Готовый перевод The Young Lord is a Kissing Monster / Принц — мастер поцелуев: Неожиданный союз: Глава 10

Ю Цин слушал этот поток нелепостей, и его тонкая ладонь легла мужчине на губы, обрывая бормотание. Он с досадой произнес:

— Я лишь не ожидал, что ты согласишься сопровождать меня на обряд возвращения в дом родителей. А что касается того, что было только что…

Только что он просто ляпнул первое, что пришло в голову. Но молодой князь был слишком застенчив, чтобы поправлять его прямо.

Выражение лица Фу Яньцы стало крайне обиженным. Ю Цин на мгновение замер, затем протянул руку, погладил мужчину по щеке и сдался:

— На самом деле, я не так уж сильно тягощусь этим браком, как ты мог подумать.

У Фу Яньцы сердце переполнилось чувствами. Глядя на смущенное лицо человека под собой, он склонился и поцеловал его, прошептав:

— Ничего, не торопись, привыкнешь.

— Цинцин должен поскорее поправиться. Завтра и послезавтра выходные, тебе нельзя бросать мужа одного идти на этот обряд.

Фу Яньцы вел себя крайне бесстыдно, ничуть не краснея от собственной лжи:

— Если меня там засмеют, я вернусь в поместье и буду плакать, как бы ни сдерживался.

Ю Цин:

— П-правда?

Стоит ли сначала опровергнуть слухи о том, что ты настолько жесток, что каждую ночь съедаешь по семь маленьких детей, а потом уже говорить такое?

Но Ю Цин не посмел этого произнести. Он действительно немного опасался, что мужчина может тайком спрятаться где-нибудь и заплакать — а вдруг и правда?

Пока двое предавались нежностям в комнате, Фу Цзянь за дверью с крайне страдальческим видом прислонился к стене:

— Я не пойду. Господин там занят делами сердечными, кто же в здравом уме полезет сейчас с докладом? Иди сам.

Фу Сю промолчал. Он тоже не хотел идти: его жалование было на вес золота, он хотел сберечь его, чтобы ходить в чайную и слушать рассказчиков.

Фу Сю был чуть ниже Фу Цзяня. Зная, что тот не выносит мягкого обращения, он поднял голову, молча посмотрел на него и прошептал:

— Брат, ты же знаешь, я с самого детства…

— Стой, стой, остановись. На меня это не подействует. Никаких разговоров, сколько раз я уже отдувался за тебя, когда у нас вычитали деньги? Сам посчитай, Фу Сю! В прошлый раз господин был не в духе, я пошел докладывать вместо тебя, и у меня вычли три связки монет! А вчера, когда господин вышел из покоев Супруги шицзы, у меня снова отняли одну связку!

Фу Сю остался невозмутим и ответил безразличным тоном:

— Брат, а ты помнишь, как в детстве я отдал тебе свою единственную конфету…

— …

Фу Цзянь был так взбешен, что у него дергался висок:

— Ладно, ладно, иду я, иду!

Он набрался храбрости, подошел к двери и осторожно постучал:

— Господин, есть срочное донесение.

Фу Яньцы в этот момент только закончил целовать Ю Цина, его руки уже сжимали изящные ямочки на пояснице юноши. Услышав голос, он и не подумал отстраниться, его колено продолжало тереться о зажатый между ними красный нефрит. Только когда Ю Цин опомнился и покрасневшими губами оттолкнул мужчину, тот замер.

— Фу Цзянь пришел с важным делом, ты… — Ю Цин вдруг перевел дыхание и с очаровательной досадой глянул на него: — Не балуйся, отойди!

— Средь бела дня… пф, это совсем не подобает благородному мужу.

Фу Яньцы слегка прикусил нежную кожу на щеке Ю Цина, оставив бледный след:

— Благородный муж только тем и занимается, что морит себя голодом. А я больше всего на свете ненавижу таких людей.

Видя, что мужчина явно не намерен останавливаться, Ю Цин был вынужден изобразить приступ кашля:

— У меня только прошлой ночью спал жар, ты что, хочешь довести меня до смерти?

Разве мог Фу Яньцы не понять этой маленькой хитрости? Скрипнув зубами, он с нажимом надавил на чувствительную ямочку на пояснице:

— Выздоровеешь — тогда и посмотрим…

Ю Цин почувствовал себя очень неуютно от столь грубых слов и слабо оттолкнул мужчину подальше.

Ощущая на груди мягкое прикосновение, Фу Яньцы глубоко вздохнул, после чего, взлохмаченный и недовольный, поправил одежду и вышел за дверь.

Вид у него был недобрый. Взгляд, брошенный на Фу Цзяня, был острее ножа:

— Надеюсь, дело того стоит!

Фу Цзянь виновато пробормотал:

— Господин, это Фу Сю велел мне доложить, сказал, что случилось нечто важное.

Фу Яньцы холодно усмехнулся:

— Правда? А не хочешь обернуться и посмотреть, где сейчас Фу Сю?

Фу Цзянь обернулся — никого.

— …

— Ха, и у тебя, и у Фу Сю в этом месяце не будет жалования. — Фу Яньцы остался неудовлетворенным и был крайне раздражен: — Говори, что случилось!

Фу Цзянь крепко стиснул зубы и склонился к самому уху Фу Яньцы:

— Великая Княжна вернулась в Пекин.

— Кто-нибудь еще знает?

— Если она сама не раскрыла своего пути, то пока об этом известно только нам.

Выражение лица Фу Яньцы стало нечитаемым. Фу Цзянь выждал некоторое время, прежде чем услышать вопрос:

— Если я свергну Канцлера, будет ли Цинцин держать на меня зло?

Фу Цзянь опустил голову, в глубоком замешательстве:

— Господин, пока жива Великая Княжна, Канцлер не умрет…

Для тех из них, кто ежедневно ходит по лезвию ножа на поле боя, просто выжить — уже великое счастье.

— Если вы беспокоитесь о Супруге шицзы, почему бы после того, как Канцлер уйдет в отставку, не увезти его в Пограничье?

Фу Яньцы, не раздумывая, отказал:

— Цинцин изнежен, как он вынесет тяготы Пограничья?

К тому же, Цинцин тогда наверняка возненавидит его, он ни за что не согласится сбежать вместе с ним.

Фу Цзянь тоже нахмурился. В Пекине полно людей, желающих навредить молодому князю. В поместье у него ни военной власти, ни связей — все стороны только и ждут, как бы убрать его сейчас, чтобы прибрать к рукам его войско. Но если не воспользоваться руками этих чиновников, разве есть другой способ законно отправиться в ссылку на Пограничье?

Фу Яньцы в одиночестве просидел в кабинете до глубокой ночи. Лишь под утро с тяжелой головой он лег рядом с Ю Цином, обнял его, вдыхая тонкий аромат бамбука, исходящий от него, и постепенно заснул.

На следующий день Ю Цин с самого утра распахнул окно. Свежий воздух хлынул в комнату, солнечные лучи пробились сквозь занавески и упали на плотно закрытые веки Фу Яньцы.

Фу Яньцы не выспался, и яркое солнце вызвало у него недовольное ворчание. Ю Цин, сидевший рядом с книгой, увидел это, поджал губы и подошел к кровати, заслонив его собой.

Когда Фу Яньцы проснулся, солнце уже высоко поднялось. Стоило ему открыть глаза, как он увидел Ю Цина, чье личико раскраснелось от жары. Его сердце сжалось от жалости, и он нежно смахнул капельки пота у него за ухом.

Ю Цин, заметив, что тот проснулся, застенчиво произнес:

— Ты проснулся? Когда мы отправимся на обряд возвращения в дом родителей?

http://bllate.org/book/28735/3474336