× Восстановление платежных методов на https://bllate.org. Платежи проходят в штатном режиме, поддерживаем авторов и переводчиков!

Готовый переклад The Humble Husband Is a Green Tea Psycho / Смиренный супруг — мастер манипуляций: Розділ 5

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

В полудреме он услышал, как кто-то зовет его «женой». Схватив одеяло и закутавшись в теплое гнездышко, он еще успел подумать: какой я холостяк, откуда у меня может взяться жена?

Внезапно сознание прояснилось. Он вспомнил, что вчера внезапно перенесся на десять лет вперед и стал супругом Чу Чансюя.

Одеяло, накрывавшее его с головой, откинули. Солнечные лучи пробились внутрь, запрыгали по телу Чи Наньцина, ласково прилипая к нему и разгоняя остатки тьмы.

— Просыпайся, жена, — улыбнулся Чу Чансюй, глядя на его заспанный вид. Он хотел было потянуться за сменной одеждой, но рука против воли обняла Чи Наньцина. — Ароматная и мягкая жена, как же это мило.

Сегодня были выходные, и Чу Чансюй был одет в повседневное. Белая футболка заставила растерянного Чи Наньцина мгновенно вспомнить его студенческие годы. Тогда он точно так же носил простые вещи, стоял под окнами, в коридорах или снаружи художественной студии и улыбался ему.

Только когда тело ощутило странное прикосновение, Чи Наньцин словно очнулся и оттолкнул его. Это ведь не тот идеал, в который он был влюблен, это — мутант из будущего!

Едва проснувшись, он уже лезет обниматься. Чи Наньцин недовольно закатил глаза. Чу Чансюй ничуть не обиделся: он радостно подал ему одежду и составил компанию при умывании.

Вытирая капли воды с лица, Чи Наньцин спросил:

— Почему ты все время ходишь за мной по пятам?

Чу Чансюй, тщательно подбирая слова, многозначительно ответил:

— Там снаружи кто-то есть.

Разве ты, будучи хозяином дома, не должен встречать гостей? Чи Наньцин проглотил возникшие сомнения — он всегда придерживался мнения, что у любого странного события есть логичное объяснение.

Выйдя в гостиную, он увидел мужчину с длинными волосами и острыми чертами лица. Тот сидел на диване, закинув ногу на ногу. Мужчина был одет роскошно и изысканно, в его осанке сквозили высокомерие и пренебрежение, он вел себя так, словно сам был хозяином дома, напоминая павлина, демонстрирующего свое величие.

Чи Наньцин сразу узнал Ся Шуи — своего лучшего друга детства, того самого «Сяо И» из телефонной книги. Он украдкой вытер несуществующий пот со лба и оглянулся на Чу Чансюя.

Это ты называешь «кто-то есть снаружи»? Мог бы прямо сказать, что пришел твой любовник. Неужели нынешние любовники стали такими наглыми? Уже в дом вламываются, чтобы показывать свое превосходство?

Ся Шуи давно избавился от юношеской хрупкости и нежности. Сейчас от него исходила властная аура, а в его горделивом поведении угадывались повадки сильных мира сего. Чи Наньцин в первую очередь беспокоился не о его преображении, а о том, не обидит ли он Чу Чансюя. Ведь Ся Шуи никогда не отличался мягким нравом, а Чу Чансюй казался таким ранимым и неуверенным в себе — раздавить его было бы проще простого.

Он ободряюще улыбнулся Чу Чансюю, но тот смотрел на него лишь с безграничным обожанием, отчего у Чи Наньцина на душе стало неспокойно.

В тот момент, когда Ся Шуи увидел Чи Наньцина, вся его досада и высокомерие мгновенно исчезли, сменившись нежной и светлой улыбкой.

— Наньцин! — он по-свойски взял Чи Наньцина под руку, отчего тот сильно напрягся. Обниматься с Чу Чансюем было как-то привычнее и даже смущало в меру, но стоило до него дотронуться Ся Шуи, как он сразу почувствовал себя неуютно.

Да что ж такое! Неужели я и правда завел роман со своим другом детства?

Чу Чансюй шел следом, наблюдая за такой разной реакцией Чи Наньцина, и опустил голову, чтобы скрыть усмешку. Наньцин любит меня больше — так было раньше, так есть и сейчас. Ты столько лет пытался увести Наньцина, но разве не со мной он в итоге связал свою жизнь? Неудачник.

Ся Шуи повел его к обеденному столу, открыл принесенные контейнеры и начал расставлять завтрак. При этом он не умолкал, бросая косые взгляды на Чу Чансюя:

— Наньцин, это всё то, что ты любишь. От человека в этом доме нет никакого толку — время уже позднее, а он даже не знает, что тебя нужно покормить. Разве он не знает, что у нашего Наньцина падает уровень сахара и ему становится плохо?

Чи Наньцин тихо пробормотал:

— Это я сам не вставал.

Ся Шуи ворчал на него с самого детства, у Чи Наньцина уже выработалась нешуточная реакция.

Разумеется, ему тут же ответили:

— Это значит, что он плохо за тобой следит.

Чи Наньцин посмотрел на Чу Чансюя: может, разберешься? Но, увидев выражение лица обиженного щенка, он отвел взгляд. Ладно, сам виноват, что заварил эту кашу.

— Он прекрасно обо мне заботится, не говори так о нем.

Чи Наньцин всегда защищал своего мужа. Он не любил угождать всем сразу, и даже в пору неопределенных отношений между ними он всегда вставал на сторону Чу Чансюя, часто отменяя встречи с Ся Шуи ради него.

Ся Шуи яростно сверкнул глазами. Чи Наньцин потер нос — он привык к этому, ведь не в первый раз проявляет предвзятость. Если бы он защищал Ся Шуи прямо перед Чу Чансюем, в голове всплывало лишь одно определение — баловать любовника, притесняя законную супругу. Кхм, неужели он стал таким консерватором?

Видя, что Чи Наньцин молчит, Ся Шуи перевел огонь на Чу Чансюя. В конце концов, Наньцин не может быть неправ. Виновата во всем эта лиса, которая его соблазнила. Он думал: этот сукин сын обычно такой острый на язык, чего же он сегодня онемел?

Под его презрительным взглядом Чу Чансюй вынес из кухни приготовленный завтрак: яичницу в форме сердечек и вкуснейшие пельмени-сяолунбао, от которых еще шел густой пар.

— Жена, ты говорил, что любишь пельмени, которые я делаю сам. Я приготовил их много, будем есть их понемногу, хорошо?

Подумав о том, сколько времени и сил потратил Чу Чансюй, Чи Наньцин не смог остаться равнодушным. Но, взглянув на гору изысканных контейнеров, принесенных Ся Шуи, он понял, что тот тоже вложил душу. Чи Наньцин оказался меж двух огней и выглядел очень озадаченным. Быть «подлецом» оказалось нелегко.

Чу Чансюй мягко разрядил обстановку:

— Ничего страшного, Наньцин, съешь то, что любишь из того ресторана. А мои пельмени никуда не денутся, съедим позже. Куплено так много, всё равно за раз не осилить.

Чи Наньцин согласно кивнул и выразил протест против расточительства Ся Шуи:

— Так транжирить нехорошо.

Оба они вышли из влиятельных семей, их кланы были связаны давней дружбой, но никто из них не был испорчен духом стяжательства. Однако нынешний Ся Шуи почему-то вызывал у Чи Наньцина ощущение, что он сбился с пути — неизвестно, что произошло за эти десять лет.

Ся Шуи холодно взглянул на соперника: старый пень, а всё еще разыгрывает из себя невинную жертву, до чего же бесстыжий. Хотя они были почти одного возраста, ему казалось, что этот старик откуда-то вылез и теперь отравляет жизнь его Наньцину. А теперь еще и строит из себя добряка перед ним! Зачем нужна неверная собака?!

— По-моему, самое большое расточительство — это занимать место и не уступать его, — съязвил Ся Шуи. — Когда ты уже свалишь? Я готов в любой момент забрать Наньцина. Ой, забыл, всё твое имущество принадлежит Наньцину, ты ничего не сможешь с собой забрать. Так что лучше собирай вещи и проваливай.

Слова прозвучали слишком резко, Чи Наньцин, который всегда ценил гармонию и избегал конфликтов, почувствовал дискомфорт. Несмотря на проблемы в их отношениях, Чу Чансюя нельзя было так унижать. Или, даже если бы они были совсем чужими людьми, Ся Шуи не имел права давить на его больные места.

— Шуи, почему ты так разговариваешь? Я тебя совсем не узнаю, — Чи Наньцин встал и притянул Чу Чансюя за собой.

Ся Шуи, как и прежде, вспыхивал от малейшей искры. Видя, что Наньцин всё больше защищает Чу Чансюя, он в гневе ушел. Но в его глазах, полных ярости, читались эмоции, которые Чи Наньцин не мог разгадать.

— Кхм, — Чи Наньцин успокаивающе похлопал Чу Чансюя по плечу. — У него такой характер, не бери в голову.

В детстве Ся Шуи при любой ссоре с семьей убегал из дома, и каждый раз Чи Наньцину приходилось искать его в самых немыслимых местах. Став взрослым, он превратился в того, кого мы видим сейчас — Чи Наньцин был ошарашен этой переменой. Сам-то Чи Наньцин был ангелом-исцелителем семьи: солнечным, добрым и эмоционально стабильным, поэтому такие резкие перепады настроения были ему чужды. Позже он заметил, что, помимо того, что Ся Шуи стал сильнее к нему липнуть, его характер в чем-то даже стал лучше, поэтому он перестал ломать над этим голову. Это тоже можно считать хорошим знаком.

Он потер глаза и молча вздохнул про себя: кажется, за десять лет многие изменились. А что насчет него? Сможет ли он справиться с грядущими трудностями?

Видя усталость Чи Наньцина, Чу Чансюй проглотил слова, которыми хотел подлить масла в огонь. Хотя строить козни сопернику полезно для его выживания, заставлять Наньцина мучиться — это не выход. Чу Чансюй принялся нежно массировать плечи жены, и Чи Наньцин, помимо щекотки, ощутил небывалое спокойствие и комфорт.

— Садись тоже поешь.

— Не нужно, я уже поел, — Чу Чансюй продолжал разминать ему плечи. — Тот, кто сыт, должен работать, иначе он не достоин иметь такую жену.

От его слов Чи Наньцин покраснел, нахмурился, но позволил ему продолжить. Хотя в будущем было еще много неизвестного, Чу Чансюй всё так же будет стоять у него за спиной. Этого было достаточно.

***

Позавтракав, Чи Наньцин долго колебался, но всё же открыл телефон, чтобы приободрить Ся Шуи. В конце концов, человек пришел с едой, а его прогнали — это было некрасиво. Конечно, если не учитывать их странные отношения втроем.

Он нашел в списке контактов Сяо И и, увидев двух других людей по соседству, на мгновение замолчал. Ну что ж, возможно, теперь это странные отношения впятером. Чи Наньцин с чувством вины удалил метки перед их именами, позволив им расположиться в алфавитном порядке. Он глубоко вздохнул — так стало гораздо проще.

— Ты в порядке? — спросил Чи Наньцин. В качестве извинения он нажал на его аватарку — так он всегда делал, когда извинялся.

Почему же Чи Наньцин раньше так часто извинялся перед ним? Да потому что у этой «барышни» был просто ужасный характер. Наньцин не подождал его после школы — он недоволен. Наньцин пошел в книжный магазин один — он недоволен. Наньцин играл с братом в игры и не позвал его — он недоволен. Даже старшие говорили, что, кроме такого маленького ангела, как Наньцин, никто не вынес бы его скверного нрава. К тому же он был изнеженным, вечно дулся и плакал, так что Чи Наньцину оставалось только потакать ему.

http://bllate.org/book/28048/3395647

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу