Размышляя над словами Фан Юаня, Цзян Яньшэн невольно приуныл. Похоже, его мечте спокойно объехать весь мир и жить без тревог не суждено было сбыться.
В будущем им предстояло столкнуться не только с аномальными сущностями из двух уже погибших миров, но и с бесчисленными внешними мирами, которые захотят превратить их планету в испытательный полигон.
Одни из этих миров, возможно, пожелают поглотить их, другие — всего лишь расширить собственные владения. Но если они окажутся слишком слабы, конец в любом случае будет ужасен.
При этой мысли на душе у Цзян Яньшэна стало горько. Однако, подавив горечь, он почувствовал куда более сильный прилив жара и вновь вспыхнувшего воодушевления.
Он поднял глаза на Цинь Ияна и обнаружил, что тот тоже смотрит на него. Ни в одном из взглядов не было и следа отступления — напротив, в глазах обоих ярко сияли звёзды.
Внешний мир так огромен, так необъятен! Они ведь даже собственную планету не успели объехать! А за её пределами их ждало ещё множество самых разных планет.
И не только они. Там существовало великое множество других миров. Возможно, всё обстояло так, как описывают в романах: их мир — всего лишь малый мир тысячи, за которым лежат средние и великие миры тысячи. Бесчисленные миры переплетаются друг с другом, и сколько же там удивительных зрелищ, способных пленить воображение!
Цзян Яньшэн глубоко вдохнул и унял дрожь в руке, державшей чашку с чаем. Рука дрожала вовсе не от страха — от волнения.
— Большое тебе спасибо, Фан Юань. Ты сообщил нам невероятно важные сведения. Если не возражаешь, я могу помочь тебе починить «Большую жестянку».
Цзян Яньшэн говорил негромко. Материал, из которого была изготовлена «Большая жестянка», он уже успел изучить: это были останки аномальных сущностей.
Снаружи поезд выглядел старым, но внутри всё было устроено чрезвычайно искусно. К тому же при его создании, вероятно, применяли что-то вроде формаций, методов изготовления артефактов и других подобных приёмов.
И всё же Цзян Яньшэн был уверен, что сумеет его восстановить: он обнаружил в конструкции следы собственных методов.
К тому же «Большая жестянка» была сделана из материалов аномальных сущностей, а значит, при достаточном количестве энергии могла постепенно восстанавливаться сама.
Цзян Яньшэн осмотрел поезд. Похоже, сейчас его ранг был связан с рангом Фан Юаня: оба находились на втором. Нескольких сотен кристаллов первого ранга и нескольких десятков второго должно было хватить для полного восстановления.
Услышав его слова, Фан Юань быстро закивал, а затем уставился на Цзян Яньшэна сияющими глазами, ожидая, что тот будет делать дальше.
— Конечно, я тебе верю! Ведь «Большую жестянку» создали ты из будущего и другие мастера, лучше всех умевшие изготавливать артефакты.
Если бы мне сейчас предложили выбрать того, кто лучше всего справится с её ремонтом, я бы без колебаний выбрал тебя. Остальные-то пока даже не успели подняться, силы у них совсем мало.
Фан Юань радостно погладил железный корпус «Большой жестянки». Он только что сверился со временем и сопоставил его с силой Цзян Яньшэна, Цинь Ияна и Да Хэя. Выходило, что он попал как раз в период первого появления тайных пространств.
Этот момент можно было назвать переломным для всех эволюционировавших существ и самой их планеты.
В тайных пространствах бесчисленные существа получат невероятные возможности, изменят судьбу наперекор небесам и войдут в число сильнейших во всём мире.
Но те, кому ещё только предстояло обрести свои возможности, пока ничем не выделялись. Поэтому, насколько знал Фан Юань, помочь ему починить «Большую жестянку» сейчас могли лишь Цзян Яньшэн, Цинь Иян и Да Хэй со своими товарищами.
Ему было известно, что ещё до появления тайных пространств они умели самостоятельно ковать артефакты, а после их появления достигли на этом поприще невероятных высот.
Можно сказать, что и до возрождения духовной энергии, и в далёком будущем эта компания неизменно оставалась среди сильнейших эволюционировавших существ.
В будущем многие заказывали оружие именно им — к примеру, «Большую жестянку» Фан Юаня и его карманные часы.
Правда, для такого драгоценного артефакта, как часы, Цзян Яньшэн изготавливал лишь заготовку, а завершал работу уже сам Фан Юань. Но и это показывало, насколько выдающимся мастером был Цзян Яньшэн.
Ведь артефакты, идеально подходящие владельцу, в будущем встречались чрезвычайно редко. А способность Цзян Яньшэна и остальных создавать заготовки, которые затем хозяин мог переделать под себя, была по-настоящему необычной.
Разумеется, была и ещё одна, главная причина: Фан Юань хотел разузнать, какими приёмами ковки пользовались Цзян Яньшэн и его товарищи сейчас.
В будущем ему постоянно казалось, будто Цзян Яньшэн что-то недоговаривал и скрывал часть своего мастерства. Ведь среди нескольких десятков предметов, находившихся у Фан Юаня за спиной, некоторые тоже были сделаны руками Цзян Яньшэна.
Многие из этих вещей оказались страшно повреждены, тогда как артефакты Цзян Яньшэна и Цинь Ияна уцелели. Они тоже пострадали, но сохранились несравненно лучше.
От сломанного копья Цинь Ияна осталась половина, а Девятизвёздный багуаскоп Цзян Яньшэна лишился основания, зато важнейшее железное кольцо, соединявшее девять звёздных колец, никуда не исчезло.
Поэтому Фан Юань и хотел воспользоваться моментом, чтобы разгадать секрет Цзян Яньшэна. Разбалтывать его он, конечно, не собирался, но с любопытством ничего поделать не мог.
Возможно, из-за путешествия по Реке времени большая часть его воспоминаний была поглощена и уничтожена неведомым существом. Осталось только то, что он заранее тщательно подготовил к сохранению.
Вот почему, несмотря на знание о собственном невероятно долгом жизненном пути, душой он оставался молодым. Даже чересчур молодым: характер у него был непоседливый и озорной.
Фан Юань поднялся, отряхнул потрёпанный халат и поправил одежду и шляпку золотистой обезьянки Сяо Цзинь, сидевшей у него на плече.
— Начальник поезда Сяо Цзинь, к отправлению готовы? Наша «Большая жестянка» снова собирается в путь! На этот раз нам придётся как следует потрудиться, чтобы стать сильнее.
Говоря это, Фан Юань заодно выровнял шляпу на голове Сяо Цзинь.
Цзян Яньшэн с интересом посмотрел на Фан Юаня и обезьянку. Он и представить не мог, что начальником поезда «Большая жестянка» оказалась именно Сяо Цзинь.
Впрочем, он быстро вернулся к делу, подобрал рукава, спрятал в них несколько вращавшихся возле него железных колец и направился к топке «Большой жестянки».
Фан Юань следовал за ним буквально по пятам, желая выяснить, как же тот будет чинить его поезд. Однако дальнейшие действия Цзян Яньшэна несколько его разочаровали.
Цзян Яньшэн высыпал в топку огромную кучу разноцветных кристаллов аномальных сущностей. Затем вперёд вышел Цинь Иян: молнии переплелись с пламенем и превратились в чёрный луч.
Луч коснулся кристаллов, и в мгновение ока заключённая в них энергия высвободилась. Под её действием на повреждённой «Большой жестянке» один за другим вспыхнули разноцветные огоньки.
Изувеченные прежде вагоны восстановились в одно мгновение. Цзян Яньшэн посмотрел на обновившийся поезд и удовлетворённо кивнул.
— Погоди-ка! Цзян Яньшэн, тебе разве не нужны какие-нибудь другие приёмы? Ну, например, пробормотать таинственные заклинания, потом свистнуть — раз, другой — и выстрелить какими-нибудь цифрами, чтобы активировать формации на «Большой жестянке»?
А потом взмахнуть рукой, выпустить пламя, расплавить разноцветные руды и заделать дыры в корпусе? Почему же сейчас ты просто потратил эти кристаллы — и «Большая жестянка» полностью починилась?!
Цзян Яньшэн посмотрел на простодушно вопрошавшего Фан Юаня и покачал головой. Какой хороший парень, только жаль, что от путешествия сквозь время совсем поглупел.
Да, он приложил руку к созданию «Большой жестянки» — в будущем. Но ведь поезд ему не принадлежал. С чего бы ему оставлять внутри какие-то скрытые средства воздействия?
Раз Фан Юань из будущего сумел нанять множество могучих мастеров для создания такого поезда, значит, обладал большой силой и огромными запасами ресурсов. И будущий Цзян Яньшэн наверняка понимал, как сильно тот дорожит «Большой жестянкой».
Он был бы настоящим дураком, оставь он внутри поезда тайный механизм, позволяющий ему самому управлять чужим имуществом. Это же испортило бы ему репутацию мастера!
Зато слова Фан Юаня кое о чём ему напомнили: похоже, позднее они найдут в тайных пространствах наследие изготовления артефактов. Только вот Цзян Яньшэн куда больше, чем ковкой артефактов, хотел заниматься алхимией.
Так что он решил спросить прямо.
— Фан Юань, а ты не помнишь, буду ли я в будущем уметь изготавливать пилюли? Раз я научусь создавать артефакты, то, по идее, должен освоить и алхимию.
Услышав вопрос, Фан Юань задумчиво склонил голову, но никак не мог припомнить, умел ли будущий Цзян Яньшэн делать пилюли. Зато вспомнил кое-что другое.
— Наверное... возможно... скорее всего... должно быть, умел? Зато в будущем будет очень оживлённо!
Я помню, что ты освоишь уйму всего. А, точно, вот этот плащ на мне тоже твоего изготовления!
Одних только профессий сверхъестественных существ в будущем будут тысячи, да и самых разных наследий окажется очень много. Плюс новые профессии технологического направления, которые исследователи нашей планеты разработают сами.
Воспоминаний слишком много, в голове не умещаются. Поэтому я оставил только сведения о тех, кто искусно создаёт артефакты, и о некоторых сильных людях будущего.
Цзян Яньшэн кивнул, показывая, что понял. Он снова взглянул на совершенно обновившуюся «Большую жестянку» и задумался: не изготовить ли ему самому какое-нибудь средство передвижения? Впрочем, торопиться не стоило. Лучше вернуться к этому, когда мастерства прибавится.
Сейчас важнее было осмыслить всё, что Фан Юань рассказал о тайнах их планеты.
К тому же часть правды о мире тот наверняка утаил, пусть и неумышленно: некоторые вещи он сам помнил смутно и путано, а уж собственные переживания временами вовсе не мог восстановить в памяти. Что говорить обо всём остальном!
В таком важном вопросе, как подлинная природа их мира, нельзя полагаться на слова одного Фан Юаня. Впрочем, пока это было не столь существенно, ведь в его личности уже не оставалось сомнений.
Скрытые средства, которые Цзян Яньшэн оставил в Девятизвёздном багуаскопе, подтвердили, что Фан Юань действительно тот, за кого себя выдаёт. Но это не значило, что каждому его слову следует верить безоговорочно. И отвергать всё сказанное тоже нельзя — важно было соблюдать меру.
Подумав об этом, Цзян Яньшэн собрался попрощаться с Фан Юанем.
— Спасибо, Фан Юань, что ответил на наши вопросы. Теперь твоя «Большая жестянка» починена, а нам пора разобраться, как проникнуть в тайное пространство снаружи. Так что здесь и расстанемся. Если судьба сведёт нас снова, ещё увидимся.
Фан Юань оторвал взгляд от поезда, который с удовольствием осматривал, и энергично закивал.
— Мы обязательно ещё встретимся! Есть особенные тайные пространства, после которых воспоминания не стираются. Вот там мы и увидимся.
Правда, обо всех этих пространствах я тоже совершенно забыл. Знаю лишь, что ещё обязательно встречу вас.
А насчёт тайного пространства снаружи, которое вот-вот появится, — не волнуйтесь. В миг рождения оно испустит особые колебания, свойственные только тайным пространствам.
Некоторые вещи изменятся под действием этих колебаний и превратятся в ключи, позволяющие туда попасть.
Насколько я знаю, то, что находится снаружи, — пространство необычное. Когда оно откроется полностью, вы, скорее всего, сможете войти прямо так.
На этих словах Фан Юань смущённо почесал затылок.
— Чуть не забыл рассказать вам ещё кое-какие слухи. В будущем говорили, что события в тайном пространстве могут быть связаны с вашей предыдущей жизнью или с тем, что вы сами пережили когда-то давно.
Не знаю, правда это или нет: я слишком многое позабыл. Но одно точно — ощущение погружения там чудовищно сильное. Стоит попасть внутрь, как мы становимся участниками той самой истории.
Характер, душа и представления о добре и зле при этом не меняются. Но, лишившись воспоминаний, мы легко можем раствориться в происходящем. А выбраться из такого забвения удаётся лишь благодаря счастливому стечению обстоятельств.
Словно вспомнив нечто пугающее, Фан Юань потёр руки.
— На моей памяти множество выдающихся гениев навсегда потерялись в тайных пространствах. У них хватало сил разрушить чары, но они так увлеклись призрачными картинами истории, что не захотели пробуждаться.
Надеюсь, внутри вы обязательно сохраните верность самим себе и не забудетесь. И помните ещё одно: всё, что вы переживаете в тайном пространстве, реально.
Кем бы вы ни стали там — предметом, человеком или другим существом, — всё это когда-то существовало в подлинной истории. Планета лишь удержала отпечатки прошлого и создала из них тайные пространства.
Поэтому даже эволюционировавшие существа, уже почти готовые очнуться, порой не выдерживали этой абсурдной реальности и вновь погружались в забвение.
На этом Фан Юань умолк. Он уже рассказал почти всё, что знал, и передал им предостережения, которые, по его словам, когда-то исходили от них же. Хотелось надеяться, что теперь они станут сильнее быстрее, чем прежде.
Конечно, Фан Юань прекрасно понимал, что такое эффект бабочки. Но разве не ради того, чтобы с его помощью изменить будущее, он пересёк Реку времени? Хотя даже он сам не знал, действительно ли воспоминания о будущем отражали то, что должно было случиться.
Цзян Яньшэн всё ещё обдумывал слова Фан Юаня. Он кивнул, посмотрел на него и Сяо Цзинь и попрощался с человеком и обезьянкой.
Он сошёл с «Большой жестянки». Цинь Иян последовал за ним, а Да Хэй обвился вокруг руки Цзян Яньшэна. Настроение у змеи было неважное.
Лишь ступив на землю, Цзян Яньшэн почувствовал себя немного спокойнее. Он посмотрел на медленно вращавшийся в небе белоснежный вихрь и понял, что тайное пространство ещё не проявилось полностью. Оставалось только ждать.
В окне «Большой жестянки» показался Фан Юань. Он помахал Цзян Яньшэну и Цинь Ияну, потом будто о чём-то вспомнил и извлёк из-за пазухи три конверта.
— Опять чуть не забыл! Ловите! Это приглашения на «Большую жестянку». Только владельцы этих конвертов смогут подниматься в её вагоны.
Вы — первые старые знакомые, которых я встретил, поэтому вам достался вагон номер один. Если сейчас пожертвуете мне три кристалла аномальных сущностей третьего ранга, «Большая жестянка» сможет сразу создать ваш вагон. Может, потом я даже прокачу вас вокруг света! Ну что, не хотите немного помочь? Хотя можно и не давать.
Услышав это, Цзян Яньшэн окончательно избавился от тяжёлых мыслей и тихонько рассмеялся, протягивая руку за тремя летевшими к нему приглашениями.
Он оглянулся на Цинь Ияна и Да Хэя. Человек и змея сразу поняли намёк: каждый передал ему по одному кристаллу третьего ранга. Цзян Яньшэн добавил свой и бросил все три в окно Фан Юаня.
Тот поймал кристаллы и приложил их к какой-то части «Большой жестянки». Поезд загудел гудком: пора было отправляться.
Снова раздался грохот колёс. Фан Юань помахал им, широко улыбнулся и потянул за шнур гудка. «Большая жестянка» резко изменила направление и устремилась в небо.
Под её колёсами появились призрачные рельсы, но исчезли едва успев возникнуть.
Поезд взлетал всё выше и двигался всё быстрее. От него исходило сияние, и наконец к нему присоединился ещё один железный вагон.
На вагоне отчётливо выделялась огромная цифра «1». Его украшал рисунок: гигантская змея свернулась кольцом вокруг огромного дерева.
Над деревом бушевали молнии, ударявшие в его корни и превращавшиеся в пламя. Огонь тесно переплетался с корнями, словно одновременно обжигал и питал дерево.
Этот рисунок означал, что у вагона появился хозяин. Фан Юань оглянулся на возникший первый вагон и широко ухмыльнулся. Похоже, теперь, чтобы чинить вагоны, ему даже не придётся лично охотиться на чудовищ.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/28786/3614971
Готово:
