Линь Шуанцзян ускорила шаг.
Примерно через три минуты она обернулась, и на преследователя уставился взгляд её чёрных, острых как лезвие глаз.
Жань Чжу стояла у края залитого водой рисового поля. Рисовые побеги в поле зеленели — нынче в деревне Таохуа выращивали лишь один урожай в год, и колосья ещё даже не успели завязаться. В поле плескалась мутная, желтовато-бурая жижа, а узкую тропинку обрамляли сочная зелёная сорная трава и какие-то незнакомые полевые цветы.
Жань Чжу с головы до ног покрылась потом. Несмотря на столь знойную погоду, от неё веяло могильным холодом, голову ломило и раздувало от боли, такой сильной, что хотелось биться о стену, а на то, чтобы просто переставить ногу, у неё уже не оставалось сил.
В глазах начало темнеть, и вскоре она перестала что-либо видеть.
Она снова ослепла? — промелькнуло у неё в голове.
В следующий же миг её тело рухнуло прямо на залитое водой рисовое поле с правой стороны. Падение оказалось стремительным и сопровождалось громким шлепком. Жёлтая грязь брызнула во все стороны, измазав сине-зелёное ципао, которое было надето на девушку, и испачкав белоснежные туфельки на её ногах.
Зрачки Линь Шуанцзян сузились. Бросив на землю мотыжку и корзинку, она бросилась к Жань Чжу.
Эта хрупкая, нежная девушка наполовину погрузилась в грязь и уже потеряла сознание.
Линь Шуанцзян спустилась на поле, ухватила Жань Чжу за плечи и перевернула её, а затем резко потянула на себя — Жань Чжу упала ей на грудь. Подхватив девушку на руки в стиле принцессы, Линь Шуанцзян широким шагом направилась к своему небольшому дворику. Алая деревянная дверь была плотно закрыта, но Линь Шуанцзян распахнула её ударом ноги.
Миновав двор и войдя в просторную гостиную, она прямиком направилась со спящей Жань Чжу в спальню и уложила её на бамбуковую кровать у стены.Линь Шуанцзян не колебалась ни секунды. Действуя быстро и решительно, она в несколько движений сняла с Жань Чжу ципао, не оставив на той ни единой одежды. Увидев обнаженную девушку, лежащую на бамбуковой кровати, Линь Шуанцзян почувствовала некоторую неловкость. Она отвернулась, сняла собственную солнцезащитную куртку и бросила ее на девочку. Серая куртка была прохладной и приятной на ощупь, она закрыла бо́льшую часть тела Жань Чжу, оставив открытыми лишь белоснежные тонки́е руки и ноги.
Линь Шуанцзян вышла из спальни, миновала гостиную, затем прошла мимо кабинета и кладовой и наконец добралась до кухни, где достала из холодильника несколько пакетов со льдом.
Вернувшись в спальню, она обнаружила, что Жань Чжу еще не проснулась.
Линь Шуанцзян положила один пакет со льду Жань Чжу на лоб, еще один устроила в ямке на шее, а последний оставшийся пакет поместила ей на пах.
Завершив все это, Линь Шуанцзян сняла висевшую на шее флягу и отложила ее в сторону. Оглядев свои бирюзовые кроссовки, набравшие воды и грязи, грязные и мокрые, она вздохнула.
На полу из белой керамической плитки уже тянулись грязные полосы.
Нахмурившись, Линь Шуанцзян подошла к выходу, разулась, сняла носки и босиком направилась к пруду. Открутив кран, она смыла с ног грязь прохладной горной водой, которая принесла с собой приятную свежесть.
Ополоснув ступни, Линь Шуанцзян нашла пару шлепанцев и обулась. Вернувшись в спальню, она сняла солнцезащитную шляпу и вуаль с лица, бросив их в сторону.
Посмотрев на Жань Чжу, она с трудом подавила импульс выбросить ту вон и бесстрастно пнула ножку бамбуковой кровати.
Потерявшая сознание девушка все еще не просыпалась, и Линь Шуанцзян снова пнула кровать.
Внешне она оставалась невозмутимой, но в душе ее поднималась волна раздражения.Линь Шуанцзян взяла с кровати телефон и набрала номер. На том конце послышался взволнованный женский голос:
— Шуаншуан, сегодня к тебе приходила какая-то девушка. Я увидела, что от неё нет никакой угрозы, и пропустила внутрь. Ты уже встретила её? Я отправила её досье тебе на почту, не забудь посмотреть.
Линь Шуанцзян, сжав в руке телефон, вышла на улицу и холодно произвела:
— Пришли сюда людей сделать уборку и забери это бремя. А когда она проснётся, пусть возместит мне ущерб.
Говоря это на ходу, Линь Шуанцзян дошла до калитки во дворе. Вспомнив про брошенную у дороги маленькую мотыгу и корзинку, она подошла, подняла обе вещи и отнесла домой. Аккуратно разложив их, она услышала доносившиеся из спальни тихие всхлипывания.
Линь Шуанцзян сбросила вызов, сунула телефон в карман брюк и вошла в спальню. Скрестив руки на груди и прислонившись спиной к косяку, она свысока уставилась на сжавшуюся в комочек на бамбуковой кровати девушку.
Увидев её, Жань Чжу шмыгнула носом.
Она подтянула на себе солнцезащитную куртку, прикрывая грудь.
Жань Чжу не смела смотреть на Линь Шуанцзян и всё время опускала голову. Её личико раскраснелось так, будто готово было кровоточить, а голос звучал мягко, но очень тихо:
— М-моя одежда где?
Линь Шуанцзян подняла руку и длинным пальцем указала на пол:
— Вон там. Одевайся и уходи.
Жань Чжу не смела возразить. Закутавшись в солнцезащитную куртку, она после минутного колебания всё же слезла с бамбуковой кровати. Когда она наклонилась, чтобы поднять одежду, куртка соскользнула, обнажив полоску белоснежной кожи, и её неясные, мягкие изгибы тут же предстали перед глазами Линь Шуанцзян.
Лишь на мгновение задержав взгляд, Линь Шуанцзян вышла и прикрыла за собой дверь.
Прошло почти десять минут, прежде чем Жань Чжу отворила дверь и вышла наружу. Даже грязь и пятна не могли скрыть и половины её красоты — она оставалась всё той же изысканной, прекрасной, но хрупкой девушкой.
Линь Шуанцзян присела на корточки у порога, попивая воду, и, заметив появившуюся девушку, протянула ей бутылку.
Жань Чжу взяла её и тихо произнесла:
— Спасибо.
Холодный и безжалостный голос Линь Шуанцзян ответил:
— Пять юаней.
Жань Чжу замерла, ошеломлённо глядя на бутылку минеральной воды в руках. Она не пила уже несколько часов и сильно страдала от жажды.
Жань Чжу открутила крышку и остановилась, только когда осушила две трети бутылки.
У входа стояла женщина лет тридцати с небольшим. Её черты лица нельзя было назвать красивыми, но вместе они производили очень приятное впечатление. У неё была чистая, прозрачная и светлая кожа. Женщина бросила взгляд на Линь Шуанцзян, а затем перевела его на Жань Чжу.
Подойдя к Жань Чжу, женщина улыбнулась и произнесла:
— Девочка, я уже подсчитала по дороге твои убытки: с тебя двести юаней компенсации.
Она сделала небольшую паузу:
— Плюс эта бутылка воды — итого двести пять юаней. Плати.
Женщина протянула руку:
— Наличными или переводом?
Жань Чжу смотрела на неё затуманенным взглядом. Переведя глаза на всё еще сидевшую на корточках Линь Шуанцзян — был виден лишь её согбенный силуэт, — девушка простояла в растерянности несколько десятков секунд, а затем опустила голову и виновато пробормотала:
— Я... я не взяла с собой ни телефон, ни кошелек. Можно я пойду за ними? Я принесу деньги чуть позже.
Обретя ясность рассудка, она уже вспомнила всё, что произошло до потери сознания. Это Линь Шуанцзян спасла её.
Её долг благодарности было не выплатить до конца.
http://bllate.org/book/28702/3470486
Готово:
