Айгэ нахмурился и недоуменно произнес: Разве я не оставил ему сообщение?
Он помнил, что, выйдя из уборной, отправил подчиненному весточку о том, что прибыл в Клан Но, да к тому же велел кому-нибудь ждать его у входа.
Он коснулся электронного терминала, но раздавшийся треск помех подсказал, что тот вышел из строя. Айгэ молча уставился на устройство в руке.
Заметив это, Линь Си перевел тему: Куда мы теперь?
Глядя в зеркало заднего вида на всё сильнее отдаляющийся Клан Но, Айгэ произнес: В Военное ведомство, у меня есть один документ, который нужно пересмотреть.
Линь Си изумился такому повороту и подумал про себя: Хотя Маршал обычно весьма целеустремлен и ответственен, не давая спуску никому ни в работе, ни на тренировках, возвращаться в такой час ради бумажной волокиты ему доводится впервые.
Распорядок дня Айгэ отличался строжайшей дисциплиной: за исключением официальных выездов, большую часть времени он проводил в Военном ведомстве, днем просматривая различные документы, поступавшие снизу, а по вечерам тренируясь вместе со всеми, чтобы поддерживать форму.
В те редкие дни, когда ему приходилось покидать Военное ведомство по делам, остаток свободного времени после их завершения Айгэ неизменно тратил на отдых — без единого исключения.
Военное ведомство находилось далеко от Клана Но, и дорога в один конец занимала целых два часа.
Когда Айгэ вернулся в ведомство, уже глубокая ночь клонилась к рассвету, и до отхода ко сну оставалось чуть больше получаса.
Отослав адъютанта отдыхать, он в полном одиночестве направился в Кабинет маршала.
Достав из ящика стола план, присланный Парламентом, он перечитал его вновь, и содержание документа заставило его погрузиться в раздумья.
Проект переговоров между Федерацией и Империей — определение принадлежности планеты Колайва посредством межвузовского Великого состязания.
Планнета Колайва была недавно открытым природным небесным телом, географически расположенным на границе Федерации и Империи. Изначально Айгэ собирался применить грубую силу и давление, чтобы заставить Империю пойти на уступки, но визит в Клан Но натолкнул его на новые мысли.
Он схватил лежащую на столе ручку, и по ладони полоснула острая боль — наспех обработанная рана грозила воспалиться.
Сунув руку в карман в поисках мази от ссадин, он невольно усмехнулся: И что со мной сегодня такое, вечно забываю, что уже отдал эту вещь другому.
Достав из ящика запасную мазь и смазав руку, он заметил лежащую на самом дне шкафчика жестяную коробочку, которая тотчас привлекла его внимание.
Тем временем в резиденции Клана Но Но Сяолянь вертел в руках мазь от ссадин, бережно укладывая её в изысканно украшенную жестяную шкатулку.
Ноц, который молча наблюдал за всеми действиями малыша, приложил руку ко лбу и произнес: Тебе уже пора спать, смотри, заработаешь огромные синяки под глазами.
Хм! — Ноц Сяолянь показал Ноцу язык, отвернулся и продолжил любоваться содержимым коробки.
Видя, что ребенок полон энергии и пропускает его слова мимо ушей, Ноц подошел ближе, быстрым движением выхватил жестяную шкатулку из рук Но Сяоляня, поднял её высоко над головой и строго произнес: Если ты сейчас же не ляжешь спать, я конфискую эту вещь.
Ой, папочка, ты вредина! Ну-ка верни мне её немедленно! — Но Сяолянь встал на кровать, пытаясь отнять похищенное, но роста ему не хватило, и он принялся капризничать: У-у-у, я пойду пожалуюсь дедушке, что ты меня обижаешь!
Вот как? Решил пригрозить мне дедушкой? Завтра же выброшу эту вещь!
Большие глаза испуганно и обиженно уставились на Ноца, и Но Сяолянь всхлипнул: Я сейчас лягу спать, только не выбрасывай её.
Заметив, что малыш принял его угрозу всерьез, Ноц осекся. Сердце его смягчилось, он вернул жестяную шкатулку в руки Но Сяоляня, стер с его ресниц так и не упавшие слезинки и с досадой произнес: И за что ты так любишь своего кумира? Неужели даже больше, чем меня?
Совсем нет, папа ничего не понимает. — Крепко прижимая к груди шкатулку и не желая её отпускать, Но Сяолянь надул губы. — Папа — глупышка, большая глупышка!
Опасаясь, что Ноц действительно избавится от подарка, Но Сяолянь забрался под одеяло и заснул, крепко прижимая шкатулку к себе.
Ноц не знал, плакать ему или смеяться. Небольшое раздражение в душе испарилось благодаря мальчику, и он тихо присел на край кровати, дожидаясь, пока ребенок уснет.
Видимо, из-за недавней возни Но Сяолянь быстро погрузился в сон: спустя каких-то десять минут уже раздалось мягкое, сладкое сопение, звучавшее до того трогательно, что у Ноца защемило сердце.
Засунув руку под одеяло на ощупь, он наткнулся на мешавший предмет и осторожно вытащил жестяную коробку из рук Но Сяоляня.
Нагретая детским теплом шкатулка приятно жгла ладонь. Поглаживая изысканные узоры на крышке, Ноц вздохнул: Такой непоседа, интересно, в кого он только уродился.
Он бросил на коробку еще пару взглядов, как вдруг железа отозвалась легким, но отчетливым трепетом.
Поставив шкатулку на стол, он достал из сумки тонкий шприц и привычным движением сделал себе инъекцию.
Вскоре действие периода течки было подавлено сильным ингибитором.
Проведя рукой по расслабленному в глубоком сне лицу Но Сяоляня, он мысленно вздохнул: Сяо Лянь, прости, я не могу позволить тебе встретиться с твоим отцом.
Вспомнив о том самом предложении, которое он передал в Парламент, Ноц пробормотал себе под нос: Завтра же подам прошение об отзыве, в ближайшее время видеться с ним нельзя.
В Военном ведомстве Айгэ тем временем перечитывал проект вновь и вновь, тщательно анализируя каждую деталь. Просчитав весь путь от реализации до победного завершения, он пришел к выводу, что этот план действительно жизнеспособен, хоть и хлопотен.
Крутя в пальцах стоявшую на столе статуэтку, Айгэ скривил губы в презрительной ухмылке: Тц, эти крысы из Парламента умеют только строить козни своими мозгами, одна другой чернее.
Этот проект, якобы созданный ради академического обмена с Империей, на словах служил лишь для определения принадлежности планеты Колайва через Великое состязание, но на деле преследовал цель уколоть имперских стратегов и выудить из мутной воды крупную рыбу.
Межвузовское Великое состязание включало в себя две части — литературную и боевую. Больше всего Айгэ привлекал один из этапов литературной части: задача найти способ сдвинуть с места скальные массивы на планете Колайва.
Стоило ему вспомнить тот мощный взрыв восьмилетней давности, как в его пронзительных глазах мелькнула жажда убийства. Размашистым движением он поставил свою подпись на плане, после чего тут же набрал номер адъютанта.
Дзинь...
Вызов быстро приняли, и в трубке раздался сонный голос Линь Си:
Маршал, у вас какие-то указания?
Я одобрил план с Империей. Завтра же отправь результаты в Парламент и заодно передай им одно требование насчет аренды тренировочного полигона.
Требование? Какое еще требование?
Глядя на жестяную шкатулку, стоявшую рядом со статуэткой, уголки губ Айгэ приподнялись в многозначительной улыбке, и он произнес: Мне нужен один человек.
http://bllate.org/book/28639/3462178
Готово:
