Услышав это, Чжао Цяо мгновенно растеряла всю радость, что светилась на её лице, её взгляд ускользнул куда-то в сторону, а в голосе прозвучало лёгкое смущение:
— Не слушай ты мою маму, она языком зря треплет, ничего красивого.
Заметив такое выражение её лица, Шэнь Цинцы сразу поняла, что это прозвище ей не по душе. В глубине её глаз вспыхнула искра улыбки, и она мягко произнесла:
— Почему не нравится? По-моему, очень мило, с такой теплотой.
Чжао Цяо поджала губы, мысленно размышляя: повсюду в деревне только и слышно — Да Я, Эр Я, Пан Я, либо же, как у неё, имя с приставкой «я» на конце. Раньше она особо не задумывалась об этом, но стоило ей услышать, как Мэн Ваньи зовёт Шэнь Цинцы — А Цы, так нежно и красиво, как ей тут же показалось, что её собственный «Цяо-я» звучит слишком грубо и непрезентабельно. И уж тем более ей не хотелось, чтобы Шэнь Цинцы звала её так же. Однако высказать вслух эти мысли она стеснялась, поэтому лишь отвернула голову и с напускной капризностью протянула:
— Да просто не нравится, и всё. Некрасиво.
Глядя на её застенчивый и упрямый вид, Шэнь Цинцы улыбнулась ещё теплее. Она вмиг раскусила её мысли, сообразив, что та невзлюбила столь вольное обращение, а вспомнив, как та вечно норовит назвать её «А Цы», примерно догадалась о её предпочтениях. Поколебавшись мгновение, она тихо спросила:
— Тогда давай я буду звать тебя «А Цяо»? Хорошо?
Чжао Цяо резким движением повернулась обратно. Её глаза вмиг засияли, напускное смущение бесследно исчезло, сменившись смесью удивления и неуверенности, и она тихонько повторила вслед за ней:
— А Цяо?
Это имя, слетевшее с губ Шэнь Цинцы, прозвучало так нежно и красиво, будто тёплый поток, мгновенно хлынувший ей прямо в сердце.
Шэнь Цинцы посмотрела на её радостное лицо, легко кивнула, и её голос прозвучал мягко, но твёрдо:
— Мм, А Цяо.
Чжао Цяо почувствовала, как волна жара прокатилась от самого сердца до кончиков пальцев, щёки снова залились румянцем, уголки губ сами собой поползли вверх, а в глазах плескалась чистая радость. Она изо всех сил закивала:
— Хорошо! Как же красиво! А Цы, зови меня отныне только А Цяо!
После того как свиной ливер был наконец распределён, большой кусок свежей свинины отправился на кухню. Весело потрескивали дрова, вился дымок от очага, а изнутри доносились хрустящий стук ножей о доску и аппетитные ароматы готовки. Все вновь занялись своими делами, закипела жаркая работа. Шэнь Цинцы молча следовала за Чжао Цяо, озираясь по сторонам в надежде отыскать хоть какую-то нехитрую работу, чтобы помочь. Но будь то мытье овощей, их нарезка, подача тарелок или расстановка столов — проворные руки местных жителей неизменно опережали её. В итоге до самого того момента, когда вдалеке послышлись звуки суджуна и сорны, а жених, держа невесту за руку, под шум и гам ввёл её во двор, она так и не нашла ни единой возможности хоть в чём-то помочь.
Эта деревенская свадьба оказалась куда проще и скромнее любых аристократических церемоний, на которых доводилось бывать Шэнь Цинцы. Здесь не было запутанных ритуалов и дорогих свадебных даров, зато было столько живой, бьющей через край энергии — двор ломился от односельчан, шумные разговоры и смех, праздничные звуки традиционных инструментов и детская беготня сливались в единый гомон. Веселье не прекращалось ни на минуту, казалось, даже самый воздух был пропитан радостью. Чжао Цяо, обладавшая нравом живым и непоседливым, то поднималась на цыпочки, то вытягивала шею, протискиваясь вперёд и назад, наблюдая за всем с огромным восторгом, и глаза её силели от любопытства.
Шэнь Цинцы же тихо стояла в тени дерева за домом, избегая толчеи в толпе, и издалека наблюдала за праздником. Вскоре она заметила, как Чжао Цяо, только что протиснувшаяся в свадебную комнату, спустя пару мгновений уже вынырнула оттуда вспотевшая, быстро подбежала к ней и схватила за руку. В её голосе звучала нетерпеливая радость:
— А Цы, пойдём, я отведу тебя посмотреть на невесту!
Шэнь Цинцы мягко высвободила руку, а в её глазах мелькнула нотка отстранённой мягкости:
— Я не пойду. Слишком много людей, такая давка. Сходи сама, не нужно со мной возиться.
Она с детства привыкла к тишине и покою, и оттого подобная теснота и гам в брачной комнате казались ей совершенно непривычными.
Чжао Цяо на мгновение замерла, хватка на её руке ослабла. Она тут же остановилась, оставшись стоять рядом, а её голос приобрёл смущенные нотки:
— Тогда я тоже не пойду смотреть.
Мысленно вспомнив, как только что прыгала и протискивалась сквозь толпу, она поняла, что перед Шэнь Цинцы наверняка выглядела ужасно нелепо, и ей стало стыдно снова бежать в самую гущу событий.
Глядя на растерянность в её глазах, Шэнь Цинцы легко подтолкнула её в плечо и мягко произнесла:
— Хочешь смотреть — иди, не обращай на меня внимания. Я ведь и вправду не люблю толкаться среди людей, мне и здесь подождать хорошо.
Она прекрасно видела, что Чжао Цяо действительно любопытно, и та вовсе не собиралась заставлять её оставаться за компанию.
Чжао Цяо посмотрела на шумную толпу в комнате, потом на тихо стоящую рядом Шэнь Цинцы, закусила нижнюю губу и покачала головой:
— Я уже видела невесту, там больше не на что смотреть. Я лучше побуду здесь с тобою.
С этими словами она осталась стоять подле неё, то и дело вытягивая шею и заглядывая через дверной проём свадебной комнаты, чтобы украдкой поглазеть на веселье. Выглядела она при этом донельзя простодушно и мило.
Шэнь Цинцы не стала больше уговаривать её и просто стояла рядом, наблюдая за её любопытством. На дне её глаз промелькнула лёгкая тень улыбки, и даже окружающий гам словно стал чуть мягче.
Вскоре началось застолье — ряды столов на восемь персон заполнили весь двор, источая умопомрачительные ароматы. Шэнь Цинцы выпало сидеть как раз рядом с Чжао Цяо, и в этот момент она была бесконечно благодарна за такое место. Шум и суета деревенского пиршества превзошли все её ожидания: стоило какому-нибудь блюду оказаться на столе, как гости сметали его в мгновение ока, действуя с поразительной быстротой. Если бы не Чжао Цяо, которая поминутно помнила о ней и шустрые палочки которой успевали накладывать ей в пиалу еду, она, пожалуй, вообще осталась бы за этим обедом голодной.
В какой-то момент Чжао Цяо и вовсе встала со своего места, не сводя глаз с кухни: стоило оттуда вынести очередное блюдо, как она молниеносно вытягивала руку, и её палочки с невероятной точностью отправляли лакомый кусочек в чашку Шэнь Цинцы, а следующий — уже в её собственную. Скорость и меткость были такими, что Шэнь Цинцы только глаза лупала от изумления.
Прошло около полчаса, когда жених и невеста с бокалами в руках отправились обходить столы и приветствовать гостей. Для Шэнь Цинцы это зрелище было в диковинку. На тех аристократических свадьбах, где ей доводилось бывать раньше, жених всегда пил с гостями в одиночестве, в то время как невеста была обязана послушно сидеть в свадебной комнате, строго соблюдая приличия и не имея права лишний раз показываться на глаза. Поразмыслив об этом, она подумала, что все эти так называемые правила знатных семей похожи на невидимые клетки, накрепко запирающие благородных девиц, не позволяя им жить по сердцу даже в такой радостный день, как свадьба.
Невеста Ван Гуйсян обладала нравом открытым и компанейским. С первого же взгляда она заметила, что Шэнь Цинцы разительно отличается от остальных: холодноватая изысканность, природная утонченность благородной девицы и вместе с тем лёгкая отчуждённость. Чуть смущенная и одновременно заинтригованная, она сама подошла к Шэнь Цинцы, и в её голосе зазвучало чистое восхищение:
— Да Ню сказывал, что все эти парные надписи и иероглифы счастья на дверях написала ты! До чего же ты искусна!
Не успела Шэнь Цинцы и слова сказать в ответ, как Чжао Цяо уже первой подняла собственный кубок, легонько стукнула им о чарку Ван Гуйсян, а её голос прозвучал услужливо и оживлённо:
— Вторая невестка! Поздравляю тебя и старшего кузена со свадьбой, пусть в вашем доме поскорее появятся дети!
Она инстинктивно заслонила собой Шэнь Цинцы, опасаясь, что кто-то станет докучать ей лишним вниманием.
Ван Гуйсян с улыбкой глянула на Чжао Цяо, а затем снова перевела взгляд на Шэнь Цинцы, собираясь что-то сказать, но тут все гости разом поднялись со своих мест, шумно поднимая чаши, чтобы выпить с новобрачными. Она больше не могла задерживаться возле Шэнь Цинцы и была вынуждена с улыбкой чокаться со всеми подряд, осушая вино до дна.
Шэнь Цинцы взяла свой кубок и сделала крошечный глоток. Вино оказалось обжигающе крепким, на вкус — горьким и дерзким, совершенно не похожим на те мягкие фруктовые вина и слабоалкогольную рисовую брагу, что она пила прежде. От резкости у неё тут же сдружились брови, пальцы судорожно сжали кубок, и в сердце её мелькнула твёрдая решимость больше никогда не притрагиваться к этой гадости.
Ван Гуйсян как раз бросила взгляд на её нахмуренное лицо и участливо произнесла:
— Крепкое вино, да? У меня из родительского дома припасен небольшой кувшинчик цветочного вина, оно сладкое и очень вкусное. Ты погоди тут немного, я мигом сбегаю принесу тебе попробовать!
С этими словами она подобрала юбки и быстро побежала в сторону свадебной комнаты, исчезнув из виду уже через пару мгновений.
Взгляд Шэнь Цинцы невольно последовал за мелькнувшим красным силуэтом, а в глазах промелькнула лёгкая тень тоски. Заметив, что Шэнь Цинцы всё смотрит и смотрит на невесту, Чжао Цяо почувствовала, как в груди поднимается странное, неприятное раздражение. Не удержавшись, она снова схватила со стола крепкое вино и сделала большой глоток. Жгучая жидкость обожгла горло, заставив её закашляться, а щеки мгновенно залились краской.
Шэнь Цинцы тут же повернулась к ней, полная тревоги, и легонько похлопала её по спине:
— Это вино слишком крепкое. Ты ещё мала, пей поменьше, смотри, как бы не захлебнуться.
Сидевшая неподалёку женщина, увидев это, не удержалась и подшутила над Чжао Цяо:
— Цяо-я, сколько тебе лет-то, а уже за взрослыми тянешься? Гляди, увидит матушка — опять бранить станет!
— Да я уже взрослая! — Чжао Цяо тотчас выпятила подбородок, возражая с крайним несогласием, а затем украдкой покосилась на сидевшую рядом Шэнь Цинцы, и голос её чуть смягчился: — Я правда уже выросла, я могу пить.
Ей хотелось быть взрослой, способной защитить Шэнь Цинцы, а не ребёнком, в глазах которого та её видит.
Глядя на её упрямый и одновременно по-детски наивный вид, Шэнь Цинцы почувствовала, как смягчилось её сердце. Протянув руку, она легко коснулась пальцами её щеки — кожа была горячей, с едва уловимым винным духом. Она мягко произнесла:
— Я знаю, что ты уже большая девушка. Но это вино всё же вредит здоровью, так что пей поменьше, чуть-чуть — и хватит.
Услышав её одобрение, обида в сердце Чжао Цяо тут же растворилась больше чем наполовину. Она послушно кивнула, больше не пытаясь спорить и пить на спор. В этот самый момент вернулась Ван Гуйсян, бережно прижимая к груди небольшой кувшинчик с цветочным вином. Она аккуратно выплеснула остатки крепкого зелья из чашки Шэнь Цинцы и доверху наполнила её ароматным сладким вином, улыбаясь:
— Попробуй-ка это. Оно совсем не крепкое, сладкое, очень вкусное.
Шэнь Цинцы сделала маленький глоток: цветочное вино оказалось сладковатым, мягким и легко скользнуло в горло, не вызывая никакого жжения. Оно было в тысячу раз приятнее предыдущего. Она кивнула, и в её глазах заплясали искорки улыбки:
— Очень вкусно, спасибо тебе.
Ван Гуйсян довольно задрала подбородок, сияя от радости. Чжао Цяо, наблюдая за тем, как Шэнь Цинцы с удовольствием пьет, не выдержала, протянула собственный кубок и капризно попросила:
— Вторая невестка, дай и мне попробовать! Я тоже хочу сладкого вина.
Кто бы мог подумать, что Ван Гуйсян тут же отдёрнет кувшин назад, замашет руками и смущённо скажет:
— Ой, прости, Цяо-я, у меня всего-то один кувшинчик, его и самой мало, больше нет. Пей то, что на столе стоит.
С этими словами она прижала кувшин к груди и спешно убежала.
Лицо Чжао Цяо мгновенно вытянулось, губы надулись, а в голосе прорезалась обида вперемешку с упрямством:
— Подумаешь, больно надо! Не буду пить, больно хотелось!
Хоть она и говорила так, скрыть разочарование в глазах ей не удавалось.
Шэнь Цинцы, глядя на её комичный и трогательный вид, не смогла сдержать улыбку. Она аккуратно перелила часть цветочного вина из своей чашки в кубок Чжао Цяо и мягко произнесла:
— Не сердись. Попробуй моё, оно правда очень вкусное.
http://bllate.org/book/28734/3474288
Готово:
