На этот раз Сы Тун связался с ассоциацией спасения бездомных кошек. Волонтеры договорились с пожилой женщиной, и она наконец согласилась переселить этих кошек в другое место.
Сы Тун сотрудничал с ассоциацией, поэтому приехал осмотреть животных: больных — вылечить, тех, у кого болезнь зашла слишком далеко, забрать на лечение, а тех, кто подходил по критериям, стерилизовать на месте. Поскольку денег выделили немного, Сы Тун приехал один. За день всё закончить не успели, и он снял номер в ближайшем мини-отеле.
— Если кто-то из ваших знакомых захочет завести кошку, пожалуйста, порекомендуйте меня, — написал Сы Тун.
Сегодняшний медосмотр был для Сы Туна мелочью, а вот пристроить потом больше четырех сотен кошек — это уже настоящая грандиозная задача. Он даже не стал спрашивать Лян Суна, не хочет ли тот завести питомца: Лян Сун, судя по всему, всё еще подыскивал квартиру и собирался переехать, а если и заводить кота, то только после переезда.
— Угу, — ответил Лян Сун.
— Скинь мне номер своего удостоверения личности.
— Зачем? Билет купить?
Потребовалось удостоверение личности, и первое, что пришло Сы Туну в голову — покупка билетов по реальному имени.
— Продам тебя.
Сы Тун переслал номер удостоверения:
— Тогда продай подороже, половину отдай мне.
— Ок.
Сы Тун снова уткнулся в телефон и с улыбкой спросил:
— Так зачем оно на самом деле?
— Угадай.
Сы Тун перебрал все варианты, какие только смог придумать, но Лян Сун на каждый отвечал отрицательно и никаких подсказок не давал. В конце концов, так и не догадавшись, Сы Тун был вынужден сдаться.
Всё равно в конце концов узнает.
Следующие несколько дней выдались у Сы Туна очень хлопотными. Тех бездомных кошек, что были в хорошем состоянии, можно было сразу отдавать новым хозяевам, а вот слабых требовалось подержать какое-то время под присмотром, и восемь из них Сы Тун забрал к себе в клинику.
Чтобы в будущем было проще пристраивать животных, он снял короткие ролики и выложил их на странице клиники, начав рекламу заблаговременно.
Учитель Тун тоже подписалась на этот аккаунт и ставила лайки под каждым видео.
Сы Тун вспомнил, как она говорила, что на пенсии заведе́т домашнее животное.
В их семье, начиная с бабушки, все любили мелких зверушек. Тун Маньцзюнь тоже была от них в восторге, но работа учителем, особенно в старшей школе, не назовешь легкой.
Возвращаясь домой, Сы Тун прихватил с собой одного котенка, а заодно всё необходимое: кошачий туалет, корм и дразнилку.
Он не стал позволять маме выбирать самостоятельно: она была слишком мягкосердечной. Из восьми кошек выбери она одну, ее бы потом замучила совесть за остальных, а Сы Тун собирался найти подходящих хозяев для каждого котенка.
Тун Маньцзюнь увидела, как сын бережно несет домой картонную коробку. Открыв ее, он сказал:
— Мам, я подобрал котеночка.
Сцена до боли напоминала прошлое: в начальной школе Сы Тун выкинул похожий фокус, только тогда он притащил домой кролика, которого хозяева выпустили погулять на травку.
По словам хозяйки, она просто оставила крольчонка порезвиться на лужайке, а моргнуть не успела — его и след простыл.
Но на этот раз это была самая настоящая бездомная кошка.
Из-за кожной болезни шерсть на теле котенка почти полностью сбрили, и лишь по кисточкам на голове и хвосте можно было догадаться, что это полосатая кошка.
Тун Маньцзюнь назвала ее Чуньфэн, а Сы Тун принялся собирать для нее кошачий комплекс и ставить лоток.
Лян Сун позвонил в голосовом чате. Сы Тун немного удивился — обычно тот писал сообщения. Сбросив звонок, он заметил, что Лян Сун уже дважды пытался дозвониться.
Тун Маньцзюнь спросила:
— Что случилось? Есть дело?
Сы Тун продолжал собирать кошачье дерево:
— Ничего особенного. Лян Сун зовет поужинать, пойду завтра.
Тун Маньцзюнь как раз дезинфицировала кошачью миску:
— Он один? Может, позовешь его сюда? Я приготовлю еще пару блюд.
— Да вряд ли он придет, — самодовольно подумал Сы Тун. Если бы матушка друга позвала его в гости, его первой реакцией наверняка был бы отказ.
— А ты спроси?
Сы Тун пошел спросить, и полчаса спустя Лян Сун заявился с мохнатыми крабами, заявив, что кому-то прислали их в подарок, одному ему столько не осилить, а долго хранить нельзя — испортятся.
В эту пору мохнатые крабы только появлялись на прилавках, и до пика сезона было еще далеко, но крабов они не ели уже давненько, так что почему бы не отведать сезонного деликатеса.
Шесть крабов — как раз на троих человек и одну кошку.
Изначально Сы Тун планировал ночевать дома, но когда он провожал Лян Суна донизу и обмолвился, что объелся, тот ловко уговорил его поехать с собой.
Лян Сун сказал, что отвезет его немного размяться.
Они отправились в тренажерный зал, и это действительно оказалось разминкой.
Сы Тун редко бывал в спортзалах и уже собирался выяснить, где тут покупают билеты, как Лян Сун прямиком провел его к турникету, где нужно было приложить лицо для сканирования.
Сы Тун удивился:
— Разве сюда можно приводить гостей?
— Нельзя. — Пройдя сканирование, Лян Сун жестом велел ему сделать то же самое, а затем пару раз ткнул в экран, активируя его аккаунт.
Сы Тун со значительным опозданием сообразил:
— Удостоверение личности?
Лян Сун кивнул:
— Акция к Национальному дню: оформляешь абонемент на двоих — получаешь пять бесплатных занятий с тренером.
Но вообще-то нормальные люди обычно ищут пару для скидки среди знакомых, нет?
— Спарринг-партнера по футболу найти трудно, а потренироваться можно и здесь.
Оказывается, всё из-за его недавних слов о том, что он стал меньше заниматься спортом.
Лян Сун провел его внутрь. Оказалось, что тренажерный зал гораздо больше, чем представлялось Сы Туну: на первом этаже стояли тренажеры, а правая зона была отгорожена табличкой с надписью Женщины превыше всего.
Наверху находились площадки для тенниса, бадминтона и пинг-понга, а внизу — бассейн: один обычный, глубиной от метра двадцати до метра восьмидесяти, и еще один трехметровый для глубоководного плавания.
Они приехали спонтанно, без всякой подготовки, и даже не захватили спортивную форму. Обойдя зал с экскурсией, Лян Сун вернулся с ним на первый этаж, и оба встали на беговые дорожки.
Сы Тун действительно давненько нормально не тренировался: поначалу он еще мог болтать с Лян Суном, но постепенно начал задыхаться, и лишь после двух пробежанных километров пульс и дыхание вновь пришли в норму.
Людям, далеким от спорта, трудно понять это пьянящее чувство, когда твое тело полностью пробуждается, поры открываются, кровь бурлит в жилах, одежда насквозь пропитана потом, в горле пересохло, но тебе невероятно хорошо.
Одновременно устало и кайфово.
Сы Тун сошел с беговой дорожки, продолжая тяжело отдуваться. Лян Сун подошел к торговому автомату, взял две бутылки воды и, открутив крышку одной из них, протянул ему:
— Нормально?
— Вполне, — Сы Тун принял воду и сделал пару жадных глётков, а вспомнив, что пить слишком быстро нельзя, опустил бутылку. — Чувствую себя таким легким, хоть еще десятку беги.
Лян Сун приподнял бровь:
— Побежим еще?
Стоило тому задать этот вопрос всерьез, как пыл Сы Туна сразу поутих:
— Больше не побегу.
Они рассмеялись в голос, и Лян Сун предложил:
— Завтра пойдем плавать, придешь?
— Приду!
Сы Тун сто лет не плавал, плавки нужно было купить новые, но это не беда — базовые плавки и очки продавались в любом супермаркете, и Сы Тун сбегал за ними днем, выкроив свободную минутку.
Вечером Лян Сун приехал за ним на машине. Сы Тун забрался в салон, держа в руках пакет с новыми покупками, и они вместе отправились в спортзал.
Выходя из машины, Сы Тун захватил лишь пакет из супермаркета, зато за спиной у Лян Суна висел довольно внушительный рюкзак. Сы Тун покосился на него несколько раз, гадая, что же там поместилось, впрочем, скоро увидит.
Раздевалка оказалась просторной и полной народу. Мужчины не церемонились: раздевались прямо у шкафчиков. Лян Сун, однако, поступать так не стал — он аккуратно сложил вещи в шкафчик и, прихватив плавки, направился в душевую.
Сы Тун последовал его примеру.
В это время суток большинство посетителей либо только пришли, либо находились здесь уже давно, так что в душевой было тихо, лишь кое-где слылся шум воды.
Переодевшись в плавки, Сы Тун вышел из кабинки. Засунув большие пальцы за резинку и подтянув трусы повыше, он безо всякого смущения заглянул в соседнюю:
— Лян Сун, как думаешь, я не мелкие плавки купил?
Стоило Лян Суну толкнуть дверь, как перед его глазами предстал обнаженный по пояс Сы Тун. Розовый.
Он вовсе не собирался подглядывать — Сы Тун столбом стоял прямо у входа в кабинку, и увернуться было просто некуда.
Лян Сун опустил взгляд:
— Плавки обычно чуть тесноваты, привыкнешь.
— А-а, понял.
Сы Тун всё еще чувствовал себя не в своей тарелке и, опустив голову, возился с плавками. Фигура у него была вполне ничего, но эти тесные плавки безжалостно впивались в живот. Для сравнения, Лян Сун стоял рядом с абсолютно расслабленным видом, но при этом у него отчетливо проступали кубики пресса. Сы Тун почувствовал, как в нем зашевелилось чувство несправедливости.
Сы Тун бросал украдкой взгляды на Лян Суна, как вдруг услышал его голос:
— Сы Тун.
— А?
— Мне нравятся мужчины.
Сы Тун снова выдал удивленное а, словно не сразу догнал смысл сказанного.
Всю свою предыдущую жизнь Сы Тун автоматически считал себя гетеросексуалом, следовал общепринятым правилам, держал определенную дистанцию с противоположным полом, а насчет своего пола даже не задумывался.
Даже осознав недавно собственную симпатию к мужчинам, он всё равно мыслил по-прежнему. Ему и в голову не приходило, что он сам может закрутить роман с парнем или даже вступить с ним в интимную связь.
Только что в раздевалке вокруг крутилось столько полуголых мужиков, сверкающих руками, ногами, животами и всем остальным, причем некоторые обладали весьма недурной мускулатурой, но у него внутри не ёкнуло ни разу.
Да и рядом с Лян Суном он держался совершенно непринужденно.
Но стоило Лян Суну выдать такое заявление, как эта непринужденность тут же испарилась.
Сы Тун перевел взгляд на лицо Лян Суна, пару раз моргнул, отвел глаза, отступил на пару шагов, увеличивая дистанцию, и попытался взять себя в руки.
Только вот глаза — такая штука, которую не так-то просто контролировать. Пока они не зажмурены наглухо, всё увиденное запечатлевается в ту же секунду.
Мозг обрабатывал зрительные сигналы со страшной скоростью.
Мысли тоже скакали только так.
Разве Лян Сун раньше был таким бледным? Это из-за освещения или потому что он теперь реже бывает на свежем воздухе?
Еще один взгляд — ну да, плавки и правда сидят в обтяжку.
Нет, так не пойдет! Разве Лян Сун не специально это брякнул, чтобы намекнуть ему вести себя приличнее?
Сы Тун занялся самоанализом: можно ли считать его поведение домогательством?
Шагая следом за Лян Суном, он то размышлял о том, что раз Лян Сун со старшей школы западал на парней, неудивительно, что тогда он всегда от него шарашился; то думал о том, неужели однополые отношения требуют столько условностей, и не стоит ли ему тоже начать вести себя сдержаннее?
Предаваясь подобным блуждающим мыслям, он в хвост за Лян Суном выбрался из душевой обратно в раздевалку.
Лян Сун внезапно остановился, и его рука преградила ему путь.
Сы Тун носом ткнулся в его ладонь и только тогда опомнился: прямо перед ним была распахнута дверца шкафчика. Если бы он врезался в нее со всего маху, было бы чертовски больно.
— Смотри под ноги, — сказал Лян Сун.
Сы Тун наконец вернул себе способность соображать, сложил смененную одежду в шкафчик, натянул плавательную шапочку с очками и вместе с Лян Суном направился к бассейну.
После вчерашней пяти километровой пробежки мышцы немного ныли. Слегка размяв колени и щиколотки, Сы Тун присел на корточки и опустил руку в воду, проверяя ее температуру.
http://bllate.org/book/28592/3456466
Готово:
