Открытие золотого месторождения совсем не обрадовало Цзян Яньшэна. В мире совершенствующихся золото тоже считалось особым металлом: из него изготавливали некоторые артефакты, позволявшие избежать испытания небесной молнией.
А возможность избежать небесной кары была чрезвычайно соблазнительной. Ведь испытание молниями ожидало лишь высокоуровневых совершенствующихся при прорыве. Если существовал обходной путь, желающих воспользоваться им непременно нашлось бы множество.
Если бы другие узнали, что под Цзинхэ, где он обосновался, залегает такое огромное месторождение золота, пострадала бы не только вся речная область. Самому Цзян Яньшэну, скорее всего, тоже пришлось бы несладко.
В конце концов, он только-только погасил кармический долг перед этим миром и собирался хорошенько собрать его ресурсы, чтобы забрать их с собой.
Если сейчас месторождение обнаружат, сюда непременно хлынут толпы добытчиков. Тогда о спокойном развитии водной области Цзинхэ можно будет забыть.
Когда золото под землёй добудут до последней крупицы, Цзинхэ обрушится. Её воды соединятся с подземными водными жилами, и, возможно, всё в радиусе тысячи ли окажется затопленным.
Цзян Яньшэн с тревогой сидел в раковине на дне Цзинхэ. От прежней радости из-за погашенного долга не осталось и следа.
Впереди ждало серьёзнейшее испытание. Одно неверное действие — и он мог остаться ни с чем.
Он мог не вывезти отсюда ни хранившееся у него наследие «Семи толкований языка бамбука», ни божественный артефакт бога вод Цзинхэ, ни прочие ресурсы. Вообще ничего.
Когда к нему вернулось подлинное «я», он сразу понял: чтобы вынести эти вещи из Реки времени, придётся погасить соответствующий кармический долг.
О том, как это сделать, у него уже были некоторые догадки. Он поступил согласно своим предположениям и действительно рассчитался с миром.
По идее, теперь всё, что он успеет приобрести за следующие двадцать лет, станет чистой прибылью. Потом он спокойно вернётся с ресурсами в свой мир и значительно усилится.
Но как же трудно было заполучить эти сокровища! Цзян Яньшэн устало вздохнул. А-Ян услышал его вздох, приблизился к раковине и с тревогой нахмурился.
Цзян Яньшэн открыл глаза и покачал головой, успокаивая его. В этом мире он приобрёл очень многое — не только всевозможные ресурсы, но, главное, самые разные наследия.
Хранилище книг, которое построил для него клан Цзян, появилось не для красоты. Это был драгоценный пространственный артефакт с пространственными формациями и мощнейшей защитой. А книг в нём хранилось не счесть.
Каждую из этих книг Цзян Яньшэн бережно сохранял. Все они были бесценными ресурсами.
Правда, непосредственно использовать он мог лишь немногие. С момента появления в этом мире ему достались два особенно ценных наследия. Первое — «Семь толкований языка бамбука», позволявшее совершенствоваться вплоть до ступени Слияния с Дао.
Второе — наследие божественного престола бога вод Цзинхэ. В нём подробно объяснялось, как низшее божество может подняться до высшего. Для этого требовалось не только расширять божественные владения и наращивать божественную силу, но прежде всего углублять владение законами мира.
По сравнению с этими двумя поразительными наследиями остальные были просто хорошими, но не лучшими.
Да Хэй и другие тоже не остались без приобретений. Да Хэю досталось собственное наследие божественного престола, а ещё наследие крови, позволявшее достичь весьма высокой ступени совершенствования.
Даже А-Ян получил своё наследие, причём, возможно, ценнее, чем у Цзян Яньшэна. Ведь его мать была изначальной богиней, рождённой из божественного престола и владевшей частью первооснов и законов мира.
Хотя она и отказалась от божественного престола, оставшееся наследие было начертано самими законами мира в её крови и сознании. После её смерти, когда кровь А-Яна пробудилась, он безупречно унаследовал всё это.
Если уж говорить о неудачниках, хуже всех пришлось их семейной тыквенной лозе. Этот тип всего-навсего превратился в мутировавшее растение и до сих пор торчал в земле, даже не завязав ни одной тыквы.
Оставалось надеяться, что он сумеет обнаружить в собственной крови хоть какое-нибудь наследие. Иначе путешествие обернётся для него полным убытком.
Цзян Яньшэн посмотрел на обеспокоенного А-Яна, тихо вздохнул и с серьёзным видом велел ему позвать Да Хэя. Пора было созывать семейный совет.
А-Ян разбудил спавшего Да Хэя. Цзян Яньшэн устроился в раковине, а человек и змея сели на сиденья, выточенные из огромных кораллов.
Когда Цзян Яньшэн поведал им о своём открытии и увидел изумление на их лицах, ему самому наконец удалось успокоиться.
— Вот я и думал: едва погасил долг перед этим миром, как ощутил что-то необычное, и моя сила заметно возросла.
— Оказывается, здесь меня поджидала такая огромная ловушка. Подземное месторождение золота изначально было отделено от остального мира.
— Пока никто не обнаружил его следов, найти рудную жилу было очень трудно. Но теперь, когда я её исследовал, любому, кто разбирается в фэншуй, достаточно приехать сюда и взглянуть, чтобы заметить признаки залежей.
— Возможно, некоторые божества уже обратили на неё внимание. Эх, кто бы подумал, что даже богам для совершенствования требуются огромные запасы золота!
Цзян Яньшэн вздохнул. Под богами он здесь подразумевал вовсе не природных божеств, а тех, кто, подобно ему, спустя многие поколения случайно получил божественный престол, а также божеств силы почитания.
Такие боги могли поглощать веру людей. Если соединить эту веру с золотом, возникал необычный металл — одно из наиболее могущественных орудий и драгоценных ресурсов в руках божеств.
На нынешней ступени развития божеств этого мира золото оставалось единственным металлом, настолько хорошо сочетавшимся с божественной силой.
Говорили, что десятки тысяч лет назад существовал ещё один белый металл, соединявшийся с божественной силой даже легче. Но могущественные практики давно забрали все его запасы. Поэтому теперь золото, как доступная замена, пользовалось огромной популярностью у богов вроде Цзян Яньшэна.
На маленькие золотые или серебряные украшения божества почти не обращали внимания. В мире смертных, например, золото даже служило деньгами.
Правда, среди смертных его обращалось не так много, да и потребностей в нём было немного. Большая часть золотых месторождений принадлежала различным силам мира совершенствующихся.
Но залежи под Цзинхэ были совсем иными. Даже та часть, которую мог обследовать Цзян Яньшэн, простиралась неведомо как далеко. Месторождение было невероятно обширным. И хотя оно залегало очень глубоко, стоило кому-нибудь его обнаружить, как в дело наверняка вмешались бы могущественные организации.
Поговорка «деньги открывают путь даже к богам» возникла не на пустом месте.
Услышав всё, что знал Цзян Яньшэн, Да Хэй и А-Ян тоже помрачнели.
Они только собрались обсудить дальнейшие действия, как вдруг изумлённо ощутили, что к Цзинхэ со всех сторон стремительно приближаются несколько десятков незнакомых аур.
Лицо Цзян Яньшэна потемнело. Он мгновенно поднялся из раковины и взлетел в небо над рекой.
Да Хэй и А-Ян не отставали. Человек и змея последовали за ним и остановились в воздухе.
Цзян Яньшэн с холодным выражением лица смотрел вдаль. Он заговорил ровным, полным властности голосом, не заботясь о любезностях:
— Позвольте узнать, с какой целью вы прибыли во владения бога вод Цзинхэ? Вы сами божества. Вместо того чтобы охранять и развивать свои божественные владения, вы явились ко мне. Не кажется ли вам, что вы переходите дозволенные границы?
В его сдержанных словах отчётливо слышалось раздражение. Только сегодня он узнал, какую опасность таит золото под рекой, а теперь его уже потревожили чужие боги. По силе они лишь немного уступали ему, и прибыло их сразу больше десятка. Похоже, мирно разойтись сегодня не удастся.
Божества даже не ответили на вопрос. Вместо этого они развернули свои божественные владения и соединили их в гигантскую, не оставлявшую ни единой лазейки сеть божественной силы, наглухо накрывшую водную область Цзинхэ.
Громадная река и земли на сотни ли вокруг оказались под их властью. Цзян Яньшэн посмотрел на полукруглую сеть запечатывающей силы в небе, и лицо его стало мрачнее тучи.
За его спиной то загорался, то гас круглый диск, олицетворявший Цзинхэ. Его стремительное мерцание ясно выдавало дурное настроение хозяина.
Божества и не думали уходить. Создав огромную сеть, они израсходовали колоссальные объёмы изначальной божественной силы и сотворили каждый по собственной статуе, расставив изваяния по периметру барьера.
Статуи стали источниками энергии для запечатывающей сети, не позволяя Цзян Яньшэну выбраться.
Напасть на него в открытую боги не решались. Цзинхэ была его территорией, и стоило им вторгнуться внутрь, как их силы естественным образом ослабели бы.
К тому же задуманное ими должно было уничтожить эту область. На самом деле залежи золота на дне Цзинхэ они обнаружили уже давно: месторождение было слишком обширным, чтобы остаться незамеченным.
Просто они не осмеливались ни объявить о нём, ни немедленно начать добычу.
По первоначальным расчётам, лучшим моментом стало бы время, когда духовная энергия в области Цзинхэ окончательно упадёт до минимального уровня.
Тогда она перестала бы мешать добыче, а саму область сочли бы малозначительной. На самом глубоком участке Цзинхэ располагалось сердце рудной жилы, но по краям золота тоже было немало.
План добычи они составили ещё много лет назад. Кто же мог ожидать, что неожиданно появится Цзян Яньшэн и всего за десятилетие восстановит духовную энергию реки?
Когда божества узнали об этом, было поздно: Цзян Яньшэн уже усилился. Поэтому после совещания они решили попросту запереть его в Цзинхэ до самой смерти.
Пока он будет в ловушке, они займутся добычей. Пусть за разрушение мира им придётся принять на себя часть кармического долга — участников было так много, что бояться им не приходилось.
Раньше они не могли договориться и опасались, что именно им в одиночку придётся расплачиваться перед Небом и Землёй. Но теперь, когда действовали все вместе, доля каждого получалась небольшой. Надо было лишь немного поделиться прибылью.
А Цзян Яньшэн? Когда золото вычерпают, он лишится престола бога вод Цзинхэ. И тогда его жизнь и смерть окажутся в их руках.
Глядя на десятки статуй, наглухо запечатавших реку, Цзян Яньшэн понял, что просчитался на один ход. Похоже, ему всё-таки конец.
Будь он настоящим уроженцем этого мира, наверняка взбесился бы от ярости. Но, к сожалению для его противников, он был здесь всего лишь путником, а они — лишь эпизодом в длинной Реке времени.
Глядя на окружившие его божественные статуи, ещё недавно раздосадованный Цзян Яньшэн слегка приподнял уголки губ в откровенно насмешливой улыбке.
Он понимал, что следующие двадцать лет, возможно, придётся провести здесь безвылазно. Оставалось надеяться, что золота им хватит ровно на двадцать лет, а перед самым его уходом он увидит, как эти типы сами себя погубят. Одна мысль об этом уже поднимала настроение.
Правда, сейчас терпеть такое унижение было досадно. Цзян Яньшэн снова вздохнул. Но ведь он не был настоящим собой из этого мира.
Будь он Цзян Янем, то по своему характеру непременно сражался бы до взаимного уничтожения. Однако, вспомнив подлинную сущность и осознав, что всё происходящее — лишь фрагмент истории, он потерял желание идти на крайности.
Да и удобно вышло. Он как раз размышлял, не начать ли самому добывать руду и разрушать эту часть мира. Теперь эти негодяи возьмут кармический долг на себя, а он сможет кое-чем поживиться из месторождения. Некоторые сокровища там ему давно приглянулись. Оставалось лишь тщательно продумать, как потом рассчитаться с Небом и Землёй.
С этой мыслью Цзян Яньшэн посмотрел на свои владения. Жители посёлка Цзинхэ, напуганные происходящим, собрались на центральной площади, опустились на колени и молились. Увидев их, он ощутил жалость, спустился к посёлку, а Да Хэй и А-Ян последовали за ним.
Остановившись в воздухе, он негромко обратился к молящимся внизу:
— Уходите отсюда. Скоро эту область ждут тяжёлые времена.
— Пришедшие божества заперли только меня, чтобы я не смог вырваться и погибнуть вместе с ними в отчаянном бою. А вы всего лишь смертные, и им до вас нет дела. Покиньте эти земли и идите на юг, к городу Цзинъань в десяти тысячах ли отсюда. Поселитесь там.
Цзян Яньшэн знал, как далеко простирается подземная жила. Когда добыча закончится, многие участки земли непременно обрушатся. Лучше было отправить людей подальше.
Он взглянул на юг. Прибыли представители клана Цзян. На их лицах читалась вина. Цзян Яньшэн, разумеется, понимал намерения клана: вытащить его из заточения они не могли. Но он не обижался.
За годы сотрудничества и он, и клан Цзян получили немалую выгоду, и его это вполне устраивало. В прежние десять лет клан оказывал ему безоговорочную поддержку, хотя преследовал отчасти и собственные интересы. Без ресурсов клана он не сумел бы погасить кармический долг перед миром.
Он дал понять, что ни в чём их не винит, и попросил только переселить из окрестностей всех смертных. В конце концов, эта область находилась под управлением клана Цзян.
Представители клана, естественно, не отказали. Они даже привезли множество ресурсов для Цзян Яньшэна. Он принял часть, остальное вернул, а большую часть собственных запасов из Цзинхэ собрал и передал людям клана.
В его реке обитало невероятно много видов живых существ. Когда золото иссякнет, эти земли станут мёртвой пустошью. Поэтому ради сохранения видов ему оставалось только доверить их клану Цзян.
Просьба была вовсе не чрезмерной. Клан охотно согласился, тем более что Цзян Яньшэн передал подробнейшие записи о повадках и особенностях каждого существа. Следуя этим заметкам, клан даже сможет разводить их как особые виды, богатые духовной энергией.
Жители и люди клана ушли, забрав множество обитателей речной области. Некогда оживлённые, шумные воды Цзинхэ окончательно затихли.
А-Ян посмотрел на стоявшего в небе Цзян Яньшэна, провожавшего взглядом переселенцев. Потом подлетел к нему и ухватился за рукав.
— Брат, я останусь с тобой. Теперь я буду усердно совершенствоваться, пока не смогу убить всех этих богов.
— Это всё потому, что я слишком слаб. Мне остаётся лишь смотреть, как они держат тебя в заточении. Если бы я был сильнее!..
Услышав самообвинения А-Яна, Цзян Яньшэн немного смягчился.
Он поднял руку, похлопал юношу по плечу и хотел что-то сказать, но в конце концов проглотил слова и промолчал.
Да Хэй чуть подвинулся и расплылся в злорадной усмешке.
Ему было совершенно наплевать на окруживших их богов. Кучка безвестных ничтожеств! Его занимал лишь один вопрос: сколько ресурсов они сумеют раздобыть за следующие десять лет?
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/28786/3614995
Готово:
