Цзин Хэ, личная служанка Князя Чэн, пришла проверить, как продвигается подготовка к ужину, но застала маленькую служанку в слезах. Утешив её парой слов, Цзин Хэ велела той поскорее возвращаться на кухню и всё переделать, чтобы не заставлять князя и его знатных гостей ждать. Сразу после этого Цзин Хэ подозвала слуг, чтобы те вычистили двор.
Едва Цзин Хэ скрылась из виду, над крытой галереей пронеслась стая птиц, словно преследуя кого-то невидимого.
Нин Сяочун продолжал своё бегство. Птицы упорно не желали отставать, и Нин Сяочун, с разбитым лицом и в синяках, метался из стороны в сторону, совершенно не имея возможности высмотреть подходящего кандидата, на которого указал Верхний Бессмертный. Он изо всех сил бежал по крышам, пока вдалеке не заметил, что над одной из них разливается чистая, мощная духовная энергия, очищающая воздух вокруг.
Внутри кто-то разговаривал, и Нин Сяочун, не решаясь войти, покорно присел у порога. Огромная черная стая птиц больше не приближалась к дому, но продолжала кружить в воздухе, не желая улетать.
Нин Сяочун перевел дух и взглянул в небо. Тысячелетняя практика, а в итоге его гоняют птицы — до чего же печально. Вернувшись, он непременно должен взяться за ум и со всем усердием заняться изучением магических искусств.
Шум поднятый стаей обеспокоил тех, кто был внутри. Вскоре кто-то отворил дверь, и мягкий свет свечей хлынул наружу. Нин Сяочун, обхватив колени руками, поднял взгляд на вошедшего и замер. Такая стать, такой необыкновенный облик — редкая удача! Он уже было восторженно приподнял полы парчового халата, но судьба оказалась жестока: у того уже была красная нить, причём завязанная весьма крепко.
Из комнаты донесся спокойный голос: Чэнчжи, что там стряслось?
Не знаю, откуда прилетела целая стая птиц, кружат и не улетают.
Вскоре у порога показался ещё один человек. Князь Чэн Ян Чэн и лучший выпускник императорского экзамена Вэй Чэнчжи предстали перед гостями. Увидев хозяев резиденции, птицы, по всей видимости, решили оставить Нин Сяочуна в покое и, недовольно покрикивая, разлетелись кто куда.
Ян Чэн и Вэй Чэнчжи были несколько озадачены, однако И Мо и Сяо Юй прекрасно понимали, что происходит. И Мо, как обычно, не удостоил происходящее вниманием, а Сяо Юй с нескрываемым чувством, что слов тут недостаточно, разглядывала притаившегося у порога Нин Сяочуна, сплошь покрытого следами от клевков и с торчащим из растрепанных волос птичьим пером.
Нин Сяочун был опечален. Он опоздал: Ян Чэн и Вэй Чэнчжи уже связаны красной нитью, и он не может использовать этот союз — сплошные убытки, ведь эти двое выглядели как идеальная и крепкая пара. Несмотря на присутствие в комнате И Мо, Нин Сяочун решил во что бы то ни стало войти внутрь — возможно, там найдутся другие таланты, чьи судьбы ещё можно связать.
Глубоко вздохнув, он, как ему показалось, совершенно бесшумно проскользнул в комнату.
Войдя, Нин Сяочун тут же пожалел об этом, пожалел до такой степени, что внутри всё скрутило от досады.
Ужин ещё не был готов, князь и И Мо играли в го, Вэй Чэнчжи наблюдал за партией, а служанка Сяо Юй тихо стояла позади.
На столе стояла курильница на трёх ножках, от которой поднимались струйки тонкого аромата. Нин Сяочун на мгновение скривился и не сдержал серию чихов. Аллергия на аромат орхидей — для маленького зеленого червячка это было сущим позором.
Нин Сяочун был червячком с весьма необычными взглядами. Пока другие насекомые усердно грызли сочную зелень, стремясь поскорее вырасти, он предпочитал нежиться на солнце, перекатываясь с боку на бок в приятном тепле. Когда другие уже спали, он продолжал бесцельно бродить под лунным светом. Иногда он не жалел сил, чтобы добраться до воды и разглядывать в отражении ту самую некрасивую гусеницу, которой он был.
Остальные зеленые червячки лелеяли мечту — дождаться дня, когда они окуклятся и превратятся в прекрасных бабочек, порхающих среди цветов.
Но Нин Сяочун не желал становиться бабочкой, завершая свой короткий век. Он жаждал обрести человеческий облик, хотел говорить, общаться с другими. Ему требовалось время, чтобы увидеть красоты этого мира — не только цветочные поля, он хотел улететь в те края, куда не залетают бабочки.
Столь необычные стремления в глазах собратьев казались небылицей, однако Нин Сяочун, не оглядываясь назад, отправился в путь, взвалив на спину лист капусты. Он осторожно уклонялся от преследований естественных врагов и навсегда покинул прекрасный сад, где появился на свет.
Он отсутствовал тысячу лет, и когда наконец исполнил своё желание и получил желаемый облик, прежних садов уже не существовало. Неизменным оставалось лишь то, что за тысячу лет он так и не решил досадную проблему — аллергию на аромат орхидей.
Нин Сяочун с тоской прижал ладонь к носу и, пятясь, отступил в самый дальний угол. Но аромат цветов был повсюду, и прятаться было бесполезно. Сдерживая позывы к чиханию, он неловко кашлянул.
И Мо изначально игнорировал присутствие Нин Сяочуна, но эти неуместные ужимки начали раздражать его во время партии. Он, не меняясь в лице, достал Парчовый мешочек и бросил его к своим ногам. Горловина мешочка беззвучно раскрылась, и оттуда повеяло сильным ветром. Нин Сяочун с любопытством уставился на него, размышляя, что это за артефакт, как вдруг почувствовал лёгкость в теле, и его голова провалилась прямо внутрь мешочка.
Нин Сяочун в ужасе покрылся холодным потом. Он начал отчаянно брыкаться, боясь быть растворенным внутри. Он безнадежно взывал о помощи, но с досадой осознал, что его попытки барахтаться на полу никто не замечает.
Он нерешительно потрогал голову — она всё ещё была на месте, но теперь плотно затянута в расширившийся Парчовый мешочек. И Мо оказался не так уж жесток: в мешочке были оставлены два маленьких отверстия, чтобы Нин Сяочун мог видеть всё вокруг. Нин Сяочун с трудом дернул за шнурок на шее, пытаясь освободиться, но тот не поддавался.
Делать было нечего, и он временно оставил попытки сопротивляться. Он моргнул, выглядывая в отверстие. Ян Чэн и Вэй Чэнчжи его не видели и не слышали, поэтому были полностью поглощены игрой. Сяо Юй же, с тех пор как увидела его у ворот княжеской резиденции, только и делала, что посмеивалась над маленьким «демоном», так что рассчитывать на её помощь не стоило.
Нин Сяочун поднялся, отряхнул пыль с одежды и, собравшись с духом, решительно зашагал к И Мо за спину. Он уже занес руку, чтобы похлопать того по плечу, как вдруг Парчовый мешочек снова выпустил порыв ветра и припечатал его к каменной стене. Нин Сяочун, цепляясь за поверхность, заерзал, пытаясь удержаться.
В этот момент Ян Чэн взял белую фигуру, задумчиво посмотрел на доску и неторопливо сделал ход: Не так давно в княжеской резиденции построили новый флигель для кабинета Чэнчжи. Место было благоприятным по фэншуй, но, неведомо почему, в последнее время там стали происходить странные вещи.
Какие же? — негромко спросил И Мо, удерживая черную фигуру.
Голова Нин Сяочуна, заключенная в Парчовый мешочек, не могла подать голос, но зато всё сказанное снаружи он слышал превосходно. Более того, он вскоре обнаружил неожиданный плюс: цветочный аромат перестал проникать внутрь, и приступы чихания прекратились. Пожалуй, стоит расспросить И Мо, как правильно пользоваться этим мешочком — если в будущем он снова встретит орхидеи, то сможет использовать его как спасение.
http://bllate.org/book/28117/3401306
Готово:
