Экран был черным.
Сердце Шан Суна ухнуло в пятки. Он нажал на кнопку еще несколько раз, затем попытался воспользоваться комбинацией клавиш для принудительной перезагрузки.
Телефон не подавал никаких признаков жизни, напоминая кусок черного кирпича.
Разрядился? Как такое возможно… Он отчетливо помнил, что перед походом в душ заряд еще был!
Он сжимал этот «черный кирпич», руки дрожали всё сильнее. В голове образовалась пустота, лишь сердце неистово колотилось в грудной клетке.
В этот момент сбоку раздался едва слышный электронный сигнал.
Шан Сун машинально поднял глаза и увидел, как Се Цзин коснулся пальцем панели управления на дверце. Подлокотник между ними медленно поднялся, гладкая деревянная панель бесшумно отъехала в сторону, открывая небольшую нишу с изящной площадкой для беспроводной зарядки.
Се Цзин бросил спокойный взгляд на безжизненный телефон в руках Шан Суна, затем снова посмотрел на его мертвенно-бледное лицо и произнес ровным тоном:
— Сначала заряди.
Шан Сун: «...»
Он посмотрел на кирпич у себя в руках, перевел взгляд на беспроводную зарядку, которая словно кричала: Положи телефон сюда, и ты будешь спасен, а затем снова посмотрел на лицо Се Цзина — настолько невозмутимое, что это совсем не походило на похищение...
...О, до чего же заботливо.
Настолько заботливо, что по коже пробежали мурашки, а спину прошиб холодный пот.
Шан Сун подумал, что Се Цзин, возможно... действительно немного не в себе.
Из тех людей, что творят самые беззаконные вещи, искренне полагая при этом, что ведут себя совершенно нормально.
Он сжимал холодный телефон, пальцы никак не могли перестать дрожать.
Телефон разряжен, его везут в глухие горы, где до ближайшего жилья сотни ли, а рядом сидит бывший парень с загадочным психическим состоянием. Разве может быть ситуация хуже?!
Если положить телефон на зарядку, он включится, и появится хоть какой-то шанс вызвать полицию.
Была не была, попытка — не пытка.
Глядя на зарядное устройство, он наконец решился и положил телефон, но руку убирать не стал — боялся, что это ловушка Се Цзина, чтобы отобрать гаджет.
Застыв в напряжении, он держал руку на телефоне, а сам, вжавшись в угол, украдкой наблюдал за Се Цзином.
Се Цзин снова откинулся на спинку сиденья и слегка прикрыл глаза, словно погрузившись в свои мысли или решив немного подремать.
Внезапно свет — то ли лунный, то ли от фар едущего позади автомобиля — скользнул по лицу Се Цзина, черты которого были настолько идеальны, что казались нереальными. От этой вспышки белого света его лицо показалось пугающе мертвенно-бледным. Шан Сун внезапно что-то осознал и со страхом сглотнул вязкую слюну.
— Ты... вы... — его голос дрожал, он заикался. — Они только что назвали тебя главой дома... И ты привез меня в такую глушь... Вы что... вы что, какая-то преступная группировка? Собираетесь убить меня, а потом закопать где-нибудь в лесу?
Сказав это, Шан Сун сам содрогнулся от ужаса.
Длинные ресницы Се Цзина дрогнули, и он медленно открыл глаза.
Он не стал опровергать странное обвинение в принадлежности к «преступной группировке», лишь слегка повернул голову, посмотрел на Шан Суна, а затем снова перевел взгляд на окно.
Машина как раз проходила поворот, фары осветили относительно открытый склон, а вдали виднелась темная долина и бесконечная череда лесных силуэтов.
Да, действительно... весьма подходящее место, чтобы замести следы преступления.
Се Цзин задержал взгляд на этих призрачных лесах примерно на пару секунд, а затем снова повернулся к Шан Суну, который забился в угол и побелел еще сильнее, готовый вот-вот расплакаться.
— Ты думаешь, я хочу причинить тебе вред?
— В эти полгода я следил за тем, чтобы уровень нагрузки на каждой твоей работе в Цинго был умеренным. Я не давал тебя переутомлять, но при этом позволял получать новые знания, — его голос, тихий и отчетливый, зазвучал в салоне автомобиля, раскрывая все те неблаговидные поступки, которые он совершал последние полгода. — Я следил за поставками в столовую и сменил для тебя всю цепочку снабжения продуктами во всей компании Цинго.
— Я даже позволял этому человеку появляться рядом с тобой столько раз, пока... пока он не попытался коснуться тебя сегодня вечером.
— Я хотел подождать еще немного, пока я... — он осекся, не договорив, что именно хотел сделать. Его взгляд остановился на широко распахнутых от изумления глазах Шан Суна, а в голосе проскользнула нотка горькой самоиронии: — Но, кажется, ты больше не даешь мне этого времени.
Он подался вперед, сокращая дистанцию, но не коснулся его, лишь хотел, чтобы Шан Сун яснее увидел серьезность в его глазах.
— Поэтому я привез тебя сюда не потому, что хочу навредить.
— Совсем наоборот. Сишань — самое безопасное для меня место, и здесь ты тоже будешь в безопасности.
— Я не позволю никому и ничему причинить тебе боль, включая... мою собственную реакцию, которая была такой ужасной в прошлом.
Шан Сун окончательно остолбенел. Он бессмысленно смотрел на Се Цзина, в голове царил хаос, а сердце стучало так громко, что заглушало все мысли. Он забыл, как реагировать.
Се Цзин немного посмотрел на застывшего Шан Суна, затем снова откинулся на спинку и перевел взгляд на деревья, которые постепенно становились все более упорядоченными. Его тон вернулся к привычному спокойствию:
— Мы почти приехали. Отдохни немного.
Он сделал небольшую паузу, и его голос прозвучал еще мягче, почти нежно:
— Не бойся.
Только когда телефон Шан Суна внезапно засветился, запуская систему, Шан Сун пришел в себя.
Он так и остался сидеть в той же позе, глупо глядя на Се Цзина, не в силах пошевелиться.
Значит, вот оно что.
Успехи на работе... раки в столовой... все это благодаря Се Цзину.
Он... он все это время присматривал за ним, даже позволял Чэнь Юю появляться рядом, пока дело не дошло до той неудавшейся попытки поцелуя.
Он внезапно вспомнил, что за тот год, несмотря на холодные и отстраненные встречи, Се Цзин никогда не нарушал обещаний и был невероятно терпелив, когда отвечал на его наивные вопросы.
Тот зонт в ливень — он действительно отлично защищал от дождя.
Да и тот бросок через плечо... Се Цзин ведь действительно придержал его в последний момент, чтобы смягчить падение.
Этот человек, кажется, правда... никогда не хотел причинить ему вреда.
Его «вред» был вызван лишь этой удушающей отстраненностью, молчанием и правилами, которые не под силу понять обычным людям.
Шан Сун не мог сказать, что именно чувствует.
Гнев? Разумеется.
Когда за тобой так следят, вмешиваются в жизнь и даже управляют ею, любой человек почувствует, как волосы встают дыбом, а в груди закипает ярость.
Кто он такой, чтобы так поступать?
Только потому, что у него есть тайная власть и непостижимое происхождение? Чем это отличается от поведения маньяка-сталкера?!
Но...
Если он просто хотел манипулировать, зачем делать все это? Обеспечивать успехи в работе, следить, чтобы не перегружали? Заботиться о том, что он любит есть? И даже... месяцами терпеть присутствие другого поклонника?
Это не похоже на поведение человека, одержимого контролем.
Одержимый контролем запер бы его, отрезал от всего мира, а не позволял бы работать, вести привычный образ жизни и даже... почти начать новые отношения.
Чего же на самом деле хочет Се Цзин?
Экран телефона полностью загорелся, система загрузилась, и посыпалась целая вереница непрочитанных сообщений.
Шан Сун вздрогнул от этого звука.
Первые несколько сообщений были от курьера:
Не смог дозвониться, никто не открыл дверь, оставил заказ на ручке двери.
Ниже была пачка сообщений от Чэнь Юя, болтовня в чате общежития от второго и третьего братьев, пара пустяковых уведомлений.
Все выглядело таким нормальным.
Словно этот час, когда его силой увезли из дома, запихнули в машину и привезли в глухие горы, был лишь пугающим сном.
Он сжимал телефон, на котором уже прибавилось заряда, пальцы зависли над экраном, но он не знал, что делать дальше.
Мысль вызвать полицию снова возникла, но когда он посмотрел на Се Цзина, который снова закрыл глаза, эта идея показалась... не такой уж необходимой.
Он облизнул сухие губы и произнес хриплым голосом:
— Эм... мне завтра вообще-то на работу.
Как только слова слетели с губ, он сам подумал, что сморозил глупость.
Но ему нужно было подтверждение. Нужно было понять, входит ли в намерения Се Цзина возвращение его к нормальной жизни, чтобы решить, стоит ли все-таки вызывать полицию.
Се Цзин медленно открыл глаза, повернул голову и посмотрел на него. Казалось, вопрос его не удивил. Он ответил ровным тоном, будто обсуждал сущую мелочь:
— Завтра не нужно.
Кровь ударила Шан Суну в голову, он сжал телефон и воскликнул с негодованием:
— Ты... ты серьезно решил меня похитить?!
Се Цзин нахмурился, словно реакция Шан Суна была чрезмерной.
— Это не похищение, — поправил он. — Сегодня вечером ты перенервничал и испытал сильное потрясение. К тому же сейчас уже поздно, ты не выспишься, и выходить завтра на работу будет вредно для здоровья. Отдохни день, приди в себя, а послезавтра пойдешь.
— Я попрошу Линь Чжоу связаться с твоим непосредственным руководителем и оформить тебе отгул. — Он помедлил, глядя на ошарашенное лицо Шан Суна, и добавил:
— Причина будет веской, на твою аттестацию это не повлияет.
Шан Сун: «...»
Что за бред? Еще и не повлияет на аттестацию? Ему что, теперь поблагодарить Се Цзина?!
Ну и ну, вот это юморок.
Впрочем... узнав, что он сможет нормально вернуться на работу, Шан Сун перестал так сильно бояться.
По крайней мере... Се Цзин действительно не собирался причинять ему зла.
Он пару раз моргнул и поджал губы. Хотя тон его оставался сухим и лишенным уверенности:
— Ну... и зачем ты тогда привез меня сюда? Только ради того, чтобы дать мне... отдохнуть день?
Хотя, конечно, кто же из нормальных людей вывозит человека отдохнуть в лесную глушь?!
Се Цзин не ответил.
В этот момент машина плавно затормозила и окончательно остановилась.
Они приехали туда, где жил Се Цзин.
http://bllate.org/book/28168/3405799
Готово:
