Длинные вьющиеся волосы Гао Миньминь были собраны в конский хвост. Она направлялась из тренажерного зала с бутылкой воды в руке, а на плече у нее было перекинуто полотенце. Услышав это, она произнесла:
— Преподаватель Линь вовсе не только что встал, он спозаранку сходил за овощами и фруктами на рынок, да еще и прибрался после возвращения.
Лу Яо вынес завтрак из кухни и расставил его на столе:
— Я обычно встаю довольно рано. Изначально планировал заняться готовкой пораньше, но обнаружил, что вчерашние остатки еды из холодильника пропали.
Линь Хуай спустился вниз, слегка помахивая карточкой в руке:
— Вчера вечером на стойке администратора я нашел карточку с заданием. Задача состояла в том, чтобы подготовить продукты для домика, вот я и заглянул на утренний рынок.
— Утренний рынок? — Гао Миньминь замерла, ошеломленно моргнув. — Преподаватель Линь еще и знает, где находится утренний рынок?
— Мое жилье было недалеко отсюда, до утреннего рынка можно доехать на машине минут за десять. — Выражение лица Линь Хуай оставалось непринужденным. Заметив любопытство Линь Сяогу, он протянул ей карточку. — В домике наверняка есть и другие места с такими случайными карточками.
— Не ожидал, что преподаватель Линь... — Гао Миньминь запнулась и с удивлением пробормотала себе под нос: — Настолько близок к народу.
Лу Яо тем временем быстро сообразил что к чему, его глаза ярко блеснули, и после минутного колебания он все же спросил:
— Если выполнить случайное задание, можно ли получить какие-то привилегии?
Линь Хуай ответил:
— Пока неизвестно.
Взгляд Лу Яо слегка дрогнул.
Гао Миньминь прислонилась к стене и между делом бросила:
— А где Цю Юань и Чэнлань?
— Цю Юань, кажется, ушел куда-то рано утром, а Чэнлань, должно быть... — Линь Сяогу на полуслове услышала какой-то шум и повернулась к лестнице на второй этаж.
Линь Хуай нахмурился, сделал пару шагов в сторону лестницы и приблизился к Цзян Чэнланю, который, потирая глаза и напоминая блуждающего призрака, спускался вниз. В его голосе прозвучало беспокойство:
— Что такое? Плохо спал?
Ощущение раннего подъема было сродни вознесению души на небеса.
Цзян Чэнлань умылся холодной водой, прежде чем окончательно прийти в себя и выползти наружу.
— Я лег только в четыре.
Лицо Цзян Чэнланя выражало абсолютную безнадежность. Если бы не присутствие камер поблизости, он бы наверняка задремал, прямо прислонившись к перилам лестницы.
— Этот черт Лао Цзи, сам не зная зачем, посреди ночи позвонил мне и нес всякую чушь без остановки, да так долго, что я несколько часов слушал, а никакого дела толком и не услышал. В итоге я так сильно захотел спать, что даже не успел спросить остальных, зачем они мне звонили.
Прошлой ночью телефон Цзян Чэнланя непрерывно звонил, на нем было с десяток пропущенных вызовов. Съемочная группа забеспокоилась, не случилось ли чего, и вернула телефон владельцу, однако сегодня утром аппарат снова забрали.
— Если произошло что-то серьезное, менеджер вашей команды наверняка связался бы с продюсерами шоу. — Линь Хуай немного разбирался в сфере киберспорта и, услышав это, быстро сообразил: — Лао Цзи — это... саппорт команды ROM?
— Верно, это он, — тихо отозвался Цзян Чэнлань, опираясь на перила лестницы. Когда он опустил руку, Линь Хуай заметил в его глазах отчетливую сетку красных сосудов. — Сейчас межсезонье, в клубе вряд ли происходит что-то крупное.
Хотя сейчас действительно шел период трансферов, состав команды SD, показывающей невнятные результаты и не имеющей крупных инвесторов, из года в год оставался неизменным.
Пока они говорили, Цзян Чэнлань резко поднял взгляд на гостей, застыл у столовой с окаменевшим лицом и, понизив голос, чеканя каждое слово, спросил Линь Хуая:
— Погодите-ка, вы все... во сколько вообще встали?
Линь Хуай замолчал.
В прихожей послышлся звук открывающейся и закрывающейся двери, и Цю Юань в распахнутом пуховике с улыбкой вошел в дом, прижимая к груди плотный букет пышно цветущих маленьких подсолнухов.
Линь Сяогу, стоявшая у подножия лестницы, перевела взгляд с Цю Юаня на Цзян Чэнланя, незаметно отступила назад на два шага и, встав в дверях кухни, перешла в режим наблюдения за драмой.
— Чэнлань, доброе утро! — Цю Юань протянул букет Цзян Чэнланю, озарив лицо искренней и лучезарной улыбкой. — Проходя мимо цветочного магазина во время утренней пробежки, я увидел, как прекрасно цветут эти подсолнухи, и захотел принести их сюда, чтобы ты тоже разделил это хорошее настроение.
Не до конца проснувшийся Цзян Чэнлань механически принял цветы, чувствуя себя одновременно сонным и ошеломленным:
— С-спасибо?
— Не за что! — Улыбка Цю Юаня неизменно излучала энергию и энтузиазм.
Линь Хуай посмотрел на Цю Юаня.
Цю Юань тоже перевел взгляд на Линь Хуая и бесстрашно вздернул подбородок.
Зажатый между ними Цзян Чэнлань прижимал к груди подсолнухи с совершенно ошеломленным и потерянным выражением лица.
Гао Миньминь с абсолютно невозмутимым видом издала короткий возглас:
— Вау.
Линь Сяогу сложила руки перед грудью и благоговейно, с блаженством произнесла:
— Ах, этот аромат любовных интрижек на шоу так и витает вокруг меня.
Мой Бог Лань получил три сообщения, вот это уровень!
Приходите-ка сюда! Пейринг Хуай-Лань — делаем ставки и не сомневаемся! Вложения точно окупятся!
Разве юношеская любовь — это не прекрасно? Я, фанатка пейринга Цю-Цзян, с этим не согласна!
Цзян и Цю тоже очень хороши! Холодный киберспортивный красавчик и энергичный щеночек! Уже от одной мысли веет молодостью (подпирает щеку руками).
Ой, а преподаватель Линь выглядит так, будто у него на уме с полсотни хитрых планов, энергичному щеночку с ним не справиться (качает головой).
Никак не забуду тот взгляд, которым преподаватель Линь смотрел на Чэнланя вчера на кухне, эх, QAQ. У меня в голове до сих пор крутится трактат на восемьсот слов о возможных позах (лицо покраснело, значок jpg).
Передаю горький чай литературному гению! Ох, преподаватель Линь, вперед!
Сегодняшний завтрак готовили Лу Яо и Линь Сяогу, которые поднялись примерно в одно время.
Хотя блюда были простыми, чувствовалось, что в них вложили душу.
Поскольку сегодня было воскресенье, никому не нужно было спешить на учебу или по делам. Ребята учли и потребность девушек в легкой утренней пище, приготовив салат из куриной грудки с савойской капустой, и побаловали мужчин пастой, яичницей и ветчиной.
Каждое совместное приём пищи и душевный разговор на романтическом шоу неизменно наполнены тончайшим подтекстом, ведь любые изменения в настроении участников день за днем так или иначе отражаются в подобных моментах.
Цзян Чэнлань, никогда прежде не смотревший реалити-шоу о любви, никак не мог взять в толк, почему все вдруг замерли посреди столовой.
Прождав пару секунд и глядя на огромный букет подсолнухов в своих руках, Цзян Чэнлань неуверенно произнес:
— Может... я сначала пойду поищу вазу?
Оставив подсолнухи на тумбочке у входа, Цзян Чэнлань повернулся и направился к кладовой за кухней.
— Не могут же они так и стоять у обеденного стола, пока он ходит искать вазу?
http://bllate.org/book/28326/3424545
Готово:
