— Я в порядке.
Гу Яньшэнь отставил в сторону чашку с водой и невозмутимо стер с ладони капли, попавшие на кожу.
Янь Мяньюнь перевел взгляд на чашку, от которой все еще исходил пар, и, не раздумывая, шагнул вперед, перехватив руку Гу Яньшэня, покрасневшую от ожога.
— Одной бумагой не обойтись, будет же болеть.
Не обращая внимания на попытки сопротивления, он решительно потянул его к умывальнику в туалете, чтобы заняться ожогом.
— Не двигайся, я сейчас принесу лекарство, — наказал Янь Мяньюнь, а затем, успокоившись, развернулся и достал из шкафчика аптечку.
Нанося мазь, Янь Мяньюнь был предельно осторожен и внимателен, но совершенно не заметил, что собеседник все это время не сводил с него глаз.
— …Мянь-мянь, — голос Гу Яньшэня был очень тихим, словно он боялся потревожить его.
Янь Мяньюнь не прекратил своих действий, машинально подняв взгляд:
— Что такое?
Тот долго хранил молчание, прежде чем нерешительно спросить:
— В тот вечер… тебе было больно?
Рука Янь Мяньюня непроизвольно застыла. Он больше всего на свете боялся внезапных проявлений заботы, поэтому совершенно не знал, как на это ответить.
— М-м… прошло уже столько дней, я давно все забыл… Сам же знаешь, я очень забывчивый человек.
Зрачки Гу Яньшэня потемнели, но расспрашивать дальше он не стал.
Когда Янь Мяньюнь закончил с повязкой и убрал вещи, у него снова заныла затылочная часть шеи. В этот раз ощущения были гораздо острее, чем в больнице. Голова на мгновение пошла кругом, но ясность сознания быстро вернулась.
— Мянь-мянь, что с тобой? — обеспокоенно спросил человек за спиной.
Он коснулся своей шеи и тут же покачал головой:
— Ничего, просто, наверное, последствия того ожога еще не прошли, скоро станет легче.
— Понятно.
Вскоре Янь Мяньюнь кое-как привел вещи в порядок, схватил учебники и поспешно покинул общежитие. Из-за того, что последние дни он пропускал занятия, ему пришлось допоздна корпеть над книгами в библиотеке.
По мере того как дневное жжение усиливалось, Янь Мяньюнь уже не мог сосредоточиться ни на чем, поэтому, волоча ставшее невероятно тяжелым тело, поплелся обратно в комнату.
Головокружение то накатывало с новой силой, то исчезало. И когда он, наконец, осознал, что происходит что-то неладное, он уже терял сознание, падая прямо перед дверью общежития.
Жар почти поглотил его. Янь Мяньюнь чувствовал себя тонущим котом, который каждую секунду отчаянно пытается выбраться из пучины страданий.
Он тяжело дышал, пытаясь глотками разреженного воздуха разогнать пламя внутри, пока резкая боль, будто от укуса, не заставила его постепенно прийти в себя.
Голова немного прояснилась. Он открыл затуманенные, пропитанные слезами глаза и внезапно увидел перед собой знакомое лицо.
— …Гу Яньшэнь? — голос Янь Мяньюня прозвучал хрипло. Он с изумлением смотрел на человека, находящегося в считанных сантиметрах, — на губах того виднелись следы крови.
Казалось, Гу Яньшэнь его совсем не слышит: одной рукой он прижал его к себе, а затем склонился и принялся вылизывать ноющее место на его затылке.
От этого теплого прикосновения сердце Янь Мяньюня защемило. Он собирался оттолкнуть его, но сейчас был совершенно обессилен, и его попытка выглядела скорее как каприз или ласка, нежели как сопротивление.
— Что ты делаешь… прекрати…
Янь Мяньюнь пытался достучаться до сознания Гу Яньшэня, но тот не только не остановился, а, наоборот, стал действовать еще настойчивее, словно намереваясь проглотить его целиком.
Однако он не мог отрицать: следы, которые Гу Яньшэнь оставлял на нем, действительно приносили облегчение.
Он крепко зажмурился, неподвижно ощущая, как вздымается грудь собеседника. Они замерли в этой позе надолго, и только когда Гу Яньшэнь отстранился, он осмелился немного отступить назад.
— Мянь-мянь, выслушай меня…
Лунный свет падал на раскрасневшееся лицо Гу Яньшэня; тот выглядел еще более растерянным, чем сам Янь Мяньюнь.
Придерживая рукой покусанный затылок, Янь Мяньюнь сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, а затем глухо произнес:
— Я слушаю. Что сейчас произошло?
— …Ты упал у двери, потому что у тебя начался внезапный период течки, — голос Гу Яньшэня был очень тихим. — Только временная метка могла предотвратить ухудшение симптомов.
Услышав это, он непроизвольно сузил глаза:
— Не ври мне, я же бета… — голос звучал неуверенно, ведь странности в собственном теле отрицать было невозможно.
— Я и сам не понимаю, как это вышло, — Гу Яньшэнь медленно опустил голову, вытирая кровь с уголков губ, а затем торопливо поднял взгляд. — Мянь-мянь, у тебя осталась выписка из больницы после госпитализации?
— Она у моего брата, Янь Сунчэня. Почему ты вдруг спросил?
Глава 8. Аллергия на мяту.
Дыхание Гу Яньшэня перехватило, он весь подобрался.
— Эта необъяснимая течка может быть связана с прошлым происшествием.
— Ссс… — Янь Мяньюнь прищурился и кивнул. — Действительно, похоже на то.
Он тут же перевернулся, схватил телефон и, пока писал сообщение Янь Сунчэню, Гу Яньшэнь, делая вид, что спокоен, включил свет в комнате и наклеил пластырь, который должен был закрыть рану.
В момент, когда вспыхнул белый свет, Гу Яньшэнь отвернулся и прислонился к углу стола, пребывая в полном смятении от еще не остывшего тепла на своих губах.
Через десять минут Янь Мяньюнь показал экран телефона Гу Яньшэню: на снимке был отчет, присланный Янь Сунчэнем. Но для него этот документ ничем не отличался от предыдущего — он все равно ничего в нем не понимал.
Гу Яньшэнь пролистал документ несколько раз, и его нахмуренные брови быстро разгладились.
— Я не вижу здесь никаких отклонений. Мянь-мянь, возможно, это был просто случайный сбой из-за того, что ты не отдохнул. Больше такого не повторится.
Несмотря на слова Гу Яньшэня, Янь Мяньюнь чувствовал, что объяснение вышло каким-то неубедительным — ведь никто не поверит, что бета может ни с того ни с сего впасть в состояние течки.
Он лихорадочно перебирал в памяти все, что делал перед этим, и всех, с кем контактировал.
Размышляя об этом, он в итоге остановился на Юань Яо, с которым мельком виделся днем.
Ночью, когда все вокруг погрузилось в тишину, Янь Мяньюнь быстро провалился в сон. И в этот раз ему, как назло, снова приснилась та самая река. Он заставил себя подойти к перилам у берега и в какой-то момент почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд из светящейся красным воды, словно нечто, скрытое на дне, смотрело прямо на него.
Леденящий ужас пронзил тело Янь Мяньюня, словно он был скован ледяными оковами. Как бы отчаянно он ни кричал, никто ему не отвечал.
К счастью, это состояние быстро прошло. Когда Янь Мяньюнь вновь открыл глаза, уже светало. Он машинально глянул на настенные часы — 6:32.
Кровать Гу Яньшэня пустовала, что было неудивительно: у того была привычка бегать по утрам.
Янь Мяньюнь хотел было снова уснуть, но не успел, как телефон на тумбочке внезапно зазвонил, начисто разогнав остатки сна.
Нащупав аппарат, он ответил, даже не взглянув на имя звонившего. Через пару секунд молчания из трубки раздался знакомый голос:
— Ты что, забыл, что сегодня за день?
— Шэнь Юй? Зачем ты звонишь… — сознание Янь Мяньюня еще не прояснилось, поэтому речь была бессвязной.
Собеседник выдержал паузу, а затем повысил голос:
— Янь Мяньюнь, сегодня ты выступаешь с речью как представитель студентов! Если ты думаешь, что я забуду, если ты не выучишь текст наизусть, то ты ошибаешься.
— Представитель студентов… речь… — пробормотал Янь Мяньюнь, и его голос постепенно затих.
В следующее мгновение он рывком сел, едва не выронив телефон.
— Ты… ты сказал, кто должен выступать? — руки Янь Мяньюня начали дрожать.
Раздался требовательный голос Шэнь Юя:
— Быстро одевайся и спускайся вниз, не забудь черновик, который ты засунул в книгу.
Янь Мяньюнь хотел что-то спросить, но звонок безжалостно оборвался. В панике он ударил себя в грудь, пытаясь унять волнение, быстро оделся и начал лихорадочно все переворачивать, пока не выудил из учебника три смятых листа с текстом речи. Его лицо исказилось.
— …Столько? — он нахмурился, пробежав глазами по строчкам — содержание было ему совершенно незнакомо.
Сбегая вниз по лестнице, он запутался в развязавшихся шнурках. Стоило ему наклониться, чтобы завязать их, как ветер разбросал листы.
Янь Мяньюнь в суматохе принялся их собирать. Когда он потянулся за последним листком, чья-то рука с четко очерченными суставами опередила его, подняла бумагу и протянула ему.
— Спасибо… — выпалил Янь Мяньюнь, но, увидев, кто перед ним, почувствовал, как напряжение немного отступило.
Шэнь Юй легонько щелкнул его по лбу, на секунду задержав взгляд на его шее.
— О чем ты думаешь? У тебя почти не осталось времени на заучивание.
Янь Мяньюнь потер ушибленный лоб и выпрямился:
— …Как ты сюда попал?
— Боялся, что кто-то будет так паниковать, что начнет переставлять ноги невпопад. Если ты снова попадешь в больницу из-за падения, боюсь, запах антисептиков еще несколько дней не выветрится, — небрежно отозвался Шэнь Юй с очень расслабленным видом.
Услышав это, Янь Мяньюнь быстро сориентировался и полез в карман за телефоном, собираясь позвонить Янь Сунчэню.
— Эй, ты что делаешь? Ищешь помощи на стороне? Неужели меня недостаточно? — Шэнь Юй перехватил его руку и ловко выхватил телефон.
— Отдай!
Янь Мяньюнь отчаянно сопротивлялся, но Шэнь Юй встал на цыпочки и поднял телефон высоко вверх. Как он ни прыгал, достать его не мог, поэтому ему пришлось признаться:
— Я хочу позвонить и отпроситься.
— Отпроситься? Разве ты еще не поправился? — в голосе Шэнь Юя проскользнуло сомнение.
Янь Мяньюнь, дождавшись момента, вырвал телефон.
— Я считаю, что мне нужно еще несколько дней понаблюдать в стационаре.
— Брось, я вижу, что ты просто не хочешь выходить на сцену, — Шэнь Юй без колебаний разоблачил его нелепую ложь.
Янь Мяньюнь, готовый расплакаться, сложил ладони вместе и отвесил неглубокий поклон:
— Умоляю тебя, я не смогу… Там в зале людей больше, чем я за всю жизнь видел, я… я начну заикаться и не смогу вымолвить ни слова.
http://bllate.org/book/28495/3445168
Готово:
