Как она могла узнать о том, что тогда произошло в семье Сюй Гуйи?
На третий день после трагедии в семье Сюй Гуйи та была вынуждена подписать целый ряд соглашений с Ю Чжоцин, после чего оборвала все связи с Сюй Гуйи. Обо всём, что касалось Сюй Гуйи, она узнавала только из уст Ю Чжоцин, умоляя ту рассказать ей хоть что-нибудь.
— Убирайся.
Нин Чаньюэ сквозь зубы выдавила это слово, а затем отвела телефон от уха, но прежде чем успела нажать кнопку сброса, услышала мелодию будильника на телефоне Сюй Гуйи, оставленном на диване.
Прозвонив пару раз, из туалета донесся голос Сюй Гуйи:
— Нин Чаньюэ, выключи будильник, пожалуйста.
В телефоне голос Ю Чжоцин заметно напрягся, растеряв прежнее спокойствие:
— Кто это говорит?
Нин Чаньюэ проигнорировала её и прямо сбросила вызов. Затем она сделала пару шагов вперед и выключила будильник с пометкой: «Помочь сестренке умыться».
Телефон Ю Чжоцин продолжал звонить, но Нин Чаньюэ, бросив на него один взгляд, перевела аппарат в беззвучный режим. Настроение её, судя по всему, было из рук вон плохим; тяжело вздохнув, она обессиленно опустилась на диван.
Неужели это она косвенно погубила родителей Сюй Гуйи, а затем косвенно превратила и без того здоровую младшую сестру в инвалида с тяжелым поражением мозга?
Как же ей хотелось, чтобы это было не так.
Однако суровая реальность подсказывала, что, скорее всего, именно так всё и было.
В те дни она только-только скопила немного денег, бегая по съемочным площадкам, и, еще не успев побаловать себя, купила матери Сюй машину в качестве подарка на день рождения.
Потому что к родителям Сюй Гуйи она испытывала не просто симпатию, а глубочайшую благодарность, которая порой даже превосходила чувства к собственным маме и папе. Когда во время поступления в театральный институт она оказалась в полном тупице, именно родители Сюй Гуйи неизменно поддерживали ее финансово и эмоционально. Если бы не они, у нее, пожалуй, не было бы даже шанса ступить на порог шоу-бизнеса.
Машину-то она подарила, но кто же знал, что в ней окажется заводской брак. Всего через несколько дней, когда семья Сюй Гуйи из трех человек отправилась на автомобиле праздновать день рождения, начался ливень, тормоза отказали, и в один миг все погибли в автокатастрофе.
Когда она примчалась в Наньчэн прямо со съемочной площадки, всё, что ей предстало — это лежавшие в реанимации без сознания родители Сюй Гуйи и сама Гуйи.
При этой мысли глаза Нин Чаньюэ вновь необъяснимо защипало. Она моргнула, но накатившее чувство вины, ставшее сильнее, чем когда-либо прежде, мгновенно затуманило её глаза легкой пеленой слез.
Сюй Гуйи не должна этого видеть.
Опустив взгляд, она попыталась смахнуть тыльной стороной ладони выступившие слезы.
Однако не успела её рука коснуться век, как она невольно бросила взгляд на лежавший на диване телефон Сюй Гуйи, чей экран все еще не погас.
Перед её глазами всплыли строчки влажных от слез слов.
Это был пост.
Почему железы омеги могут покраснеть и опухнуть? — вопрошал автор.
Да шлялась где-то, нынешние омеги вон какие распущенные, некоторые еще несовершеннолетними с альфами путаются, — гласил первый комментарий, он же набрал больше всего лайков.
И гадать нечего, бабка к гадалке не ходи, сразу видно, что твоя омега за спиной тебе изменяет. Разве у порядочной омеги могут быть проблемы с железами? [смайлик: ухмылка] — гласил второй комментарий, смысл которого точь-в-точь повторял первый.
Дальше Нин Чаньюэ читать не стала, но, пожалуй, все остальные ответы были плюс-минус такими же.
Помедлив секунду, она отрешенно отвела взгляд.
Оказывается, пока Сюй Гуйи сидела на диване, она тайком искала всё это в интернете?
Что же подумает Сюй Гуйи, увидев такое в сети?
Сердце Нин Чаньюэ падало всё ниже и ниже.
Но даже если Сюй Гуйи и впрямь в чем-то сомневается, она ведь спросит напрямую... верно?
Нет. Нин Чаньюэ судорожно вздохнула, выныривая из пучины мрачных мыслей. Ей нужно заранее придумать какое-нибудь объяснение, нельзя допустить, чтобы их хрупкая, подобная хрусталю связь снова разбилась.
Нин Чаньюэ тихо сидела на диване, и какое-то время в комнате раздавалось лишь мерное тиканье настенных часов.
— Нин Чаньюэ, иди сюда скорее...
Тревожный и громкий окрик Сюй Гуйи из ванной комнаты расколол тишину гостиной, а следом оттуда донесся глухой звук падения какого-то предмета, сопровождаемый внезапным грохотом.
Тогда она торопливо смахнула уже успевшие остыть слезы в уголках глаз и направилась в туалет...
Ребенок перенес первый приступ эпилепсии, возможно, её оставят в больнице на неделю для наблюдения. Вы её опекун? Можете подписать здесь бумаги и оформить госпитализацию.
Закончив говорить, медсестра протянула бланк госпитализации Сюй Гуйи. Дождавшись, пока та поставит подпись, и дав последние указания, сотрудница удалилась. В пустой палате остались только она и мирно спящая Сюй Пэйань.
Подняв голову, она чуть убавила скорость капельницы сестры, а в её глазах отчетливо читались усталость и еще не угасшая тревога.
Час назад сестра внезапно упала на пол во время умывания, ее тело забилось в непрекращающихся судорогах. Никогда прежде не видящую сестру в таком состоянии девушку затрясло, но, дрожащими руками набрав скорую помощь, она при поддержке Нин Чаньюэ смогла успокоить Пэйань и доставить ее в больницу.
К счастью, непосредственной угрозы жизни не было.
— Я сходила вниз и оплатила счета, — стоило медсестре переступить порог, как Нин Чаньюэ толкнула дверь и, тяжело дыша, подошла к Сюй Гуйи. Увидев, что сестра спит, она понизила голос и, наклонившись, спросила: — Как она?
— Пока всё в порядке.
— Вот и славно.
Нин Чаньюэ, подражая Сюй Гуйи, тоже погладила девочку по голове, а затем придвинула к больничной койке стул из угла палаты. Но не успела она сесть, как услышала голос Сюй Гуйи:
— Спасибо тебе за сегодня. Десять тысяч, что ты внесла только что, я переведу тебе, как только в следующем месяце мне выплатят грант и деньги за репетиторство.
Нин Чаньюэ отмахнулась:
— Пустяки, не нужно ничего возвращать.
Во-первых, в каком-то смысле она всё еще была должна младшей сестре, а во-вторых... даже если Гуйи вернет долг, эти деньги всё равно не попадут к ней на счет.
Сюй Гуйи прекрасно знала упрямый нрав Нин Чаньюэ. Хотя ей и не хотелось оставаться кому-то обязанной, спорить она пока не стала, а вместо этого достала из кармана тюбик мази и протянула его Нин Чаньюэ.
Взгляд Нин Чаньюэ скользнул по руке Сюй Гуйи к тюбику. Всмотревшись в название мази, она на мгновение замерла, а затем негромко произнесла:
— Это ты...
— Когда я покупала лекарства для сестры, заодно спросила у аптекаря насчет твоих желез. Врач сказал, что если помазать этим, отек спадет.
Нин Чаньюэ прикусила губу, внезапно вспомнив то, что видела на экране телефона Сюй Гуйи, когда находилась у неё дома.
То, что Сюй Гуйи сама купила ей это средство, неужели означало, что она не поверила написанному в интернете?
При этой мысли уголки губ Нин Чаньюэ сами собой изогнулись в улыбке.
Хотя это лекарство ей совершенно не подходило, она не стала отвергать столь редкую заботу со стороны Сюй Гуйи. Поблагодарив её, Нин Чаньюэ уже было протянула палец к тюбику, как её непослушные пальцы — то ли нарочно, то ли случайно — коснулись пальцев Сюй Гуйи, лежавших на упаковке.
Подняв взгляд и заметив, что Сюй Гуйи смотрит на неё с точно такой же полуулыбкой, Нин Чаньюэ набралась храбрости и положила свою руку поверх руки Сюй Гуйи, легонько задевая и перебирая её пальцы.
Придвинувшись ближе к Сюй Гуйи, Нин Чаньюэ спросила:
— Гуйи, ты беспокоишься обо мне или это просто компенсация из-за чувства вины за то, что я помогла заплатить за больницу?
Пальцы Сюй Гуйи едва заметно сжались, но она не отстранилась. Опустив взгляд на сплетающиеся с её собственными пальцы Нин Чаньюэ, она тихо произнесла:
— И то, и другое.
Хотя Сюй Гуйи не произнесла вслух именно тот ответ, которого так ждала Нин Чаньюэ, стоило её взгляду снова опуститься на тюбик с мазью, уголки её рта продолжили неудержимо ползти вверх.
Более того, отчего-то ей казалось, будто она слегка пьянеет.
Горячее дыхание Нин Чаньюэ непрерывно овевало щеку Сюй Гуйи, но не успела она раскрыть рот, как заметила, что Сюй Гуйи снова нахмурилась, неотрывно, дюйм за дюймом, изучая её лицо.
Нин Чаньюэ пару раз моргнула и под пристальным взглядом Сюй Гуйи инстинктивно коснулась собственных разгоряченных щек.
Сюй Гуйи чуть приподняла подбородок и произнесла:
— Нин Чаньюэ, у тебя лицо такое красное. Неужели... тебе не хватает феромонов?
И правда — горящее лицо и легкое головокружение были как раз проявлением повышения температуры тела из-за дефицита феромонов.
Это также являлось предвестником нового витка течки прямо посреди периода течки.
Но точно так же, как боль при месячных обычно осознаешь лишь тогда, когда они уже начались, Нин Чаньюэ лишь после подсказки Сюй Гуйи отчетливо ощутила странности в собственном организме.
Пока рассудок еще не был захвачен готовой вот-вот обрушиться волной страсти, Нин Чаньюэ склонила голову набок и, немного подумав, произнесла:
— Должно быть, так. В больнице сейчас полно людей, запахи перемешались, да и мой ингибитор пролежал в сумочке черт знает сколько времени, срок годности почти вышел — неудивительно, что он перестал действовать так быстро.
Но это же больница, место, где спасают жизни! Разве можно здесь поддаваться течке?
Сюй Гуйи закусила губу, бросила взгляд на мирно спящую сестру, поднялась на ноги и, легко хлопнув Нин Чаньюэ по плечу, велела:
— Пойдем в туалет, я поделюсь с тобой феромонами. А после этого сразу езжай домой, не оставайся в больнице.
— Правда?
Услышав первую половину фразы Сюй Гуйи, Нин Чаньюэ соскочила со стула, а её лицо озарилось лучезарной улыбкой. Дождавшись, пока Сюй Гуйи снова кивнет, она крепко обхватила её за запястье и потащила за собой прямо в туалетную комнату палаты.
Казалось, она еще не успела полностью оправиться от прежней радости, как Сюй Гуйи погрузила её в еще большую эйфорию.
Стоило входной двери щелкнуть, затворяясь на замок, как Нин Чаньюэ нетерпеливо прижалась к Сюй Гуйи, вскинув голову и обвивая её руками.
Такое поведение Нин Чаньюэ заставило Сюй Гуйи редкостно улыбнуться. Кончиком пальца легонько коснувшись чуть надутых губ Нин Чаньюэ, она с улыбкой произнесла:
— Ишь как спешишь.
Услышав это, Нин Чаньюэ надула губки еще сильнее. Сделав вид, что сердится, она нахмурилась и легко прикусила кончик пальца Сюй Гуйи, всё еще касавшийся её губ.
— Давай быстрее, — Нин Чаньюэ нетерпеливо топнула ногой, подгоняя её.
Её голос звучал тягуче и ласково, и хотя она вроде бы сердилась, в глазах из-под ресниц струился мягкий свет, в котором плескались нежности и пылкая привязанность, скрыть которые было просто невозможно.
Какая же она милая.
Тогда Сюй Гуйи перестала тянуть время. Обняв Нин Чаньюэ в ответ, она приблизилась к её губам.
Мгновение спустя их дыхания переплелись, а воздух наполнился томным теплом.
http://bllate.org/book/28682/3467914
Готово:
