ребенка, остальные тридцать четыре человека из Павильона Тунвэнь были убиты. Методы Зала Цуньцао действительно жестоки.
— Если бы не твое вмешательство, они бы уже давно воссоединились в мире ином, — отрезал Пэй Цзи. — Фэн Инь попросила тебя о помощи, неудивительно, что Вэнь Лян сплоховал. Но насколько я знаю, беседка Цуйвэй всегда избегала дел, связанных с императорским двором. Почему ты сделал для нее исключение?
— Когда я давал ей обещание, я еще не знал всей правды, — горько усмехнулся Ин Руши. — А когда понял, что госпожу Фэн и главу Зала Цуньцао многие годы связывали тайные узы, и у них даже есть общий сын, отступать было уже поздно.
Даже тигр не ест своих детенышей, и если такой человек, как Вэнь Лян, был готов подкупить кого угодно, лишь бы уничтожить семью Фэн, значит, за тайной, которую Фэн Инь унесла с собой в могилу, скрывается бездонный омут.
http://bllate.org/book/28801/3481498
Готово:
