Янь Си, конечно, умела приготовить изысканный завтрак, но лишь благодаря всевозможным кухонным гаджетам. А вот научиться готовить самой — для той, кто за двадцать лет жизни ни разу не заходила на домашнюю кухню, — оказалось делом непосильным. В первый же раз, когда она с самым серьезным видом попыталась что-то приготовить для Цзянь Тун, она едва не сожгла кухню. Что уж говорить о живой птице или рыбе — за них она и вовсе не решалась взяться, так что пришлось оставить эту затею.
Янь Си тыкала пальцем в термосумку и что-то бормотала себе под нос:
— Все не возвращаешься, все не возвращаешься... Если не придешь сейчас же, я возьму и съем все сама. Ни кусочка тебе не оставлю.
Через некоторое время она сменила руку и продолжила:
— Тунтун, неужели ты забыла обо мне? Если не вернешься, твоя маленькая собачка совсем отощает от голода.
Секундная стрелка неумолимо отсчитывала время, ни для кого не делая исключений. Когда Янь Си уже была готова не выдержать и позвонить Цзянь Тун, у входной двери послышался шум. Янь Си так долго сидела в одной позе, что шея совсем затекла, и стоило ей пошевелиться, как она невольно вскрикнула от боли.
Обычно, когда Цзянь Тун возвращалась домой и заставала Янь Си, та тут же бросалась к ней, требуя поцелуев. Но сегодня в доме горел яркий свет, а Янь Си вела себя подозрительно тихо. Цзянь Тун даже засомневалась: неужели она вернулась слишком поздно и расстроила Янь Си? Быстро сменив обувь на домашние тапочки, она прошла вглубь дома и увидела Янь Си, которая лежала на обеденном столе, повернувшись к ней спиной, и растирала шею.
Цзянь Тун поспешно подошла и осторожно коснулась рук Янь Си. Поскольку она только что пришла с улицы, ее ладони еще хранили прохладу, и, почувствовав разницу температур, Цзянь Тун хотела отстраниться.
Янь Си тут же схватила ее за руки, развернулась и, накрыв ладони Цзянь Тун своими, проговорила:
— Дай я их согрею.
Цзянь Тун улыбнулась:
— Хорошо.
Вскоре руки Цзянь Тун согрелись, и она с любопытством спросила:
— Что с тобой случилось, почему ты так лежала?
Янь Си помассировала все еще ноющую шею и обиженно протянула:
— Шея затекла, пока ждала тебя. Почему ты так поздно вернулась?
Цзянь Тун закусила губу. Стоило ей представить, как долго Янь Си ее ждала, в то время как она сама не только задержалась на работе, но и надолго застряла в пробке, как на душе стало неспокойно:
— Прости, я виновата.
Янь Си махнула рукой и с лукавой улыбкой предложила:
— Помассируй мне шею, и я тебя прощу.
Цзянь Тун не знала, стало ли Янь Си хоть немного лучше, но раз та этого хочет, то почему бы и не исполнить желание? Она развернула Янь Си и принялась мягко разминать ей шею сзади.
Когда пальцы Цзянь Тун невзначай коснулись чувствительного участка кожи на шее, Янь Си невольно вздрогнула и съежилась, но тут же услышала строгое: «Не двигайся».
Цзянь Тун погрузилась в мысли о будущем Янь Си, и движения ее рук стали медленнее. Заметив, что та витает в облаках, Янь Си сжала ее ладонь и спросила:
— У тебя какие-то неприятности?
Цзянь Тун не ответила, лишь взглянула на термосумку на столе:
— Проголодалась? Давай сначала поедим.
Технологии доставки еды в эпоху межзвездных путешествий становились все совершеннее: термосумки не только поддерживали температуру, но и не давали пище перевариться, позволяя еде оставаться в том же виде, в каком ее приготовили, еще несколько часов.
Янь Си помогла Цзянь Тун расставить контейнеры на столе, и они принялись за еду. Янь Си положила в тарелку Цзянь Тун кусочек блюда:
— Сестренка, попробуй, в прошлый раз мне безумно понравилось, как они готовят это блюдо.
Цзянь Тун взяла кусочек, прожевала и кивнула:
— Да, и правда вкусно.
Янь Си улыбнулась, словно получив высшую похвалу. Видя, как легко Янь Си довольствуется малым, Цзянь Тун не удержалась и спросила:
— Тебе не обидно быть со мной?
Янь Си удивленно посмотрела на нее:
— О чем ты? У меня есть еда, кров, а еще такая красавица, как ты, с которой можно делить постель. Должно быть, в прошлой жизни я спасла мир, раз мне так повезло тебя встретить.
Цзянь Тун беспомощно вздохнула:
— Ты и правда такая неприхотливая.
Янь Си немного подумала и добавила:
— Кстати, ты забыла? Мы ведь встретились, когда ты спасла меня.
Цзянь Тун припомнила тот случай — тогда она просто не смогла пройти мимо несправедливости и решила вмешаться. В ту ночь они обе получили то, что хотели, — каждый взял свое, и никто никому ничего не остался должен.
Но когда она с волнением спросила Янь Си, не хочет ли та поехать к ней, Янь Си согласилась без малейших колебаний. Цзянь Тун тогда была настолько ослеплена радостью, что даже не задумывалась, что может предложить Янь Си.
Сама она жила скучной жизнью: кроме зарабатывания денег, больше ничего и не умела. Казалось бы, единственное, чем она может помочь Янь Си — это давать ей деньги. Но не будет ли это выглядеть слишком прямолинейно? Может, стоит обдумать предложение ассистента: использовать ресурсы и деньги, чтобы расчистить путь для Янь Си и позволить ей беспрепятственно взойти на вершину славы.
При мысли об этом Цзянь Тун почувствовала облегчение. В конце концов, она ведь может хоть что-то сделать для Янь Си, верно?
Видя, что Цзянь Тун молчит, Янь Си добавила:
— Спасенная жизнь — это ведь, само собой, повод отплатить преданностью до гроба.
Глядя на Янь Си, которая, похоже, говорила это абсолютно искренне, Цзянь Тун лишь сокрушенно покачала головой: ее маленькую собачку, чего доброго, продадут, а она еще и помогать будет пересчитывать деньги. Хорошо хоть, что она встретила ее.
Цзянь Тун тоже положила еды в тарелку Янь Си:
— Ладно, не будем об этом. Рассказывай, что ты сегодня делала дома?
— Я?..
Дальнейшая беседа протекала в теплой и уютной атмосфере, и ужин прошел в таком настроении.
Закончив трапезу, Цзянь Тун отправилась в кабинет, а Янь Си, чтобы не мешать, ушла на третий этаж в танцевальный зал — тренироваться.
Цзянь Тун просматривала документы, присланные ассистентом, когда раздался звонок. Она ответила:
— Алло.
— Генеральный директор Цзянь, я перевел деньги агенту Лин Лин. Она пообещала, что самое позднее к завтрашнему дню все порочащие слухи о мисс Янь Си будут удалены, и больше никто не сможет использовать их против нее.
— Хорошо, спасибо.
На следующее утро, после того как Цзянь Тун уехала, Лин Лин приехала по указанному адресу. Ей пришлось подождать довольно долго, прежде чем Янь Си открыла дверь.
Янь Си выглядела откровенно сонной: волосы слегка растрепаны, накинут широкий мягкий халат, а на ногах — смешные мультяшные тапочки. Она уставилась на Лин Лин взглядом, в котором читалось немое обвинение: «Как ты посмела прервать мой сон?»
Впрочем, Лин Лин такое зрелище ничуть не удивило. За время работы со множеством артистов — и мужчин, и женщин — она давно привыкла к тому, что даже самые изысканные и ухоженные на публике звезды дома превращаются в ленивых и несобранных людей.
http://bllate.org/book/28397/3432086
Готово:
