Ван Фэй тут же вздернула брови, обернулась и с лукавой улыбкой опустила руку на плечо Чу Юй:
— День разлуки — как три осени. Ты ведь так долго не видела старшекурсницу, что у тебя уже галлюцинации начались? Как тебе, хочешь, я помогу тебе пригласить ее встретиться, чтобы утолить твою тоску по ней?
Чу Юй слегка нахмурилась, смахнула ее руку и отвела взгляд:
— Не дури.
Ван Фэй не придала этому значения, отпустила еще пару шуток в ее адрес и села обратно.
Вся компания приехала на место на машине. Узнав, что остальные однокурсники уже прибыли, они вслед за официантом направились к заказанному отдельному кабинету.
Однако замыкавшая шествие Чу Юй у самого входа в кабинет вдруг замерла на полпути и застыла, глядя на одинокую фигуру в конце коридора.
Неужели это… Ли Ибай?
Женщина с прямой, изящной осанкой стояла под тусклым светом, прижав телефон к уху, но ничего не говорила. Ее слегка приподнятый взгляд упал на висевшую на стене картину, но, задержавшись лишь на мгновение, она равнодушно отвела его обратно.
Лившийся сверху свет ламп отбрасывал неясное сияние, создавая легкую тень у нее на лице, и ее обычно озаренное улыбкой лицо казалось отстраненным и холодным.
Словно осенний прибрежный ветерок или серо-голубой лунный свет перед самым рассветом.
Оказывается, когда луна сердится, она такая холодная, — подумала Чу Юй.
Заметив, что идущая позади девушка остановилась, Ван Фэй обернулась и позвала:
— Чу Юй? На что ты смотришь?
— Мне показалось, я увидела…
Когда она снова перевела туда свой ненадолго отведенный взгляд, там уже никого не было. Чу Юй посмотрела на пустой коридор, оборвала фразу на полуслове, а спустя мгновение покачала головой:
— Ничего.
Ван Фэй вернулась к дверям и с любопытством глянула в ту сторону, куда только что смотрела подруга, но ничего не заметила, а потому решительно потянула ее за руку:
— Пошли скорее внутрь, Юэюэ и остальные уже полчаса как ждут.
Получив легкий буксир, она вошла в кабинет, и до этого казавшиеся чуть приглушенными из-за закрытой двери звуки музыки тут же стали громкими и четкими.
Чжоу Кай надрывался, исполняя романтическую песню. От оглушительного пения Ван Фэй невольно зажала уши, закатила глаза и, рухнув на диван, крикнула сидевшему рядом Линь Юэ:
— Вы что, все это полчаса позволяли ему так орать?
Линь Юэ лишь беспомощно улыбнулась, словно уже давно привыкла к подобной картине.
Не смирившись с этим, Ван Фэй забрала свободный микрофон и принялась соревноваться с Чжоу Кай в высоких нотах.
Помимо соседок по комнате, в этот вечер собрались лишь несколько близких однокурсников. Отсутствие незнакомых лиц позволило Чу Юй немного расслабиться, хотя в душе все же закралось легкое недоумение.
— А где Су Янь?
Когда песня закончилась, Ван Фэй победно вздернула брови, глядя на соперника, которого ее вокал загнал в тупик без единого шанса на ответ, после чего опустила микрофон и произнесла:
— Он пошел забрать для меня торт, должен скоро подойти.
Су Янь был парнем Ван Фэй, они начали встречаться еще в старшей школе. После выпуска Су Янь по настоянию семьи уехал учиться за границу, и с тех пор у них начался роман на расстоянии в тысячу ли.
Каждый зимний и летний отпуск Су Янь возвращался на родину, чтобы повидаться с Ван Фэй, проводил с ней чуть больше полумесяца и улетал обратно. Из-за разницы в расписании каникул Су Янь обычно ждал ее в родном городе. Видимо, в этот раз из-за более поздних каникул в Яньском университете он прилетел в Яньчэн заранее, чтобы отпраздновать день рождения Ван Фэй, а уже после сдачи сессии планировал вместе с ней уехать домой. Подобное проявление заботы вызвало бурные похвалы у остальных девушек из общежития. Хотя Ван Фэй и изображала вид, будто все так и должно быть, в душе она радовалась уже несколько дней подряд.
Еще через две песни из-за двери появился молодой человек с тортом в руках.
На Су Яне было темно-синее кашемировое пальто поверх белого шерстяного свитера, а волосы были аккуратно уложены. Он выглядел свежо и привлекательно, составляя яркий контрант с совершенно не заботившимся о своем стиле Чжоу Кай.
Заметив его появление, Ван Фэй сразу же поднялась на ноги и направилась к нему. В ее глазах непроизвольно заплясали искорки улыбки, однако в голосе все же прозвучал шутливый упрек:
— Почему так долго?
Су Янь виновато улыбнулся:
— На дороге были небольшие пробки, вот и задержался. Извини, что заставил тебя ждать.
Он коротко поприветствовал остальных, поставил торт на стол и принялся развязывать ленту на коробке.
Усевшись рядом с ним, Ван Фэй наблюдала, как он распаковывает торт, а на ее лице играла редкая, нежная улыбка. Но когда упаковка была снята, она с недоумением заглянула внутрь коробки:
— А где свечи и приборы?
Су Янь опешил и смущенно поднял голову:
— Кажется, я забыл их взять.
Он уже поднялся, собираясь сбегать обратно в кондитерскую за приборами, но сидевшая рядом девушка схватила его за руку и дернула обратно.
Ван Фэй с легким раздражением закатила глаза:
— Пока ты туда-сюда сбегаешь, уже полночь настанет.
К счастью, в караоке-клубе явно праздновали немало дней рождения, и по просьбе Ван Фэй официант быстро принес комплект одноразовых приборов, вдобавок преподнеся в подарок тарелку с фруктами.
Освещение погасло, зажженные свечи, воткнутые в торт, задрожали слабым огоньком, а фоновая музыка сменилась на теплую песню ко дню рождения. Как только виновница торжества загадала желание и задула свечи, припасенные хлопушки взмыли вверх и разлетелись во все стороны, осыпая всех присутствующих с ног до головы.
После церемонии со свечами и поедания торта атмосфера в зале вновь оживилась. Чжоу Кай, как водится, оккупировал микрофон, одну за другой выводя классические старые песни, а Ван Фэй с остальными принялись играть в кости, и крики шумной компании едва ли не перекрывали музыку из колонок.
Устроившись в углу дивана с бокалом коктейля в руке и наблюдая за их жаркой игрой, Чу Юй невольно тронула уголками губ в ленивой улыбке.
Цзян Хань снова проиграла в игре. Осушив залпом свою рюмку, она с беспокойством покосилась на сидевшую в одиночестве и неспешно попивающую алкоголь девушку и слегка толкнула Ван Фэй в плечо:
— А точно ничего страшного, что Чу Юй пьет?
В конце концов, ей уже довелось воочию наблюдать, как сильно меняется Чу Юй в состоянии алкогольного опьянения. Если обычные люди после выпивки просто вырубаются или начинают буянить, то с Чу Юй все иначе: она не плачет и не скандалит, зато без всякой причины принимается признаваться людям в любви, а в полупьяном виде становится до крайности прилипчивой — в буквальном смысле слова липнет к человеку, цепляется за него и засыпает, наотрез отказываясь разжимать руки.
Она прекрасно помнила, как на первом курсе их общежитие впервые собралось вместе слегка выпить ради укрепления дружбы, и тогда им посчастливилось воочию лицезреть эту липкую пьяную Чу Юй. Такой мягкий и нежный образ столь разительно контрастировал с ее обычной отстраненной внешностью, что у всех чуть челюсти не отпали.
http://bllate.org/book/28768/3478588
Готово:
