Многие одноклассники говорили, что пойдут, в итоге набралось больше семидесяти процентов.
Шэнь Цин немного подумала и отправила сообщение: «Я тоже пойду».
Не успела она отложить телефон, как не прошло и трех секунд, как раздался звуковой сигнал — Фу Хуайчжи прислала два слова: «Я иду».
Шэнь Цин приподняла бровь, не ожидая, что Фу Хуайчжи тоже соберется.
Пришло сообщение от У Ху: «Шэнь Цин, ты ведь идешь на командное мероприятие, да?»
Шэнь Цин: «Угу».
У Ху: «Я тоже иду. Вот думаю, что бы надеть. Наверное, не нужно ничего слишком торжественного, это же просто обычный тимбилдинг».
Шэнь Цин: «Обычной повседневной одежды будет достаточно».
У Ху: «Ну да, я тоже не хочу наряжаться. Я иду только ради того, чтобы поесть и попить на халяву, хе-хе!»
Шэнь Цин отправила смайлик, выражающий смех сквозь слезы.
Шэнь Цин отложила телефон. Дядя Лю принес тарелку с фруктами и уже собирался уйти, но Шэнь Цин его окликнула.
— Дядя Лю.
— Слушаю, барышня, что-то случилось?
— Вечером подготовьте мне что-нибудь из повседневной одежды. Я иду на праздничный ужин.
— Слушаюсь, барышня. — Дядя Лю немного подумал и согласился.
В шесть часов вечера проливной дождь наконец прекратился. Тучи рассеялись, открыв взору редкую радугу.
Шэнь Цин спустилась вниз, и дядя Лю поспешно протянул ей приготовленную одежду.
— Старшая барышня, вот одежда, которую вы просили.
— Угу.
Шэнь Цин взяла вещи и, взглянув на них, округлила глаза.
— Дядя Лю, почему это платье?
Дядя Лю недоуменно посмотрел на нее:
— Барышня, раз это праздничный банкет, разве не полагается надеть вечернее платье?
Шэнь Цин покачала головой:
— Идите и поменяйте на что-нибудь другое, более простое! Ой, времени совсем не осталось!
Шэнь Цин глубоко вздохнула и была вынуждена смириться. Она надела платье, а сверху накинула куртку, чтобы наряд не выглядел таким вызывающим.
— Поехали, отвезите меня в отель.
— Слушаюсь, старшая барышня.
Машина медленно тронулась с места и выехала за пределы виллы. Через сорок минут они прибыли в отель, забронированный классным руководителем. Там уже собралось много знакомых ребят. Шэнь Цин с облегчением заметила, что некоторые девочки тоже были в платьях, так что она не выглядела белой вороной.
Фу Хуайчжи выглядела точно так же, как в школе: простая одежда, все та же холодная и отстраненная, словно сухое дерево, но от нее было невозможно отвести взгляд. Говорят, что человека красит одежда, но на самом деле это не так — стиль зависит прежде всего от лица.
Классный руководитель радостно махал руками у входа в отель и, убедившись, что все в сборе, пригласил учеников внутрь.
Он арендовал огромный зал, в котором могло поместиться столько людей. В комнате уже были подготовлены закуски и игры. Шэнь Цин и У Ху сели рядом, Фу Хуайчжи оказалась напротив, а остальные ребята расположились по разным углам комнаты, то собираясь в группы, то расходясь. Классный руководитель разрешил им есть что угодно и болтать о чем душе угодно.
Шэнь Цин взяла коробочку молока и принялась его пить. На столе были латяо, напитки, орехи и фрукты. Чэн Жоуи налила бокал фруктового вина и протянула его Фу Хуайчжи, по-видимому, пытаясь наладить отношения. Фу Хуайчжи взглянула на бокал и приняла его.
Неизвестно, показалось ли Шэнь Цин, но Фу Хуайчжи будто бы несколько раз посмотрела в ее сторону.
Все были в том возрасте, когда растут, поэтому через сорок минут закуски почти закончились, и классный руководитель предложил поиграть в классическую игру — правда или действие.
Ребята разбились на кружки и начали играть в камень-ножницы-бумага. Вскоре в команде Шэнь Цин проиграл один мальчик.
— Выбирай: правда или действие? — подзадоривали его окружающие.
Мальчик замялся:
— Наверное, правда.
Все согласно закивали и задали каверзный вопрос:
— Ты когда-нибудь был в кого-то тайно влюблен?
Мальчик выдохнул и честно ответил:
— В средней школе была одна девочка, но все сошло на нет само собой.
Услышав ответ, ребята разочарованно протянули, и объект опроса сменился. На этот раз проиграла Шэнь Цин.
— Правда или действие?
— Правда.
— …Ну хорошо. — Остальные ребята посмотрели на Шэнь Цин, долго думали, а потом загадочно спросили: — Старшая барышня Шэнь, сколько у тебя было парней?
Шэнь Цин слегка опешила и горько усмехнулась. Она знала, что спросят именно об этом:
— Ни одного.
— Да как такое возможно! — послышались скептические возгласы.
— Правда, — беспомощно повторила Шэнь Цин.
В те времена, когда за ней не следили, Шэнь Цин действительно постоянно где-то пропадала, но это ограничивалось лишь прогулками с друзьями по интересным местам. С самого детства она видела достаточно мужчин, которые только и умели, что льстить, поэтому никакого интереса к отношениям у нее не было.
— …Оу, ну ладно. — Ребята поняли, что Шэнь Цин не лжет, и, наполовину поверив, закончили расспросы.
Едва они закончили, с другой стороны послышались удивленные возгласы. Это происходило там, где сидела Фу Хуайчжи.
Все взгляды устремились на нее: она выглядела слегка захмелевшей, придерживала рукой лоб, не выдержав вина. Похоже, это было то самое фруктовое вино, которое ей дала Чэн Жоуи.
— Староста проиграла и выбрала правду. Мы спросили, признавался ли ей кто-нибудь в любви. Знаете, что она ответила? Она сказала: Много раз, но я всем отказала.
— Мы спросили: как много? Она ответила, что не помнит, около десятка.
Десяток!
И она сказала это так небрежно!
— Ха-ха-ха-ха! — кто-то рассмеялся. — Я так и знал, что у старосты в голове только учебники по подготовке к экзаменам!
…
— Подождите, староста, кажется, опьянела, — кто-то заметил, что Фу Хуайчжи ведет себя странно.
Чэн Жоуи воскликнула:
— Да ладно? Это же было всего лишь фруктовое вино, я дала ей только один бокал! Всего один!
Фу Хуайчжи с трудом встала, прервав их разговор:
— Ладно, играйте дальше, я схожу в уборную.
Чэн Жоуи цокнула языком:
— Может, тебя проводить?
— Не нужно.
Бросив эти слова, Фу Хуайчжи направилась к выходу. Чэн Жоуи посмотрела на свою руку, которой она безуспешно попыталась помочь, и выражение ее лица стало сложным.
Несколько секунд все молчали, а потом продолжили игру. Шэнь Цин смотрела, как Фу Хуайчжи идет по коридору, и, повинуясь порыву, пошла следом. Фу Хуайчжи шла быстро, и Шэнь Цин пришлось ускориться, чтобы ее догнать.
— Староста… Фу Хуайчжи, ты в порядке?
— Шэнь Цин?
— Да, это я.
— Ты… почему ты пошла за мной?
— Я видела, что ты опьянела. — Шэнь Цин взяла Фу Хуайчжи за руку и повела в ближайшую уборную.
— Опьянела? — Фу Хуайчжи выдавила слабую улыбку, ее взгляд был туманным. — Я пьяна?
Шэнь Цин ответила утвердительно — было очевидно, что Фу Хуайчжи пьяна.
— Наверное, пьяна, — пробормотала Фу Хуайчжи сама себе и опустила голову на плечо Шэнь Цин.
Шэнь Цин замерла, но вовремя подхватила пошатнувшуюся девушку. Они стояли очень близко, и Фу Хуайчжи вдруг тихо проговорила:
— Шэнь Цин, от тебя так вкусно пахнет.
— Пахнет? — Шэнь Цин сегодня не пользовалась духами. Она подумала, что это, должно быть, легкий аромат, оставшийся от вечернего платья, которое она надевала в прошлый раз.
Шэнь Цин: — Это запах одежды?
Фу Хуайчжи покачала головой:
— Нет, это твой запах.
— Мой запах? — Шэнь Цин внезапно почувствовала, как лицо заливает румянец.
Фу Хуайчжи тихо хмыкнула, подняла голову и посмотрела на Шэнь Цин. Казалось, она хочет видеть ее насквозь. Прошла целая минута, но Фу Хуайчжи продолжала смотреть.
Шэнь Цин хотела уже спросить, что она там высматривает, как Фу Хуайчжи внезапно выпалила:
— Почему ты… всегда кокетничаешь со мной?
Шэнь Цин застыла. Ее мозг на мгновение отключился от такого вопроса. Что значит «всегда кокетничаешь»?
Шэнь Цин с трудом выдавила:
— …Когда это было?
Фу Хуайчжи снова опустила голову на плечо Шэнь Цин и пробормотала:
— Каждый раз, когда ты улыбаешься мне и качаешь… мой локоть.
Шэнь Цин примолкла.
Разве это не обычное общение между друзьями? Разве это не нормально? Это нормально до предела!
Шэнь Цин перевела тему:
— Фу Хуайчжи, ты раньше пила алкоголь?
Фу Хуайчжи покачала головой.
— Вообще ни капли?
Фу Хуайчжи снова покачала головой.
Шэнь Цин поняла:
— Ладно, я схожу, принесу тебе теплой воды.
Шэнь Цин осторожно взяла лицо слегка захмелевшей Фу Хуайчжи в ладони, пытаясь заставить ее стоять ровно, но та внезапно схватила ее за руку.
— Ты только что сказала, что у тебя никогда не было парня, это правда?
Шэнь Цин онемела. В тот момент, когда она это говорила, Фу Хуайчжи выбирала между правдой и действием, неужели она могла отвлечься и услышать сказанное?
Фу Хуайчжи сегодня вела себя очень странно.
Шэнь Цин вздохнула:
— Да, а что?
Фу Хуайчжи тихо хмыкнула и ничего не ответила.
— Ладно, мне правда нужно сходить за водой.
Шэнь Цин поправила голову Фу Хуайчжи и поспешно удалилась. Когда она вернулась со стаканом воды, то увидела, что Фу Хуайчжи послушно ждет ее.
На сердце у Шэнь Цин стало тепло, она подошла и протянула воду:
— Пей.
— Угу.
Фу Хуайчжи послушно выпила теплую воду.
— В туалет хочешь?
Фу Хуайчжи покачала головой.
— Тогда помочь тебе вернуться отдохнуть?
— Угу.
Получив ответ, Шэнь Цин, поддерживая Фу Хуайчжи, пошла обратно. В комнате остальные продолжали играть в правду или действие: кто-то проигрывал, кто-то был вынужден звонить кому-то с розыгрышем, кого-то спрашивали о неблаговидных поступках…
Классный руководитель купил еще много еды и, чтобы влиться в компанию учеников, тоже начал играть. Партия за партией, смех заполнял каждый уголок.
Фу Хуайчжи тихо прислонилась к Шэнь Цин, опьянение постепенно проходило.
Когда наступило около девяти часов вечера, праздник подошел к концу. Ребята немного прибрались и один за другим покинули отель. Убедившись, что все ушли, классный руководитель поймал такси и отправился домой.
http://bllate.org/book/28124/3401873
Готово:
