Гу Чэнь одарил его озадаченным взглядом.
Английский пояснил: — Это чтобы менять угол обзора.
Хотя объяснение было довольно скудным, Гу Чэнь сообразил по смыслу, для чего примерно нужны очки: — Спасибо.
Он взял их и надел, но очки сплошным потоком соскользнули прямо на подбородок.
...Чуть не забыл, у него сейчас нет переносицы, а нос — всего лишь точка.
— Эта оправа — разработка Биологии, созданная очень давно, — Английский помог Гу Чэню поправить дужку. — Сейчас уже есть версия в виде контактных линз, завтра просто попросишь у него пару.
— Спасибо, я сам.
Гу Чэнь придержал обе дужки руками. Через стёкла всё вокруг, включая гигантскую версию Лу Сюня, уменьшилось до привычного ему человеческого масштаба.
Это было не просто обычное уменьшение: Гу Чэнь заметил, что кнопки на дужках настраиваются — чем-то похоже на камеру режиссёра, можно регулировать угол обзора для внешних людей и предметов в зависимости от собственных нужд.
...На такое, пожалуй, можно патент на изобретение оформлять.
Новый предмет был в диковинку, и Гу Чэнь, пощелкав кнопками на дужке, стал наблюдать, как Лу Сюнь усаживается за стол и срывает бумажную крышку с миски лапши быстрого приготовления, словно глядя какой-то сериал.
— Как вкусно пахнет! — История подбежал к бумажной миске. Она была почти с него ростом, он встал на цыпочки, заглядывая через клубящийся пар внутрь, где летело что-то тягучее. — Это что? На лапшу не похоже.
— Картофельная лапша по-акуански.
Лу Сюнь размешал вилкой лапшу в бумажной миске и подцепил один кусок: — Будешь?
История хихикнул: — Спасибо, братуха Лу.
Он уцепился за край миски и потянулся вперед, широко открыв рот.
Политика дернул его сзади за полу одежды: — Нельзя есть.
История замер, посмотрел на недовольное лицо Политики и с досадой улыбнулся: — Всего один кусочек.
Политика проигнорировал его, изучил состав на упаковке и, нахмурившись, обратился к Лу Сюню: — Твоя тетя не приходит, вот ты и питаешься всякой ерундой без питательных веществ.
— Не помру.
Лу Сюнь неторопливо втянул порцию лапши и, почувствовав, что на него неотрывно кто-то смотрит, повернулся.
Гу Чэнь так увлёкся просмотром этого реалити-шоу, что, внезапно столкнувшись с взглядом Лу Сюня, сообразил, что ведет себя не совсем вежливо, и слегка смутился.
Гу Чэнь: — Эм-м...
Лу Сюнь: — Хочешь, чтобы я проверил твой зад?
Хочешь посмотреть на зад — иди в правую комнату.
Гу Чэнь сообразил, что чуть не забыл о главном деле. Заметив, что Лу Сюнь пристально разглядывает его, словно и правда собираясь помочь, он снова почувствовал, как к лицу приливает жар.
— Не нужно, — отчаянно затряс головой Гу Чэнь. — Подскажите, где здесь уборная?
Лу Сюнь, заметив его чопорный вид, усмехнулся и подбородком указал на коридор слева позади: — Иди до конца, первая дверь налево.
— Спасибо.
Гу Чэнь инстинктивно хотел спрыгнуть со стола, но, вспомнив недавний вылет из сумки и предостережение Политики, отыскал табурет с самым высоким сиденьем и использовал его как трамплин, чтобы сигануть на пол.
Он дошел до конца коридора и уже собирался повернуть налево, как снова услышал голос Лу Сюня: — Ах да, в той комнате, кажется, нет ростового зеркала.
Шаги Гу Чэня затихли.
Лу Сюнь: — Если хочешь посмотреть на свой зад, иди в правую.
Уши Гу Чэня порозовели. Бросив короткое «хорошо» и не проверяя, услышал ли его Лу Сюнь, он резко сменил направление. Перед входом в туалет ему послышалось ворчание Политики: — Ты что, издеваешься над человеком?
Дверь в уборную была приоткрыта, что избавило Гу Чэня от поисков подставки под ноги. Толкнув дверь, он ощутил изысканный, тонкий аромат, ударивший в нос. В средней школе Гу Чэнь участвовал в Всероссийской олимпиаде по биологии среди школьников и изучил множество тем, связанных с флорой и фауной, поэтому с ходу определил запах белого платикодона.
На раковине стоял ароматизатор. С самого момента перемещения его нервы были на пределе, но этот запах немного помог ему расслабиться.
Напротив раковины висело большое зеркало в полный рост. Аккуратно положив очки от Английского у порога, Гу Чэнь вновь ощутил, как окружающие предметы гигантеют. Привыкнув к масштабу, он подошел к зеркалу и, повернувшись к нему спиной, стянул свои короткие шерстяные шорты.
Из-за отсутствия пальцев раздеваться было не так удобно, как в бытность человеком. Но в целом процесс мало отличался. Правда, видеть собственными глазами, как двадцатисантиметровая кукла в зеркале стягивает штаны, в плане восприятия было немного сюрреалистично.
Спустив штаны до самых бедер, Гу Чэнь обнаружил на своих округлых и белых ягодицах четко отпечатанные черные буквы.
...И ведь Лу Сюнь угадал.
Вытянув шею, Гу Чэнь принялся вдумчиво читать надпись на собственной заднице: Выполнить индивидуальный задачник по литературе №1 для Первой средней школы Даньюань...
Дальше шел еще какой-то текст, но он безнадежно затерялся между ягодиц.
Гу Чэню пришлось приложить усилия и раздвинуть их руками, чтобы прочитать полностью: Выполнить индивидуальный задачник по литературе №1, 2, 3, 4 для Первой средней школы Даньюань.
Глубоко вздохнув, Гу Чэнь отпустил руки, чувствуя, что ягодицы едва не треснули пополам.
Закончив чтение, Гу Чэнь быстро натянул штаны обратно. Одежда, сшитая для него мамой Лу Сюня, напоминала японскую школьную форму. Гу Чэнь заправил рубашку в короткие шорты, поправил галстук, убедившись, что каждая деталь сидит безупречно и аккуратно, как и в самом начале.
Надев очки, Гу Чэнь вернулся в гостиную. Лу Сюнь все еще доедал лапшу, а Политика, уперев одну руку в бок, отчитывал его: — Ты что, опять вчера допоздна стримил? Посмотри на свои синяки под глазами, в зеркало-то хоть смотрелся?
— Смотрелся, — невозмутимо ответил Лу Сюнь. — Все так же хорош собой.
Политика надул щеки от злости и уже хотел было продолжить, как заметил стоящего возле стула Гу Чэня.
Нашел? — Политика в два прыжка очутился на полу, уцепился за руку Гу Чэня и в два мгновения затащил его обратно на стол, причем мимо того самого стула.
Гу Чэнь немного по завидовал этому акробатическому трюку, а затем произнес: — Нашел.
С этими словами он посмотрел на Лу Сюня: — Говорят, нужно полностью решить задачник по литературе с первого по четвертый номер.
Лу Сюнь, который до этого смотрел на него, при этих словах снова опустил взгляд на лапшу.
Гу Чэнь: — ...
Первый, второй, третий, четвертый... — выражение лица Английского сменилось с шокированного на сочувствующее. Объем заданий у каждой куклы различался, но этот был рекордным на данный момент — фактически предстояло осилить все четыре тетради за первый и второй годы старшей школы. И это не говоря об объемах письменной работы по литературе.
Английский подошел, похлопал Гу Чэня по крошечному плечику, и всем своим видом выразил желание принести соболезнования.
На лице Гу Чэня траура не наблюдалось, но вид у него был сосредоточенный. Он смутно припоминал, как в прошлый раз завуч Сяо, проверяя тетради Лу Сюня, упоминал, что во всех четырех сборниках тот написал в сумме лишь два ответа: Ответ:
— Ничего страшного, — улыбнулся Гу Чэнь Английскому и подошел к самому краю стола, где сидел Лу Сюнь.
— Последний кусочек, — Лу Сюнь протянул вилку с намотанной лапшой чуть ближе к Гу Чэню. — Будешь?
— Спасибо, — покачал головой Гу Чэнь. — Ешь сам.
Лу Сюнь кивнул и неторопливо смаковал последний кусок. Выглядел он при этом не так, будто уплетает фастфуд, а словно трапезничает в мишленовском ресторане — в каждом его движении сквозило естественное изящество.
Гу Чэнь вдруг вспомнил, как одноклассники обсуждали семью Лу Сюня: хотя воспоминания были смутными, говорили, будто его отец ведет бизнес в Гонконге, регулярно мелькает на страницах мировых финансовых журналов и фотографируется с лидерами разных стран.
Покончив с лапшой, Лу Сюнь оставил на дне миски немного остывшего бульона. Он лениво откинулся на спинку стула и уставился на синеволосого малыша, всё еще сверлившего его глазами. Лу Сюнь уже собирался что-то сказать, как телефон на столе внезапно вибрирнул.
Гу Чэнь бросил взгляд на экран: Ци Сян.
Не поднимая трубку и даже не выпрямив спину, Лу Сюнь просто протянул руку и нажал громкую связь прямо перед куклами.
Вызов прошел, и Лу Сюнь лениво бросил: — Вечером не хватает саппорта, пойдешь?
— Лу Сюнь!! — из динамика раздался рев Сяо Минлана такой громкости, что казалось, он способен на расстоянии снести крышу пентхауса семьи Лу.
Все куклы, включая Гу Чэня, инстинктивно зажали уши.
Лу Сюнь тоже замер, но быстро вернулся в равновесие. Он смутным фоном расслышал игровую фоновую музыку, причем не одну. Видимо, тот звонил из интернет-кафе.
Поговорив с Сюй Лянем насчет Гу Чэня, Сяо Минлан повернулся и обнаружил, что Лу Сюня и след простыл. Чем больше он думал об этом, тем сильнее злился, поэтому в конце концов отправился прямиком в школу, а затем решил проверить, нет ли кого из прогульщиков в компьютерном клубе на выходных. В итоге, включая Ци Сяна, который только что выписался из больницы и отличался крепостью духа вопреки увечьям, там обнаружился далеко не один человек.
— Ты совсем распоясался! Я велел тебе ждать меня, и куда ты смылся?!
Лу Сюнь невозмутимо уставился на надпись «Картофельная лапша по-акуански» на бумажной миске: — Домой, обед готовить.
— Готовить? — Сяо Минлан на том конце провода на мгновение замолк. — Ты вечно сам готовишь?
— Сирота выживает как может.
Гу Чэнь, у которого немного устали руки от зажимания ушей, только успел их опустить, как услышал эти слова и невольно глянул на Лу Сюня.
Лу Сюнь улыбнулся уголками губ, расслабленная поза и выражение лица выдавали абсолютное спокойствие.
— Чушь собачья! Разве можно такое ляпать! — Сяо Минлан, похоже, взбесился еще сильнее. Он было собрался продолжить, как на заднем плане раздался голос владельца компьютерного клуба, недовольного тем, что тот мешает бизнесу.
— Хозяин, я не к вам обращаюсь, но вы пускаете внутрь несовершеннолетних... — бросив пару слов администратору, Сяо Минлан снова переключился на Лу Сюня: — Объем объяснительной увеличивается до шести тысяч слов! Остальные счёты с тобой мы сведем в понедельник!
В трубке раздались короткие гудки.
Лу Сюнь сбросил вызов и обвел взглядом замерших на столе кукол: — Кто поможет мне написать?
Политика нахмурился: — Сам натворил дел, сам и расхлебывай...
Лу Сюнь: — Со следующего месяца увеличу карманные деньги на тысячу.
Политика: — ... — он как раз присмотрел себе лимитированный комплект одежды для кукол.
— Я пас, — почесал затылок История. — Мне особо некуда тратить деньги, да и шесть тысяч знаков — это слишком много.
— Я тоже пас, — подал голос Английский. — По математике скоро начинается новый учебник, мне еще обложку для нее оформлять.
Лу Сюнь перевел взгляд на последнего кандидата.
Гу Чэнь помолчал немного: — Я помогу тебе написать.
Брови Лу Сюня чуть приподнялись.
— Мне не нужны деньги, — с абсолютно серьезным видом произнес Гу Чэнь. — При условии, что до середины семестра ты решишь все четыре тетради по литературе.
Лу Сюнь на секунду замер, а потом рассмеялся: — Маленький отличник, неужели я выгляжу настолько глупым?
Шесть тысяч слов объяснительной — это ерунда, но даже с закрытыми глазами можно представить масштаб работы над четырьмя тетрадями, тем более по литературе.
http://bllate.org/book/28027/3393734
Готово:
