Праздник вскоре подошёл к концу. Высоко в небе висела полная луна, испускавшая мягкое сияние, и лунный свет разливался по земле.
Цзян Яньшэн взглянул на часы, вращавшиеся в зале, и объявил об окончании пира.
Он хлопнул в ладоши, и каждому гостю подали специально приготовленный напиток, избавляющий от опьянения. Затем первый этаж высокой башни начал расширяться, и вдоль стен появилось множество комнат.
— Друзья, на сегодня наш праздник закончился. Уже поздно, пора отдохнуть.
Некоторые гости выглядели утомлёнными. Услышав его слова, они кивнули, встали, попрощались с соседями и направились к комнатам, на дверях которых стояли их имена.
Когда гости двинулись с места, парившие перед ними световые экраны последовали за ними. На экранах отображались настройки комнат башни и доступные услуги.
Цзян Яньшэн обо всём позаботился: экраны позволяли управлять многочисленными удобствами, связанными с питанием, одеждой, проживанием и передвижением. Он даже предусмотрел систему оказания экстренной помощи.
Часть гостей отправилась отдыхать, другие собирались уехать. Эти люди были слишком заняты, занимали особое положение и не могли надолго оставлять дела. Ещё во время разгара праздника несколько приглашённых уже по одному покинули башню.
Цзян Яньшэн поднялся и проводил собиравшихся домой до телепортационной платформы. Каждому он приготовил памятный подарок: собственноручно сделанные безделушки, выращенные им фрукты, сельскохозяйственные культуры и другие мелочи.
Подобные вещи гостям очень понравились. Хотя для высокорангового сверхъестественного существа вроде Цзян Яньшэна они почти бесполезны, для обладателей способностей ниже пятого ранга от них была немалая польза.
Те, кому пришлось уйти раньше, приняли подарки из его рук и, несколько смущаясь, принялись благодарить и обмениваться любезностями.
Ведь они и так приехали на праздник дегустации плодов, попробовали его плоды таинств, а теперь ещё уносили с собой столько всего. Неудивительно, что им стало немного неловко.
Они обменялись с Цзян Яньшэном контактами, решив при случае найти редкие местные диковинки и послать их ему в подарок.
Разумеется, Цзян Яньшэн с удовольствием согласился. В этом и заключалась суть дружеского обмена: ты даришь человеку что-то, он помнит о твоей доброте и отвечает своим подарком, а со временем вы становитесь ближе.
Когда Цзян Яньшэн вернулся в башню, на первом этаже уже не осталось и следа от пира.
Все разошлись по комнатам. Помещения в башне были просторными и имели полный набор удобств; предусмотрительный Цзян Яньшэн даже оборудовал тренировочные комнаты.
Он добавил всё, что только пришло ему в голову, чтобы друзья, приехавшие на праздник, могли при желании провести здесь несколько дней.
А вот заранее подготовленный аномальный дом так и не пригодился. Несколько любящих уединение друзей заинтересовались им, но сказали, что время позднее и им неловко снова утруждать хозяина просьбой провести экскурсию. Поэтому все поселились на первом этаже башни.
Перед каждым гостем парил световой экран с системой вызова. Если возникнет срочное дело, гости смогут в любой момент связаться с Цзян Яньшэном или Цинь Ияном.
Цзян Яньшэн подошёл к формации на первом этаже. Она вспыхнула, и его фигура переместилась на самую вершину башни.
Там Да Хэй лежал в аквариуме, закрыв себя песком и камешками, и безмятежно похрапывал.
Этим вечером он выпил очень много вина, причём некоторые сорта были весьма крепкими. Да Хэй пил совершенно беззаботно, даже не потрудившись рассеять опьянение духовной энергией или заклинанием, и в конце концов просто уснул пьяным сном.
Впрочем, ничего страшного. Завтра тренироваться всё равно не получится, так что можно воспользоваться хмелем и как следует выспаться.
Дойдя до раковины моллюска на верхнем этаже, Цзян Яньшэн скрестил руки на груди и с полуулыбкой посмотрел на Цинь Ияна, который дожидался его внутри, глядя затуманенными от выпитого вина глазами.
Этот парень тоже сегодня перебрал. Что поделать, молодёжь! Стоит устроить праздник со знакомыми, и они уже не могут себя сдержать, напиваясь до беспамятства.
Цзян Яньшэн выпрямился и посмотрел на едва соображающего Цинь Ияна, лежавшего на постели в раковине.
Через некоторое время тот вдруг, точно пьяный буян, широко раскинул руки, поднял их и несколько раз пошарил в воздухе, пытаясь что-нибудь схватить, но так ничего и не поймал.
Цзян Яньшэн смиренно вздохнул, слегка наклонился и позволил Цинь Ияну обнять его.
Уловив исходивший от того сильный запах вина, Цзян Яньшэн погладил его по голове.
Короткие волосы кололись. Он некоторое время так и стоял, но Цинь Иян не собирался отпускать. Тогда Цзян Яньшэн снова вздохнул, подхватил его, прижал к себе и отнёс в ванную.
Сняв одежду, они остались в тех же объятиях и встали под струи горячей воды.
Цинь Иян теперь вёл себя очень смирно: лишь обхватывал Цзян Яньшэна руками, больше ничего не предпринимая. Правда, от выпитого у некоторых частей его тела наблюдалось повышенное возбуждение.
Цзян Яньшэн рассеянно намыливал их обоих. При их уровне силы напиться было вообще непросто.
Стоило пустить в ход законы и внутреннюю энергию, как любое опьянение исчезло бы, даже от специально приготовленного им вина.
Разве что он поднимется ещё выше и сможет создавать вина высокого ранга при помощи законов и других особых сил либо использовать для этого исключительные ингредиенты.
Но Цинь Иян явно не собирался трезветь. Сегодня они с Да Хэем позволили себе редкую возможность полностью расслабиться, что случалось нечасто.
Смыв пену с обоих тел, Цзян Яньшэн посмотрел на Цинь Ияна, который продолжал крепко его обнимать. Дыхание парня касалось шеи и немного щекотало.
Мокрые волосы Цзян Яньшэна прилипли к лицу Цинь Ияна, отчего тот выглядел особенно покладистым.
Сейчас он напоминал большого пса, не желающего отходить от хозяина. Цзян Яньшэн применил заклинание, мгновенно высушив обоих, а затем без лишних движений перенёс их в раковину, обратившись в луч света.
Створки раковины сомкнулись. Цинь Иян, ещё не понявший, что произошло, растерянно лежал на мягкой постели.
Немного погодя он словно пришёл в себя и затуманенным взглядом посмотрел на Цзян Яньшэна. Обнимал он его всё так же крепко и, похоже, совсем не желал расставаться.
Цзян Яньшэн потёр пальцами его мочку уха, затем опустил голову и слегка прикусил выступающий кадык.
Шею Цинь Ияна охватывал ворот боевого костюма, поэтому укус пришёлся чуть выше. Его кадык дёрнулся, а глаза ещё сильнее затуманились и прищурились.
Он тихо кашлянул — не от боли, а от странного, мучительного ощущения в теле, которое алкоголь только усиливал. Ему захотелось согнуть ноги и отодвинуть Цзян Яньшэна.
Однако Цзян Яньшэн воспользовался этим движением. Цинь Иян прикрыл глаза одной рукой и крепко стиснул зубы. На его смуглой, пшеничного оттенка коже проступил нежный румянец.
Из горла Цинь Ияна вырвался невнятный звук. Он слегка нахмурился, а глаза заволокло влажной дымкой.
Видя, как Цинь Иян мучается от ощущений, Цзян Яньшэн смотрел на него сияющими глазами и не останавливался. Сейчас возлюбленный казался ему невероятно соблазнительным лакомством.
Часы в комнате отдыха продолжали тикать. Когда стрелки завершили полный круг, у обоих наконец наступила короткая передышка.
С довольным выражением лица Цзян Яньшэн опирался руками по обе стороны от Цинь Ияна. Глядя на его одурманенное лицо, он чувствовал, как грудь переполняется нежностью.
Его тело испустило мягкий свет. Ноги постепенно исчезли, уступив место длинному змеиному хвосту. Белоснежная чешуя с лёгким сиянием в свете жемчужины на своде раковины выглядела ещё красивее.
Цзян Яньшэн пошевелил сильным хвостом и обвил им одну ногу Цинь Ияна, а кончиком легонько пощекотал кожу. Но едва он собрался продолжить, как его прервал слегка обиженный голос Цинь Ияна.
Голос того немного охрип, однако эта хрипотца казалась Цзян Яньшэну необыкновенно притягательной.
— Брат, я так устал.
Обвивавший его ногу хвост замер. Цзян Яньшэн с сожалением ослабил объятия.
Он подцепил хвостом одеяло, накрыл им себя и Цинь Ияна, улёгся рядом и погладил его по голове. Его собственный голос тоже слегка охрип.
— Раз уж ты устал, сегодня отдохнём. Но потом тебе придётся меня порадовать! И надо же было сегодня так расшалиться и столько выпить. Если повторишь такое, сам знаешь, что тебя ждёт.
Цзян Яньшэн ещё что-то ворчал хрипловатым голосом, но едва он успел произнести несколько фраз, как Цинь Иян обнял его и крепко заснул.
Цзян Яньшэн беспомощно улыбнулся, ещё раз провёл рукой по ставшим мягкими во сне волосам Ияна, приглушил сияние жемчужины внутри раковины и тоже погрузился в сон.
Длинный белый змеиный хвост сам собой изогнулся и неспешно лёг на талию спящего рядом человека.
Когда хвост обвил Цинь Ияна за поясницу, тот, почувствовав неудобство, заворочался в объятиях Цзян Яньшэна. Его высокое тело теперь съёжилось у того на груди; выглядел он неловко и слегка обиженно.
Луна скрылась, взошло солнце. Протрезвевший Цинь Иян проснулся в раковине.
Почувствовав непривычные ощущения в теле, он открыл глаза и растерянно огляделся.
Он посмотрел на обвивавший его змеиный хвост, на чёрные мягкие волосы Цзян Яньшэна, которые придавил во сне, на самого Яньшэна, беззаботно спавшего рядом. Затем увидел следы на собственном теле — и воспоминания о вчерашнем вечере мгновенно вернулись.
Мочки его ушей покраснели так сильно, что казались горячими. Движение разбудило Цзян Яньшэна. Зевнув, тот с удивлением протянул руку и потёр раскрасневшуюся, налившуюся кровью мочку.
Их отношения были особыми, и лучше друг друга они почти никого не знали. Казалось бы, после вчерашней ночи Цинь Иян не должен был так смущаться. Цзян Яньшэн недоумевал.
Но вскоре он сообразил: вчера в башню приехали друзья Цинь Ияна, и близость сразу после дружеской встречи привела парня в замешательство.
Подумав об этом, Цзян Яньшэн медленно распустил кольца хвоста. Холодная чешуя скользнула по коже Цинь Ияна, заставив его резко вздрогнуть.
Он опустил глаза и проследил, как белый змеиный хвост удаляется от его тела. Слабо сияющая белизна хвоста резко контрастировала со здоровым пшеничным оттенком его кожи.
Хвост Цзян Яньшэна лениво качнулся, озорно очертил круг по рельефному животу Цинь Ияна и заодно прижал немного оживившегося «маленького Ияна».
Цинь Иян облегчённо выдохнул. Когда хвост окончательно отстранился, он повернулся на бок, больше не желая смотреть на Цзян Яньшэна.
Цзян Яньшэн пожал плечами, глядя на этот побег от самого себя, и сел. Створки раковины раскрылись, впуская ласковый солнечный свет.
Потянувшись, он с удовольствием подставил лицо тёплым лучам. Затем пригладил слегка растрепавшиеся длинные волосы и поманил рукой шпильку.
Шпилька несколько раз обернулась вокруг прядей, закрепляя причёску. После этого Цзян Яньшэн посмотрел на шкаф с открывшимися дверцами и, не слишком раздумывая, призвал свободный халат.
Хотя оба проспали всю ночь, их тела оставались совершенно сухими и чистыми. Даже после близости, когда кожа становилась липкой, одного заклинания было достаточно, чтобы вновь привести себя в порядок. Магия действительно изменила повседневную жизнь.
По сравнению с тем временем, когда он был обычным человеком, после овладения заклинаниями жить стало несравненно удобнее.
Накинув халат, Цзян Яньшэн неторопливо скользнул на змеином хвосте к зеркалу и осмотрел своё отражение.
Золотые змеиные зрачки под его пристальным взглядом начали изменяться и вскоре превратились в обычные человеческие глаза золотистого цвета.
Знак лотоса на его лбу стал ещё более распустившимся и мягко светился.
Халат сидел слишком свободно. Цзян Яньшэн решил, что являться перед гостями в таком виде неприлично, и переоделся.
Цинь Иян выбрался из раковины, прошёл мимо него и выбрал из шкафа удобное одеяние. Переодевшись, он бросил на Цзян Яньшэна косой взгляд, после чего демонстративно перестал обращать на него внимание и направился к телепортационной формации башни.
Подойдя к аквариуму, где спал Да Хэй, он вытащил змея и отправился с ним на утреннюю тренировку.
Все движения он выполнил плавно и уверенно, словно проделывал их тысячу раз. Лицо оставалось холодным и невозмутимым, будто он сердился.
Но Цзян Яньшэн заметил, что его налитые кровью мочки ушей так и не побледнели. Этот контраст с суровым выражением лица невольно заставил его тихонько рассмеяться.
Он не спеша отправился на площадку на самой вершине башни. Там пышно разросшиеся растения образовали плотное кольцо, окружив площадку со всех сторон.
Приборы для наблюдения за звёздами Цзян Яньшэн убирать не стал, хотя многие переделал, а также добавил множество удобных и приятных вещей.
Например, специально изготовил из бамбука ажурный подвесной диван. Внутри лежали мягкие подушки. Цзян Яньшэн сел и буквально утонул в них.
Прохладные утренние лучи коснулись его тела, и он блаженно прищурился. От лёгкого движения руки диван начал плавно раскачиваться взад-вперёд, а ветерок навеял на него новую сонливость.
Вокруг цвели цветы, наполняя воздух неповторимыми ароматами, а сочная зелень растений окружала его со всех сторон.
Немного покачавшись, Цзян Яньшэн поднял руку и призвал телескоп.
Он изменил настройки прибора и взглянул на свои владения. В поле зрения оказался Цинь Иян, беседовавший со своими друзьями.
Сейчас они проводили утреннюю тренировку. Что ни говори, военные остаются военными: ежедневно поднимаются рано, да и большую часть утра посвящают упражнениям.
Цзян Яньшэн продолжал смотреть в телескоп, наблюдая за их беседой. Ажурный диван при его движениях несколько раз покачнулся, однако изображение в окуляре оставалось совершенно устойчивым.
Цинь Иян и друзья будто обсуждали что-то важное, время от времени отвлекаясь на посторонние темы. А потом, посреди разговора, вдруг принялись сражаться.
Наверное, это была очередная обычная тренировка. За Цинь Ияна Цзян Яньшэн совершенно не беспокоился.
Но, кажется, он что-то забыл. Цзян Яньшэн озадаченно пригладил волосы, а затем вдруг вспомнил и хлопнул себя по лбу.
Он же забыл скрыть следы на теле Цинь Ияна! А тренировочная одежда, которую тот надел, похоже, не могла их прикрыть.
Вот теперь будет неловко. Особенно со следами на шее — кажется, вчера ночью он оставил там сразу несколько отметин.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/28786/3615141
Готово:
