— …
Ю Чжэн про себя подумал: лучше бы ты и правда был калекой с ампутированными конечностями.
Все эти попытки подольститься и поведередничать на Ю Чжэна не действовали от слова совсем. Он подцепил с соседнего стола пару палочек для еды и хлестнул ими по руке Ци Сы, который крепко вцепился в полу его одежды и не желал отпускать. На белой коже кисти Ци Сы тут же появились две свежие красные полосы.
Ци Сы торопливо разжал пальцы:
— Да я же просто шучу, чего ты такой злой?
Ю Чжэн не стал утруждать себя ответом и самостоятельно направился на второй этаж.
Вскоре Ю Чжэн спустился вниз, неся в руке медицинский чемоданчик, а заодно и зелёного попугая, у которого лишь макушка головы и кончик хвоста были отмечены капелькой красного цвета.
Попугай, который изначально сидел у Ю Чжэна на плече, ни капли не испугался незнакомца. Он склонил голову набок, зашумел крыльями, слетел с плеча Ю Чжэна прямо перед Ци Сы и принялся моргать, разглядывая непрошеного гостя любопытными глазами.
Ю Чжэн небрежно бросил медицинский чемоданчик прямо в руки Ци Сы:
— Сам завязывай.
Ци Сы уже собирался было открыть рот, чтобы о чём-то попросить, но Ю Чжэн, словно насквозь видя его натуры, опередил его:
— Хочешь, чтобы я лично пинком сломал тебе и вторую ногу?
Это разительно отличалось от его нежного, мягкого и утончённого образа во время прямых трансляций — человека перед ним сейчас точнее всего было бы описать как холодного и беспощадного.
Сказав это, Ю Чжэн перевёл прицел на попугая, которого только что принёс сверху:
— Он уже несколько раз подряд выкрикнул твоё имя. Похоже, ты ему действительно нужен, так что веди себя примерно и сиди с ним смирно.
В ответ попугай, словно всё прекрасно поняв, дважды громко закричал, обращаясь к Ю Чжэну:
— Жена! Жена!
Ци Сы, ставший свидетелем этой сцены:
— …
Так безжалостно брошенный Ю Чжэном попугай остался внизу в качестве сиделки для больного.
Ю Чжэн пробыл наверху недолго. Поливая цветы и не услышав привычного птичьего щебета, он с опозданием вспомнил, что забыл покормить попугая.
Но было странно то, что стоило попугаю проголодаться, как он неизменно прилетал прямо к нему, выкрикивая «жена» всё звонче и громче с каждым разом.
Однако на этот раз прожорливая птица хранила полное молчание, что выглядело явно подозрительно.
Руководствуясь желанием во всём разобраться, он решил спуститься вниз и проверить.
И вот, оказавшись на первом этаже, он застал весьма причудливую картину: в самом её центре человек и птица сверлили друг друга взглядами, не желая уступать ни на йоту.
Между ними красовалась тарелка с сочными, так и просящимися в рот виноградинами. От одного их вида можно было вообразить, как эти круглые ягодицы лопаются во рту, брызгая соком, оставляя после себя незабываемое послевкусие.
Конечно, дело было вовсе не в этом. Самое главное заключалось в том, что Ци Сы придавил кончиками пальцев правой руки край тарелки, и весь его взгляд недвусмысленно говорил: это моя еда, разве вам позволено на неё покушаться?
Попугай же уперся одной лапкой в противоположный край тарелки ровно напротив пальцев Ци Сы, гордо выпятил грудь и не собирался сдаваться, излучая полную решимость победить.
Сколько времени они продержались в этой напряженной позе, злобно таращась друг на друга, оставалось загадкой — по крайней мере, появление Ю Чжэна никто из них даже не заметил.
Пока Ю Чжэн не подошёл вплотную к парочке и, подцепив пальцами виноградину, не бросил её в рот.
Попугай мгновенно вытаращил глаза и уже было хотел нацелить клюв на руку человека, тянущегося к тарелке, чтобы хорошенько цапнуть её, но, стоило ему разглядеть хозяина, как он тут же покорно втянул голову в плечи. Вся его заносчивая спесь и воинственный настрой, с которым он только что делил еду с Ци Сы, испарились в одно мгновение. Птица обиженно прижалась головой к ладони хозяина, несколько раз ласково потеревшись о неё.
Это напоминало обиженного ребенка, который жалуется матери на свои невзгоды.
Ю Чжэн удивился такому добровольному проявлению ласки со стороны попугая, который сам полез под руку за поглаживанием, и невольно перевёл взгляд на второго участника происшествия — господина Ци Сы:
— Ты её ударил?
Ци Сы презрительно фыркнул на обвинения в том, что попугай просто прикрывается чужим авторитетом:
— Если бы я её и вправду ударил, дожила бы она целой и невредимой до сегодняшнего дня?
Продолжая говорить, он закинул в рот виноградинку из тарелки:
— У твоего попугая на редкость дикий характер, инстинкт защищать свою еду — прямо один в один как у собаки.
Попугай, уловив в словах Ци Сы оскорбление, тут же, не оглядываясь, подлетел к нему, взмахнул крыльями, выпятил грудь и приготовился к атаке.
— Подонок!
— Скотина!
— Хуже собаки!
…
Выпалив подряд шесть совершенно разных ругательств, птица тут же ретировалась, с молниеносной скоростью взмыв к Ю Чжэну и надежно устроившись у хозяина на плече.
Глухая тишина.
Молчание — вот что было бы лучшим саундтреком для этого вечера.
Пожалуй, это был звёздный час за всю жизнь попугая: оно смогло на одном дыхании выдать шесть абсолютно разных ругательств! С тех пор как Ю Чжэн приручил его столько дней назад, это случалось впервые, чтобы птица выдала больше двух слов за какие-то полминуты.
Выражаясь словами самого Ю Чжэна, это называлось «дождаться толку».
Впрочем, толк в этот вечер наблюдался не только от пернатого, но и от того самого персонажа, что с предельно расслабленным видом устроился на диване, поведением превосходя любую собаку.
Другие бы, возможно, ничего не заметили, но Ю Чжэн, столько времени ухаживавший за птицей, давно изучил повадки своего питомца.
Ю Чжэн задал вопрос напрямую:
— Ты отобрал у неё еду изо рта?
Теперь даже не требовалось ответа Ци Сы: попугай пристально уставился на распотрошенную виноградину, валявшуюся в корзине для мусора у ног мужчины, всем своим видом излучая глубочайшее сожаление.
Выделившийся из виноградины сок всё ещё блестел и выглядел липким — судя по всему, её выбросили совсем недавно.
И надо же было некоторым людям родиться с тягой вечно устраивать пакости — стоит им хоть ненадолго прекратить вредничать, как они начинают изнывать от скуки, так что они даже не брезгуют отбирать еду у птицы.
Ю Чжэн в ту секунду не знал, то ли злиться ему, то ли смеяться, тем более что главный виновник происшествия гордился собой до безумия, а торжество в его глазах едва не переливалось через край.
Ю Чжэн никак не мог взять в толк, с чего это мужчина вздумал соревноваться с попугаем:
— Жене ведь всего четыре месяца от роду, с чего ты вообще вздумал с ней тягаться?
Услышав это, Ци Сы поднял голову и долго смотрел на него, так пристально, что казалось, будто он способен растопить его взгляд, а затем вдруг тихо рассмеялся.
Ци Сы искренне не понимал, как Ю Чжэн ухитряется сохранять такое серьёзное выражение лица, обладая при этом «женским» именем, да ещё и называть так попугая у себя на плече.
Сам же Ю Чжэн сохранял полное эмоциональное равновесие и до сих пор был не в состоянии постичь, что именно показалось Ци Сы таким смешным. Лишь когда выражение лица мужчины наконец вернулось к норме, он поинтересовался:
— Насмеялся?
Стоило взгляду Ци Сы снова столкнуться с ним, как этот человек опять не удержался от улыбки и снова расхохотался.
http://bllate.org/book/28181/3407966
Готово:
