Приглядевшись, можно было заметить, что хотя эти люди и были одеты в костюмы, их тела выглядели мускулистыми, движения — хорошо натренированными, словно их высекли по одному лекалу, а на лицах не было никаких лишних эмоций. С первого взгляда было ясно, что они вовсе не похожи на бизнесменов.
Режиссер Тай едва не опешил.
Тот круг знакомств, который он собирался представить и ради которого так старался перед всеми, сейчас, оглядываясь назад, казался ему верхом глупости — это были вовсе никакие не инвесторы!
Цяо Сусин, похоже, тоже слегка удивился: вежливая улыбка, не сходившая с его лица с самого входа, исчезла, а ясные, чистые глаза устремились прямо вперед:
— Неужели директор Пан намерен принуждать людей силой?
Директор Пан фыркнул и приподнял подбородок, обращаясь к стоявшим за его спиной людям.
Режиссер Тай едва не покрылся холодным потом, с тревожным сердцем наблюдая, как те надвигаются на Цяо Сусин.
В тот самый момент, когда амбалы уже почти коснулись Цяо Сусина, последний внезапно пришел в движение: взмахнув рукой, он со злости швырнул бокал в сторону.
Раздался звонкий удар.
Бокал врезался в стену, издав оглушительный грохот, словно среди ясного неба грянул гром, и осколки фарфора разлетелись по полу.
В следующее мгновение у входа послышался шум.
Дверь резко распахнулась снаружи, Юй Чэнь заглянул внутрь, а за его спиной толпилось целое море людей — судя по всему, немало. Какой-то официант, услышав звук разбитого стекла, тоже протиснулся вперед.
— Прошу прощения, рука соскользнула, — Цяо Сусин развел руками.
Директор Пан рявкнул:
— Что здесь происходит?
Из-за внезапного происшествия телохранители замерли на месте. Выбрав подходящий момент, Цяо Сусин выскользнул из их окружения, отступил на два шага назад и встал у стены возле дверей.
Он одарил присутствующих в отдельном кабинете улыбкой, в которой сквозило легкое превосходство:
— Если у нас принято произносить тосты по очереди, как же обойтись без общего? Помимо нас двоих, остальные, конечно же, тоже хотят выразить уважение почтенным господам.
С этими словами, не дожидаясь их реакции, он махнул рукой в сторону коридора:
— Заходите все!
Юй Чэнь тут же шагнул вперед, ведя всех за собой, следом появилась Фан Синь, за ней — несколько молодых актеров и даже знакомые лица из числа персонала. Толпа гуськом ввалилась в помещение и выстроилась в ряд за спиной Цяо Сусина. Если сосчитать, их набралось больше десятка — они заняли почти все пространство вдоль первой линии!
Лицо директора Пана помрачнело.
Глава 11
Директор Пан решился на противоправные действия в общественном месте лишь потому, что был твердо уверен: у Цяо Сусина слишком сильная гордость, и он не станет поднимать шум. Если эта история станет достоянием общественности, ничего хорошего для самого Цяо Сусина не будет.
Пикантные слухи всегда обладают свойствами сплетен: даже если он окажется жертвой, стоит только беспочвенным домыслам пойти в народ, как уже не разберешь, кто прав, а кто виноват. Цяо Сусину еще предстояло открыто появляться на публике, и он не стал бы так безрассудно гробить собственную карьеру.
Именно поэтому директор Пан не опасался, что Цяо Сусин устроит скандал — по крайней мере, в отношении самого себя.
Нынешняя же ситуация явно выходила за рамки его ожиданий.
Директор Пан прищурился, инстинктивно собираясь отдать секретарю приказ зафиксировать анкетные данные всех вошедших, но, приглядевшись, заметил, что знакомый актер в самом центре толпы держит в руках цветы, а остальные прибывшие почти поголовно сжимают бокалы: кто-то смотрел с ожиданиями, а кто-то и вовсе с трудом сдерживал волнение.
Вот оно что.
Цяо Сусин шагнул вперед, взял со стола пустой бокал, налил себе вина и произнес:
— Разве годится, если тосты будут произносить лишь несколько главных актеров? Многие в нашей группе искренне хотят от всей души поблагодарить директора Пана. Поэтому я проявил излишнюю самодеятельность и позволил всем собраться здесь к концу вечера — в знак нашей скромной признательности.
Он перевел взгляд на директора Пана, и в его глазах мелькнул многозначительный блеск:
— Раз уж Мэй Ланди временно не сможет прийти, уделите нам немного времени.
Юй Чэнь во весь голос гаркнул:
— Желаем Институту звездных исследований успешного завершения съемок и бешеной популярности после выхода на экраны!
Остальные подхватили и хором повторили:
— Желаем Институту звездных исследований успешного завершения съемок и бешеной популярности после выхода на экраны!
Юй Чэнь снова закричал:
— Благодарим за ценные наставления и заботу во время съемок, желаем вашему делу неизменного процветания!
Стоявшие рядом в унисон повторили:
— Желаем вашему делу неизменного процветания!
После того как они выкрикнули все заготовленные фразы, все дружно осушили бокалы.
Цяо Сусин стоял впереди всех, весьма элегантно приподнял бокал и выпил до дна.
— Подготовка была спешной, получилось простовато, но все это от чистого сердца. Просим вас не судить строго.
У директора Пана перекосило лицо, он полностью потерял дар речи, а взгляд, брошенный на Цяо Сусина, был настолько ледяным, что с него капала вода.
Лишь спустя долгое время он смог вернуть себе голос:
— Прекрасно.
Выдохнув, он кивнул:
— Отлично придумано.
Похвала прозвучала так, словно слова протискивали сквозь стиснутые зубы.
Цяо Сусин сделал вид, что не замечает скрытого подтекста, и сдержанно произнес:
— Главное, чтобы вам понравилось.
Пришедшие с ним люди, услышав одобрение, тоже засияли от радости.
Цяо Сусин сказал:
— Тост произнесен, продолжайте отдыхать, а мы больше не будем вам мешать.
Точь-в-точь те же слова, что он услышал после своего одиночного тоста. Тогда ему не позволили уйти, но теперь приходилось молча смотреть ему вслед.
Директор Пан скрипел зубами так, что был слышен треск.
Однако на глазах у публики ему оставалось лишь проглотить эту обиду и даже выдавить из себя улыбку, кивнув:
— Хорошо, идите.
Все планы пошли прахом, и Цяо Сусин прямо у него на глазах, средь бела дня, в окружении целой толпы покинул отдельный кабинет.
Стоило только закрыть дверь, как люди вокруг оживленно заговорили:
— Мать моя, я только что так нервничал!
— И я тоже, чуть не перепутал слова.
— А вам не показалось, что директор Пан выглядел каким-то недовольным?
— Да нет, у него вроде всегда такое выражение лица.
— С чего бы ему быть недовольным? Мы же тут всего на пару минут, делу не помешали.
Одна из девчонок протиснулась вперед:
— В этот раз мы всем обязаны тебе, Сяо Цяо.
Стоявшие рядом поддержали ее:
— Точно! Иначе у нас бы и вовсе не было шанса показаться на глаза продюсеру.
— Не стоит благодарить, — мягко ответил Цяо Сусин. — Все вы отлично потрудились.
Большинство пришедших были молодыми актерами, которые, наперебой расхваливая друг друга, смущенно переглядывались, и вскоре вновь завели шумную болтовню.
Юй Чэнь, обычно самый говорливый из всех, на этот раз молчал до самого возвращения на свои места, пока внезапно не вцепился в рукав Цяо Сусина:
— Ты в порядке? Что там было?
Цяо Сусин с самым невинным видом ответил:
— Все в порядке.
Юй Чэнь нахмурился:
— Неправда, что-то тут не так!
Цяо Сусин потер кончик носа и усмехнулся:
— Разве я не стою перед тобой целый и невредимый? Какие со мной могли быть проблемы?
Юй Чэнь упрямо мотнул головой:
— В общем, дело нечисто.
— Ты мне расскажешь или нет? Если бы я знал, ни за что не стал бы организовывать всех!
— Ладно, ладно, — Цяо Сусин удержал его за плечо. — Только пообещай, что, дослушав до конца, ты будешь сидеть смирно.
Вернувшись после разговора с секретарем и узнав, что директор Пан и остальные переместились в малый кабинет, Цяо Сусин уже тогда смутно почувствовал неладное.
Он вовсе не считал директора Пана человеком, который легко откажется от задуманного после первого же отказа.
В прошлый раз все замялось само собой, и он наивно полагал, что инцидент исчерпан, но никак не ожидал, что тот затаил обиду.
Столы инвесторов, режиссера и прочих находились в отдельном зале, до которого от главного холла было приличное расстояние.
Те инвесторы, что сидели в кабинете — красиво звучало лишь на словах, а на деле они были акционерами из команды директора Пана, ничем не отличаясь от марионеток, поддакивающих во всем. Стоило ему выдвинуть любое требование или совершить нечто подобное, как они наверняка либо поддержали бы его, либо сделали вид, что ничего не замечают.
Цяо Сусин и сам не прочь был просто взять и уйти, но внезапный побег без веских причин вызвал бы ненужные расспросы и лишние хлопоты. К тому же, раз в прошлый раз он не пришел на встречу, у того наверняка сложилось мнение о нем как о трусе, и теперь он действовал еще наглее.
Но главное заключалось в том, что пока он намерен крутиться в этой сфере, даже если не будет директора Пана, обязательно найдется кто-нибудь другой, и рано или поздно придется учиться с этим справляться.
Вскоре исполнительный режиссер объявил, что нужно заходить по очереди для тостов, перечислив конкретных исполнителей главных ролей и важных второстепенных персонажей, причем в строго определенном порядке.
Цяо Сусин почти сразу догадался, в чем кроется истинный замысел.
Если этот человек действительно собирался пойти на крайности, ему следовало заранее позаботиться о путях отступления.
Выложить все начистоту он не мог: у него не было железных доказательств — это раз. Во-вторых, если бы он заявил, что директор Пан имеет на него нечистые виды, это выглядело бы как их личный конфликт, а в глазах остальных директор Пан к тому же слыл добрым и щедрым спонсором, и далеко не каждый рискнул бы ввязываться в эту грязь.
Но если придумать предлог и заманить тех молодых актеров, у которых в обычные дни даже не было возможности переброситься словом с режиссером, пообещав им шанс засветиться перед инвесторами, желающих набралось бы предостаточно.
Цяо Сусин попросил Юй Чэня остаться снаружи, чтобы обговорить со всеми слова и договориться: если через пятнадцать минут после входа в кабинет он не вернется, Юй Чэнь может больше ни о чем не беспокоиться и просто врываться внутрь.
Главное — обеспечить присутствие людей поблизости от кабинета. Цяо Сусин уже решил: если дверь запрут, он разобьет бокал, чтобы поднять как можно больше шума.
Его боевая подготовка хоть и включала в себя занятия с известным постановщиком трюков, он не был совсем уж беспомощным и какое-то время продержаться бы сумел.
Похоже, из-за присутствия телохранителей директор Пан потерял бдительность и, отправив исполнительного режиссера восвояси, даже забыл запереть дверь.
Тот явно и помыслить не мог, что какой-то ничтожный артист осмелится сопротивляться.
Единственным крупным упущением стало то, что он не ожидал, будто телохранители замаскированы под других инвесторов — пусть сам он еще мог кое-как постоять за себя, перед лицом профессионалов у него не было ни единого шанса.
К счастью, Юй Чэнь ворвался в самый подходящий момент.
— Охренеть! — Юй Чэнь резко подскочил, так что стол даже сдвинулся с места.
— Все в порядке, он просто поперхнулся, — Цяо Сусин мгновенно объяснил всё присутствующим и добавил, понизив голос: — Ты же обещал сидеть смирно.
Юй Чэнь скрежетал зубами:
— Что за мразь...
Он злобно зыркнул на Цяо Сусина:
— Почему ты сразу не сказал? Я бы этому уроду весь стол перевернул! Какое питье, чтоб его самого разорвало!
Бормоча себе под нос проклятия, он сжал палочки для еды с такой силой, будто перед ним был заклятый враг, и яростно ткнул ими в тыквенную лепешку, лежавшую в пиале.
Глядя на его праведный гнев и вид бойца, готового ринуться в драку, Цяо Сусин невольно глухо рассмеялся, и от недавнего раздражения не осталось и следа.
— Чего ты злишься больше меня?
Юй Чэнь возмутился:
— Да как тут не злиться? Лицемерная сволочь, таких земля носить не должна!
http://bllate.org/book/28685/3468204
Готово:
